ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 23.10.2020
Просмотров: 2233
Скачиваний: 3
25
2/2014
Постсоветский материк
Удк: 327. 5
А.в. ГРОзИН,
научный сотрудник Отдела Центральной Азии
и Кавказа ИВ РАН, к. и. н.
Эл. адрес: andgrozin@yandex.ru
Grozin a.,
researcher of the Department of Central Asia
and Caucasus of the Institute of Oriental Studies,
Candidate of History
Ключевые слова:
геополитика, Китай, партнерство,
Россия, Центральная Азия
keywords:
Central Asia, China,
geopolitics, Russia, partnership
пЕРСпЕКТИвы
РОССИЙСКО-КИТАЙСКОГО пАРТНЕРСТвА
в ЦЕНТРАЛьНОЙ АзИИ
в СвЕТЕ НОвыХ вызОвОв БЕзОпАСНОСТИ
«Китай и Россия являются двумя независимыми стратегическими силами в мире, их близость непременно
пошатнет стратегическое положение США. Большой «удар» будет нанесен не только по США, но по всему
западному миру. В настоящее время дух холодной войны витает в воздухе, Украина уже накрыта им, Япония
заморозила отношения с соседними государствами. В таких условиях стратегическое сближение Китая и
России становится якорем мировой стабильности, оно препятствует «самореализации предсказания» о
холодной войне, представляет собой стратегическую гарантию. Россия под руководством Владимира Путина
уже заставила Запад понять, что в холодной войне нет победы; подъем Китая – это беспрецедентный вызов
для западных стран» [9]. (Передовая статья «Жэньминьжибао» «Сближение Китая и России демонстрирует
тройной стратегический эффект». 10 февраля 2014 года).
prospects oF russian-chinese partnership
in centraL asia in the Face
oF new security chaLLenGes
«China and Russia are two independent strategic forces in the world, their proximity certainly shake the strategic
position of the United States. Large «impact» will be applied not only on the U. S. but throughout the Western world.
At the moment the spirit of the Cold War is in the air, Ukraine has already been covered with it, Japan froze relations
with neighboring states. In such circumstances, a strategic rapprochement between China and Russia becomes an
26
Постсоветский материк
2/2014
anchor of global stability, it prevents «self- realization» of the Cold War, is a strategic guarantee. Russia under Vladimir
Putin has made the West to understand that the Cold War is no a victory; the rise of China – is an unprecedented
challenge for the Western countries» [9]. (Editorial, «People’s Daily», «Convergence of China and Russia demonstrates
triple strategic effect». February 10, 2014).
Российская международная по-
литика последние 20 с лишним лет
отличалась совершенно неоправдан-
ным евро- и америкоцентризмом.
Сегодня, когда Запад на Украине в
очередной раз действует в ущерб рос-
сийским национальным интересам,
реалии происходящего подталкивают
руководство нашей страны к тому,
чтобы повернуться в сторону своих
естественных союзников. Это, в пер-
вую очередь, страны Юга и Востока. И
ведущие из них – Китай и Индия.
Одновременное сдерживание Рос-
сии и Китая Соединенными Штатами
и их союзниками объективно рабо-
тает на укрепление стратегического
партнерства РФ и КНР, открывает
новые возможности для совместного
освоения Центральной Азии, Сибири
и Дальнего Востока.
Геополитическая переориентация
Украины на Евросоюз станет еще
одним крупным успехом Запада по
сокращению российского жизненного
пространства, дроблению «Русского
мира». Разностороннее давление За-
пада на украинскую элиту подвело
Российскую Федерацию к рубежу, за
которым ждет геополитическая катаст-
рофа, к «распространению экономи-
ческих, политических, культурных и
военных шаблонов западноевропейс-
кой цивилизации на жизненно важное
пространство русской цивилизации»
[11]. Россия оказалась в новой и еще
более неблагоприятной геополити-
ческой реальности. У Москвы есть все
возможности для компенсации потерь
в виде освоения малозаселенных и
слабо включенных в экономическую
жизнь пространств к востоку от Урала
1
и расширения своего военно-полити-
ческого и экономического присутс-
твия в Центральной Азии.
Не стоит, кстати, в этой связи
преуменьшать российское влия-
ние и возможности в Центральной
Азии – зоне исторического домини-
рования России. Товарооборот между
РФ и государствами Центральной
Азии значительно снизился в разгар
мирового экономического кризиса
(в 2009 году с Казахстаном – на
34,8%, с Киргизией – на 28%, с Тад-
жики-станом – на 22%, с Узбекиста-
ном – на 28,4%), однако затем про-
изошло выравнивание товарооборота.
1
Предложения, прозвучавшие в феврале 2014 года на заседании Правительства РФ (по поводу пере-
вода штаб-квартир ряда крупных корпораций на Дальний Восток и придания Министерству развития
Дальнего Востока дополнительных полномочий), свидетельствуют о том, что российское руководство
вполне осознает всю серьезность складывающейся ситуации.
27
2/2014
Постсоветский материк
Центральная Азия по-прежнему очень
зависит от Москвы и экономически,
и политически. К тому же, для Казах-
стана и Узбекистана Россия – главный
торговый партнер [3].
Опубликованные два года назад ста-
тьи Владимира Путина о необходимос-
ти развития восточных регионов РФ,
создании и расширении Евразийского
экономического союза показали, что
глава России определил оптимальную
стратегию геополитического контрна-
ступления на ближайшие годы.
Президент России выдвинул три
главных тезиса. «Рост китайской эко-
номики – отнюдь не угроза, а вызов,
несущий в себе колоссальный потен-
циал делового сотрудничества, шанс
поймать «китайский ветер» в «паруса»
нашей экономики. Мы должны актив-
нее выстраивать новые кооперацион-
ные связи, сопрягая технологические
и производственные возможности
наших стран, задействуя, разумеется,
с умом – китайский потенциал в целях
хозяйственного подъема Сибири и
Дальнего Востока» [8].
Второй тезис: «Своим поведением
на мировой арене Китай не дает повода
говорить о претензиях на доминирова-
ние. Китайский голос действительно
звучит в мире все увереннее, и мы при-
ветствуем это, поскольку Пекин разде-
ляет наше видение формирующегося
равноправного миропорядка» [8].
Третий тезис: «У нас закрыты все
крупные политические вопросы в
отношениях с Китаем, включая глав-
ный – пограничный. Выстроен про-
чный, оформленный юридически
обязывающими документами меха-
низм двусторонних связей. Между
руководством двух стран достигнут
беспрецедентно высокий уровень
доверия. Созданная модель россий-
ско-китайских отношений – весьма
перспективна» [8].
Повышение места Китая в рейтинге
внешнеполитических приоритетов
усилило новую российскую страте-
гию, которую российский синолог
Юрий Тавровский назвал «Поворот
на Восток». Эта стратегия ориенти-
рована не на прямое столкновение
с превосходящими силами Запада,
а на напоминающий «тарутинский
маневр» М.И. Кутузова, перенос
основных государственных усилий
и интересов на Восток. Маневр, со-
здающий для евроатлантистов угрозу
создания оси Москва – Пекин с воз-
можным подключением к ней Индии,
Ирана и других значимых государств
континента Евразия.
Не раз уже в момент обострения
взаимоотношений между Россией и
Западом Китай выражал нам свою
осторожную поддержку. Так было и во
время пятидневной войны в Южной
Осетии, и в самый пик сирийского
кризиса, так произошло и в марте те-
кущего года, когда МИД Поднебесной
посоветовал США вести себя по отно-
шению к России в связи с событиями
в Крыму сдержанно. В то же время
китайцы – народ весьма прагматич-
ный, и Пекин во всех международных
конфликтах крайне осторожно подде-
рживает Москву, чтобы не возникало
ненужной ему сейчас международной
напряженности.
За годы ускоренного развития Пе-
кин накопил гигантские финансовые
излишки, которые он вкладывал в
28
Постсоветский материк
2/2014
американские ценные бумаги (1,2
трлн. долларов к 2013 году), а сейчас
старательно инвестирует по всему
миру в сырьевые, промышленные,
сельскохозяйственные активы, по
сути дела, обменивая американские
доллары на реальные ресурсы.
Представляется, что Пекин охотно
идет не только на вложение капиталов
в развитие российско-китайского
партнерства в Центральной Азии, но
и на участие в «освоении Центральной
Азии».
Пока КНР справляется с этой зада-
чей и без России, но анализ ситуации,
складывающейся вокруг Китая в пос-
ледние годы, подталкивает китайских
лидеров к поиску выхода из стратеги-
ческого окружения, которое является
сверхзадачей провозглашенной в 2011
году американской стратегии «Пово-
рот к Азии». Замедлить или сорвать
«мирное возвышение» КНР, проти-
воречащее интересам сохранения гло-
бальной финансово-экономической
гегемонии США, американские стра-
теги надеются за счет масштабного
комплекса мер.
В Тихоокеанский бассейн стягива-
ется две трети сил ВМФ США, активи-
руются военные договоры со старыми
союзниками (Япония, Южная Корея,
Австралия), налаживаются новые
военные связи (Вьетнам, Сингапур,
Филиппины, Малайзия), перетягива-
ют на свою сторону и плетут интриги
в пока нейтральных странах бассейна
Индийского океана (Индия, Мьян-
ма, Шри-Ланка). Делается попытка
оставить Китай вне ускоренно созда-
ваемой Вашингтоном зоны свободной
торговли – Транстихоокеанского
торгового партнерства(ТТП). Будет
форсировано создание системы Азия
ПРО, которая призвана «обнулить»
ракетно-ядерные силы НОАК. Штаты
вплотную подошли к созданию угрозы
блокады портов побережья КНР и
Малаккского пролива, установлению
жесткого контроля над маршрутами в
Тихом и Индийском океанах, по кото-
рым перевозится до 80% экспортных и
импортных товаров Китая и жизненно
важного сырья [12].
А в Центральной Азии Россию и
Китай наши западные «партнеры»
очень хотели бы столкнуть. Стоит
заметить, что предположения о не-
избежности столкновения интересов
России и Китая в Центральной Азии
американцами высказываются уже
довольно давно. Причем делали и де-
лают это серьезные люди типа Ричарда
Баучера и серьезные структуры типа
агентства
Stratfor
, считающегося
«теневым ЦРУ». Американцы не толь-
ко предсказывали и предсказывают
российско-китайское столкновение в
Центральной Азии, но и спят и видят
наступление такой ситуации в реги-
оне. Это крайне желаемый с точки
зрения их интересов вариант развития
«Большой игры» [13].
В Пекине видят все эти угрозы и
считают их вполне реальными и акту-
альными. Об этом говорит активный
поиск новых источников промышлен-
ного и сельскохозяйственного сырья
за пределами освоенных китайскими
компаниями Африки и Ближнего Вос-
тока, а также создание альтернативных
транспортных маршрутов. Именно
сквозь эту призму стоит рассматри-
вать стратегию «Экономический пояс
29
2/2014
Постсоветский материк
Великого шелкового пути», провоз-
глашенную в сентябре 2013 года во
время поездки по странам Централь-
ной Азии китайским руководителем
Си Цзиньпином, интерес Пекина к
освоению Северного морского пути,
аренду земель на Украине и в Таджи-
кистане и др.
Еще в 2012 году заместитель ди-
ректора Китайской академии обще-
ственных наук Ли Шэньмин в статье
в «Хуаньцюшибао» отмечал: «США
в слепой самоуверенности напра-
вили острие атаки против двух дер-
жав – России и Китая. Бывший по-
мощник министра финансов США
Пол Робертс недавно опубликовал
статью, где говорится: «Факты никогда
не были столь очевидны: обе партии в
Вашингтоне направили острие своей
атаки на Россию и Китай. Пока неяс-
но – целью США является уничтоже-
ние этих двух стран или всего лишь
доведение их до состояния, когда они
будут неспособны противостоять гло-
бальному доминированию Вашингто-
на». Мы считаем оба этих утверждения
верными. Нейтрализация возмож-
ностей противодействия России и
Китая – цель США на данном этапе, а
разрушение этих двух стран – их зада-
ча-максимум. В этом стремлении аме-
риканцы движимы наличием у России
богатейших ресурсов и мощного ВПК,
а также емким рынком и растущим
экономическим потенциалом Китая.
В глазах Вашингтона в России под
руководством В.В. Путина восста-
навливается так называемая нацио-
нальная диктатура; бурное развитие
социализма с китайской спецификой
с точки зрения идеологии и ценностей
представляет для США смертельную
угрозу. Разумеется, необходимо не до-
пустить той ситуации, когда западный
мир во главе с США успешно вбил
бы клин между Китаем и Россией,
сформировав широчайший «единый
международный фронт», сперва ок-
ружив и уничтожив Китай, а затем,
двинувшись на север, расчленил бы
Россию. Таким образом Западом была
бы достигнута цель окончательного
мирового доминирования» [4].
Оптимальным ответом на стратегию
окружения Китая для Пекина все же
является ускоренное развитие взаи-
моотношений с Россией. Природные
ресурсы Центральной Азии, Сибири и
Дальнего Востока способны закрыть
потребности китайской индустрии.
Наши транспортные артерии обес-
печат быстрый и неподконтрольный
США выход на европейский рынок.
В свою очередь, РФ может добиться
настоящего прорыва в обустройстве
своего Востока и Центральной Азии за
счет китайских капиталов, опыта фор-
сированного развития депрессивных
регионов и трудовых ресурсов.
Широкие возможности россий-
ско-китайского сотрудничества в раз-
витии Центральной Азии до сих пор
используются лишь в малой степени
из-за взаимного недоверия полити-
коформирующих кругов Москвы и
Пекина, которое еще сохраняется,
несмотря на красивые заявления о
«всеобъемлющем стратегическом
партнерстве». Например, некоторые
эксперты (видимо, по чистому сов-
падению большей частью западные)
пугают Россию тем, что китайские
экономические проекты в Централь-