ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 25.10.2020
Просмотров: 5727
Скачиваний: 3
правоведы
,
которые
,
хотя
в
принципе
и
не
отделяют
ибадат
от
муамалат
,
но
видят
между
ними
существенные
различия
.
Отмечается
,
в
частности
,
что
в
отличие
от
правил
культа
и
мусульманской
догматики
,
большинство
норм
,
регулирующих
отношения
между
людьми
,
имеют
логическую
основу
и
могут
изменяться
во
времени
.
Они
допускают
рациональное
толкование
(
в
том
числе
и
применение
по
аналогии
),
поскольку
с
(
помощью
рациональных
методов
легко
могут
быть
выделены
лежащие
в
их
основе
«
очевидные
интересы
» (
см
[446,
с
86— 87; 448,
с
.
47]).
Иногда
такое
различие
распространяется
даже
на
соотношение
шариата
и
фикха
.
Например
,
по
мнению
Мустафы
Ибрахима
аз
-
Залами
,
если
шариат
в
его
основных
нормах
и
предписаниях
неизменен
,
то
фикх
,
трактуемый
как
толкование
предписаний
Корана
и
сунны
и
их
перевод
в
плоскость
конкретных
норм
,
(
подвижен
и
изменчив
.
Другое
различие
заключается
в
том
,
что
шариат
как
стабильная
и
основанная
в
целом
на
«
божественном
откровении
»
система
догм
и
правил
обязателен
для
всех
,
а
фикх
связывает
только
правоведа
-
муджтахида
,
который
толкует
положения
Корана
и
сунны
и
формулирует
на
их
основе
юридические
нормы
[412,
с
. 5—6]
В
этой
связи
утверждение
Р
.
Давида
,
что
мусульманское
право
имеет
не
рациональную
,
а
религиозную
, (
божественную
основу
[159,
с
. 394],
выглядит
очевидным
преувеличением
.
Оставляя
пока
в
стороне
вопрос
о
соотношении
шариата
,
фикха
и
мусульманского
права
,
отметим
,
что
в
приведенных
выше
суждениях
мусульманских
исследователей
верно
подмечена
характерная
особенность
мусульманского
права
.
Действительно
,
если
бы
все
юридические
нормы
ислама
(
были
неразрывно
связаны
с
религией
, «
божественным
откровением
»
и
не
имели
само
-
Л
.
Р
.
Сюкияйнен
.
Мусульманское
Право
.
Вопросы
теории
и
практики
16
стоятельного
существования
,
то
они
не
могли
бы
развиваться
,
а
это
противоречит
историческим
фактам
.
Но
можно
согласиться
и
с
тем
,
что
шариат
,
в
составе
которого
центральное
место
принадлежит
мусульманской
догматике
и
правилам
религиозного
культа
,
в
глазах
правоверных
представляется
чем
-
то
неизменным
,
вечным
и
безусловно
обязательным
,
поскольку
выражает
волю
Аллаха
.
Фикх
же
воспринимается
преимущественно
итогом
рационального
творчества
правоведов
,
которые
переводили
религиозные
положения
(
Корана
и
сунны
на
язык
практических
юридических
норм
.
Добавим
,
что
даже
общие
принципы
мусульманского
права
,
которые
рассматриваются
в
качестве
его
фундаментальной
и
неизменной
части
,
по
существу
были
разработаны
правоведами
на
основе
логических
,
рациональных
приемов
.
Достаточно
искусственно
они
привязывались
к
«
божественному
откровению
».
Их
презюмируемый
неизменный
характер
—
лишь
фикция
,
с
помощью
которой
вводились
совершенно
новые
правовые
нормы
,
не
имеющие
ничего
общего
с
исламом
как
религией
.
Рациональные
пути
развития
мусульманского
права
рядились
в
религиозные
одежды
.
Разделение
норм
фикха
на
чисто
культовые
правила
и
нормы
,
регламентирующие
поведение
людей
по
отношению
друг
к
другу
,
оправданно
не
только
в
целях
познания
и
классификации
.
Оно
коренится
в
реальной
жизни
,
поскольку
у
обеих
указанных
категорий
норм
—
несовпадающие
закономерности
исторического
развития
и
разные
сферы
применения
,
каждая
из
них
отличается
своей
спецификой
регулирующего
воздействия
на
поведение
,
наконец
,
они
имеют
различный
статус
в
исламе
и
могут
существовать
относительно
самостоятельно
друг
от
друга
.
Данный
вывод
подтверждается
многими
фактами
из
истории
распространения
ислама
и
современного
этапа
общественного
развития
мусульманских
стран
.
В
частности
,
исследователи
справедливо
отмечают
,
что
ряд
наций
и
этнических
групп
,
принявших
ислам
в
качестве
религии
(
догматики
и
культа
),
в
регулировании
взаимоотношений
индивидов
продолжали
придерживаться
прежних
социальных
нормативов
, (
прежде
всего
обычаев
,
которые
нередко
прямо
противоречили
мусульманскому
праву
.
Например
,
бедуины
многих
районов
Аравии
,
берберы
Северной
Африки
или
исламизированные
народы
.
Тропической
Африки
в
своих
внутри
-
и
межплеменных
отношениях
весьма
ревностно
отстаивали
приоритет
древних
обычаев
и
сопротивлялись
попыткам
распространить
на
них
мусульманское
право
как
систему
юридических
норм
(
см
,
например
, [155,
с
. 95; 198,
с
. 223; 283,
с
. 70—71]).
Подобный
дуализм
наблюдается
вплоть
до
настоящего
времени
.
Характерен
в
этом
отношении
пример
Йемена
,
где
мусульманское
право
традиционно
применялось
только
в
городах
,
а
на
территориях
,
занятых
племенами
(
преимущественно
в
северных
районах
страны
),
«
господствовали
старые
доисламские
обычаи
.
Попытки
имама
Иахйи
в
20-
е
годы
XX
в
.
обязать
племена
руководствоваться
мусульманским
Л
.
Р
.
Сюкияйнен
.
Мусульманское
Право
.
Вопросы
теории
и
практики
17
правом
ни
к
чему
не
привели
,
и
государство
было
вынуждено
смириться
с
автономией
племен
в
вопросах
права
(
см
. [466]).
Доисламские
племенные
социальные
нормы
были
настолько
прочны
,
что
вскоре
после
завоевания
независимости
в
НДРЙ
был
даже
принят
закон
об
уголовной
ответственности
за
кровную
месть
.
Имеются
свидетельства
сохранения
этого
обычая
,
противоречащего
мусульманскому
праву
,
даже
в
современном
Египте
—
стране
,
которая
одной
из
первых
стала
объектом
арабо
-
мусульманских
завоеваний
(
см
.
[649, 1984,
№
5,
с
. 41]).
Живучесть
племенных
обычаев
в
противовес
мусульманскому
праву
подтверждается
и
наличием
судов
обычного
права
в
ряде
мусульманских
стран
.
Подобные
суды
наряду
с
судами
кади
сохранялись
до
конца
60-
х
годов
в
Ираке
и
до
начала
70-
х
годов
в
НДРЙ
,
до
сих
пор
они
функционируют
в
Иордании
,
где
действует
даже
законодательство
,
признающее
(
племенные
обычаи
источником
права
(
аналогичное
законодательство
было
принято
в
свое
время
в
Ираке
).
Следует
лри
этом
подчеркнуть
,
что
догматическая
и
ритуальная
части
ислама
воспринимались
и
воспринимаются
племенами
в
указанные
странах
достаточно
последовательно
,
хотя
и
подвергаются
определенному
влиянию
местных
традиционных
религиозных
верований
.
Сказанное
может
быть
отнесено
и
к
ряду
стран
Африки
,
где
значительная
часть
населения
исповедует
ислам
.
Здесь
действие
многих
институтов
мусульманского
права
ограничивается
или
даже
полностью
исключается
местным
обычным
правом
(
см
.,
например
, [275,
с
. 49—50;
276,
с
. 19]).
Во
многом
сходное
положение
сложилось
в
Индонезии
и
ряде
других
стран
Юго
-
Восточной
Азии
,
где
местные
обычаи
(
адат
)
исключают
действие
многих
норм
мусульманского
отрава
и
даже
влияют
на
ритуально
-
догматическую
сторону
ислама
(«
адатный
ислам
») (
см
. [1186,
с
116, 37, 55—56]).
Самостоятельность
мусульманского
права
как
юридического
явления
и
его
относительная
независимость
от
религиозных
предписаний
ислама
подтверждаются
также
анализом
его
реализации
.
Известно
,
что
для
мусульманского
права
характерно
преобладание
религиозного
принципа
применения
:
оно
действовало
прежде
всего
во
взаимоотношениях
мусульман
.
Данный
принцип
в
целом
сохраняется
и
в
наши
дни
.
Например
,
брачно
-
семейные
нормы
мусульманского
права
распространяются
исключительно
на
мусульман
и
не
применяются
другими
религиозными
конфессиями
.
Предусматриваемая
уголовным
законодательством
Марокко
и
Иордании
ответственность
за
несоблюдение
поста
во
время
рамадана
касается
только
мусульман
,
а
по
Уголовному
кодексу
Северной
Нигерии
по
мусульманскому
праву
могут
быть
наказаны
только
последователи
ислама
.
Вместе
с
тем
религиозный
принцип
применения
мусульманского
права
никогда
не
проводился
в
жизнь
без
изъятий
,
последовательно
и
безусловно
.
С
самого
возникновения
ислама
и
становления
мусульманского
государства
многие
нормы
мусуль
-
Л
.
Р
.
Сюкияйнен
.
Мусульманское
Право
.
Вопросы
теории
и
практики
18
майского
права
распространялись
и
та
немусульман
.
Это
относится
,
например
,
к
государственному
праву
или
к
положениям
,
устанавливающим
налоги
на
немусульманское
население
.
Другим
случаем
является
подчинение
нормам
мусульманского
права
немусульманки
,
вышедшей
замуж
за
мусульманина
.
Наиболее
нагляден
отход
от
религиозного
принципа
при
применении
норм
«
личного
статуса
»,
которые
традиционно
рассматриваются
в
тесной
связи
с
вероисповеданием
лица
.
Так
,
в
настоящее
время
мусульманско
-
правовые
нормы
относительно
завещания
,
наследования
,
ограничения
правоспособности
,
вакуфного
имущества
в
большинстве
арабских
стран
распространяются
и
на
немусульман
.
Применение
мусульманского
права
в
случае
молчания
гражданского
законодательства
также
не
учитывает
религиозной
принадлежности
сторон
.
Нормы
современного
мусульманского
уголовного
права
в
Саудовской
Аравии
,
Судане
,
Иране
,
Ливии
и
некоторых
других
странах
также
применяются
ко
всем
гражданам
соответствующих
стран
вне
зависимости
от
их
вероисповедания
(
в
Судане
это
явилось
причиной
массового
недовольства
жителей
юга
страны
,
не
принявших
ислам
).
В
Кувейте
с
1982
г
.
запрет
на
употребление
спиртных
напитков
распространен
даже
на
иностранные
дипломатов
.
Представляется
,
что
закрепление
норм
мусульманского
права
в
принимаемых
государством
законах
и
их
распространение
на
всех
граждан
не
могли
бы
иметь
места
,
если
бы
мусульманское
право
не
являлось
системой
юридических
норм
,
обладающих
относительной
самостоятельностью
по
отношению
к
религиозным
постулатам
ислама
.
Имеются
и
другие
свидетельства
того
,
что
на
практике
мусульманское
право
отнюдь
не
всегда
действует
в
неразрывном
единстве
с
религиозными
предписаниями
ислама
. Ha
пример
,
принятый
в
Пакистане
закон
о
закате
и
утре
основан
на
выводах
суннитских
толков
,
но
он
распространяется
и
на
шиитское
население
страны
,
которое
относится
к
нему
как
к
противоречащему
принятым
в
шиитском
исламе
религиозным
нормам
.
Своеобразная
ситуация
сложилась
и
в
Египте
,
где
большинство
населения
в
повседневных
отношениях
придерживается
шафиитского
толка
,
а
воспринятые
законодательством
страны
нормы
мусульманского
права
заимствованы
из
произведений
правоведов
-
ханифитов
.
Учитывая
это
обстоятельство
,
вполне
правомочно
допустить
,
что
в
условиях
несовпадения
официально
санкционированного
и
признаваемого
большинством
населения
правовых
толков
могут
возникать
коллизии
между
правовой
нормой
(
нормой
законодательства
)
и
религиозным
предписанием
по
конкретному
вопросу
.
Нередки
случаи
,
когда
мусульманское
право
действует
практически
вообще
вне
зависимости
от
применения
религиозных
предписаний
ислама
(
прежде
всего
культовых
норм
),
или
,
наоборот
,
религиозные
правила
поведения
соблюдаются
,
а
право
не
испытывает
серьезного
влияния
ислама
.
Так
,
согласно
имеющимся
данным
,
в
развитых
мусульманских
Л
.
Р
.
Сюкияйнен
.
Мусульманское
Право
.
Вопросы
теории
и
практики
19
странах
доля
населения
,
неукоснительно
выполняющего
все
ритуальные
предписания
ислама
,
достаточно
мала
,
а
законодательство
включает
целый
ряд