Файл: ОТВЕТЫ по истории психологииу.doc

В наиболее развитом виде у Авиценны представле­на психофизиология чувствительности и эмоций. Врачом выделялось пять основных видов ощущений - зрение, слух, обоняние, вкус и осязание. Ко всем органам чувств подходят нервные окончания, по которым движут­ся парообразные элементы, служащие материальным но­сителем чувствительности.

Все ощущений характеризуются тремя основными признаками: чувственным тоном, интенсивностью и дли­тельностью. Авиценной было замечено, что выбор тех или иных объектов человеком зависит не только от ощуще­ний и восприятий самих по себе, но и от эмоционально­го переживания, которым сопровождаются чувственные образы. Интенсивность, как одна из ведущих харак­теристик ощущений, раскрывается во взаимоотношении различных видов чувствительности и их влияния друг на друга. Если, например, какое-либо одно из ощущений предваряется сильным раздражителем, то последующее ощущение воспринимается человеком как менее яркое и отчетливое. Длительность психических актов впервые была определена экспериментально. Опыты Авиценны были связаны с изучением эффекта смешения цветов, для чего им был специально создан раскрашенный в разные цвета диск. При его вращении с различной скоростью было установлено, что при низкой скорости цвета вос­принимаются как раздельные, тогда как при увеличении скорости происходит смешение цветов.

От ощущений как “сил, постигающих во вне” Ави­ценна переходит к анализу сил, “постигающих внутри”, названных им внутренним чувством. К этим внутренним силам относились обобщенные чувства или представле­ния и воображение, память, как сохраняющая и воспро­изводящая сила и чувственный рассудок или образное мышление. Все эти слагаемые общего внутреннего чув­ства вырастает из ощущений.

Память, воображение, представления и чувственный рассудок - все они являются психическими актами жи­вотного уровня. К этому же уровню относятся также по­будительные и аффективные состояния, находящиеся в тесной связи с чувственными образа­ми. Аффектам Авиценна придавал особое значение, рас­сматривая их как силы, оживляющие душевную жизнь человека и определяющие его реальные действия и по­ступки. Подобно познавательным процессам, аффекты находятся в полной зависимости от тела. Вместе с тем, находясь в зависимости от тела, эмоции, в свою очередь, могут оказывать обратное влияние, вызывая в организме известные телесные перемены и изменения. Авиценна считал возможным через воздействие на аффек­тивную сферу управлять поступками и деятельностью че­ловека в целом, формировать его “натуру”.

Особая роль в развитии “натуры” человека принад­лежит социальному окружению, поскольку характер вза­имоотношений человека с другими людьми накладывает отпечаток на содержание и общий строй его чувств. А набор чувств и их соотношение обусловливает в конеч­ном итоге поведение человека, его общее душевное и фи­зическое состояние. Касаясь вопроса взаимосвязи душевных пережива­ний и телесных изменений, Авиценна впервые подверг эту проблему экспериментальной поверке. С именем Авицен­ны связывают первые попытки определения по вегетатив­ным изменениям, а именно частоте пульса, душевных при­чин телесного истощения людей. Под­черкивая в целом значение психофизиологического уче­ния Авиценны, можно утверждать, что оно представляло собой самое значительное после Галена учение, которое, с одной стороны, отразило успе­хи развития естествознания того периода, с другой - ока­зало определяющее влияние на развитие психологичес­кой и естественнонаучной мысли в Европе Нового вре­мени.

Характеристика арабской средневековой психоло­гии оказалась бы далеко не полной без упоминания двух других видных арабских ученых средневековья Ибн аль-Хайсама или Альгазена (965-1038) и Ибн Рущда, извест­ного под именем Аверроэса (1126-1198). Альгазену при­надлежит заслуга в выдвижении новой точки зрения на механизм ощущений и восприятий, в частности механиз­ма построения зрительного образа. Альгазен впервые, опираясь на эксперимент, показал, что глаз представляет собой точнейший оптический прибор, и что причиной возникновения чувственного образа являются не истече­ния, как предполагали греки, а законы отражения и пре­ломления света. Но одни оптические законы не исчерпы­вают всех необходимых условий построения чувственно­го изображения, ибо с их только помощью было трудно объяснить, например, такой факт как отнесенность образа к внешнему предмету. Альгазен, целиком отказавшись от гипотезы исте­чений, принял в качестве второго дополнительного усло­вия формирования чувственного впечатления участие в непосредственном акте восприятия умственных актов. Именно умственная деятельность, которая, по мнению Альгазена, обычно не осознается человеком, позволяет воспринимать форму и натуральный объем предмета, находить в воспринимаемых объектах их сходство и раз­личие. Забегая вперед, заметим, что с аналогичной тео­рией о внутренних факторах восприятия, названной уче­нием о “бессознательном умозаключении”, выступит во второй половине XIX в. Г.Гельмгольц.

Кроме оптических функций глаза, Альгазеном были изучены и выявлены многие другие свойства и механизмы зрительного восприятия. К их числу следует отнести осо­бенности бинокулярного зрения, феномены контраста и смешения цветов, мышечные движения глаз и др. Новое в физиологическую оптику было внесено и Аверроэсом, ко­торый установил, что чувствительным аппаратом глаза является не хрусталик, а сетчатая оболочка.

Исследования в области физической оптики, нача­тые арабскими учеными и продолженные в средневековье Р.Бэконом, закладывали фундамент будущей психофи­зиологии органов чувств. За этими исследованиями стояли решающие сдвиги теоретико-методологического характера. Дело в том, что рассмотрение глаза как оптического прибора несло с со­бой новое понимание природы психических процессов и, в частности, зрительных ощущений и восприятии. Объяс­нение процесса построения психического изображения в терминах оптики означало распространение физических законов на психические явления. В этом отношении достижения арабских мыслителей способствовали преодо­лению телеологической интерпретации психики, с кото­рой выступил в свое время Аристотель, и выступили предпосылками для утвердившегося уже в Новое время физико-механического способа интерпретации психики животных и человека.

Томизм. В начале XIII в. идеи арабских мыслителей начинают проникать в Европу. На Востоке же в связи с усилением церкви естественнонаучная разработка проблем психики приостанавливается. Через арабскую философию Европа знакомится с учением Аристотеля. Первым, кто попытался осмыслить учение Аристотеля в традициях богословской догматики, был Фома (Томос) Аквинский (1225 – 1274 гг.). Теологическое учение, выдвинутое Фомой Аквинским и впоследствии названное его именем – томизмом, - получило в религиозных кругах широкое признание и распространение. Оно оценивалось церковью как “истинное”, а сам Фома Аквинский в 1323 г. был причислен к лику святых.

Воп­рос о том, как соотнести данную Аристотелем биологи­ческую трактовку природы души с представлением о ней как бессмертной и богоподобной сущности имел прин­ципиальное значение для католической церк­ви. Для того чтобы устранить противоречие меж­ду естественнонаучными взглядами Аристотеля и рели­гиозной доктриной Ф. Аквинский обращается к идее, высказанной ранее его учителем Альбертом Великим о двойственной природе истины. Согласно этой теории счи­талось, что имеется два рода истин, соответственно от­носящихся к двум противоположным мирам - матери­альному и сверхприродному. Первые истины, относящи­еся к области природных явлений, постигаются на основе опыта и разума. Истины второго рода, имеющие отно­шение к сверхъестественному миру, разуму не доступны и могут быть постигнуты только посредством веры и откровения. Знания, получаемые из этих двух принци­пиально различных источников, также обособлялись Альбертом Великим в две самостоятельные области - философию, предметом которой должны стать истины разума, и теологию, содержанием которой явились бы истины откровения.

Для Ф. Аквинского не был безразличным вопрос о том, в каком взаимоотношении должны находиться на­званные две области знания. Им была выдвинута идея гармонии веры и разума, причем решающее значение сохранялось за верой.

Началом всему, по мнению Ф. Аквинского, служит бог, который является первейшей, продуцирующей суб­станциональной формой. Такой же чистой формой, оторван­ной от материи и преобразованной в самостоятельную сущность, является индивидуальная душа. Душа су­ществует сама по себе в чистом виде без постоянной и органической связи с телом. Проникает душа в организм в момент рождения людей благодаря творческому акту божества. С гибелью тела душа не прерывает своего вечного существования. При соединении с телом, душа теряет свою духовную чистоту, образуя иерархию различных форм или сил - растительных, животных и ра­зумных. Каждая из этих сил различается друг от друга степенью близости или удаленности к богу или к телу.

Касаясь уровня ощущений и восприятий, Ф. Аквин­ский во многом идет за Аристотелем. Им выделялось во­семь видов чувствительности. Механизм возникновения чувственного образа описывался как переход чувствую­щей способности из потенциального состояния в акту­альное. В результате актуализации ощущающих сил душа принимает “вид” предмета без его материальности.

Ощущения и восприятия воспроизводят конкретные вещи в их специфических подробностях и различиях, т.е. они связаны с единичными случайными и изменчивыми качествами. Став содержанием души, чувственные “ви­ды” подвергаются посредством внутренней деятельности преобразованию в интеллигибельные виды или формы, на уровне которых происходит снятие деталей и актуализация общих для ряда конкретных вос­приятий признаков. Завершается чувственный уровень практическим индивидуальным разумом, где осуществ­ляется переход от собирательного образа (представления) к понятийному мышлению. Ощущения и восприятия, представления и образное мышление - все они являются различными продуктами первого внутреннего душевно­го акта - акта познания.

Второй формой деятельности души является акт, который сообщает душе о производимых ею действиях и вызванных этими действиями последствиях. Заверша­ет триединую деятельность души акт самопознавания, самопостижения или общения души самой с собой, с це­лью постижения своей сверхприродной, уникальной сущ­ности.

Для того чтобы нагляднее подчеркнуть перемены, произведенные Ф. Аквинским в учении Аристотеля, име­ет смысл сопоставить некоторые исходные подлинные положения Аристотеля с их богословской интерпретаци­ей Ф. Аквинским. Так, если у Аристотеля был провозгла­шен и обоснован тезис о неотделимости формы от мате­рии, души от тела, то у Ф. Аквинского форма трактуется как бестелесная субстанциональная сущность, а душа как независимая от тела сила. В учении Аристотеля расти­тельные, животные и разумные способности описывают­ся как различные формы организации живых существ и потому выступают как этапы развития и эволюции души. В теологической системе Ф. Аквинского растительные чувствующие и разумные силы представлены как установ­ленные богом статические уровни души, различающиеся степенью близости к богу. Аристотелем обосновывается принцип биологической целесообразности психических функций, Ф. Аквинским - внутреннее, присущее самой ду­ше целеполагание или интенция.

Материалистические тенденции в средневековой науке о душе. За освобождение идей Аристотеля от теологии с критикой схоластики и томизма выступал знаменитый анг­лийский мыслитель Р.Бэкон (1214-1292). В противоположность Ф. Аквинскому, Р.Бэкон первое место отводил не теоло­гии, а естественным наукам, которые бы опирались на эксперимент и математику. В ряду естественных наук ведущее место отводилось физике, а точнее физической оптике. Главенствующую роль, которую Р.Бэкон приписывал оптике, он объяснял тем, что только благодаря зрению человек устанавливает различие предметов, а умение ви­деть различие в вещах лежит в основе всех наших зна­ний о мире. Поскольку зрение рассматривалось им в качестве первейшего источника наших знаний, то стро­ение и работа глаза явились для Р.Бэкона центральным вопросом, подлежащим изучению. Ориентируясь на опы­ты и работы Авиценны и Альгазена, Р.Бэкон считал, что глаз действительно есть тончайший оптический инстру­мент. Зрительные ощущения и восприятия являются ре­зультатом действия, преломления и отражения света. В данном отношении Р.Бэкон целиком шел за Альгазеном.

В развитии материалистических тенденций в средневековой психологии особая заслуга принадлежит В.Оккаму (1300-1350). Взгляды В.Оккама занимали про­межуточное положение между двумя крайними точками зрения, возникшими в средневековье в связи с вопросом о природе понятий. Сторонники первого течения, назы­ваемого реализмом, считали, подобно Платону, что по­нятия есть единственные реальности бытия. Представители другого направ­ления, известного под названием номинализма, наоборот, утверждали, что реальными являются сами вещи и яв­ления, а общие понятия по отношению к ним есть только названия, имена, знаки, метки. Ни покидая целиком по­чву номинализма, В.Оккам занял среднюю позицию ме­жду упомянутыми противоположными течениями. В.Оккамом признавалась реальность общих понятий или уни­версалий, но существующих не вне и независимо от субъекта, а внутри него в виде концептов или умствен­ных образов. В составе души В.Оккам выделял перцепты и концепты. Перцепты - это термины или знаки, имею­щие отношение к единичным предметам; концепты же представляют собой термины или знаки, обозначающие отношения между перцептами и относятся ко многим сходным объектам. Понятия являются производными от перцептов, кото­рые в свою очередь вызываются внешними предметами. Преобразование перцептов (знаки первого рода) в кон­цепты (знаки второго рода) осуществляется с помощью речи.