Файл: Akhmedshin_R_L_Kriminalisticheskaya_kharakteristika.pdf

Перемещение  преступника  в  пространстве,  образуемое  определен­

ной  совокупностью  его  движений  и  действий,  демонстрирует  некото­
рые  личностные  характеристики  перемещающегося  субъекта'.  Так,  ре­

конструкция  личностных  свойств  преступника  по  результатам  его дея­

тельности,  проявляющейся  в  признаках  письма,  имеет  давнюю  исто­

рию  в  отечественной  криминалистической  науке^.  Можно  предполо­
жить,  что  на  основе  всеобщего  свойства  отражения  типичный  способ 

перемещения  (пространственная  организация  перемещения)  подчиня­
ется  тем  же  законам  отражения,  что  и  почерк.  !^ о   подтверждается,  в 
частности,  следующим  тезисом;  «Свойство  отражения,  которым  обла­
дает все существующее,  выражается  в том,  что  на  каждом  явлении ска­
зываются те внешние воздействия, которым  оно подвергается;  внешние 

воздействия обусловливают и саму внуттеннюю природу явлений  и  как 

бы  откладываются,  сохраняются  в  ней»  .  В  пространственной  органи­
зации  перемещений  любого  субъекта,  в  том  числе  и  преступника,  на 

месте  преступления  находят  отражение  закономерности  динамическо- 

го'*  и  эмоционального  стереотипа^,  проявляющееся  максимально  ярко 

вследствие  макроособенностей  движений  (в  отличие  от  микроособен­
ностей в почерке) при перемещении в пространстве.

Содержание  пространственной организации  перемещений  субъекта 

на месте преступления можно свести к трем основным формам.

• 

Направление  движения  демонстрирует  степень  значимости 

воспринимаемого пространства.  Чем больше у человека опыт пребыва­
ния  в  определенном  пространстве (зал, детская  комната,  спальня,  каби­
нет,  большой  холл,  лоджия),  тем  привычнее  оно  для  него,  тем  меньше

'  См.  об  этом; 

Дергач  Н.С.

  Первоначальный  этап  расследования  квартирных 

краж  (процессуальные  и  криминалистические  аспекты);  Дис...  канд.  юрид.  наук. 

Томск, 2000. С. 53; 

Кречмер Э.

  Строение тела и xapaicrep. М.,  1995. С.  13.

^ 

Бернштейн  Н.А.

  О  построении  движений.  М.,  1974.  С.  134-138; 

Бурин-

скийЕ.Ф.

  Судебная  экспертиза  документов.  СПб.,  1903.  С.  179-183; 

Лурия  А.Р.

Очерки  психофизиологии  письма  М.,  1950.  С.  257; 

Моргенштерн  И.Ф.

  Психогра­

фология.  М.,  1994.  С.  130-154; 

Оттоленги  С.

  Экспертиза  почерка  и  графическая 

идентификация.  М.,  1926.  С.  15-73; 

Симакова  Е.С.

  К  вопросу  о  психологических 

основах  определения  индивидуальных  особенностей  личности  по  признакам  по­

черка 

и

 Актуальные  проблемы  государства  и  права  в современный  период.  Томск, 

1998. С.  125-126.

^ 

Рубинштейн  С.Л.

  Бытие и сознание.  М.,  1957. С.  10.

*

 См.: 

Павлов И.П.

  Избранные произведения.  М.,  1951. С. 260.

* См.; 

Симакова КС.

  Отражение  в  почерке психологических свойств  и  состоя­

ний  личности  (криминалистический,  уголовно-процессуальный  и  психологический 
аспекты):  Автореф. дис.  ...  канд.  юрид.  наук. Томск, 2003.  С.  12-13.

ОН  перемещается  в  нем  (оставляя  следы),  одновременно с  этим  демоН’ 
стрируя  большую  способность  ориентации  (изымая,  в  частности,  по­
хищенное).  Опыт пребывания  в  подобной  обстановке также  можно ус­
тановить  по дорожке  следов  ног  преступника:  чем более  она  прямая  и 

короткая  (от  места  вхождения  в  пространство  комнаты  до  места,  где 
хранилось  похищенное  имущество),  тем  больший  опыт  пребывания 

человека  в  данном  типе  пространства.  Следовательно,  установление 
привычного  образа  перемещений  в  том  или  ином  пространстве  есть 
результат  анализа  характеристик,  направления  движения  преступника 
во  время  совершения  преступления,  свидетельствующий,  в  частности, 
о его знакомстве с обстановкой подобного типа.

•  Дублирование  перемещений  есть  показатель  эмоционального 

волнения  преступника, показатель его волевых характеристик. Так, при 
расследовании  насильственных  преступлений  обнаруженный  след 
жертвы  преступления,  перекрывающий  след  преступника,  есть  вероят­

ностный показатель  их знакомства друг с другом, а следовательно,  мо­
жет  выступать  предпосылкой  для  предположения  о  типе  лиц,  с  кото­
рыми  преступник  находится  в  рамках  повседневных  социальных  взаи­

моотношений, категории окружающих его лиц. Отпечаток одного следа 
ноги преступника на другом его следе (естественно, если они  не строго 
противоположно  направлены)  есть  показатель  нервозности  лица,  со­
вершившего  преступление,  в  силу слабых  волевых  характеристик  хао­
тично  перемещающегося  в  процессе  совершения  преступления  вслед­
ствие  несформированности  окончательной  цели  преступления  или  спо­

соба его совершения.

•  Игнорирование  или  отрицание  пространства  происходит  у 

человека в силу отсутствия типового шаблона поведения  в данном  про­

странстве. По делам о квартирных кражах игнорирование пространства 

наблюдается  у  преступников  без  определенного  места жительства,  ко­

торые  чаще  всего  ограничиваются  «осмотром»  зала,  кухни  и  в  редких 

случаях -  спальни.  Понятно,  что для  не  имеющих жилья  преступников 
адаптация  в иных комнатах затруднительна.  Отрицание же  пространст­
ва  нередко  наблюдается  и  у  несовершеннолетних  преступников  и  со­
провождается  большим,  чем  в среднем  по  конкретному  преступлению, 
объемом разрушений в отрицаемых пространствах.

Организация  пространства происходит  не только  на  вышерассмот­

ренном уровне  (стратегическом, то есть ориентированном  на все  собы­
тие  преступления),  но  и  на  уровне  расположения  преступника  в  про­
странстве  в  процессе  совершения  определенного действия.  При  рекон­

струкции  ЛИЧНОСТИ  преступника  в  процессе  анализа  результатов  уста­

новленного  расположения  преступника следователю  необходимо отве­

тить  на  вопрос -  какова для  преступника причина комфортности  позы, 

в которой он совершил то или иное действие?

Совершая непривычный акт движения,  человек как бы резервирует 

часть  сил  на случай,  если  в  процессе  реализации  движения  возникнут 
какие-либо  сложности.  Так,  человек,  не  имеющий  опыта  открывания 
конкретной двери,  прилагает усилия  в  отношении  преграды  на уровне 
живота и нижней части груди. В подобной позиции‘  рука открывающе­

го  прижата  к  корпусу,  так  как  в  этой  позиции  удобно  приложить  до­
полнительные  усилия  (уперев  локоть  в  бок),  если  дверь  открывается 

плохо.  В  данном  случае  локализация  следов  рук (дактилоскопических, 

флексорных  или  пороскопических)  или  разрушение  пылевого  слоя  на 

поверхности  двери  обнаруживается  на  преграде  в  области  живота  или 
нижней  части  груди,  демонстрируя  неадаптированность данного  чело­
века к двигательной операции относительно данной двери).

При  совершении  же  привычного  акта  движения  человек,  «знаю­

щий»  о необходимой степени усилий  по открыванию двери, манипули­
рует  в  удобной  для  каждого  области  на уровне  верхней  части  груди  и 

плечевого  пояса.  В  данной  позиции  рука  открывающего  свободна  от 
опоры  ввиду  отсутствия  необходимости  прикладывания  дополнитель­
ного усилия. В  подобном случае локализация  следов рук будет наблю­
даться  на  преграде  на уровне  груди  и  плечевого  пояса,  что  свидетель­
ствует о знакомстве человека с воздействуемым пространством.

Степень знакомства человека с запирающим  устройством демонст­

рируется  также  положением  ног  преступника  относительно  плоскости 

запирающей  преграды.  В  случае  если  у  человека  нет  навыка открыва­

ния  данной  двери  или  (гораздо  реже)  профессионального  навыка  от­
крывания дверей, для создания упора он располагается по отношению к 

двери на расстоянии 30 см и меньше. Для увеличения эффекта «упора», 

как  правило (у  184 участников эксперимента из 200),  ведущая  нога от­
клонена от перпендикуляра «носок ноги -  плоскость двери»  соответст­
венно правая -  вправо у правшей, левая -  влево у левшей.

Если  подобный  опыт есть,  то  расстояние  от  носочной  части  обуви 

до  плоскости  запираемого устройства,  как  правило,  более  25  см.  Отпе­

чатки ног в данном случае перпендикулярны плоскости двери.

'  Данные результаты  получены  в  процессе эксперимента над 200  лицами.  Воз­

растной диапазон исследуемых -  20-22 года.

Реконструкция  свойств  личности  преступника  по  следам,  возни­

кающим  на  разных  стадиях  совершения  преступления,  исходя  из  со­

держания  каждой  стадии,  соотнесенной  с  типовыми  криминалистиче­

скими  характеристиками  личности  преступника,  также  способствует 

решению реконструктивно-поисковой задачи.

Организация  совершения  преступления,  включающая  приискание 

эффективного  орудия  преступления  (определяется  в  процессе  анализа 
результатов  трассологической  экспертизы),  активное  наблюдение  (оп­
ределяется  наличием  дорожки  следов,  параллельной  дорожке  следов 

потерпевшего), пассивное наблюдение (определяется  в процессе анали­

за  локализации  следов  преступления,  с  пространства  которого  про­
сматривается  обстановка  происходившего  преступного  события),  де­

монстрирует  наличие  рационалистического  начала,  проявляющегося  в 
поведении  преступника.  Следовательно,  совершение  преступления  без 
подготовки  демонстрирует  нам  преобладание  эмоционального  начала 
человека, импульсивности как присущей преступнику черты характера.

Организация  совершения  преступления,  направленная  на сокрытие 

его следов (содержательная сторона способа сокрытия  следов  преступ­

ления)  демонстрирует  наличие  криминального  опыта  у  преступника. 

Соответственно,  в  процессе  реконструкции  личности  преступника  мы 

делаем  предположение  о  наличии  у  него  судимости.  Казалось  бы,  что 

эффективно скрыть следы  преступления  может также  и рациональный, 
логичный  преступник,  однако  именно  для  подобного  типа  людей  не 
характерна  мобилизация  психического  потенциала  в  нестандартной 

стрессовой  ситуации,  так  как рационализм  как личностная  черта  бази­
руется на опыте. Другой вопрос, что подобными лицами опыт приобре­
тается быстрее, чем лицами с доминирующей эмоциональной сферой.

Организация  отхода с  места преступления  совершившего его лица, 

подвергнутая анализу'  со стороны следователя, демонстрирует присут­
ствие  у  преступника  такой  личностной  характеристики,  как  сдержан­

ность,  которая  проявляется  во  многих областях отношений  преступни­
ка  с  реальностью  (уровень  отношений  личности  преступника  как 
структурный  элемент  криминалистической  характеристики  личности 
преступника).  Спокойный,  неторопливый  отход  с  места  преступления 
(определяется  по средней длине  шага^,  выраженной  в дорожке  следов)

'  О потенциале  подобного анализа см.:  Осмотр  места происшествия:  Учеб.  по­

собие.  М.,  1995. С.13-15.

^ Говоря о размере шага,  мы  подразумеваем типичную длину  шага для данного 

человека,  который  легко  устанавливается  исходя  из  разработанных  в  криминали­
стической трассологии схем.

демонстрирует  нам  значительный  волевой  потенциал  у  преступника, 
так  как  подобное  проявление  собранности  после  стрессового  события 

(преступления)  выходит за рамки типичного  поведения.  Соответствен­
но,  малая  длина  шага демонстрирует либо  особый  цинизм,  либо  силь> 

ное  эмоциональное  переживание  преступником  случившегося,  а  боль­
шая  длина  шага  показывает  естественную  потребность  человека  избе­

жать  наказания  за содеянное. Чем  в большей степени  в походке прояв­
ляется  элемент  десинхронизации  (варьирование  в  большом  диапазоне 
длины шага, ширины его, угла разворота стопы) в процессе отхода пре­

ступника  с  места  происшествия,  тем  увереннее  следователь  реконст­
руирует  такую  личностную  особенность  преступника,  как  стремление 

избежать ответственности.

Выявленные  в  процессе  реконструкции  по  следам  преступления 

личностные  особенности  преступника соотносятся  с типовыми  крими­

налистическими  характеристиками  отдельных  групп  преступников. 
Процесс  подобного  выявления  и  соотношения  представляет  собой  со­
держание  решения  реконструктивно-поисковой  задачи,  стоящей  перед 

криминалистической характеристикой личности  преступника как  науч­
ной категорией.

3.4. Значение криминалистической характеристики

личности преступника в профилактике преступлений

В  широком  смысле  слова  под  профилактикой  преступлений  пони­

мается  недопущение преступлений, предохранение членов общества от 

совершения  ими  противоправных деяний  (представляющих собой  пре­

ступления).  Исходя  из  такого  понимания  профилактики,  в  нее  включа­

ется  вся  правоохранительная  деятельность.  Не  вступая  в  дискуссию, 
отметим,  что  избыточная  широта  охвата  данного  толкования  профи­

лактики  преступлений,  на  наш  взгляд,  делает содержание  данного  по­

нятия логически пустым.

Являясь  сторонником  узкого  понимания  профилактики  преступле­

ний,  в  содержание  профилактики  преступлений  автор  включает  меро­
приятия, направленные:

1) 

на  выявление  и  устранение  причин  преступлений,  условий  и 

обстоятельств, способствовавших их совершению;