Файл: Измайлова П.Р. Уголовная ответственность должностных лиц государства за преступления по международному праву.docx

Более сложная проблема в этих случаях – это выдача (или передача) таким судам подозреваемых лиц. Поскольку эти суды создаются и действуют от имени международного сообщества, их выдача должна обеспечиваться авторитетом этого международного сообщества, однако события вокруг президента Судана Аль- Башира, выдавать которого отказались некоторые африканские государства, показывают, что принудительная юрисдикция международных судебных учреждений, создаваемых для уголовного преследования, в частности, должностных лиц государств, не получает автоматического признания. Здесь явно воспроизводится ситуация с «классическим» международным судебным учреждением – Международным Судом ООН, для начала рассмотрения конкретного спора в котором необходимо однозначное и явно выраженное признание юрисдикции со стороны всех спорящих сторон.

Поэтому в международном сообществе ощущается неудовлетворенность невозможностью использовать эти судебные учреждения для обеспечения международного правопорядка. Возникло новое явление в этой сфере - так называемые смешанные суды: разнообразные учреждения, создаваемые внутри государств и соединяющие разные элементы национального и международного правосудия. Однако и их эффективность не достигает того уровня, который, очевидно, является необходимым. Это происходит по разным причинам, чаще всего политическим; смешанные суды сильно подвержены воздействию обстановки внутри страны и в регионе.

Наиболее частым средством принуждения остаются национальные суды. И в этом случае серьезным, даже решающим, элементом разбирательства становится право обвиняемого должностного лица на иммунитет.

Законодательство и основанные на нем решения национальных судов в определенной степени находятся под влиянием учредительных документов и юриспруденции Международного уголовного суда и международных уголовных

трибуналов. Это есть свидетельство обычно-правового развития тенденций, заложенных созданием этих судебных учреждений.

Такова же, в общем, и позиция национальных судов многих других стран.

Та же тенденция проявляется в законодательстве государств. Даже государства-участники Римского статута Международного уголовного суда в процессе имплементации во внутреннее законодательство взятых на себя по Статуту обязательств облекают эти обязательства в такие формулировки, которые в общем оставляют им свободу действия.

Анализ показывает, что многие элементы теории ответственности должностных лиц государства еще не сформировались. «Международное преступление государства» пока не стало общепризнанным явлением в международном праве. И вряд ли подобная норма приобретет широкое признание в обозримом будущем в силу нескольких соображений: не все деяния, которые потенциально будут вменяться государствам, будут соответствовать принципу nullum crimen sine lege, без которого юридическая ответственность невозможна; например, было бы очень непросто составить список юридических обязательств, относящихся к самоопределению или защите природы, так чтобы большинство государств согласилось на вменение им уголовной ответственности за нарушение.

Не существует такого суда, который бы обвинял и судил государства за подобные преступления. В Комиссии международного права некоторое время обсуждались Международный Суд, Совет Безопасности, арбитраж, но в отношении каждого из них выдвигались серьезные возражения.

Можно считать установленным наличие в международном праве положений, предписывающих возложение на индивидов ответственности за нарушение норм, сформированных в обычно-правовом или конвенционном порядке. Таких положений немного по сравнению с общим массивом международного права, при этом, кроме общепризнанной обычной нормы о борьбе с пиратством, другие

положения имеют своим источником договоры, а потому действуют между ограниченным числом государств-участников этих договоров.

По содержанию предписаний, изложенных в законодательных актах, видно, что в них речь идет скорее о распространении уголовной юрисдикции государства за границу, то есть о развитии института экстерриториальной юрисдикции, а не закреплении в национальных законодательствах универсальной юрисдикции.

ИСПОЛЬЗОВАННЫЕ МАТЕРИАЛЫ СОКРАЩЕНИЯ