Файл: prakticheskaya-missiologiya.pdf

«Концепция миссионерской деятельности Русской Православной Церкви» - общецерковный документ, принятый на заседании Священного Синода 27 марта 2007 года, «формулирует общие принципы, цели и задачи миссионерского служения Русской Православной Церкви, которые могут творчески развиваться в ее епархиях, исходя из местных условий и конкретных возможностей».

Концепция подчеркивает необходимость преодоления проблем современной церковной действительности, которые в первую очередь связаны с тем, что достаточная часть формальных членов Церкви остается ненаученной основам православного вероучения. Оторванность жизни большинства людей считающих себя православными от таинственной церковной жизни во многом связано с тем, что в историческом своем развитии в Церкви практически полностью был утрачен институт оглашения, т.е. постепенного и полноценного научения основам христианской веры лиц желающих принять Таинство Крещения.

Миссионерская концепция один из первых церковных документов современности, который на общецерковном уровне говорит о «недопустимости в обычных случаях Крещения взрослых людей и молодежи без предварительной полноценной катехизации». При этом подчеркивается, что «Крещение без оглашения запрещается 78-м правилом VI Вселенского собора и 46-м правилом Лаодикийского собора ».

Святитель Иннокентий Московский в своем Наставлении священнику, назначаемому для обращения иноверных и руководствования обращенных в христианскую веру пишет: «К сподоблению Святого Крещения инородцев приступать не ранее, как они будут научены тобою вышеизложенным предметам веры и закона, и когда они сами изъявят на то свое согласие». К сожалению, множество всевозможных трудностей встречается на пути у тех священнослужителей, которые стремятся воплотить в жизнь всегдашнее требование Церкви научать людей основам веры прежде их введения в таинственную жизнь. Эти трудности подчас сопряжены как с непониманием некоторых собратьев священников, которые привыкли крестить «по обычаю», так и с нежеланием людей тратить свое время для церковного научения. На этом непростом фоне накопившихся проблем подчас невозможно понять, каким образом разрешать вопрос связанный с тем, что достаточная часть людей считающих себя вошедшими в церковную ограду не всегда способна к пониманию нашего православного богослужения. Люди могут годами ежевоскресно посещать богослужения, при этом, абсолютно не зная и не понимая смысла совершаемых литургических молитв.

Каким образом эти проблемы разрешать? Вариантов может быть несколько.

Конечно, самый простой способ – это совсем не замечать проблемы или считать ее надуманной. Такой способ мысли может быть понятен, но принимать его, значит вовсе закрывать глаза на существующую действительность. Идеальный вариант – это полноценное возрождение огласительной практики, которое помогло бы всем желающим принять таинство Крещения осмысленно войти в благодатную жизнь Церкви. Несомненно, что усилия по возрождению повсеместного оглашения готовящихся к Крещению и научению основам веры люди уже являющимися членами Церкви, но не знающими основ православного вероучения – является приоритетным развитием миссионерского служения Русской Православной Церкви на современном этапе.

Тем не менее, мы должны быть реалистами и понимать, что одного принятия документов недостаточно для того, чтобы разрешать накопившиеся проблемы, необходимо совместное усилие всего народа Божиего и ежедневный кропотливый труд по созиданию церковного организма. В связи с этим «Концепция миссионерской деятельности» в качестве варианта осуществления поставленной задачи видит возможность совершения т.н. миссионерского богослужения.

В Определении Архиерейского Собора 1994 года «О Православной миссии в современном мире» записано: «Собор считает исключительно важным глубокое изучение вопроса о возрождении миссионерского воздействия православного богослужения» и усматривает «крайнюю необходимость развития практических церковных усилий» в том направлении, чтобы сделать более доступными пониманию людей смысл священнодействий и богослужебных текстов. Таким образом, миссионерское богослужение – есть прямое исполнение соборного постановления, направленное на реализацию подобных усилий. Миссионерская концепция считает необходимым ради облегчения вхождения и пребывания невоцерковленного человека в Церкви предоставить приходам, по благословению священноначалия, право проведения особых миссионерских богослужений, в которые были бы внесены элементы катехизации. То есть миссионерское богослужение – это такое богослужение, которое по ходу своего совершения может сопровождаться разъяснением смысла совершаемых священнодействий и молитвословий.

Сразу возникают законные вопросы, каким образом сделать так, чтобы не нарушить цельность богослужебного чина? Основанием для совершения подобных богослужений является верность церковному преданию и

святоотеческому наследию Церкви. Святитель Иннокентий Московский в упомянутом Наставлении пишет: «Поставь себе правило: во время посещения отдаленных мест (таких, где уже положено начало христианства) не начинать отправления богослужений и треб дотоле, пока не предложишь посещаемым тобою прихожанам хотя краткого поучения». Таким образом, проповедь перед началом богослужения дает возможность священнослужителям обратиться с пояснительным словом к собравшимся и рассказать о той части богослужения, которая именуется литургией оглашенных. Литургия есть общее дело всего народа Божиего, поэтому необходимо постоянно напоминать людям о том, что все совершаемые священнодействия и молитвословия – есть выражение молитвы всех верных, а не только лишь служащего духовенства. Проповедь перед богослужением не нарушает установленного чина и является прямым исполнением Наставления святителя Иннокентия.

Следующей законной возможностью для необходимого поучения является место после прочтения Священного Писания. Проповедь после евангельского чтения имеет в своем основании верность святоотеческому преданию. Святой мученик Иустин Философ пишет: «В так называемый день солнца (т. е. воскресенье) бывает у нас собрание в одно место всех живущих по городам и селам. И читаются, сколько позволяет время, сказания апостолов или писания пророков. Потом, когда чтец перестанет, предстоятель посредством слова делает наставление...». То есть не только чтение Писания, но и обязательная проповедь являются двумя главными элемента литургии оглашенных. Проповедь после евангельского чтения может быть посвящена как смыслу прочитанного отрывка, так и последующей части богослужения, т.е. литургии верных.

Третья возможность для произнесения катехизического поучения, разъясняющего смысл богослужения – это время после пения запричастного стиха, когда у нас по обычаю во многих храмах и произносится проповедь. Таким образом, три поучительных проповеди за богослужением дают возможность для священнослужителя разъяснить смысл литургических действий и молитвословий, не нарушая богослужебного чина и традиций Церкви.

Говоря о возможности истолкования богослужения во время его совершения необходимо вспомнить евхаристические беседы апостола Павла: «В первый же день недели, когда ученики собрались для преломления хлеба, Павел.... беседовал с ними и продолжал слово до полуночи.» (Деян. 20:7-11). При чем поучения апостола были настолько продолжительны, что один из слушающих «юноша, именем Евтих, сидевший на окне, погрузился в глубокий сон, и пошатнувшись сонный упал вниз с третьего этажа» (Деян. 20:9). Евхаристические беседы апостола Павла – это совершенно особое литургическое богословие. Достаточно напомнить его знаменитую доксологическую формулу, которая вошла во все последующие литургии: "Благодать Господа нашего Иисуса Христа, любовь Бога и Отца и причастие Святого Духа..." (2Кор.13:13).

Следующим важным моментом миссионерского богослужения является возможность чтения Священного Писания на национальных языках. В «Концепции миссионерской деятельности» записано: «при необходимости Священное Писание может быть прочитано на национальном языке просвещаемого народа или на русском языке с богословскими комментариями». Очень часто понимание смысла прочитанного евангельского отрывка, не говоря уже о ветхозаветных чтениях апостольских посланиях, остается за рамками восприятия собравшегося народа. В качестве одного из вариантов разрешения существующей ситуации предлагается возможность использования различных национальных языков, русского в том числе. Принцип использования различных национальных языков за богослужением – есть всегдашний миссионерский принцип. Святитель Иннокентий Московский постоянно обращал внимание на необходимость изучения местных национальных языков и соответственно перевод книг Священного Писания и богослужения на эти языки. Однако часто приходится слышать возражения по поводу качества подобных переводов и их ущербность по отношению к оригиналу. В своем Предисловии к Евангелию от Матфея, переведенному на алеутско-лисьевский язык для уналашкинцев Святитель Иннокентий пишет: «В сей книге есть несколько слов, которые не вполне выражают слова русского языка, и это поэтому, что в вашем языке нет равнозначащих слов; и таковые неравнозначащие слова напечатаны иначе. И поэтому не думайте, чтобы сей перевод никогда не потребовал исправления. И Вы не привязывайтесь к одним словам сего перевода, но вникайте в самое значение и дух сего Божественного Слова». Не секрет что перевод книг Библии на русский язык (синодальный перевод) также местами неточен и отчасти расходится с первоисточником. Тем не менее, переводческая миссия Церкви никогда не прекращалась. Необходимо, чтобы данное направление творчески развивалось и проводилась тщательная работа по устранению имеющихся ошибок. Проблема перевода – это и проблема переводчика, но, не смотря на то, что качество перевода по отношению к оригиналу будет всегда относительным, подобная деятельность есть необходимая составляющая миссионерского служения Церкви.

Таким образом, миссионерское богослужение, которое сегодня в некоторых церковных кругах вызывает резкое неприятие и даже появляются обвинения в «профанации богослужения», основывается на верности церковному преданию и святоотеческому миссионерскому наследию Церкви. Укорененность в Предании Церкви является главным основанием Ее спасительной миссии.

Душепопечительская работа среди военнослужащих принесла ощутимые плоды: улучшается дисциплина и морально-психологический климат в коллективах, сокращаются случаи неуставных взаимоотношений. Военное командование и офицеры, ответственные за воспитательную работу, оказывают сотрудникам Отдела помощь и поддержку.

В воинских частях и подразделениях появились молельные комнаты, началось строительство часовен и храмов, многие из которых освятил Святейший Патриарх.

Особое внимание Отдел уделяет учебно-методической работе. Его сотрудники трудятся в Центре духовного образования военнослужащих, созданном при Православном Свято-Тихоновском гуманитарном университете. При содействии Отдела в военных ВУЗах столицы и других городов России создаются факультеты Православной культуры. Отдел участвует также в организации и проведении совместных с военными научно-практических конференций, учебно-методических сборов военного духовенства.

Из доклада председателя Синодального отдела по взаимодействию с Вооружёнными силами и правоохранительными учреждениями протоиерея Димитрия Смирнова на научно-практической конференции «Церковь и Армия: опыт работы и проблемы формирования корпуса штатных военных священнослужителей в Вооружённых силах Российской Федерации»

Два года назад от лица Межрелигиозного совета России Президенту РФ Д.А. Медведеву было подано прошение о возрождении в Вооружённых силах штатного военного духовенства. Глава государства положительно отреагировал на эту инициативу и подписал соответствующий указ. На сегодняшний день институт штатных полковых священников находится в начальной стадии своего становления. Однако взаимодействие Русской Православной Церкви с Министерством обороны насчитывает уже двадцать лет. В настоящее время более тысячи священников трудятся в нашей армии внештатно. И следует подчеркнуть, что их деятельность будет развиваться и дальше, даже тогда, когда Управление по работе с верующими военнослужащими будет полностью укомплектовано штатными священниками. Ведь 240 штатных единиц, которые выделены для священнослужителей на всю армию, это, конечно, очень маленькая цифра. Думаю, что на миллионную армию, которая будет у нас в результате реформы, оптимальный вариант – тысяча священников.

В настоящее время на штатные должности назначено пока 24 человека: 23 священника и один мулла. В Министерстве обороны лежат представления на восемьдесят кандидатур священников, которые готовы трудиться в качестве помощников командиров по работе с верующими военнослужащими. Мы видим, что дело движется чрезвычайно медленно. Это, впрочем, вполне объяснимо: в таком важном деле спешка недопустима. От нас требуется терпение, и мы готовы его проявить, поскольку, по большому счету, скорость назначений применительно к нашей ситуации не имеет принципиального значения. Военное духовенство у нас уже есть, оно прекрасно работает, его деятельность даёт замечательные результаты. И поэтому для нас как священников, как проводников слова Божьего совершенно не принципиально, состоим мы в штатной армейской структуре или нет. Штатные должности нужны, по сути, только для усиления эффекта от работы военных священников. А пока назначения происходят, всё должно идти своим чередом.

Теперь о тех священнослужителях, которые уже трудятся в штате Минобороны. На них сегодня возлагается особая задача. Они, как саперы, – не имеют права на ошибку. Их деятельность должна одновременно иметь и пастырскую, и социальную направленность. Священник должен быть защитником младших чинов от несправедливости, должен стать подлинным отцом солдатам, не конкурируя при этом с отцами-командирами. Это очень деликатное положение. Что касается командного состава, офицеров, то военный священник обязан работать с ними в тесном сотрудничестве. Старайтесь расположить их к себе добрым участием, безукоризненным поведением, ответственным отношением к своему служению и неленостным выполнением обязанностей. Смысл присутствия священника в части состоит в том, чтобы радикально изменить к лучшему, как говорят военные, моральнопсихологический климат. Для этого не надо зажигать бенгальские огни и проводить разные пиар-акции. Но этот труд должен быть заметен окружающим.

Конечно, многие вопросы организации деятельности военного духовенства требуют окончательного решения. В частности, одной из главных проблем является низкая заработная плата штатного священника. Ту сумму, о которой изначально шла речь, получают единицы, за счет «боевых» и прочих надбавок. Остальные священники получают очень небольшую заработную плату. Надеюсь, что этот вопрос будет решён, поскольку сегодня он вызывает серьезную озабоченность и у руководства государства, и у священноначалия. Еще одна странность: Министерство обороны хочет, чтобы всей церковной утварью священника обеспечивала религиозная организация. Это как если бы начальник санитарного отделения какой-нибудь дивизии на свои деньги покупал бинты и лекарства. Абсурд?