Файл: Akhmedshin_R_L_Kriminalisticheskaya_kharakteristika.pdf

g Q  

__________________________________ ________________________________________

К  рассматриваемому  типу  информации  принадлежит  и  информа­

ция,  образующая  криминалистическую  характеристику  личности  пре­
ступника.  Криминалистическая  характеристика личности  преступника, 

как система данных о личности преступника, имеющих криминалисти* 

ческое  значение,  является  тем  своеобразным  фильтром,  который  если 
не  просеивает,  то  подвергает  значительной*  трансформации  информа­
цию,  полученную  следователем  по  конкретному  уголовному  делу,  в 
процессе  логического  анализа  собранного  материала,  целью  которого 
выступает построение следственных версий.

Процесс  познания  объеюнвной  истины^  на предварительном  след­

ствии,  особенно  на  первоначальном  этапе,  всегда  сложен.  Будучи 
сложным  сам  по себе, он усложняется усилиями преступника по унич­
тожению следов, в результате чего в распоряжении следователя подчас 

имеется  весьма  скудный  запас  информации  о  преступлении.  В  подоб­

ных  ситуациях  роль  криминалистической  характеристики  личности 
преступника резко  возрастает.  Систематизированные данные  о  лично­

сти преступника конкретного типа могут легко заменить (если не  в до­

казательственном,  то  в  поисковом  плане)  часть данных,  которые  пре­

ступник в силу своей профессиональной квалификации уничтожил, что 

весьма  актуально  для  части  современной  преступности,  интеллеиу- 

альный рост которой неоднократно отмечался  в современной  кримина­
листической  и  криминологической  научной  литературе^.  Именно  по­
добные  данные  способствуют  построению  конкретных  следственных 

версий, то есть криминалистическая характеристика личности  преступ­

ника  является  одним  из  базовых  элементов,  на  основании  которого 

происходит построение следственной версии.

Криминалистическая  характеристика  личности  преступника  и

тактический  прием.

  Содержание  тактического  приема  как  наиболее 

эффективного способа воздействия на конкретное лицо в процессе рас-

'  Или нсз

1

Шчительной,  в зависимости от эрудиции  и профессионального опыта

следователя.

^  Мы  полагаем,  что  концепция  формальной  истины  может быть  признана спе­

циалистами уголовно-правовой науки, но не науки криминалистической.  Чем более

глубоко следователь будет изучать обстоятельства уголовного дела, даже выходя за

границы  предмета доказывания, тем  больше вероятность обнаружения  следов  пре­
ступления и закономерностей, их обусловливающих.

^ См., например: Лунеев В.В.  Тенденции современной преступности  и борьбы с

нею  в  России  //  Государство  и  право.  2004.  №  1.  С.  9-11;  Моторный Д.И.  Совре­
менный  терроризм  и  оценка диверсионно-террористической  уязвимости  объектов.

М.,  2004.  С,  12-13.  См.,  также  ч.  3  разд.  2  Приложения  к  приказу  МВД  РФ  от

15.03.2002  г.  №  240  «Концепция  развития  Службы  общественной  безопасности

Министерства внутренних дел Российской Федерации».

крытия  преступления  в  целях  достижения  лучшего  результата  доста­

точно многогранна и  не  исчерпывается  его содержательной  характери­

стикой.  Традиционно  в  содержание  тактического  приема  включаются 
лишь  общие  рекомендации,  содержащие  целесообразный  алгоритм  воз­
действия  на конкретное лицо безотносительно к иным  факторам.  На наш 

взгляд, в содержание такгического приема целесообразно включать:

1.  Сам  алгоритм  действий,  применение которого  с  высокой  степе­

нью  вероятности будет способствовать достижению криминалистически 
3!!ачимых  задач.  Содержание  данного  алгоритма  подробно  описано  в 
современной  криминалистической  литературе*,  и  хотя  оно  не  бесспор- 

но^,  тем  не  менее  мы  не  видим  необходимости  останавливаться  на  со­

держании данных дискуссий, естественно, не отвергая их актуальности.

2. Специфику личностных особенностей лица, на которое оказьшается 

воздействие, с целью использования конкретного тактического приема.

3.  Специфику  личностных  особенностей  лица,  оказывающего  воз­

действие,  с  целью  использования  конкретного  тактического  приема. 

Представляется,  что  возможные  исследования  личности  лица,  прово­

дящего расследование,  ориентированные на изучение психологических 

структур,  которые определяют эффективность  используемого тактиче­

ского  приема,  лягут  в  основу  исследований  криминалистической  ха­
рактеристики  личности  следователя,  которая,  на  наш  взгляд,  является 

востр^ованной в отечественной криминалистической науке  .

Включение в содержание тактического приема специфики личностных 

особенностей  лица,  на которое  оказывается  воздействие,  вероятно,  вызо­

вет  споры.  Доводы  противников  подобного  шага,  на  наш  взгляд,  могут 

бьпъ сведены  к двум  основным аргументам. Предвосхищая эти  возраже­

ния, вкратце опишем их и приведем свои контраргументы.

'  См.,  например:  Маяютин  М.П.  Тактические  приемы,  их  допустимость  и  ис­

пользование  для  достижения  тактических  целей  допроса;  Авторсф.  дис.  ...  канд.

юрид.  наук. Краснодар, 2001. С.  13-17; Порубов Н.И.  О психологическом воздейст­
вии на личность в процессе допроса И Проблемы  предв{фительного следствия. Вол­
гоград,  1972. Вып.  I. С.  104-117; Селиванов Н.А.  Определение понятия тактических

приемов  расследования  и  их  систематизация //  Проблемы  предварительного  след­
ствия.  Волгоград,  1978.  Вып.  7.  С.  69-81; Шостак Г.С.  Соотношение тактического

приема  и  тактического  решения  //  Актуальные  вопросы  советской  юридической

науки.  Саратов,  1978.  Ч. 2.  С.  131-133; Якушин СЮ .  Тактические приемы  при рас­
следовании преступлений. Казань, 1983.

^ Ш танов В. И.  «Оксюморон Белкина» -  феномен,  который тормозит развитие

теории тактических  приемов следователя // Проблемы  развития  и  совершенствова­

ния российского законодательства; Сб. статей. Томск, 2000. Ч. 3. С.  115-120.

См.;  Полтавцева Л.И.  Интеграция  достижений  психологии  в  криминалисти­

ку: Автореф. д и с .... д-ра юрид.  наук. Волгоград, 2003. С. 31-32.

Первое  возражение  против  рассматриваемого  включения  в  содер­

жание тактического  приема личностных особенностей  лица,  к  которо­

му данный тактический  прием  применяется,  может быть сведено  к ут­
верждению, что данные личностные особенности не могут выступать в 

качестве  криминалистической  материи.  Представляется,  что  было  бы 

нецелесообразным  в  криминалистической  науке  изучать  приемы  и 

средства эффективного воздействия на личность преступника в предва­
рительном  расследовании,  а  в  иной  науке  (например,  в  юридической 

психологии) -   средства,  оптимизирующие  данное  воздействие  за  счет 
конкретизации  рекомендаций.  Междисциплинарное  «распыление» 
приведет, скорее всего, к тому, что конкретный вопрос не будет иссле­

дован в должной степени ни в одной из наук.

Второе  возражение  против  рассматриваемого  включения,  возмож­

но,  будет  представлено  в  виде  аргумента  о том,  что тактический  прием 
есть  рекомендация  следователю,  с<|^рмулированная  в достаточно  общем 
виде, в целях последующей конкретизации особенностей процесса рассле­

дования конкретного преступления. Введение же дополнительных факто­

ров в содержание тактического приема резко увеличит количество основ­

ных  комбинаций  возможного  воздействия,  что  может  затруднить  работу 

следователя в силу большой инвариантности выбора действий.

Невключение  человеческого  фактора  приведет  не  к  общности  со­

держательной  стороны тактического приема,  а к ее  абстрактности,  что 

в еще больщей степени затруднит переход тактического приема из сфе­
ры теоретической  в сферу практическую.  Что  касается  увеличения  ис­
ходного  количества  тактических  приемов  в  связи  с  необходимостью 
соотнесения  алгоритма  действия  и  типологических  особенностей,  со­
ставляющих содержание личностного фактора, то здесь, на наш взгляд, 
стоит сослаться  на практику запоминания сотен лиц преступников, ко­
торая  в  филерской  и  следственной  практике  начала  XX  в.  являлась 

нормой для лица, занимающегося расследованием преступлений'.

Криминалистическая  характеристика  личности  преступника  явля­

ется в том числе  и той типовой информацией о личности преступника, 
учет которой позволит, с одной стороны,  индивидуализировать приме­

нение  тактического  приема,  а  с  другой -   соотнести  индивидуальные 
моменты, характерные для лица, на которое оказывается воздействие, с 

типичными для еще большей индивидуализации тактического приема.

Криминапистинеская характеристика личности преступника и об­

становка преступления.

  Преступление -  это своеобразная форма внут­

ренней  (психической)  и  внешней  (физической)  активности  субъекта.

Торвальд Ю.

Век криминалистики.  Ростов н/Д  1996. С. 9.

Проявляющаяся  в отношении объектов окружающего  миpa^  В  системе 

«преступление»,  как  нами  уже  говорилось ранее,  целесообразно выде­

лять  две  базовые  подсистемы:  подсистему  «личность  преступника»  и 

подсистему  «обстановка преступления». Без сомнения, указанные под­
системы  взаимосвязаны  и  взаимообусловлены.  Однако данная  взаимо­
обусловленность на настоящий момент в полной мере  не раскрыта, хо­

тя отдельные исследования демонстрируют целесообразность научного 

поиска в данном направлении^

Несмотря  на то,  что термин  «обстановка совершения  преступления» 

употребляется  в  криминалистической  науке достаггочно  давно^,  а  его со­
держание  активно  исследовалось  еще  в  19<^х  гг.^  (речь  идет  об  ис­
следованиях  состава  и  струюуры  обстановки  преступления,  разграниче­

нии  обстановки  совершения  и  места совершения  преступления,  понима­
нии  обстановки  преступления  в  ишроком  и  узком  смысле^),  целостная 

теория  пространственно-временных отношений  при совершении преступ­

лений и их связи с личностью преступника пока не создана, хотя надо от­

метить,  что  необходимость  существования  подобной  теории  признана

'  Беякин Р.С.,  Винберг А.И.  Криминалистика:  Общие теоретические  проблемы.

М.,  1973.  С.  24-30;  Скиоицкий Х.В.  Классификащя  сведений  о  прес

1

упнике,  полу­

чаемых  при  исследовании  материальных  отражений  //  Труды  ВНИИ  МВД  СССР.

1975, № 45. С. 78-82.

См.:  Ионов  В.А.,  Ищенко  Е.П.  Использование  данных  эргономики  и  биорит­

мологии  в  методике  расследования  //  Совершенствование  расследований  преступ­
лений.  Иркутск,  1980.  С.  56-64;  Чибтов В.  Нестандартные  методы  расследования

преступлений // Соц. законность  1990. №  11. С.  64-65; Китаев И  И.  Использование

теории  биоритмов 

1

юи  расследовании  сложных  преступлений  //  Советский  Союз

сегодня.  1990.  №2.  С.  46-47;  Макаров  В.И.  Лунные  биоритмы  землян.  Советский

спорт.  1989.  16 апр.;  Сухоруких Э.А.  Возможные  аспекты  применения  биоритмоло­

гических  данных  в  криминалистике //  Правовые  проблемы  укрепления  российской

госуд{фственности.  Томск,  2000.  С.  280-288;  Хоменко  А.И.  Некоторые  аспекты

зависимости личности преступника от окружающей среды // Актуальные проблемы

правоохранительной  деятельности  на  современном  этапе;  Материалы  межвузов­
ской научной конференции. И.  Новгород,  1992. С. 31-32.

См.; Громов В., Лаговиер И.  Вопросы методики расследования убийств // Ме­

тодика и техника следственной работы. Киев,  1934. С.! 14.

^  С м .:  Белкин  Р.С.  Собирание,  исследование  и  проверка  доказательств.  М.,

1966.  С.139-140;  Яблоков  Н.П.  Обстановка совершения  преступления,  как  элемент

его  криминалистической  характеристики  //  Криминалистическая  характеристика

преступлений: Сб. науч. трудов. М.,  1984. С. 34^ 0.

См.:  Толпент  К.А.  Криминалистическая  характеристика  изнасило.ваний

//  Повышение  эффективности  органов  прокурат^ы,  суда  и  юстиция  в  свете  Кон­

ституции СССР. М.,  1980. С.  15/; Федоров Ю.Д.  О закономерностях возникновения

и  исчезновения  следов  преступления  И  Труды  Ташкентской  ВШ  МВД.  Ташкент,

1974.  Вып.  7.  С.  106;  Втокуров  СИ.  Основные  вопросы  методики  расследования

преступных  нарушений  правил  обращения  с  взрывчатыми  материалами;  Автореф.

дис....  канд.  юрид. наук. М.,  1976. С. 46.

давно'. На наш взгляд, уровень мультвдисциплинарного юаимодействия в 

отечественной  криминалистике  не  предполагает скорого создания  подоб­
ной теории, поэтому акцент в исследованиях преступлений  в  криминали­
стическом аспекте сместился на подсистему «личность преступника».

Учигывая,  чго  доминирующий  фактор,  определяющий  взаимодейст­

вие личности (личности преступника) и среды (обстановки преступления), 
на современном уровне научных зншгай о человеке однозначно не может 

быть  установлен,  мы  полагаем,  что связь между криминалистически зна­
чимыми  данными,  составляющими  содержание  криминалистической  ха­
рактеристики личности преступника и криминалистической характеристи­

ки обстановки преступления, определяют следующие факторы:

•  активизащ

1

я  проявления типичных (характерных) личностных  осо­

бенностей личности преступника элементами обстановки преступления;

•  активизация  проявления  нетипичных  (малохарактерных)  лично­

стных  особенностей  личности  преступника  элементами  обстановки 
преступления;

•  угнетение  проявления  типичных  (хара

1

сгерных)  личностных  осо­

бенностей личности преступника элементами обс^овки преступления;

•  угнетение проявления нетипичных (нехарактерных) личностных осо­

бенностей личности преступника элементами обстановки преступления;

•  торможение  проявления типичных  (характерных) личностных  осо­

бенностей личности преступника элементами обстановки преступления.

Конкретные  формы  связи  между  криминалистической  характери­

стикой  личности  преступника  и  криминалистической  характеристикой 

обстановки преступления мы рассмотрим в завершающей главе нашего 
исследования  на  примере  конкретных  групп  (типов)  преступников. 
Здесь же отметим, что утверждение И.Ф. Крылова о том, что информа­

ция удваивается  и утраивается  при  установлении  взаимосвязи  следов^, 
на  наш  взгляд,  нагляднее  всего  проявляется  при  анализе  взаимосвязи 
криминалистически  значимых  данных  о личности  преступника  и  кри­
миналистически значимых данных об обстановке преступления.

Криминалистическая характеристика личности  преступника  и  спо­

соб совершения преступления.

 В современной криминалистической науке 

пока не существует единообразного понимания способа совершения  пре-

См.,  например:  Потеряева  И.А.  К  вопросу  установления  пространственно

временных связей в криминалистических  целях // Оптимизация  расследования  пре­
ступлений. Иркутск,  1982, С,  132.

См.: Крылов И.Ф.  Криминалистическое учение о следах.  Л.,  1976. С. 62.