ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 25.10.2020
Просмотров: 5777
Скачиваний: 3
ислама
(
преамбула
,
ст
. 5),
а
конституция
НДРЙ
предусматривает
,
что
государство
заботится
о
сохранении
исламского
наследия
(
ст
. 30).
Понятно
,
что
речь
в
данном
случае
идет
лишь
о
демократических
исламских
традициях
и
нормах
мусульманского
права
,
имеющих
относительно
прогрессивное
содержание
.
Демократическое
понимание
мусульманской
государственно
-
правовой
концепции
характерно
и
для
некоторых
прогрессивных
партий
,
находящихся
в
аппозиции
к
правящим
режимам
в
рассматриваемые
странах
,
развивающихся
то
капиталистическому
пути
.
Так
,
руководитель
марокканской
Партии
прогресса
и
социализма
Али
Ята
писал
,
что
ислам
играет
положительную
роль
как
фактор
общности
мусульман
в
их
стремлении
к
независимости
и
прогрессу
. «
Цель
социализма
—
действительное
освобождение
наций
в
экономической
,
социальной
,
политической
и
культурной
областях
.
Ислам
не
противоречит
этой
цели
» [330,
с
.
10].
Генеральный
секретарь
Национально
-
прогрессивной
(
левой
)
партии
Египта
Халид
Мухи
ад
-
Дин
в
своей
известной
книге
«
Религия
и
социализм
»,
также
отмечает
,
что
прогрессивные
силы
отстаивают
ислам
как
религию
социальной
справедливости
,
равенства
и
отрицания
эксплуатации
,
считают
,
что
социализм
является
«
естественным
продолжением
»
процесса
общественных
преобразований
,
начатого
исламом
.
Касаясь
мусульманской
концепции
государства
,
он
обращает
внимание
на
то
,
что
ислам
закрепил
принцип
ответственности
правителя
перед
народом
и
обязал
его
проводить
политику
в
интересах
слабых
и
обездоленные
.
При
этом
подчеркивается
,
что
ислам
отдавал
предпочтение
сакулярному
государству
.
Он
не
предусматривал
установления
теократии
и
не
придавал
власти
правителя
божественного
содержания
,
а
халифатская
форма
государства
не
предопределяется
религиозной
догмой
и
,
следовательно
,
не
обязательна
.
Конкретную
модель
правления
должны
выбрать
сами
мусульмане
,
учитывая
необходимость
пресечения
тирании
и
реализации
демократического
принципа
«
консультации
» [480,
с
. 20—22, 42, 59
и
сл
.].
Все
это
говорит
о
том
,
что
исламские
.
государственно
-
правовые
принципы
,
толкуемые
в
демократическом
смысле
,
использу
-
Л
.
Р
.
Сюкияйнен
.
Мусульманское
Право
.
Вопросы
теории
и
практики
158
ются
прогрессивными
силами
в
идеологических
целях
для
обоснования
политики
,
отражающей
интересы
широких
народных
масс
.
Следует
,
однако
,
подчеркнуть
,
что
концепция
мусульманского
государства
в
указанных
странах
может
противопоставляться
не
только
буржуазным
институтам
,
но
и
социалистической
государственно
-
правовой
практике
.
Это
характерно
,
в
частности
,
для
официальной
идеологии
Ливии
,
которая
исходит
из
превосходства
Джамахирии
в
сравнении
со
всеми
иными
государственными
формами
,
не
обращая
внимания
на
принципиальные
различия
их
социально
-
политического
характера
.
Иначе
говоря
,
исламские
государственно
-
правовые
институты
не
имеют
однозначного
содержания
.
Вместе
с
тем
сравнительно
узкие
рамки
их
практической
реализации
в
данной
группе
стран
подтверждают
,
что
в
целом
они
объективно
не
соответствуют
прогрессивному
развитию
государственного
права
,
особенно
в
странах
,
вставших
на
путь
социалистической
ориентации
.
!
Мусульманское
право
и
современное
семейное
законодательство
Религиозно
-
нравственные
предписания
ислама
,
определяющие
положение
и
роль
женщины
в
семье
и
обществе
,
достаточно
подробно
освещены
в
советской
литературе
(
см
.,
например
, [144; 225,
с
. 158-172; 268,
с
. 222—231; 318,
с
. 9—48]).
Значительно
меньше
внимания
в
ней
уделялось
юридическим
вопросам
регулирования
семейных
отношений
,
в
частности
современному
семейному
законодательству
стран
Востока
.
В
имеющихся
работах
затрагиваются
лишь
отдельные
его
аспекты
(
см
.,
например
, [158; 192,
с
. 92—105; 242; 267,
с
. 86—108;
318,
с
. 104— 127; 319,
с
. 47—69]).
Вместе
с
тем
общий
анализ
нормативно
-
правовых
актов
,
действующих
в
этой
области
,
а
также
основных
тенденций
их
развития
представляет
для
исследователя
мусульманского
права
особый
интерес
,
поскольку
именно
здесь
оно
продолжает
применяться
наиболее
широко
.
Семейные
отношения
регулируются
в
мусульманском
праве
рядом
институтов
«
права
личного
статуса
».
Известно
,
что
эта
отрасль
наиболее
тесно
связана
с
религиозными
и
нравственными
нормами
и
принципами
ислама
,
мировоззрением
и
культурными
традициями
широких
масс
населения
мусульманских
стран
. He
случайно
,
если
в
середине
XIX
в
.
в
наиболее
развитых
из
них
мусульманское
право
,
занимавшее
прежде
господствующие
позиции
в
правовой
системе
,
постепенно
начало
уступать
место
законодательству
,
заимствующему
западноевропейские
буржуазные
правовые
образцы
,
то
«
права
личного
статуса
»
данная
перестройка
в
целом
не
коснулась
.
Однако
со
временем
заметные
социальные
сдвиги
,
отражавшие
постепенное
утверждение
капиталистических
отношений
,
а
также
возрастающее
влияние
европейских
держав
на
экономическое
и
культурное
Л
.
Р
.
Сюкияйнен
.
Мусульманское
Право
.
Вопросы
теории
и
практики
159
развитие
рассматриваемых
стран
объективно
потребовали
внесение
известных
изменений
и
в
данную
отрасль
мусульманского
права
(
см
. [491,
с
. 6]
)
Основное
направление
эволюции
формы
и
содержания
«
права
личного
статуса
»
было
связано
с
начавшимся
в
конце
прошлого
столетия
процессом
кодификации
норм
мусульманского
права
Как
уже
отмечалось
,
первым
шагом
на
этом
пути
явилось
принятие
в
1869 — 1877
гг
.
Маджаллы
,
действие
которой
распространялось
на
большинство
арабских
стран
,
входивших
в
состав
Османской
империи
(
за
исключением
Египта
).
Этот
крупный
законодательный
акт
касался
вопросов
правоспособности
и
ее
ограничения
,
но
не
затрагивал
семейных
отношений
,
которые
в
соответствии
с
принципом
свободы
веры
и
«
персонального
права
»
последователей
многочисленных
сект
и
толков
продолжали
регулироваться
различными
школами
мусульманского
права
в
традиционной
форме
доктрины
.
Примерно
в
то
же
время
в
Египте
была
предпринята
серьезная
попытка
кодифицировать
«
право
личного
статуса
»:
крупному
ученому
и
государственному
деятелю
Мухаммаду
Кадри
-
паше
(1821—1888
гг
.)
власти
поручили
составить
проект
закона
,
регулирующего
данную
область
общественных
отношений
.
Подготовленный
им
доктринальный
вариант
кодекса
представлял
собой
свод
положений
ханифитсого
толка
мусульманнского
права
,
включал
647
статей
и
носил
название
«
Нормы
шариата
по
личному
статусу
».
Сам
термин
«
личный
статус
»
впервые
был
предложен
именно
в
этом
труде
,
который
в
форме
нормативно
-
правового
акта
предусматривал
регулирование
всех
основных
институтов
данной
отрасли
.
Проект
Мухаммада
Кадри
не
был
введен
в
действие
как
официальный
закон
,
но
фактически
он
применялся
в
Египте
до
20-
х
годов
нашего
столетия
,
когда
здесь
появилось
первое
семейное
законодательство
,
а
впоследствии
широко
использовался
при
составлении
многих
актов
«
личного
статуса
»
в
данной
группе
стран
.
Однако
на
протяжении
еще
по
крайней
мере
четырех
десятилетий
в
арабских
странах
нормы
семейного
права
оставались
в
целом
некодифицированными
.
Лишь
незадолго
до
официальной
ликвидации
Османской
империи
в
некоторых
из
них
вступило
в
силу
первое
законодательство
,
регулирующее
данный
правовой
институт
.
Сначала
в
1915
г
.
султан
издал
два
указа
,
которые
предоставили
жене
право
требовать
развода
по
суду
в
случае
длительного
отсутствия
мужа
,
не
обеспечивающего
средства
для
содержания
семьи
,
или
его
неизлечимой
болезни
[491,
с
. 82].
Однако
поворотным
пунктом
стало
принятие
в
1917
г
.
османского
семейного
закона
—
первого
в
истории
развития
семейного
права
мусульманских
стран
акта
кодификации
в
рассматриваемой
сфере
общественных
отношений
.
Этот
закон
,
состоящий
из
157
статей
,
сравнительно
подробно
регулировал
вопросы
брака
и
развода
.
В
его
основу
были
положены
выводы
ханифитского
толка
,
но
в
отдельных
случаях
,
не
-
Л
.
Р
.
Сюкияйнен
.
Мусульманское
Право
.
Вопросы
теории
и
практики
160
редко
имеющих
принципиально
важное
значение
,
использовались
положения
и
иных
мусульманско
-
правовых
школ
.
Кроме
того
,
османский
закон
закрепил
ряд
норм
,
которых
вообще
не
содержало
традиционное
мусульманское
право
.
Вместе
с
тем
предусматривалось
,
что
в
случае
молчания
закона
судья
применяет
выводы
ханифитского
толка
.
Интересно
,
что
этот
акт
включал
специальный
раздел
,
положения
которого
должны
были
распространяться
на
христиан
и
иудеев
,
но
применяться
мусульманскими
судами
.
На
практике
эти
нормы
в
арабских
странах
,
входивших
в
состав
империи
,
не
действовали
.
Однако
с
принятием
османского
закона
данные
суды
здесь
стали
рассматривать
все
дела
,
связанные
с
личным
статусом
немусульман
,
за
исключением
брачно
-
семейных
[352,
с
. 18—19; 491,
с
. 83—88].
Указанный
закон
применялся
в
ряде
арабских
стран
и
после
ликвидации
империи
.
Так
,
в
Иордании
он
был
заменен
новым
законодательством
только
в
1927
г
.
,
а
в
24
Сирии
и
Ираке
действовал
до
50-
х
годов
,
когда
здесь
вступили
в
силу
новые
акты
о
«
личном
статусе
».
В
Ливане
же
в
соответствии
с
законом
1942
г
.
об
организации
мусульманского
судопроизводства
османский
закон
и
сейчас
продолжает
регулировать
семейные
отношения
среди
мусульман
-
суннитов
.
Работа
созданной
здесь
еще
в
1956
г
.
комиссии
по
кодификации
отрасли
«
личного
статуса
»
до
сих
пор
не
завершена
(
см
. [352,
с
. 25; 466,
с
. 268—269]).
В
настоящее
время
семейное
право
большинства
мусульманских
стран
представлено
,
как
правило
,
специальным
законодательством
,
которое
в
зависимости
от
сферы
действия
может
быть
разделено
на
три
группы
.
В
некоторых
странах
нормативно
-
правовые
акты
,
нередко
разрозненные
,
регулируют
лишь
отдельные
стороны
семейных
отношении
.
Так
семейные
законы
Египта
№
25
от
1920
г
.
о
содержании
семьи
и
других
вопросах
личного
статуса
и
№
25
от
1929
г
.
о
некоторых
нормах
личного
статуса
(
текст
законов
см
. [116,
с
. 35—42])
25
касаются
только
некоторых
аспектов
брака
,
развода
и
содержания
семьи
.
Сходное
положение
сложилось
и
в
Судане
,
где
единое
законодательство
в
сфере
семейных
отношений
отсутствует
,
но
их
отдельные
стороны
регулируются
специальными
циркулярами
Верховного
шариатского
суда
(
например
,
циркуляры
от
1915
г
. —
о
возможности
развода
по
решению
суда
,
от
1927
г
.
и
1932
г
. —
об
обязанностях
по
воспитанию
детей
,
от
1935
г
. —
о
брачном
выкупе
и
др
.) 1352,
с
. 24—25].
Второю
группу
доставляет
законодательство
НДРЙ
,
ЙАР
и
Иордании
,,
где
действуют
сводные
нормативно
-
правовые
акты
,
разной
степенью
детализации
регламентирующие
все
основные
вопросы
семейного
права
.
В
НДРЙ
таким
актом
является
семейный
закон
№
1
от
1974
г
. (
текст
закона
см
. [98,
с
. 352—361]),
а
в
ИАР
—
семейный
закон
№
3
от
1978
г
. (
текст
см
. [107, 1978,
№
1]),
по
существу
`
Иорданский
семейный
закон
1927
г
.
в
основном
воспроизводил
положения
османского
закона
.
Его
основное
отличие
24
заключалось
в
установлении
более
низкого
брачного
возраста
(16
лет
вместо
18
и
17
лет
для
мужчин
и
женщин
соответственно
),
а
также
в
отсутствии
указания
на
то
,
что
развод
,
данный
мужем
в
состоянии
опьянения
или
под
принуждением
,
недействителен
.
`
Не
соответствует
действительности
утверждение
Е
.
В
.
Гусева
о
том
,
что
в
Египте
в
1962
г
.
были
приняты
законы
о
25
«
личном
статусе
»
для
мусульман
и
немусульман
(
см
. [158,
с
. 136]).