Файл: Кроуфорд К., Макаренко Б. И., Петров Н. В. (отв. ред.) - Популизм как общий вызов - 2018.pdf

население делиться нажитыми благами, а политические и культурные элиты из ложно понятого уважения к общественному мнению никак не реагируют на эту угрозу, тем самым «предавая» свой народ.

Непременные ссылки правых популистов на свой народ содержат два компонента, опасные для демократии. С одной стороны, правые популисты заявляют, что только они являются истинными защитниками интересов коренного населения. Других взглядов и мнений они не терпят – даже в рядах собственных партий. Тем самым они нарушают один из главных принципов демократии – принцип свободы мнений. Тот, кто имеет иное мнение, это не просто человек с иными взглядами, не «нормальный» политический оппонент. Поскольку популисты считают, что только они говорят от имени народа, каждый, кто придерживается иного мнения, становится для них «врагом народа» или «предателем»8. Сильные антидемократические тенденции проявляются здесь уже на уровне языка и соответствующего образа мыслей.

Втожевремяправыепопулистызанятыисключительнопроблемами своей нации, они хотят восстановить ее политический, культурный и религиозный суверенитет, который якобы находится в опасности или уже полностью утрачен. «Франция прежде всего», «Австрия – австрийцам», «Защитим наши границы» – такие лозунги прочно вошли в лексикон правых популистов еще задолго до «America first» Дональда Трампа. Из-за такой национальной или националистической ориентации, которая постоянно сопровождается нападками на другие национальные группы, нации или на Европейский Союз, европейских правых популистов совершенно справедливо называют «правонациональными популистами»9, хотя в одних странах их, скорее, следует отнести к правому расово-национальному лагерю (Австрия, Нидерланды, Швеция), а в других – к националистическому (например, Великобритания, Финляндия, Польша) или промежуточному (Франция, Германия) сектору.

Именно в сочетании национализма и претензии на этническую исключительность кроется антидемократический потенциал европейских правых популистов. Тем не менее было бы ошибкой называть их «экстремистами». Экстремизм определяется как стремление – не в последнюю очередь насильственное – к антидемократическому обществу, где уничтожены все основные демократические пра-

8  Müller J.-W. Was heißt: Populismus an der Macht? // Osteuropa. 2016. Jg. 66. H. 1–2. S. 5–17.

9  Grabow K., Hartleb F. Mapping Present-day Right-wing Populists // Exposing the Demagogues. Right-wing and National Populist Parties in Europe / ed. K. Grabow, F. Hartleb. Brussels: Centre for European Studies, 2013. P. 19.

ва, принципы и институты, где построена или должна быть построена авторитарная или тоталитарная однопартийная или беспартийная вождистская система, которая опирается на фундаменталистские представления о религии, этнорасистскую идеологию или на непогрешимое, якобы научное мировоззрение. Поэтому «экстремистскими» можно назвать фундаменталистско-исламистские движения и сети вроде Аль-Каиды, неофашистские партии типа «Йоббик» в Венгрии и, наконец, последние в мире большие коммунистические партии – такие, как Единая социалистическая партия Венесуэлы и Партия труда в Северной Корее, но не те, о которых говорилось выше.

Марин Ле Пен превозносит французский язык, французскую культуру и французский национальный характер, называет Евросоюз «оккупационной властью», обещает людям простые решения, которые якобы приведут к быстрому улучшению положения («отказ от евро», «роспуск ЕС», «французы прежде всего»), она без колебаний называет виновных во всевозможных неурядицах – у нее это то ЕС, Германия и глобальный капитализм, то мусульмане-иммигранты, но при этом она все равно не является «экстремисткой» в только что описанном понимании. Марин Ле Пен и ее Национальный фронт – это что-то вроде прототипа правой национально-популистской партии.

В той же мере это относится к нидерландской Партии свободы и Австрийской партии свободы. Обе жестко критикуют ЕС, называя его «недемократическим монстром»10 или «брюссельской номенклатурой», которая «хочет сколотить централизованную единую Европу поверх голов людей»11. Обе выступают за выход своих стран из Евросоюза или, по крайней мере, из еврозоны. По мнению обеих партий, Евросоюз – это ворота для бесконтрольной иммиграции, они требуют немедленного прекращения приема беженцев и закрытия границ. И Герт Вилдерс, и лидеры АПС ориентированы на широкую ренационализацию экономики, социальной политики и других сфер общественной жизни, а также – как и Марин Ле Пен – обещают привилегии для коренного населения при распределении социальных льгот («Австрия и Нидерланды прежде всего»12). Определения «пра-

10  Герт Вилдерс в 2013 г., цит. по: Grabow K., Hartleb F. Europa? Nein Danke. Studie zum Aufstieg rechtsund nationalpopulistischer Parteien in Europa. Berlin; Sankt Augustin: Konrad-Adenauer-Stiftung, 2013. S. 7.

11  Vilimsky: EU will noch mehr Macht zentralisieren. URL: http://www.fpoe.eu/ vilimsky-eu-will-noch-mehr-macht-zentralisieren/ (дата доступа: 3 мая 2017).

12  Ср.: Österreich zuerst. Parteiprogramm der Freiheitlichen Partei Österreichs (FPÖ). Beschlossen vom Bundesparteitag der Freiheitlichen Partei Österreichs am 18. Juni 2011 in Graz; Steppat T. Niederlande-Wahlen: Wilders dreht wieder auf. URL: http://www.faz. net/aktuell/politik/ausland/niederlande-wahlen-wilders-dreht-wieder-auf-14915014.html (дата доступа: 25 апреля 2017).

вые» обе партии заслуживают своим огульным поношением ислама и мусульман, в которых они видят серьезную угрозу для общественного порядка и благосостояния коренного населения. «Любовь к родине вместо воров-марокканцев» («Heimatliebe statt Marokkanerdiebe») – так звучит один из предвыборных лозунгов АПС. Герт Вилдерс называет ислам идеологией, которая «опаснее нацизма»13. Марокканцев, живущих в Нидерландах, он именует «отребьем»14.

Британская ПНСК также использовала в своей пропаганде раздутые образы врага, подогревая преимущественно среди английского населения страхи по поводу засилья иммигрантов, снижения уровня благосостояния или утраты британского суверенитета и выдвигая всевозможные претензии к Евросоюзу (слишком дорого, директивно, неэффективно). Партия претендовала на роль защитника «простых людей» и в то же время рисовала образ сильной Великобритании, лишь условно отвечающий реальности15. Она предлагала простые решения сложных политических проблем («out»), при этом, однако, не используя средства этнорасистской пропаганды, когда представители других национальностей или религий подвергаются огульному поношению. Так что ПНСК – это национально-популистская, но не правопопулистская партия.

Подводя итог, можно констатировать, что популизм – политическое течение, которое претендует на исключительное положение в плане знания интересов народа и права представлять его интересы. Популизм – это мобилизационная стратегия, адепты которой подчеркивают или просто придумывают проблемы, вызывающие или усиливающие у людей опасения и/или недовольство в связи с определенными тенденциями в развитии общества. Популисты выступают в роли защитников добропорядочного, забытого политическим истеблишментом «простого народа». Они подстрекают и мобилизуют людей за счет эмоций, предлагая как удобопонятные образы врага, так и простые решения существующих проблем. При этом популисты действуют как предприниматели – с той лишь разницей, что предметом их бизнеса являются не товары или услуги, а недовольство, заботы и опасения, которые охватывают часть общества в связи с

13  Geert Wilders bezeichnet Marokkaner als «Abschaum» // Die Welt. 2017. 18.Februar.URL:https://www.welt.de/politik/ausland/article162193921/Geert-Wilders- bezeichnet-Marokkaner-als-Abschaum.html (дата доступа: 24 апреля 2017).

14  Ibid.

15  Banducci S., Stevens D. Myth versus Fact: Are We Living in a Post-Factual Democracy? // EU Referendum Analysis 2016: Media, Voters and the Campaign / ed. D. Jackson, E. Thorsen, D. Wring. Poole: Bournemouth University: The Centre for the Study of Journalism, Culture and Community, 2016. P. 22.

гражданскими войнами на периферии Европы, потоками беженцев, исламистским террором и другими причинами.

Решать эти проблемы популисты не хотят и не могут. В стратегии партии «Альтернатива для Германии», опубликованной в начале 2017 г., четко обозначены цели популистов: разрушение табу, привлечение внимания и «провокационные эффекты»16. Прямо напрашивается вывод, что их главная цель состоит не в решении, а в поиске проблем, что популисты – это политические предприниматели, торгующие людскими страхами.

III. Существуют ли эффективные стратегии противодействия популизму?

В последние годы демократические силы стран Западной Европы неоднократно предпринимали попытки сдержать распространение правого и национального популизма. Большинство из этих попыток не имели эффекта, так как реальное давление на право- и национально-популистские партии отсутствовало или было лишь кратковременным17.

Но с учетом опыта, накопленного в 2016 г. в Австрии, весной 2017 г. в Нидерландах, а затем и во Франции, эффективным оказалось сочетание трех стратегий противодействия. Хотя не везде удалось предотвратить рост числа голосов избирателей, отданных за правых и национальных популистов, противодействие было достаточно сильным, чтобы не позволить им занять высшие посты в государствах и правительствах. Триединая стратегия противодействия состоит в следующем: во-первых, это неизменная приверженность демократических сил своим позициям и ценностям, в том числе «неудобным» и сложным, в нынешнем мире, для которого характерны тесные международные взаимосвязи, кризисы и непредсказуемость; во-вторых, конкретные политические предложения, убеждающие большинство граждан в том, что судьбы страны лучше доверить демократам, чем популистам; и, в-третьих, политический менеджмент, решающий конкретные проблемы. Для демократов характерны, кроме того, открытость миру и оптимизм, явно контрастирующие с мрачными предсказаниями и сценариями угроз, которые столь охотно используют правые и национальные популисты. Большинство населения Западной Европы, однако, таких настроений не разделяет.

16  Leif T., Gensing P. Provokation statt Problemlösung. URL: https://www.tagesschau. de/inland/afd-strategiepapier-101.html (дата доступа: 20 апреля 2017).

17  Подробнее см.: Grabow K. Was tun gegen Rechtspopulisten? Europäische Erfahrungen. Berlin: Konrad-Adebauer-Stiftung, 2016. (Analysen und Argumente 203/2016).

IV. Перспектива

Правые и национальные популисты Западной Европы, кажется, уже прошли зенит своего влияния. Большинство граждан западноевропейских стран не хотят, чтобы они занимали высшие руководящие посты. По крайней мере, с 15 марта 2017 г., когда Герт Вилдерс не достиг своих целей в ходе парламентских выборов в Нидерландах, стало ясно, что в серьезной ситуации ему не победить. В то же время ПНСК, победив на референдуме по Брекзиту, выполнила свою «историческую миссию». С июня 2016 г. эта партия слоняется по арене британской политики, не предлагая никакой выигрышной темы, и пока неясно, сумеет ли она вообще выжить.

Марин Ле Пен теперь тоже несет на себе печать неудачницы. Ее результат на последних президентских выборах не так уж плох, но уже второй раз подряд ей не удалось достичь высшего поста в государстве. Выдвинет ли она свою кандидатуру еще раз в 2022 г., пока неясно. В то же время надо подчеркнуть, что НФ и в случае ее ухода из большой политики будет иметь хорошо развитую и профессионально работающую партийную организацию с опорой на активных членов и сторонников, когорту молодых, но уже опытных руководителей, поэтому не исключено, что партия в ближайшие годы еще больше окрепнет.

То же самое относится и к АПС. Она располагает амбициозными руководящими кадрами и сильной организационной структурой. Все еще не иссякшие потоки беженцев в Европу, многочисленные содержательные и стратегические изъяны в политике Евросоюза и, не в последнюю очередь, слабость политических противников дают АПС ряд конкурентных преимуществ. До сих пор австрийцам удавалось в последний момент сплотить большинство избирателей против АПС. Но гарантии на будущее здесь нет. Традиционные демократические партии и институты, которые АПС столь резко критикует, должны будут, чтобы выстоять, дать австрийцам то, чего те ожидают: безопасность, рабочие места, рост или, по крайней мере, сохранение уровня благосостояния и перспективу дальнейшего развития республики и Европейского Союза, который, пусть в несколько ослабленной форме, не должен утратить своего значения.

Всем демократическим и поддерживающим ЕС силам – не только в Западной Европе – предстоит еще много сделать, чтобы не допустить дальнейшего подъема или нового усиления право- и нацио- нально-популистских партий. Они должны также внести свой вклад в укрепление авторитета и повышение эффективности Евросоюза.