Файл: Sravnitelnoe_pravovedenie_v_obrazakh_prava_T_1_Lafitskiy_V_I_2010_-429s.pdf

Часть вторая. Правовое сообщество христианской традиции права

236

Призывая к справедливости, древние летописи предупреждали о той 

опасности, которая грозит той стране, в которой о ней забыли. Обра-

щаясь к этой теме, летописец Нестор писал: «Если же какая-нибудь 

страна станет угодной Богу, то ставит ей Бог цесаря или князя правед-

ного, любящего справедливость и закон, и дарует властителя и судью, 

судящего суд. Ибо если князья справедливы в стране, то много согре-

шений прощается стране той; если же злы и лживы, то еще большее зло 

насылает Бог на страну ту, потому что князь – глава земли»

1

.

Впрочем, в бедах, которые часто случались в славянских землях, 

были виновны все – и правители, и простолюдины. Так, описывая 

нашествие половцев в 1093 г., летописец Нестор со скорбью отмечал, 

что это Божий бич, необходимый для того, чтобы люди, опомнившись, 

воздержались от злого пути своего

2

. 

«Повесть временных лет» содержит страшные картины разорения 

Руси. Так, в том же году после взятия Торчевска «половцы запалили город 

огнем, и людей поделили, и много христианского народа повели в вежи 

к семьям своим и сродникам своим; страждущие, печальные, измученные 

стужей, скованные, в голоде, жажде и беде, с осунувшимися лицами, 

почерневшими телами, в неведомой стране, с языком воспаленным, раз-

детые бродя и босые, с ногами, исколотыми тернием, со слезами отвечали 

они друг другу, говоря: «Я был из этого города», а другой: «А я из того 

села»; так вопрошали они друг друга со слезами, род свой называя и взды-

хая, взоры возводя на небо к Вышнему, ведающему сокровенное»

3

. 

По утверждению Нестора, так Бог казнит тот народ, который впал 

во грехи.

Следующая мелодия древнеславянских сказаний – сострадание. 

По описанию Нестора, святитель Руси князь Владимир с особым вни-

манием воспринял заветы Христа и повелел «всякому нищему и бедно-

му приходить на княжий двор и брать все, что надобно, питье и пищу 

и из казны деньги». А для больных и немощных он повелел снарядить 

телеги и положить на них хлебы, мясо, рыбу, различные плоды, мед 

в одних бочках, а в других – квас, и развозить по городу и раздавать 

все необходимое

4

. 

1

  Повесть временных лет. С. 159.

2

  См. там же. С. 226.

3

  Там же. С. 228–229.

4

  Там же. С. 147–148.

Глава вторая. Славянское право

237

Эту традицию продолжили многие русские князья, о чем свиде-

тельствует «Поучение» князя Владимира Мономаха. «Всего же более, – 

призывал он, – убогих не забывайте, но, насколько можете, по силам 

кормите, и подавайте сироте, и вдовицу оправдывайте сами, а не да-

вайте сильным губить человека. Ни правого, ни виновного не убивайте 

и не повелевайте убить его; если и будет повинен смерти, то не губите 

никакой христианской души…»

1

Тому же учил Даниил Заточник, убеждая: «Щедрый князь – как река, 

текущая без берегов через дубравы, поит не только людей, но и зверей; 

а скупой князь – как река в берегах, а берега каменные: нельзя ни са-

мому напиться, ни коня напоить… Да не будет сжата рука твоя, княже 

мой, господине, на подаяние бедным: ибо ни чашею моря не вычерпать, 

ни нашими просьбами твоего дому не истощить»

2

.

Такие же мотивы повторяются во многих других славянских рукопи-

сях. Так, «Востоковская легенда» рассказывает, как чешский князь свя-

той Вацлав (Вячеслав – в русской традиции) «всем убогим делал доброе, 

бедных кормил и одевал по евангельскому учению, больных рабов питал, 

вдов не давал обидеть, всех людей убогих и богатых миловал…»

3

.

Примечательно в этом отношении описание жизни сербского ко-

роля Милутина. «Из всех городов и краев и многих сел и соседних зе-

мель, – писал автор его жития, – шли нищие и странные и немощные, 

хромые и слепые и прокаженные, дабы принять щедрую милостыню 

из его рук; никогда не расходились эти убогие из его дома, никогда 

не оскудевала кроткая и добрая его щедрость...» А когда приходила 

ночь, король «снимал с себя царское платье, что носил днем, и обла-

чался в худую и старую одежду, прикрывал лицо свое, дабы никто его 

не узнал, и брал с собой двоих-троих верных слуг, которым приказал 

молчать об увиденном, брал с собой множество золота и другого по-

требного для дачи убогим, дабы наполнить их утробы сполна. Как 

истинный кормилец кормил голодных, как нелицемерный даритель 

милостыни любил нищих и убогих. Тайно выйдя со двора своего и придя 

в обиталища их, где они спали, давал золото, еду и одежду в их руки. 

А те удивлялись и не знали, откуда им это дается, не знали, что это – 

1

  Повесть временных лет. С. 236–256.

2

  Cлово Даниила Заточника, написанное им своему князю Ярославу Владимировичу. 

Перевод Д.С. Лихачева.

3

  Востоковская легенда. Перевод А.И. Рогова.

Часть вторая. Правовое сообщество христианской традиции права

238

добрый их кормилец, который днем творил милостыни, а ночью пре-

бывал среди них и как слуга стоял пред ними, ревнуя Христу»

1

.

И наконец, еще одна основная мелодия – вера в Христа, которая 

пронизывала многие славянские летописи, песни, сказания и жития 

святых.

«Повесть временных лет» рассказывает, что с принятием христи-

анства Божия роса пала на многие страны, в том числе на Русскую 

землю

2

. Одной из первых христианство приняла княгиня Ольга. 

Она, как писал летописец Нестор, была «предвозвестницей хри-

стианской земле, как денница перед солнцем, как заря перед рас-

светом». В ней он видел «русское познание Бога, начало нашего 

с ним примирения», святую, которая и после своей смерти молится 

Богу за Русь

3

. 

Через тридцать три года христианство принял ее внук Владимир. 

А вместе с ним и вся Русская земля – «сад» новых людей, сердце ко-

торых было обращено к познанию Бога истинного

4

.

Такие же мотивы звучали в сказаниях южных, восточных и запад-

ных славян. 

Христианская вера вела к новой жизни. Убеждая в этом, Хорватская 

летопись XII в. рассказывала о преобразованиях короля Звонимира. 

«Этот почтенный король, сын доброго отца, – писал летописец, – 

стал весьма почитать и любить церкви, помогать добрым и истреблять 

злых. И всеми добрыми он был любим, а злыми ненавидим, потому 

что терпеть не мог зла… При добром короле Звонимире веселилась 

вся земля, потому что полна и украшена была всяким добром, а города 

изобиловали серебром и золотом. Бедный не боялся, что богатый съест 

его, ни слабый, что у него отнимет сильный, ни слуга, что господин 

поступит с ним несправедливо. Потому что король всех защищал, сам 

не дозволял того... Земля полна была всякого блага». 

О плодотворном влиянии христианства рассказывала и «Чешская 

хроника». Так, повествуя о правлении князя Болеслава II, летописец 

отмечал, что он «был чрезвычайно предан христианству», выступал рев-

ностным «поборником католической веры, отцом сирот, защитником 

1

   Данило II. Житие Милутина. Перевод М. Хартановича.

2

  Повесть временных лет. С. 130.

3

  Там же. С. 97–98.

4

  Там же. С. 146.

Глава вторая. Славянское право

239

вдов, утешителем страждущих, духовных и странников благочестивым 

покровителем, славным основателем божьих церквей»

1

.

Такие строки находили отклик во многих сердцах, потому что они, 

как сказано в «Слове о Законе и Благодати», были обращены:

«Не к несведущим…

Но к призобильно насытившимся сладостью книжной,

Не к врагам Божиим, иноверным,

Но к настоящим сынам Его,

И не к сторонним, а к наследникам Небесного Царства»

2

.

Сказанное объясняет, почему мелодии народного творчества так 

часто находили отражение в памятниках славянского права.

Так, в «Изложении чешского земского права» пана Андрея из Дубы 

утверждалось, что земское право «в своем установлении было и должно 

быть свободным», что каждый человек «начиная от короля и до тка-

ча» не может противостоять велениям либо избежать действия этого 

права, что прежде право было свободным, потому что «его защищала 

свободная рука», но что теперь оно стало зависимым, о чем скорбят 

и люди, и Бог

3

.

Многие летописи требовали, чтобы благо правосудия было предос-

тавлено всем – и богатым, и бедным, достойным и недостойным. Так, 

«Великая польская хроника» сохранила предание о том, как сподвиж-

ники князя Болеслава Кривоустого хотели устроить расправу над кня-

зем Збигневом, предавшим Польшу. Но их остановил воевода Боле-

слава словами: «Недостойно и противоречит праву, чтобы наказание 

предшествовало суждению. И мы не можем и не должны выносить 

никакого приговора, пока он не признает свою вину на суде или не бу-

дет изобличен свидетельством людей, заслуживающих доверия»

4

.

Народные представления о том, каким должно быть право, отраже-

ны во многих челобитных, прошениях и петициях, которые подавались 

правителям. Нередко они содержали целостные, хорошо продуманные 

программы правовых преобразований. Так, в «Большой челобитной» 

Ивана Пересветова царю Ивану Грозному 1540-х гг. указывалось:

1

  Козьма Пражский. Указ. соч. Глава 22.

2

  Митрополит Иларион. Слово о Законе и Благодати // Повести Древней Руси. С. 13.

3

   Пан Андрей из Дубы. Изложение чешского земского права // http://www.vostlit.info/

Texts/Dokumenty/Tschechien/XIV/Andrej_iz_Duba/text.phtml?id=2545.

4

   Великая польская хроника. Глава 20.

Часть вторая. Правовое сообщество христианской традиции права

240

«Бог помогает… тем, кто трудится и Бога призывает в помощь, тем, 

кто любит правду и судит праведным судом…

О первом турецком царе султане Магомете… хоть неправославный 

царь, а устроил то, что угодно Богу: в царстве своем ввел великую 

мудрость и справедливость, по всему царству своему разослал верных 

себе судей, обеспечив их из казны жалованьем, на какое можно про-

жить в течение года. Суд же он устроил гласный, чтобы судить по все-

му царству без пошлины, а судебные расходы велел собирать в казну 

на свое имя, чтобы судьи не соблазнялись, не впадали в грех и Бога 

не гневили. А если наградит он какого вельможу за верную службу 

городом или областью, то пошлет к своим судьям и велит выплатить 

тому по доходной росписи единовременно из казны... 

И вот он великую справедливость установил в своем царстве и снаб-

дил уставом купеческий торг, так что только на слово можно и купить, 

и продать хоть на тысячу рублей... 

В каком царстве правда, там и Бог пребывает, и не поднимется 

Божий гнев на это царство»

1

.

Столетие спустя (в 1650 г.) московскому царю была подана че-

лобитная о назначении судей из всех сословий, чтобы они судили 

«по старине и по правде» и могли оберегать Русскую землю от насилия 

«сильных людей»

2

. 

Конечно, подобные челобитные редко достигали цели. Вместе с тем 

они были продуктом той закваски подлинного права, которая бродила 

в общественном сознании славян и во многом определяла развитие 

обычаев, законодательства и практики его применения.

Параграф пятый. О правовом гении славян и памятниках его зако-

нотворчества

Существуют несколько мифов, которые препятствуют восприятию 

и изучению славянского права.

Первый миф – это миф о позднем происхождении и отсталости 

славянского права. К этой теме мы уже обращались, доказывая, 

что развитое право существовало у славян еще в дохристианскую 

эпоху и что в дальнейшем оно впитывало в себя многие модели 

1

  Пересветов И.В. Большая челобитная // http://historydoc.edu.ru/catalog.asp?cat_

ob_no=12715&ob_no=12716.

2

  Цит. по: Голяков И.Т. Суд и законность в художественной литературе // Голяков И.Т. 

Избранное. С. 77.