ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 19.08.2020
Просмотров: 12931
Скачиваний: 26
Нетрудно заметить, что как содержание оказываемых государством «услуг населению», так и, в особенности, сам механизм трансформации системы государственности из властного института, стоящего над обществом, в один из элементов широко трактуемой сферы услуг, содержат немало общего с хорошо известной в марксистской традиции концепцией «отмирания» государства по мере перехода от классового общества к бесклассовому. Разумеется, это не случайно, - здесь находят отражение и объективные процессы преодоления ранее существовавших форм классовой структуры общества, и тенденции синтеза различных направлений мировой обществоведческой мысли в условиях «снятия» ранее казавшихся непреодолимыми антитез в условиях качественно новых социальных реалий постиндустриальной цивилизации. В то же время, очевидно, что если функциональные параметры «услуг» государства действительно отражают практику сегодняшнего дня, то трансформация собственно властных функций в некую разновидность социального сервиса, равнозначную с другими его элементами – это, скорее, прогностическая установка, чем реальность. Диалектика власти и свободы, власти и услуг по обеспечению нормальных условий жизнедеятельности общества, рыночного саморегулирования и государственного вмешательства в экономику приобретает новые черты в системе пока ещё формирующегося социального государства. Главный редактор журнала «Politekonom» проф. К.Херманн-Пиллат отмечает: «Я полагаю, что существует всеобщий принцип человечности; он однозначно гармонирует с экономическим императивом… Рыночная экономика, которой политика порядка придаёт форму, предполагающую ограничение власти в экономике, а также власти экономики над всеми прочими сферами общества, нашла бы одобрение у Маркса… Ошибка многих теорий рыночной экономики состоит в том, что не учитывается проблема власти, а ошибка многих критиков рыночной экономики – в том, что они делают ставку на власть государства»780. В этом высказывании, по-видимому, отражается объективная противоречивость переходного состояния как современной рыночной экономики, так и современного государства, аппарат которого превращается из института властного доминирования в институт сервисных отношений.
Что касается проблем формирования социального государства и трансформации его в направлении сервисного института в России, то они обусловлены общим кризисным состоянием российской цивилизации в современных условиях. Как для граждан нашей страны, так и для объективных зарубежных наблюдателей (из их числа можно назвать, например, нобелевских лауреатов Дж. Гэлбрейта и Р.Коуза), совершенно очевидно, что одним из важнейших недостатков осуществлённых в России преобразований явилось разрушение ранее существовавшей системы социальных гарантий и пренебрежение социальными последствиями псевдореформ. Целью обслуживающего олигархию госаппарата становится не «создание условий, обеспечивающих достойную жизнь» (как это декларировано в Конституции РФ), а, напротив, создание условий, делающих жизнь большей части населения максимально сложной, а ещё лучше – невозможной, способствующей сокращению его числа до тех 30 миллионов, которых достаточно, по мнению нынешних хозяев мира, для обслуживания сырьевых отраслей, которые будет позволено сохранить в России. Отсюда – и сочетание установки на максимальное приближение цен всех товаров к уровню мировых с одновременным снижением цены труда в целях, с одной стороны – включения российского хозяйства в мировое на правах третьестепенного колониального сырьевого придатка, а, с другой, - обнищания населения и его экономического геноцида.
Показательно, что в странах «золотого миллиарда» социальная ответственность бизнеса рассматривается как фундаментальный элемент «социального контракта» в разрезе теории и практике социального государства, при этом в качестве важнейшей функции, или – в контексте парадигмы сервисного общества – услуги, которую предоставляет государство населению, признаётся формирование системы правовых и административных механизмов, побуждающих бизнес к социальной ответственности. В российской же действительности, да и то, скорее, в теории, чем на практике, эта ответственность в лучшем случае сводится к минимальному набору пожеланий, которые, например, министр финансов А.Кудрин определяет следующим образом: «Социальная ответственность бизнеса должна состоять из трёх аспектов: честная уплата текущих налогов без задействования оффшорных схем, меценатство и благотворительность»781. Оценивая эту министерскую установку, невозможно не отметить, что «нечестная» уплата налогов – это, вообще-то, уголовное преступление, кара за которое вошла в число атрибутивных функций государства со времени его возникновения; в отношении же меценатства и благотворительности ещё в XIX веке в России была в ходу формулировка: «Украл на миллион – облагодетельствовал на копейку».
В развитых странах современная концепция социальной ответственности бизнеса предполагает, в первую очередь, осуществление им мер по сближению социально-экономических качеств собственности и труда, что реализуется через превращение наёмных работников в со-собственников капитала; включение в структуру их доходов, наряду с заработной платой, ощутимых выплат из прибыли; участие работников в управлении компаниями; оплата компаниями пакета социальных услуг для своего персонала. На основе принятых государством законов данные процессы развиваются, например, в США – в рамках системы ESOP (Программа наделения наёмного персонала акциями), в Японии – через модель «фирма – одна семья», в западноевропейских странах – через превращение работников в совладельцев акционерных и иных предприятий, участие в присвоении прибыли и в принятии стратегических управленческих решений; важное значение имеет также развитие интрапренёрства (внутрифирменного предпринимательства).
В России развитие социально-экономических процессов в течение последних двух десятилетий шло в диаметрально противоположном направлении, неизбежным следствием чего стало, вместо расширения сервисных функций, воспроизводство традиционных репрессивных функций государства как «машины подавления эксплуатируемых классов». Косвенным свидетельством этого является тот факт, что в армии служит меньше людей, чем в войсках МВД, численность которых, в свою очередь, уступает «армии» частных охранников.
21.2. Рынок услуг в системе сервисной экономики
Развитие мирового рынка услуг. Тенденции формирования сервисной экономики находят отражение и в международных экономических отношениях. Мировой рынок услуг в последние десятилетия быстро развивается, особенно заметным это стало с начала 80-х гг. В 1980 г. его объём составлял 402 млрд. долл., в 2000 г. – 1,4 трлн. долл., т.е. вырос в 3,5 раза; к 2010 прогнозируется достижение данным показателем величины 3-3,5 трлн. долл. Среднегодовые темпы прироста международной торговли услугами составляли 6-7%, что в 3-4 раза выше темпов прироста МВП, а в отдельные периоды – и темпов прироста мировой торговли товарами и всего объёма мирового рынка. Общемировая экспортная квота по услугам составляет примерно 10%; стоимостная доля статистически фиксируемых услуг в мировой торговле – примерно одна шестая-одна седьмая.
Фактические объёмы и темпы роста международной торговли услугами, по видимому, выше официальных, что объясняется несовершенством и большими различиями национально-государственных систем подсчёта услуг, в том числе их международных форм; объективной условностью границ и неразработанностью общепринятой методологии разграничения торговли товарами и услугами (в некоторых случаях данные по торговле товарами неявно включают и торговлю услугами – так, при поставках комплектного оборудования на услуги приходится до 40% стоимости контрактов; с другой стороны, при оказании туристических услуг в цену включаются и элементы, связанные с овеществляемыми формами товаров – расходы на питание и др.). Кроме того, внутрифирменные затраты на ремонт оборудования, строительство, транспортировку относят к производственным издержкам, в то время, как при осуществлении аналогичных операций внешними контрагентами (аутсорсинг, аутстаффинг и т.п.) их стоимостные параметры могут быть учтены в качестве услуг; в торговле услугами выше доля теневых операций и т.д.
За последние десятилетия заметно изменилась структура международной торговли услугами: в 1980 г. 42% приходилось на транспортные услуги, 28% - на туризм и 30% - на прочие услуги; в настоящее время доля транспортных услуг снизилась до 21%, туристических – выросла до 33% и прочих – до 46%. Основу «прочих» услуг составляют деловые услуги. Современный классификатор услуг ВТО в первом разделе объединяет деловые услуги (раздел содержит 11 основных позиций) и отражает значительное количество деловых услуг в других разделах («Финансовые услуги», «Транспортные услуги» и т.д.). Деловые услуги превратились в необходимые элементы производства и реализации товаров на всех стадиях воспроизводственного процесса.
Доля транспортных услуг снижается вследствие относительно менее высоких темпов роста транспортировки сырья в системе международной торговли; в то же время, растёт доля услуг по перевозке пассажиров, что связано с быстрым развитием международного туризма.
В регионально-географическом разрезе отмечается снижение доли Западной Европы в мировом экспорте услуг – с 56% в 1990 г. до 45% в настоящее время; незначительно уменьшилась также доля Японии и Латинской Америке (примерно по 4% в 2000 г.) и более резко - доля Африки, которая и без того была невелика (с 3 до 1,5%). В то же время, за отмеченный период доля Северной Америки выросла с 19,5 до 22,5%, а доля Азии – 13 до 18%. Основными экспортёрами услуг в Европе являются Великобритания, Франция, Германия и Италия, причём первые три страны предоставляют услуги по спектру всех трёх отмеченных основных групп, а в экспорте Италии доминируют туристические услуги.
По структуре экспорта услуг сохраняются также заметные различия между развитыми и развивающимися странами: развитые страны во всё большей степени наращивают экспорт деловых услуг, развивающиеся же специализируются на туризме (хотя по абсолютным показателям познавательно-рекреационный туризм в развитых странах значительно превосходит преимущественно экзотический туризм развивающихся стран).
С организационной точки зрения международная торговля услугами имеет различные формы: её осуществляют специальные транспортные, туристские, консалтинговые, финансовые, страховые компании, а также, в связи с диверсификацией отраслевой структуры, – традиционные производственные фирмы, некоторые из которых в условиях опережающей динамики сферы услуг меняют свою отраслевую ориентацию и начинают специализироваться, преимущественно, на предоставлении услуг.
Россия на международном рынке услуг. Доля России на мировом рынке услуг незначительна и составляет около 1%; если по доле в мировой торговле товарами РФ занимает в последние годы 15-16 место, то в торговле услугами – 24-25 место. При этом, в отличие от торговли товарами, наблюдается устойчивое отрицательное сальдо баланса внешней торговли услугами: в 90-е годы оно составляло 3-8 млрд. долл., в 2000-е гг. возросло до 10 млрд., при импорте услуг порядка 20 и экспорте – 10 млрд. долл. (вследствие, главным образом, вывоза средств состоятельными «туристами» и «челночного» бизнеса). Крайне недостаточно используются потенциальные возможности России по оказанию международных транспортных услуг (в отношении как традиционных видов, так и возникающего космического транспорта) и развитию въездного международного туризма.
Подобное состояние и структурное соотношение прогнозируется и на последующие годы – при абсолютном увеличении в 2008 г. внешнеэкономического оборота услуг до 80 млрд. долл. рост экспорта предполагается до 29, в то время как импорта - до 51 млрд. долл. В отличие от общемировых показателей, в российском экспорте услуг преобладают транспортные услуги – на их долю приходится порядка 38% от общего объёма экспорта; на долю поездок – 29; деловых, профессиональных и технических услуг – 18; строительных – 7, и на долю прочих услуг – 8% экспорта. В импорте же абсолютно доминируют поездки – 49%, т.е. почти половина общей стоимостной величины импорта услуг; на второе место выдвинулся импорт деловых, профессиональных и технических услуг – 16%, оттеснив импорт транспортных услуг на третье место – 11%.
Устойчивая дефицитность внешнеэкономического оборота услуг, даже при прогнозируемой к 2008 г. значительной абсолютной величине порядка 22 млрд. долл., остаётся второстепенным макроэкономическим фактором в условиях благоприятной конъюнктуры мировых цен на энергоносители и обусловленного этим роста профицита торгового и платёжного балансов и государственного бюджета страны и её золотовалютных резервов. Вместе с тем, очевидно, что в долговременной перспективе внешнеэкономическая стратегия не может не учитывать явные отрицательные последствия превращения экономики России в сырьевой придаток мирового хозяйства и консервации неэффективной, с точки зрения критериев постиндустриально-информационного общества, структуры её экспорта вообще и экспорта услуг, в частности. Включаться в мировой рынок можно по-разному, на разные «этажи» его технологических уровней. Это делает необходимой государственную стратегию опережающего развития высокотехнологичных наукоёмких экспортоориентированных отраслей. Этим, разумеется, не умаляется значимость того факта, что в отношении перспектив расширения экспорта как транспортных, так и туристических услуг само пространство выступает как особая форма общественного богатства, и Россия обладает определёнными стратегическими конкурентными преимуществами, т.к. по естественно-географическим критериям её территориально-экономический комплекс обладает чертами естественной монополии, имеющей межконтинентальные, а в некоторых аспектах – и глобальные параметры. Так, общеизвестно, что ключевое значение для развития евразийской транспортной системы приобретают транспортные коридоры Восточная Азия – Западная Европа, и Северо-Западная Европа – Ближний Восток, проходящие по территории России, причём первый из них способен на треть (а по некоторым видам грузов – почти вдвое) снизить транспортные издержки в сравнении с альтернативными транспортными направлениями.
Расширение экспорта традиционных транспортных и туристических услуг не означает ориентации лишь на экстенсивные факторы развития – современный уровень конкуренции на мировом рынке таков, что успех возможен лишь при максимально эффективном усвоении новейших научных, информационных, организационно-управленческих, маркетинговых и сервисных технологий в любой сфере внешнеэкономической деятельности. Между тем, 70% российского парка гражданских самолётов выработали свой технический ресурс. В 2004-2005 гг. авиастроение России выпускало в среднем один самолёт в месяц, в то время, как корпорация «Боинг» - один в день. Средний возраст морских судов нашей страны – примерно 19,5 лет, в то время, как среднемировой показатель – 12 лет. По международной практике, наиболее часто реализуемой в развитых странах, запрещается заход в порты, без специального страхования, судов, произведенных более чем 15 лет назад. Общеизвестны недостатки отечественных автомобилей в сравнении с зарубежными. Всё это значительно снижает конкурентоспособность российской транспортной отрасли на мировом рынке и требует значительных инвестиций для преодоления технологического отставания от ведущих стран.