Файл: Юнг.doc

а потому люди предпочитают <принимать во внимание и тщательно

наблюдать> исключительно внешние для их сознания факторы. У

большинства людей имеется своего рода первобытная ______________ по

отношению к возможным содержаниям бессознательного. Помимо ес-

тественной робости, стыда, такта присутствует еще тайный страх пе-

ред неведомыми <опасностями души>. Конечно, мы не признаем столь

смехотворную боязнь. Но нам необходимо понять, что этот страх вовсе

не является неоправданным; напротив, у него слишком весомые осно-

вания. Мы никогда не можем быть уверены в том, что какая-нибудь

новая идея не захватит нас целиком - или наших соседей. Как из со-

временной, так и из древней истории нам известно, что такие идеи мо-

гут оказаться весьма странными, такими, что далеко не все люди могут

с ними согласиться. В итоге мы получаем сожжение заживо или рубку

голов всем инакомыслящим, сколь бы благонамеренными и рассуди-

тельными они не были; а сегодня в ход идет более современное, авто-

матическое оружие. Мы даже не в силах успокоить себя той мыслью,

что подобного рода вещи принадлежат отдаленному прошлому. К со-

жалению, они принадлежат не только настоящему, но и будущему.

Ноmo homini lupus* - это печальный, но все же вечный трюизм. Так

что у человека есть причины опасаться тех безличных сил, которые та-

ятся в бессознательном. Мы пребываем в блаженном неведении отно-

сительно этих сил, поскольку они никогда (или почти никогда) не ка-

саются наших личных дел в обычных обстоятельствах. Но стоит людям

собраться вместе и образовать толпу, как высвобождается динамика

коллективного человека - звери или демоны, сидящие в каждом чело-

веке, не проявляют себя, пока он не сделался частью толпы. Там чело-

век бессознательно нисходит на низший моральный и интеллектуаль-

ный уровень. Тот уровень, который всегда лежит за порогом сознания,

готовый прорваться наружу, стоит подействовать стимулу совместного

пребывания в толпе.

Фатальной ошибкой является подход к человеческой психике как

чему-то сугубо личностному, либо попытка объяснить ее с исключи-

тельно личностной точки зрения. Такой способ объяснения пригоден в

ситуации обычных повседневных занятий индивида и в его отношени-

* Человек человеку - волк {пат.).

ях с другими, но стоит возникнуть малейшим трудностям, скажем в

форме непредвиденных и неожиданных событий, как тотчас призыва-

ются на помощь инстинктивные силы, предстающие в качестве чего-то

совершенно необъяснимого, нового, даже странного. С точки зрения

личностных мотивов их уже не понять, они сравнимы, скорее, с пани-

кой дикарей при виде солнечного затмения и тому подобными событи-

ями. Так, попытка объяснения смертельной вспышки большевистских

идей личностным отцовским комплексом мне кажется совершенно неа-

декватной.

Изменения в характере человека, происходящие под влиянием кол-

лективных сил, буквально изумляют. Деликатное и разумное сущест-

во может превратиться в маньяка или дикого зверя. Причины тому

ищут обычно во внешних обстоятельствах, но ведь взорваться в нас мо-

жет лишь то.что ранее уже было заложено. Мы всегда живем на вер-

шине вулкана; и пока нет человеческих средств защиты от возможного

извержения, которое способно все разрушить, что только может. Ко-

нечно, хорошо устраивать молебны в честь разума и здравого смысла,

но как быть, если ваша аудитория подобна обитателям сумасшедшего

дома или толпе в коллективном припадке? Разница тут невелика, ибо

и сумасшедший, и толпа движимы овладевшими ими безличными си-

лами.

Достаточно такой малости, как невроз, чтобы вызвать силу, с кото-

рой только разумом не справиться. Наш пример с раком ясно показы-

вает, насколько бессилен интеллект перед лицом самой очевидной бес-

смыслицы. Я всегда советую моим пациентам принимать такую оче-

видную, но непобедимую бессмыслицу за проявление силы, смысл ко-

торой еще не был понят. Опыт научил меня, что куда более эффектив-

ный метод обращения с такими фактами - это принять их всерьез и

попытаться найти подходящее объяснение. Но объяснение работает

лишь в том случае, если выдвигается гипотеза, соответствующая бо-

лезнетворному следствию. В нашем случае мы сталкиваемся с такой

волей и с такой силой внушения, которые просто несравнимы со всем

тем, что может противопоставить им сознание пациента. В столь опас-

ной ситуации было бы плохой стратегией убеждать пациента в том, что

за его симптомом, пусть и самым непостижимым образом, стоит он сам

и оказывает поддержку этому симптому. Внушение такого рода тут же

парализует его боевой дух, он будет деморализован. Гораздо лучше,

если он будет считать свой комплекс автономной силой, направленной

против его сознательной личности. Более того, это объяснение больше

соответствует фактам, нежели сведение дела к личностным мотивам. К

тому же личностная мотивация тут сохраняется, но не является интен-

циональной, она органично присуща пациенту.

В Вавилонском эпосе повествуется о том, как дерзость и ____* Гиль-

гамеша 13 ] бросили вызов богам; тогда боги изобрели и создали челове-

ка, равного по силе Гильгамешу, чтобы тот умерил незаконные притя-

зания героя. То же самое произошло с нашим пациентом. Он относится

к тому типу людей, что строят свои отношения с миром исключительно

на основе интеллекта и разума. Его притязания привели по меньшей

мере к тому, что он замахнулся на формирование собственной судьбы.

Он все подвергал беспощадному суду разума, но природе где-то уда-

лось ускользнуть, и она вернулась полная мести в форме совершенней-

шей бессмыслицы, т.е. идеи рака. Бессознательное породило такое тон-

кое и умное образование с одной целью - держать человека в безжа-

лостной узде. Это был сокрушительный удар по всем его разумным

идеалам, и прежде всего по вере во всемогущество человеческой воли.

Такого рода одержимость свойственна лишь тем, кто постоянно зло-

употребляет разумом и интеллектом в эгоцентрических целях роста

власти.

Гильгамешу, правда, удалось избежать божественного возмездия. К

нему приходили вещие сны, на которые он обратил внимание. Они

подсказали ему, как лучше одолеть врага. У нашего пациента, живу-

щего в век, когда боги вымерли и даже пользуются дурной репутацией,

также были сновидения, но он к ним не прислушался. Как можно ра-

зумному человеку быть столь подвластным предрассудкам, чтобы

всерьез принимать сны! Этот общий предрассудок по поводу значения

сновидений является лишь одним из симптомов куда более серьезной

недооценки человеческой души вообще. Удивительное развитие науки

и техники было уравновешено, с другой стороны, поразительной утра-

той мудрости и интроспекции. Верно, наша религия много говорит о

бессмертной душе, но это учение содержит лишь несколько слов о дей-

ствительной человеческой душе, которой суждено отправиться прямо в

ад, не будь особого акта божественной благодати. Эти два важных фак-

тора несут ответственность за общую недооценку значения психики,

но не всю ответственность. Намного старше этих сравнительно недав-

них перемен являются первобытный страх и отвращение ко всему, что

граничит с бессознательным.

Сознание поначалу было весьма непрочным. В относительно перво-

бытных обществах мы все еще имеем возможность наблюдать, на-

сколько легко утрачивается сознание. Одной из <опасностей души> ,

кстати, является как раз утрата души, когда часть психики снова ста-

новится бессознательной. Другим примером может служить состояние,

называемое <амок> - эквивалент <берсерка> в германских сагах .

Это состояние большего или меньшего транса, часто сопровождаемого

* Гордыня (греч.).

опустошительными социальными последствиями. Даже обычная эмо-

ция может вызвать заметную утрату сознательности. Первобытные

племена поэтому строго хранят разработанные формы вежливости,

там принято говорить приглушенным голосом, складывать на землю

оружие, припадать к земле, склонять головы, показывать раскрытые

ладони рук. Даже в наших формах вежливости все еще можно оты-

скать следы <религиозного> видения возможных психических опасно-

стей. Мы пытаемся умилостивить судьбу, магически желая друг другу

доброго дня. Левую руку нехорошо держать в кармане или за спиной,

коща правой пожимаешь руку другого. Если вы хотите умилостивить

особенно сильно, вы пользуетесь обеими руками. Перед людьми, наде-

ленными большим авторитетом, мы преклоняем непокрытую голову,

т.е. предлагаем им свою голову без защиты, чтобы умилостивить силь-

ного, который может вдруг легко перейти к неконтролируемому наси-

лию. Во время военных танцев дикари приходят в такое возбуждение,

что могут наносить себе ранения и проливать кровь.

Жизнь дикаря постоянно наполнена заботой по поводу все время та-

ящейся в засаде психической опасности, а потому столь многочислен-

ны процедуры, направленные на уменьшение риска. Высшим проявле-

нием этого факта является табу, наложенное на различные области.

Бесчисленные тщательно и со страхом соблюдаемые табу суть ограж-

дения области психики. Я совершил чудовищную ошибку, находясь на

южном склоне горы Элгон. Мне захотелось выяснить, что из себя пред-

ставляют призрачные дома, с которыми я часто сталкивался в лесу, и

во время беседы я употребил слово <селельтени>, означающее <при-

зрак>. Тотчас мои спутники умолкли в тягостном изумлении. Все от-

вернулись от меня, поскольку я громко произнес тщательно умалчива-

емое слово и тем самым навлек самые опасные последствия. Мне при-

шлось сменить тему разговора, чтобы встречу можно было продол-

жить. Те же люди уверяли меня, что у них не бывает сновидений; по-

следние были прерогативой вождя и шамана. Позже шаман признался

мне, что у него тоже больше нет сновидений: ведь теперь у них есть ок-

ружной комиссар. <С тех пор как пришли англичане, у нас больше нет

снов, - сказал он, - окружному комиссару все ведомо о войне и бо-

лезнях, о том, где нам жить>. Это странное суждение основывается на

том факте, что сновидения были прежде высшим политическим озаре-

нием, голосом <мунгу>. Поэтому обычному человеку было бы неразум-

но полагать, что у него есть сновидения.

Сновидения - это голос Неведомого, которое от века грозит новыми

опасностями, жертвами, войнами и прочими беспокойствами. Одному

из африканцев как-то приснилось, что враги захватили его в плен и со-

жгли живьем. На следующий день он собрал своих родственников и

стал упрашивать их сжечь его. Они согласились только связать ему но-

ги и поставили его в костер. Конечно он после этого сильно хромал, но

от своих врагов ему удалось ускакать10 .

Имеется множество вероучений и церемоний, существующих с

единственной целью - защититься от неожиданного, опасного, таяще-

гося в бессознательном. Тот необычный факт, что сновидение является

божественным гласом и вестником, а одновременно бесконечным ис-

точником хлопот, не вызывает проблем в сознании дикарей. Очевид-

ные остатки такой первобытности мы обнаруживаем в психологии ев-

рейских пророков11. Они часто колеблются: прислушаться или нет к

этому голосу. Стоит признать, что такому благочестивому человеку

как Осия трудно взять в жены проститутку, дабы выполнить приказ

Господа. Еще на заре человечества существовал обычай ограждать себя

от произвольных и беззаконных воздействий <сверхъестественного> с

помощью определенных ритуалов и законов. Этот процесс развивался

в истории путем умножения ритуалов, инструкций и вероучений. По-

следние два тысячелетия такой институт как христианская церковь

принял на себя посредническую и защитную функции, встав между

этими воздействиями и человеком. Средневековые церковные тексты

не отрицают того, что божественное вдохновение может иметь место

во сне, но это не поощрялось, и церковь оставляла за собой право ре-

шать, считать ли такое откровение аутентичным или нет . Несмотря

на то, что церковь признает несомненной эманацию определенных

сновидений от Бога, она не склонна, более того, отвращается от сколь-

ко-нибудь серьезного занятия сновидениями, хотя и признает, что не-