Файл: n1(1).doc

В отечественной психологии развитие ребенка традиционно расматривалось в русле культурно-исторического подхода. В середине XX в. критиковался «биологизаторский» подход, и развитие психики человека принято было интерпретировать как радикально отличающееся от онтогенеза животных. Л.С.Выготский и его последователи признавали ведущую роль общения и усвоения культурных способов взаимодействия с миром как механизмов развития психики в онтогенезе человека. Следует отметить, что подход самого Л. С. Выготского не был столь ортодоксальным. Он считал, что в начале онтогенеза развитие ребенка идет по пути формирования «натуральных» психических функций, которые, опосреду ясь знаками, становятся «высшими психическими функциями специфическими для человека. Понять эту логику онтогенеза человека можно, только изучая разные планы ее формирования: и онтогенезе, в антропогенезе (психика высших человекообразных обезьян и развитие сознания в антропогенезе), в отклоняющихся вариантах (патологическое развитие).

Попытки преодолеть механистический подход в трактовке со отношения биологического и социального в психике человека привели к тому, что в середине XX в. в отечественной психологии устоялась точка зрения, постулирующая неправомерность применения закономерностей филогенеза к онтогенезу человека и практически полную невозможность каких-либо соотнесений онто- и филогенетических закономерностей развития. Этот крайний пол ход во многом смягчился в последней четверти прошедшего столетия. В настоящее время с позиций эволюционно-системного подхода активно исследуются различные стороны и интерпретируются феномены раннего сенсомоторного развития, коммуникативной функции, эмоционального развития, компонентов и уровней самосознания, диадических отношений и других психических структур у человека в сравнении с таковыми у высших животных.

В первой половине XX в. были осуществлены фундаментальные экспериментальные сравнительные исследования онтогенеза человека и высших приматов. Первым таким исследованием было тщательно проведенное и описанное Н.Н. Ладыгиной-Котс всестороннее изучение онтогенеза детеныша шимпанзе и ребенка человека. К сожалению, этот необыкновенно важный и информативный для каждого психолога труд ни разу не переиздавался, он есть только в некоторых научных и учебных библиотеках и малодоступен широкому кругу современных студентов. В 30-е гг. XX в. американские исследователи — супруги В. и Л. Келлог воспитывали одновременно в одинаковых условиях детеныша шимпанзе Гуа и своего сына Дональда. Позднее в России сравнительное изучение онтогенеза приматов (низшие и высшие человекообразные обезьяны и человек) было предпринято Н.А. Тих. В этих исследованиях описано и тщательно проанализировано развитие перцептивных и сенсомоторных процессов, памяти, общения и средств коммуникации, игровой деятельности, подражания, интеллекта, компонентов самосознания (самоощущения, образа тела, самоузнавания в зеркале) и т.п. Помимо этих работ сравнительному исследованию подвергались отдельные особенности онтогенеза высших приматов и человека. В.Кёлер изучал интеллект высших животных и ребенка на довербальной стадии развития. Х.Харлоу и Дж. Боулби исследовали структуру и онтогенез привязанности у обезьян и человека. Во второй половине XX в. в России С. Л. Новоселова, автор этой книги и другие занимались изучением формирования интеллекта в онтогенезе высших приматов и человека (развитие манипуляций, орудийных действий, рисования). За рубежом изучался онтогенез сенсомоторного интеллекта с применением методик Ж. Пиаже: сохранение количества, константность объекта, пространственное соотношение объектов, экстраполяция движения объекта, причинные соотношения и т.п.

Все эти исследования показывают, что перцептивные и сенсо-моторные процессы, не требующие включения искусственных знаковых средств, имеют у высших антропоидов и человека единую линию и сходную динамику развития. Манипуляции в первые месяцы онтогенеза развиваются практически одинаково (с несколько большей скоростью у понгид). Понгиды к двум с половиной годам достигают шестой стадии развития сенсомоторного интеллекта (по Ж. Пиаже), орудийные действия возникают у них к концу этого периода. В освоении рисования детеныши понгид и человеческий ребенок проходят сходные стадии (до этапа v шавания по ассоциации объекта в своем рисунке). Освоение пассивного языка и даже использование коммуникативных жестов также во многом сходно, как и формирование физического и эмоционального компонентов отношений привязанности. Качественные различия наблюдаются в развитии общения и коммуникативных средств, которые у ребенка уже во втором полугодии жизни приобретают семиотическую (знаковую) функцию.

Уже в первые месяцы у человеческого ребенка появляется «комплекс оживления» как первое комплексное средство эмоционального общения со взрослым. У детенышей понгид есть сходная реакция, но в ней нет тех компонентов, которые становятся ведущими в развитии общения у ребенка: обмена взглядами и улыбкой со взрослым. В дальнейшем коммуникативные средства включаются в освоение ребенком предметного мира и в само развитие его интеллекта, а детеныши приматов осваивают этот мир индивидуально. Коммуникативные средства не переходят у них в средство организации интеллекта и не становятся речью (и не появляется речевого мышления).

Эти выводы в разных аспектах и в разной интерпретации содержатся практически у всех исследователей. Большинство ученых подчеркивают, что одним из важнейших отличий онтогенеза человека является усиление и качественное изменение роли взрослого в развитии ребенка. Все эти (и многие другие) исследования позволяют сформулировать основные этапы преобразования онтогенеза в филогенезе как преобразование изменений субъекта со средой в процессе индивидуального развития и изменение роли родительских особей в обеспечении условий развития потомства.

13.1.1. Филогенез онтогенеза и заботы о потомстве

Термин «детство» применяется в основном для онтогенеза человека (где он также не является однозначным) и не встречается в текстах по биологии и зоопсихологии, в которых принятыми для обозначения ранних онтогенетических периодов считаются термины «ранний постнатальный период», «ювенильный», а для некоторых видов существуют специальные названия (например, сеголетки и переярки для волков, и т.п.). Сходными с названиями, употребляемыми для человеческого онтогенеза, являются названия периодов развития у приматов, в основном у антропоидов (младенческий, подростковый и т.п.). В данном случае нет необходимости сопоставлять используемую терминологию. Речь идет о преобразовании логики того периода онтогенетического развития, который предшествует самостоятельной жизни особи. У животных, в отличие от человека, эта граница совпадает с половым созреванием. Особь, готовая физиологически к выполнению репродуктивной функции, самостоятельно может удовлетворять все свои индивидуальные потребности, а для видов, осуществляющих заботу о потомстве, — и потребности детенышей.

В психологии человека и в обыденном языке детством называют период онтогенеза, который отличается качественно не только по месту индивида в семье и обществе, но главным образом по особенностям психического развития. С этой точки зрения и есть смысл проанализировать филогенез онтогенеза и заботы о потомстве как изменение самого процесса и условий развития субъекта.

Этапы преобразования онтогенеза в филогенезе

1. Субъект становится самостоятельным, т.е. способным удовлетворять свои потребности, с рождения, структура деятельности, структура и содержание потребностно-мотивационной сферы и мотивационных механизмов не отличаются от взрослой. Онтогенез заключается в накоплении индивидуального опыта путем научения или смены генетически заданных форм жизнедеятельности. Родительские особи не принимают участия в индивидуальном развитии детенышей.

2. Структура и содержание деятельности и потребностно-мотивационной сферы не отличаются от взрослой, но родительские особи организуют среду для физиологического созревания и получения индивидуального опыта детенышей.

3. Родительские особи частично принимают участие в удовлетворении потребностей комфортной и пищевой сферы детенышей. Содержание этих сфер у детенышей частично отличается от таковых у взрослых особей, структура деятельности и мотивационные механизмы остаются одинаковыми. До полового созревания молодые животные осваивают необходимый видотипичный опыт и взрослые формы поведения.

4. Родительские особи удовлетворяют основные потребности детенышей в процессе непосредственного взаимодействия с ними. Операциональный состав, предметы и объекты для этих потребностей качественно отличаются от взрослых, структура деятельности также отличается от взрослой. Появляется игровая деятельность как механизм онтогенетического развития структуры деятельности и мотивации и освоения видотипичного и индивидуального опыта. Формирование сложных видотипичных форм поведения осуществляется поэтапно на основе механизмов сенситивных периодов и обеспечено эволюционно ожидаемыми условиями развития. Одним из таких условий являются сами родительские особи, внешний вид и поведение которых и образуют ключевые стимулы и условия их встраивания в регуляцию деятельности развивающихся детенышей.

5. Включение в онтогенез специфических форм взаимодействия развивающейся особи с родительской, в процессе которых развивается структура деятельности, потребностно-мотивационная сфера, специфические видотипичные потребности и мотивационные механизмы. Если на предыдущем этапе все это развивалось в самостоятельном взаимодействии особи с внешней средой, а родительские особи только организовывали условия для этого без специальной цели, только на основе своих собственных потребностей, то теперь без специально организованной совместной деятельности взрослого с ребенком вообще не возникнут не только видотипичные структура и содержание деятельности, потребност-но-мотивацонной сферы и мотивационных механизмов, но и средства отражения.

Таким образом, начиная с четвертого из выделенных этапов развития появляется принципиальное отличие психического развития: инфантильные формы взаимодействия субъекта со средой отличаются от взрослых качественно по структуре деятельности, структуре и содержанию потребностно-мотивационной сферы и мотивационных механизмов. Взрослые структура и содержание деятельности, потребностно-мотивационной сферы и мотивационных механизмов строятся в специфических формах инфантильной деятельности — игровой и ориентировочно-исследовательской. Удовлетворение потребностей детенышей и обеспечение условий для формирования взрослых особенностей психики и поведения обеспечиваются родительскими особями.

На пятом этапе продолжается эта же стратегия, роль родителей становится еще более существенной (включение в освоение средств отражения). Основной перелом направления развития онтогенеза происходит на четвертом этапе. Общностью двух последних этапов филогенеза онтогенеза является отличие инфантильных структуры деятельности, мотивационно-потребностной сферы и мотивационных механизмов от взрослой, наличие специфической ювенильной формы деятельности (игровой) и участие взрослых особей, осуществляемое в форме непосредственного взаимодействия с детенышами, в развитии взрослых особенностей этих образований. По этим отличиям можно в рабочем порядке, отдавая себе отчет о необходимости дальнейших исследований в этой области, считать выделение в онтогенезе периода детства как качественно отличного от взрослого по критерию структуры деятельности, мотивационно-потребностной сферы и мотивационных механизмов начиная с четвертого из выделенных этапов филогенеза онтогенеза. Это позволяет соотносить в сравнительном анализе процесс раннего онтогенеза и особенности родительской потребностно-мотивационной сферы на предчеловеческой и человеческой стадии развития психики.