Файл: Шевчук Д.А. - Конфликты. Избегать или форсировать Все о конфликтных ситуациях на работе, в бизнесе и личной жизни - 2009.pdf

Д.  А.  Шевчук.  «Конфликты: как ими управлять (конфликтология)»

191

• территориальные;

• социопрофессиональные;

• элитистские;

• поколенческие (отцы и дети);

• родовые или клановые и т.д.

Но содержание этих конфликтов задают не группы как таковые, а то, 

что

 их разде-

ляет, то есть 

объект

 конфликта. А в качестве его, как мы помним, выступают в основном 

1)

ресурсы, 

2)

 статус и 

3)

 ценности. Соответственно, получаем 

три

 главных типа конфликтов

между любыми группами в 

трех

 основных сферах человеческой деятельности:

1) социально-экономические (делятся ресурсы);

2) политико-правовые (делятся власть и влияние);

3) духовно-идеологические (навязываются свои ценности). Внутри каждого из этих

видов конфликтов далее можно выделять внутренние градации по самым различным осно-

ваниям:

• по степени проявленности (явные и скрытые);

• по степени осознанности (осознанные адекватно или неадекватно);

• по характеру целей (конструктивные и деструктивные);

• по итогам для каждой из сторон (конфликты с «нулевой суммой» – выигрыш – про-

игрыш, или с «ненулевой суммой» – выигрыш – выигрыш);

• по степени однородности участников (гомогенные и гетерогенные);

• по степени структурированности и институциализации (полностью или частично);

• по способам регулирования (управление, согласование, разрешение) и пр.

Таких оснований дифференциации конфликтов существует великое множество. Даже

кратко все их описать здесь не представляется возможным. Поэтому охарактеризуем лишь

два

 наиболее фундаментальных и актуальных для сегодняшнего дня вида межгрупповых

конфликтов – политические и национальные. Такой выбор можно оправдать следующими

соображениями.

Политические и национальные конфликты

При всем многообразии современных межгрупповых конфликтов большинство из них

имеют тенденцию как бы стягиваться в одну точку – к центру политической, государствен-

ной власти. Если конфликт между любыми социальными группами достаточно серьезен,

то рано или поздно он «вырастает до размеров» 

политического.

 Структура и социальная

организация нынешнего общества настолько сложны и прихотливы, что государство просто

не может не регулировать экономические, социальные (медицина, образование, весь «соц-

культбыт») и даже духовные процессы. Складывающиеся в этих сферах «группы интересов»

не без оснований усматривают в политических институтах самое действенное и надежное

средство решения своих проблем.

В чем-либо ущемленная социальная группа (шахтеры, фермеры, олигархи, националь-

ные меньшинства) видит, как правило, один путь улучшения своего положения: четкая арти-

куляция своих интересов, создание собственной организации, продвижение своих кандида-

тов во власть или давление на нее любыми разрешенными способами. Таким образом даже

обычный трудовой конфликт может приобрести политическую окраску. Поэтому политиче-

ские конфликты неизбежно оказываются преобладающими в современном обществе.

Конфликты 

национальные  (межэтнические)

  тоже  в  последнее  время  оказались  на

виду, хотя, казалось бы, процесс образования наций в основном давно завершился. Кон-

фликты  этого  типа  (выделенные  по  субъектам  конфликтных  отношений)  по  системным

основаниям  вроде  бы  раскладываются  на  традиционные  составляющие:  экономическую,

Д.  А.  Шевчук.  «Конфликты: как ими управлять (конфликтология)»

192

политическую и ценностно-духовную. Причем главной из них, как правило, оказывается

политическая – обретение этнической группой собственной государственности.

Однако  дело  осложняется  тем,  что  в  таких  конфликтах  (в  отличие  от  классовых

или социопрофессиональных) на первый план выходит один из видов базовых групповых

потребностей – 

потребность в идентичности,

 то есть в сохранении целостности и специ-

фичности самой группы (этноса). И порою трудно понять, где в национальных конфликтах

цель, а где – средства. То ли национальные лозунги используются лишь как средство для

передела экономических ресурсов и политической власти, то ли наоборот – ресурсы и власть

нужны группе исключительно как средство утверждения национальной самобытности. Так

или иначе, но национальные конфликты демонстрируют в конце XX – начале XXI вв. явную

тенденцию к обострению, что делает посвященный им раздел конфликтологии остро акту-

альным, и заставляет пересмотреть многие традиционные прогнозы эволюции националь-

ных отношений.

15.2. Политические конфликты

Под 

политикой

 вообще обычно понимают главным образом деятельность социальных

групп и индивидов по реализации своих противоречивых интересов с помощью государ-

ственной власти. Политика появляется там и тогда, 

где

 и 

когда

 общество расслаивается, диф-

ференцируется на различные группы с несовпадающими интересами. Коль скоро общество

когда-то (в период перехода от родового строя к классовому) перестало быть однородным,

потребовался некий инструмент регуляции взаимоотношений выделившихся социальных

групп, дабы они, как эффектно выражались классики марксизма, «не пожрали друг друга в

бесплодной взаимной борьбе». Такой инструмент был изобретен – им стало государство, то

есть политическая организация, представляющая собой систему учреждений, обладающих

верховной властью на определенной территории.

Главное назначение государства – обеспечивать целостность социума путем регуляции

взаимоотношений между социальными группами, а также индивидами. Однако рассматри-

вать государство в качестве этакого третейского судьи или нейтрального арбитра в беско-

нечных спорах драчливых социальных групп было бы наивно. Если государство – и арбитр,

то далеко не беспристрастный. Дело в том, что в обществе, разделенном на противоборству-

ющие группы, «третьей», незаинтересованной стороны просто нет. Государственные учре-

ждения (правительства, парламенты, суды) заполняются людьми, принадлежащими к той

или иной социальной группе. И, естественно, не к любой, а к той, которая на данный момент

оказалась сильнее. Так что для иллюстрации сути государства больше подойдет аналогия не

с арбитром спортивного соревнования, а с детской игрой в «царь горы» – кто столкнет всех

соперников с вершины, тот и прав. Звучит, может быть, и грубовато, зато ближе к истине.

Сущность политического процесса в конечном счете и составляет борьба различных

социальных групп за завоевание и использование государственной власти. Вокруг нее и раз-

ворачиваются все политические конфликты.

Структура политического конфликта

Политический 

конфликт

 – столкновение субъектов политики в их взаимном стремле-

нии реализовать свои интересы и цели, связанные прежде всего с достижением власти или

ее перераспределением, а также с: изменением их политического статуса в обществе.

Источник

 политических конфликтов универсален – это все то же удовлетворение базо-

вых потребностей социальных групп и индивидов, которое в сложно структурированном

Д.  А.  Шевчук.  «Конфликты: как ими управлять (конфликтология)»

193

обществе не может быть обеспечено без согласования и централизованной координации уси-

лий, чем и занимается государственная власть.

По большому счету политическая власть для группы – не самоцель, а средство гаран-

тировать удовлетворение фундаментальных потребностей. Однако внутри самой политиче-

ской сферы порой происходит своеобразный сдвиг целей: для профессионального политика

или даже целой политической организации власть становится самостоятельной ценностью,

которая подчиняет себе все остальное. Главным движущим мотивом таких людей и групп

(и, конечно, источником дополнительных конфликтов) становится «жажда власти». Такую

подмену цели часто клеймят как беспринципность или эгоизм. Но, возможно, напрасно. Это

ведь не только политический феномен. Ради чего, скажем, сражается боксер на ринге – чтобы

стать первым в мире или чтобы обеспечить семью? Бывает, что первое для него важнее.

Говорят, что именно такие качества и создают великих спортсменов. Что-то похожее есть и

в политике – «чистое» стремление к власти для политика естественно. Это одна из особен-

ностей «политической игры».

В качестве 

объекта

 политических конфликтов выступает специфический социальный

ресурс – государственная власть, а также политический статус социальных групп (степень

приближенности или удаленности от рычагов власти, способность оказывать влияние на

принятие обязательных для всего общества решений) и политические ценности (патрио-

тизм, гражданственность, права и свободы и пр.).

Субъектами

 политических конфликтов обычно признают либо социальные группы,

либо представляющие их политические институты. Здесь кроется одна, до сих пор не раз-

решенная  до  конца  проблема;  кого  считать  реальным,  а  кого  –  номинальным  субъектом

политического  конфликта?  Безусловно,  за  действиями  политических  институтов  (прави-

тельства, парламента, судебных инстанций) стоят интересы социальных групп. Но поли-

тические  решения,  в  том  числе  и  так  называемые  «судьбоносные»,  принимают  все-таки

политические учреждения, пользующиеся в своих действиях известной автономией от под-

держивающих их социальных групп.

Субъекты политических конфликтов

В свое время весьма стройная схема анализа субъектов политического конфликта была

предложена марксизмом. Политика в нем, как известно, понимается как отношение между

классами по поводу завоевания и использования государственной власти. Но классы – это

достаточно большие группы, включающие порой сотни тысяч и даже миллионы индивидов.

Обеспечить единство действий такой огромной массы может только ее организация в поли-

тическую партию, представляющую собой, по мысли классиков марксизма, наиболее созна-

тельную и организованную часть того или иного класса, его политический авангард. Партии

же в свою очередь выдвигают из своей среды наиболее авторитетных и влиятельных лиц,

политических лидеров, вождей, занимающих высшие политические посты в самой партии

и в случае ее успеха на выборах – в государстве.

В  итоге  получается  довольно  четкая  иерархия  субъектов  политического  процесса

(массы – классы – партии – вожди), в основании которой находится большая социальная

группа (класс), которая и является глубинным источником политической активности, а зна-

чит, – и реальным ее субъектом. Вожди и прочие профессиональные политики, заполняю-

щие политические учреждения, признаются лишь 

«делегативными» субъектами,

 поскольку

в конечном счете лишь выражают волю поддерживающей их большой социальной группы.

Марксистская доктрина создавалась во второй половине XIX в. Однако уже в начале

XX в. стало ясно, что социальная структура общества эволюционирует несколько иначе,

чем прогнозировал К. Маркс. Вместо того чтобы упрощаться до двух полярных элементов

Д.  А.  Шевчук.  «Конфликты: как ими управлять (конфликтология)»

194

(буржуа – пролетарии), она становилась более сложной и многослойной. Усложнилась и

политическая жизнь с ее непрестанными конфликтами. Классовая модель ее субъектов стала

выглядеть слишком общей и упрошенной. Ведь внутри классов существует множество само-

стоятельных групп (профессиональных, региональных) со своими интересами, отличающи-

мися от общеклассовых. Кроме того, классовый анализ годится для объяснения крутых пово-

ротов истории, смен общественно-экономических формаций, которые случаются не каждое

столетие. Но истолковывать с его помощью менее глобальную динамику политических кон-

фликтов, быструю смену политических ситуаций в рамках локальных исторических перио-

дов затруднительно.

Поэтому еще в начале XX в. американским социологом и политологом 

Артуром Бен-

тли

 было предложено понятие 

группа интересов,

 которое до сих пор используется в поли-

тологическом и конфликтологическом анализе. Этим понятием обозначается объединение

людей  на  основе  общности  интересов  и  действий  в  конкретной  политической  ситуации.

Они берут на себя функции представительства интересов входящих в них людей во вза-

имодействии с политической властью и соответственно включаются в политические кон-

фликты. Среди таких групп интересов, как правило, ассоциации предпринимателей, профсо-

юзы, молодежные и ветеранские организации, союзы и общества фермеров, деятелей науки,

культуры, религии, экологические, феминистские и прочие движения и организации.

По мысли А. Бентли, взаимодействие таких групп и государства является сердцевиной

политического процесса. При этом даже сами государственные институты могут рассматри-

ваться как 

официальная группа интересов.

 Поэтому именно они должны считаться реаль-

ными субъектами политической активности и конфликтов в этой сфере.

В конечном счете, политика ведь и есть способ конфликтного согласования интере-

сов различных социальных групп. В их динамике сегодня отмечаются 

две

 противоположно

направленные тенденции. Первая, более традиционная, выражается в укрупнении, агреги-

ровании политических интересов двумя-тремя ведущими политическими силами. Трезво

оценивая свои реальные возможности пробиться к власти, относительно небольшие группы

интересов почитают за благо поддержать одну из мощных политических группировок, рас-

полагающих реальной властью. В этом случае «мелкий» политический конфликт как бы

поглощается, растворяется в более крупном, что в принципе способствует устойчивости,

стабильности политической системы в целом.

Другая тенденция современной динамики политических интересов имеет прямо про-

тивоположный смысл: она заключается в диверсификации политических интересов, то есть

в нарастании их многообразия и увеличении точек пересечения. Объясняется это как «раз-

рыхлением» прежней жесткой социально-классовой структуры, так и нарастанием «неод-

нородности сфер жизни» (термин 

Р. Дарендорфа).

 Последнее означает, что все чаще люди

оказываются  в  ситуациях,  когда  определенные  общие  интересы  в  одной  из  сфер  жизни

(например, заинтересованность в сохранении окружающей среды) могут вполне мирно ужи-

ваться с различием интересов в других сферах (например, трудовой). Люди уже не считают

себя  жестко  принадлежащими  к  какой-то  конкретной  социально-политической  группе,  а

меняют свою «ориентацию» в зависимости от того, какая из многих проблем кажется им на

сегодняшний лень наиболее важной. Все это, конечно, усложняет общую картину полити-

ческих конфликтов, делает ее 

многомерной.

Таким  образом,  современные  группы  интересов  вполне  обоснованно  признаются

реальными субъектами политических конфликтов. Но не меньше оснований претендовать на

эту роль и у формальных политических институтов (президент, правительство парламент).

Ведь помимо групповых интересов существуют еще и 

общенациональные —

 обеспечение

суверенитета, безопасности, правопорядка, реализация крупномасштабных экономических

проектов и т. д. Они не разложимы на групповые составляющие или, по крайней мере, не

Д.  А.  Шевчук.  «Конфликты: как ими управлять (конфликтология)»

195

сводимы к ним без остатка. Кроме того, государственным учреждениям, несмотря на всю

их социально-групповую ангажированность, все-таки приходится выполнять арбитражные

или посреднические функции в урегулировании столкновений конкурирующих групп. Ведь

даже внутри господствующих групп могут возникать противоречия (нашим экспортерам,

к примеру, выгоден дешевый рубль, а импортерам, – наоборот, дорогой; и те, и другие не

преминут пролоббировать свои интересы в государственных структурах). Более того, про-

тиворечия и конфликты могут возникать и внутри самих государственных структур (столк-

новение исполнительной и законодательной ветвей власти, например). Так что, политиче-

ские институты также должны быть признаны полноправными субъектами политических

конфликтов.

Особенности политических конфликтов

Специфика объекта и субъектов политических конфликтов придает им ряд характер-

ных особенностей, отличающих этот вид межгрупповых конфликтов от всех других.

1)  Преимущественно 

открытый  характер,  большая  проявленность  столкновения

интересов.

 Политика – это сфера разрешенной обществом борьбы, способ ослабить соци-

альное напряжение разрядкой эмоций в политическом состязании. Отсюда – склонность к

внешним эффектам, известная театральность политической жизни.

2) Непременная 

публичность.

 Эта характеристика означает, во-первых, что политика

нынче профессионализировалась и осуществляется особой группой лиц. не совпадающей с

массой народа. А, во-вторых, это значит, что любой конфликт в этой по-настоящему профес-

сиональной среде предполагает апелляцию к массам (непрофессионалам), активную моби-

лизацию их на поддержку той или иной стороны.

3) 

Повышенная частота.

 Конфликтов в политической сфере сегодня много больше,

чем в остальных. И не только потому, что конфликт есть как бы главный способ действия,

образ мышления и манера поведения политиков. Но главным образом потому, что многие

конфликты неполитической сферы жизни людей (которую принято называть гражданским

обществом), не находя своего мирного разрешения, переливаются в сферу политическую,

то есть требуют для урегулирования государственного вмешательства. Так, любой трудовой

конфликт в принципе является делом двух договаривающихся сторон и может быть разре-

шен их полюбовным соглашением. Но если такого соглашения достичь не удается, острота

конфликта нарастает, и каждая из сторон начинает апеллировать к государственным инстан-

циям, пытаясь использовать их возможности себе на благо.

4) 

Всеобщая значимость.

 Каким бы частным или локальным ни был политический

конфликт, но завершается он принятием решения на государственном уровне, а оно обяза-

тельно для всех членов общества. Таким образом, чуть ли не любой политический конфликт

поневоле затрагивает каждого из нас.

5) 

«Господство  –  подчинение»  как  осевой  принцип.

  Поскольку  политические  кон-

фликты  разворачиваются  в  социальном  пространстве,  где  доминирующей  осью  является

вертикаль государственной власти, их главной целью неизбежно становится установление

политического господства оказавшейся сильнее стороны (заметим при этом, что в полити-

ческих науках термин «господство» не имеет негативно-ценностного оттенка. Это не экс-

плуатация или угнетение, это просто установление определенного порядка командования и

подчинения). Отсюда – острота политических конфликтов, их частые «срывы» в крайние

формы – путчи, мятежи, восстания.

6) 

Возможность использования силовых ресурсов

 как средства разрешения конфликта.

Из  всех  видов  власти  в  обществе  только  государственная  обладает  правом  легального

применения силы. Поскольку государство как политический институт является непремен-