В теории компетенции в качестве наиболее типичных полномочий государственного органа выделяются одиннадцать: 1) руководит; 2) управляет; 3) решает; 4) принимает участие; 5) нормирует; 6) организует; 7) разрабатывает; 8) указывает; 9) координирует; 10) контролирует; 11) запрещает. Безусловно, все эти полномочия присущи и органам дознания, досудебного следствия, прокуратуре и суду, как государственным органам. Только каждое из них используется тем или иным органом, ведущим процесс, для выполнения определенной для него законом функции, а значит, и для достижения определенных целей. К тому же в разных стадиях процесса полномочия реализуются ими с определенной спецификой. Так, орган дознания и следователь выполняют функцию уголовного преследования лица только в стадии досудебного следствия. Прокурор же в этой стадии выполняет одновременно две функции: 1) уголовного преследования; 2) надзора за законностью в деятельности органов дознания и досудебного следствия, что само по себе алогично. Функцию уголовного преследования (государственного обвинения) он продолжает выполнять и в судебных стадиях процесса. При этом его деятельность остается публичной, то есть осуществляется в соответствии с требованиями принципа публичности (официальности). Но и суд действует на основании этого принципа.

В связи с этим возникает вопрос: не свидетельствует ли такое положение о «пересечении» компетенций прокурора и суда? В суде каждый из «официально действующих органов» (суд и прокурор) имеют разный «набор» из тех одиннадцати полномочий, которые определены в теории компетенции как типичные. Прокурор в судебных стадиях имеет только полномочия по участию в них в качестве стороны процесса. Все другие полномочия принадлежат исключительно суду. Именно они являются для суда мерой гарантирования совершения им процессуальных действий и принятия решений по уголовному делу. Изложенное свидетельствует о том, что публичность уголовно-процессуальной деятельности ни в коем случае нельзя отождествлять с уголовным преследованием. Последнее является только частью публичной деятельности государственных органов, уполномоченных на ведение уголовного процесса.

4. Определение целей и компетенции органов дознания, досудебного следствия, прокурора и суда служит «центром тяжести» действий всех субъектов уголовного процесса. Уголовный процесс представляет собой сложную деятельность многих субъектов. Следовательно, деятельность каждого из субъектов процесса имеет свою цель. В связи с этим Е. Мизулина отмечает: «В данном случае, наверное, некорректно будет говорить о цели уголовного процесса в общем, но следует говорить о целях его субъектов. Если же уголовно-процессуальная деятельность является целостным явлением, то кто из субъектов уголовного процесса обеспечивает ее или задает ей цель?».

---

Таким субъектом, безусловно, является государственный орган, наделенный государством «правообязанностью» по осуществлению уголовно-процессуальной деятельности. По меткому замечанию Е. Мизулиной, государство в лице своих компетентных органов, как неизменный спутник уголовного процесса, является тем «режиссером, который собирает его и определяет содержание». Данное утверждение проявляется в том, что результаты деятельности субъектов уголовно-процессуальных правоотношений только тогда будут иметь правовое значение, если они восприняты органом дознания, следователем, прокурором или судом, то есть при получении ими «официального статуса». Не имеют правового значения для конкретного уголовного дела (не являются правовыми) и отношения, складывающиеся между субъектами процесса, если в них не принимает участия государственный орган, принявший дело к своему производству.

Изложенные положения относительно компетенции органов дознания, досудебного следствия, прокуратуры и суда определяют природу принципа публичности (официальности) уголовно-процессуальной деятельности. Более того, в них проявляется и содержание этого процессуального принципа. Полномочия указанных органов имеют не только уставный, но, и это главное, процессуальный (процедурный) характер. «Правообязанности» государственных органов, которые ведут процесс, фиксируются не только в уставных нормативно-правовых актах (Законы Украины «О статусе судей», «О прокуратуре», «О милиции», «О Службе безопасности Украины» и т.п.), но и в уголовно-процессуальном законе, который определяет порядок их деятельности по уголовным делам. В связи с этим нормы, содержащиеся в уставных нормативно-правовых актах, являются материальными «компетенционными» нормами, а уголовно-процессуальные нормы – процессуальными «компетенционными» нормами.

Следовательно, как в уставных, так и в «процедурных» нормативных актах отражается официальный характер отношений между должностными лицами органов дознания, досудебного следствия, прокуратуры и суда с одной стороны и всех других субъектов уголовного процесса – с другой стороны. Официальность отношений обусловливается тем, что все действия дознавателей, следователей, прокуроров и судей совершаются от имени государства. Свою деятельность они осуществляют, руководствуясь исключительно нормами права, которые установлены или санкционированы государством. Для этих органов, как известно, действует правовой принцип «разрешено только то, что прямо предусмотрено законом». Все действия должностных лиц должны осуществляться в соответствии с установленными правилами с соблюдением процессуальной формы.

Уголовно-процессуальному закону Украины неизвестны понятия «усмотрение следователя», «усмотрение прокурора» или «усмотрение судьи». Таким образом, уголовно-процессуальная деятельность принципиально не может осуществляться по собственному усмотрению должностных лиц государственных органов, которые ведут процесс. Она должна основываться исключительно на принципе официальности (публичности).

---

Уголовно-процессуальная компетенция выполняет в процессе производства по уголовным делам несколько функций:

1. Обеспечение реализации публичных интересов в сфере уголовного судопроизводства и официальной деятельности органов дознания, досудебного следствия, прокуратуры и суда.

2. Обеспечение правоприменения в связи с возникновением в обществе уголовно-правовых конфликтов.

3. Распределение сфер влияния государственных органов и должностных лиц при производстве по уголовным делам.

4. Определение меры дозволенного поведения органов дознания, досудебного следствия, прокуратуры и суда.

5. Разграничение уголовно-процессуальных функций.

Выводы по третьему вопросу:

1. Уголовно-процессуальная компетенция – это возложенный законом на органы дознания, досудебного следствия, прокуратуры и суда объем публичных дел в сфере разрешения уголовно-правовых конфликтов, возникающих в обществе.

2. К «компетенционным» элементам принадлежат: а) нормативно установленные цели деятельности органов, уполномоченных вести уголовный процесс; б) предмет ведения как юридически обозначенные определенные сферы и объекты влияния этих органов, что находит отражение в понятиях «принадлежность заявлений о преступлениях», «подследственность уголовных дел», «подсудность дел»; в) властные полномочия как гарантированная законом мера принятия процессуальных решений и совершения процессуальных действий.

4. Обеспечение безопасности субъектов уголовно-процессуального права

Обеспечение безопасности субъектов уголовно-процессуального права – это деятельность соответствующих государственных органов по достижению состояния безопасности участников процесса, которым угрожает опасность.

Опасность – это угроза причинения вреда жизни, здоровью, имуществу, жилищу, которая близка к осуществлению, поэтому воспринимается лицом как неумолимо приближающаяся, характеризуется реальностью, в связи с чем возникает потребность в защите.

Последствия существования опасности:

• невозможность выполнения субъектами своих функций;

• отказ субъектов от дачи показаний или от данных ранее показаний, что влечет за собой «развал дела».

Право на обеспечение безопасности при наличии соответствующих оснований имеют:

1. лицо, заявившее в правоохранительный орган о преступлении или в другой форме принимавшее участие в выявлении, предотвращении, прекращении и раскрытии преступления или способствовавшее этому;

2. потерпевший или его представитель в уголовном деле;

3. подозреваемый, обвиняемый, защитники и законные представители;

4. гражданский истец, гражданский ответчик и их представители по делу о возмещении вреда, причиненного преступлением;

5. свидетель;

6. эксперт, специалист, переводчик и понятой;

7. члены семей и близкие родственники лиц, перечисленных выше, если путем угроз или других противоправных действий в отношении их делаются попытки повлиять на участников уголовного судопроизводства;

8. должностные лица государственных органов, уполномоченные вести уголовный процесс. Особое внимание уделяется защите лиц, осуществляющих уголовное преследование. Согласно ст. 5 Руководящих принципов, которые касаются роли лиц, осуществляющих судебное преследование (приняты VIII Конгрессом Организации Объединенных Наций по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями (Гавана, Куба, 27 августа – 7 сентября 1990 года), они и их семьи обеспечиваются физической защитой со стороны власти в тех случаях, когда существует угроза их безопасности из-за выполнения функций по осуществлению судебного преследования.

---

Процессуальный порядок обеспечения безопасности участников уголовного процесса.

Орган дознания, следователь, прокурор или суд, получив заявление или сообщение об угрозе безопасности лица, обязаны проверить это заявление (сообщение) и в срок не более трех суток, а в неотложных случаях – немедленно принять решение о применении или отказе в применении мер безопасности. В соответствии со своим решением, они принимают мотивированное постановление или определение и передают его для исполнения органу, на который возложено принятие мер безопасности. Это постановление или определение является обязательным для исполнения указанными органами.

Орган, которому поручено осуществлять меры безопасности, устанавливает перечень необходимых мер и способов их реализации, руководствуясь при этом конкретными обстоятельствами и необходимостью устранения существующей угрозы. О мерах безопасности, условиях их осуществления и правилах пользования имуществом или документами, выданными с целью обеспечения безопасности, сообщается лицу, взятому под защиту.

При наличии в заявлении (сообщении) об угрозе безопасности лица сведений о преступлении орган дознания, следователь, прокурор принимают решение о возбуждении или отказе в возбуждении уголовного дела или о направлении заявления (сообщения) по принадлежности. О принятом решении заявителю немедленно направляется сообщение.

Орган, осуществляющий меры безопасности, в письменном виде информирует орган дознания, следователя, прокурора, суд или судью, в производстве которого находится уголовное дело, о принятых мерах и их результатах.

Неразглашение сведений о лице, взятом под защиту, может обеспечиваться путем ограничения сведений о нем в материалах проверки (заявлениях, объяснениях и т.п.), а также протоколах следственных действий и судебных заседаний. Орган дознания, следователь, прокурор, суд (судья), приняв решение о применении мер безопасности, выносит мотивированное постановление, определение о замене фамилии, имени, отчества лица, взятого под защиту, на псевдоним. В дальнейшем в процессуальных документах отмечается лишь псевдоним, а настоящие фамилия, имя, отчество (год, месяц и место рождения, семейное положение, место работы, род занятий или должность, место проживания и другие анкетные данные, содержащие информацию о лице, которое находится под защитой) указываются лишь в постановлении (определении) о замене анкетных данных. Это постановление (определение) к материалам дела не прилагается, а хранится отдельно в органе, в производстве которого находится уголовное дело. В случае замены фамилии лица, взятого под защиту, на псевдоним, из материалов дела изымаются протоколы следственных действий и другие документы, в которых указаны достоверные сведения об этом лице, и хранятся отдельно, а к материалам дела прилагаются копии настоящих документов с заменой настоящей фамилии на псевдоним.

---

Основания, поводы и порядок отмены мер безопасности

Меры безопасности могут быть отменены на основании:

• окончания срока конкретной меры безопасности;

• устранения угрозы жизни, здоровью, жилищу и имуществу лиц, взятых под защиту;

• систематического неисполнения лицом, взятым под защиту, законных требований органов, осуществляющих меры безопасности, если это лицо в письменном виде было предупреждено о возможности такой отмены.

Поводом для отмены меры обеспечения безопасности участников уголовного судопроизводства, членов их семей и близких родственников может быть:

• заявление участника уголовного судопроизводства, члена его семьи или близкого родственника, в отношении которого были применены меры безопасности;

• получение достоверной информации об устранении угрозы жизни, здоровью, жилищу и имуществу указанных лиц.

Процессуальный порядок отмены мер безопасности. При наличии оснований для отмены мер обеспечения безопасности органом дознания, следователем, прокурором, судом (судьей) выносится мотивированное постановление или определение об их отмене.

Решение об отмене мер безопасности в письменном виде в течение суток доводится до сведения лица, в отношении которого были приняты эти меры.

Непринятие решения, несвоевременное принятие или принятие недостаточно обоснованных решений, а также непринятие, несвоевременное принятие достаточных мер для безопасности участников уголовного процесса должностным лицом органа, на который возложены функции обеспечения безопасности, если эти действия повлекли тяжкие последствия, влечет за собой уголовную ответственность, предусмотренную ст. 380 УК.

Разглашение сведений о мерах безопасности относительно лица, взятого под защиту, должностным лицом, которым принято решение об этих мероприятиях, лицом, которое их осуществляет, или должностным лицом, которому эти решения стали известны в связи с его служебным положением, а также лицом, взятым под защиту, если эти действия повлекли смерть лица, взятого под защиту, или вред его здоровью или другие тяжкие последствия, является преступлением, предусмотренным ст. 381 УК.

В производстве по уголовному делу предусматриваются также сугубо процессуальные меры обеспечения безопасности субъектов:

• в стадии досудебного следствия – предусмотренные ч. 4 ст. 174; ч. 2 ст. 224 УПК;

• в стадии предварительного рассмотрения дела судьей – ч. 2 ст. 255; ст. 253; ч. 4 ст. 254 УПК;

• в стадии судебного разбирательства – ч. 3 ст. 263; ч. 2 ст. 290; ч. 2 ст. 292; ч. 2 ст. 300; ч. 6-11 ст. 303; п. 3 ч. 1 ст. 306; п. 13 ч. 1 ст. 324 УПК.

Выводы по четвертому вопросу:

1. Обеспечение безопасности субъектов (участников) уголовного процесса имеет целью эффективное выполнение ими своих функций и выполнение всех задач процесса.

2. Защите подлежат не только участники процесса, но и члены их семей и близкие родственники.

3. Кроме мер, исполнение которых возлагается на специальные подразделения правоохранительных органов, в производстве по уголовному делу следователь и другие органы могут и обязаны самостоятельно принимать меры обеспечения безопасности (изъятие из материалов дела определенных документов; предъявление для опознания вне пределов визуального наблюдения лица, которого могут узнать и т.п.).

---

Смотрите также файлы

• Этикет деловых отношений .doc

• Размещение произв.сил-2011.docx

• Аграрное право-Деркаченко.doc

• Финансы-2007.doc

• Аудит у заруб_жних країнах.doc