Файл: principy_prava_vooruzhennyh_konfliktov_2011.pdf

ОСНОВНЫЕ «СОДЕРЖАТЕЛЬНЫЕ» НОРМЫ

522

2.366.   

Государства все чаще идут дальше и поручают ООН и другим между-

народным организациям либо ряду государств действовать при необходимости 
и с применением силы, чтобы обеспечить защиту жертв вооруженных кон-
фликтов. Например Совет Безопасности делал это неоднократно во время таких 
конфликтов, как конфликт в Боснии и Герцеговине, где начиная с 1992 г. он пору-
чил Силам ООН по охране обеспечивать безопасность доставки гуманитарной 
помощи 

1

, а затем охрану ряда безопасных зон, куда стекалось мусульманское 

население 

2

. Меры аналогичного характера принимались в связи с конфликтами 

в Сомали 

3

, Руанде 

4

, Сьерра-Леоне 

5

 и других странах 

6

. Некоторые из этих опе-

раций оказывались успешными, другие же завершались полным и болезненным 
провалом. В некоторых случаях даже поднимался вопрос о юридической ответ-
ственности соответствующих стран и организаций, когда они демонстрировали 
абсолютную беспомощность, как, например, это было в Руанде 

7

.

2.367.   

Если некоторые нормы международного права обязывают третьи 

по отношению к конфликту государства

организовывать помощь жертвам дан-

ного конфликта, эти же нормы a

fortiori могут служить обоснованием права этих 

государств действовать в интересах жертв: то, что обосновывает обязанность 
действовать, может обосновать и право действовать. Приведенные выше доку-
менты (Женевская конвенция IV, ст. 23 и 59; Дополнительные протоколы: I (ст. 69, 
п. 2, и 70, п. 1) и II (18, п. 2); ВДПЧ, ст. 3; Устав ООН, преамбула, ст. 1, п. 3, и 55; 
резолюции ГА ООН A/Rés. 2625 (XXV), 4-й принцип; A/Rés. 42/121, 43/130 и 131, 
45/100 и 102) приложимы и применимы к 

праву

 третьих государств оказывать 

помощь жертвам вооруженных  конфликтов.

Если говорить более конкретно, согласно п. 8 резолюции 2675 (XXV), приня-

той Генеральной Ассамблеей ООН по вопросу о защите гражданского населения 
в случае вооруженного конфликта, проведение международных операций по ока-
занию помощи гражданскому населению, соответствует Уставу и документам 
по защите прав личности (см. выше, п. 2.348). Тем самым подтверждается право 
третьих государств проводить такого рода операции.

Вспомним, что во время кувейтского конфликта Совет Безопасности исклю-

чил из экономического эмбарго, которому был подвергнут Ирак, «средства сугубо 
медицинского назначения», а также, если того будут требовать «гуманитарные 
соображения», «продовольственные товары» (см. выше, п. 2.92).

1 

Рез. СБ ООН S/Rés. 776, 14 сентября 1992 г., п. 1.

2 

Рез. СБ ООН S/Rés. 836, 3 июня 1993 г., п. 9; 844, 18 июня 1993 г., п. 2, и др.

3 

Рез. СБ ООН S/Rés. 794, 3 декабря 1992, п. 10; 814, 26 марта 1993 г., п. 14, и др.

4 

Рез. СБ ООН S/Rés. 872, 5 октября 1993 г., п. 3; 918, 16 мая 1994 г., п. 3.

5 

Рез. СБ ООН S/Rés. 1270, 22 октября 1999 г., п. 14; 1313, 4 августа 2000 г., п. 3, и др.

6 

Перечень различных операций см.: D

AVID

, E., 

Droit des organisations internationales

, Presses univ. Bruxelles, 

2006–2007, pp. 240 ss., pp. 292 ss.

7 

Ibid

., pp. 349–354; см. также: Commission d’enquête parlementaire concernant les événements du Rwanda, 

D. P

., 

Sénat de Belgique, 1997–1998, 1–611/1 à 16, 6 déc. 1997, spéc. Annexe 6.

НОРМЫ ОБРАЩЕНИЯ С ЛИЦАМИ, НАХОДЯЩИМИСЯ ВО ВЛАСТИ НЕПРИЯТЕЛЯ

523

2.368.   

Право третьих государств осуществлять гуманитарную деятельность 

включает в себя не только право оказывать помощь продовольствием и медика-
ментами населению воюющих государств, но и право предоставлять в их распоря-
жение медицинский персонал и медицинские материалы для оказания помощи 
раненым, больным и потерпевшим кораблекрушение (Женевская конвенция I, 
ст. 27; Дополнительный протокол I, ст. 9, п. 2, а).

Это право признается также за «признанным и уполномоченным обществом 

помощи такого государства» и за «беспристрастной международной гумани-
тарной организацией» (Дополнительный протокол I, ст. 9, п. 2, b, с). Согласно 
Комментарию к Дополнительным протоколам, такой международной организа-
цией может быть как межгосударственная, так и неправительственная органи-
зация 

1

, но предположение о неправительственной организации все же следует 

отбросить, так как она является лишь частным юридическим лицом, находящим-
ся под юрисдикцией государства, на территории которого действует, и было бы 
странно предоставлять ей независимость, в которой отказано национальным 
обществам помощи, имеющим право предлагать услуги сторонам в конфликте 
только с разрешения своего государства происхождения (как сказано выше; 
см. ниже, п. 2.373). Следовательно, так же должно обстоять дело с неправитель-
ственными организациями.

2.369.   

В любом случае воюющее государство, которому предназначается эта 

помощь, не обязано ее принимать (см. выше, п. 2.351/2).

Напомним, что в случае помощи населению 

оккупированной

 территории, 

снабжение которого недостаточно, оккупирующая держава 

обязана принять эту 

помощь

 (Женевская конвенция IV, ст. 59, ч. 1) и, само собой разумеется, не имеет 

права изменять ее целевое назначение (Женевская конвенция IV, ст. 60; см. выше, 
п. 2.351).

Зато государство, являющееся стороной в конфликте, может или согласиться 

на такую помощь, или отклонить ее, если она предназначена его собственному 
населению; это же может касаться персонала, предоставляемого для оказания 
как этой помощи, так и помощи населению оккупированного государства 
(Дополнительный протокол I, ст. 70, п. 1, и 71, п. 1). Однако в обоих случаях 
согласие государства, которому предназначается эта помощь, не рассматри-
ваемая как вмешательство или как недружественный акт, должно быть прави-
лом, а отказ, обоснованный вескими причинами, — исключением (см. выше, 
п. 2.351).

2.370.   

Если государство, которому предназначена гуманитарная помощь, 

отказывается от нее в нарушение международного права, могут ли третьи госу-
дарства заставить его принять эту помощь, прибегая к мерам принудительного 
характера, и использовать «право гуманитарного вмешательства»?

1 

Protocoles, commentaire

, p. 145, § 437.

ОСНОВНЫЕ «СОДЕРЖАТЕЛЬНЫЕ» НОРМЫ

524

Вопрос непростой, и ответ на него тоже будет сложным 

1

, хотя мы и упростим 

условия задачи, анализируя, с одной стороны, право государств реагировать 
на отказ от гуманитарной помощи, и, с другой — формы, которые может прини-
мать это реагирование.

Начиная с того момента, когда государство отказывается на незаконных 

1° 

основаниях от гуманитарной помощи для населения, находящегося под его 
контролем, или ведет себя таким образом, что это население лишается дан-
ной помощи, оно совершает одно из самых серьезных нарушений междуна-
родного права, поскольку такой отказ является посягательством на право 
этого населения на жизнь. Право же на жизнь — это одна из не допускаю-
щих отклонений норм, зафиксированных в документах по защите прав 
человека (Европейская конвенция о защите прав человека, ст. 2 и 15, п. 2; 
Международный пакт о гражданских и политических правах, ст. 6 и 45, 
п. 2; Американская конвенция о правах человека, ст. 2 и 27, п. 2; Женевские 
конвенции, ст. 3, общая), и может быть приравнено к норме jus cogens 

2

. 

А так как нарушение такой нормы обязательно затрагивает «международ-
ное сообщество государств» (Венская конвенция о праве международных 
договоров, ст. 53, ср. выше, п. 1.36), каждое государство имеет право пред-
принимать соответствующие действия, чтобы положить конец этому нару-
шению. Так, Комиссия международного права заключила, что «действия, 
посягающие на жизнь и достоинство человека… действительно являются 
«международными преступлениями» 

3

, что эти преступления соответству-

ют, как правило, нарушению jus cogens 

4

 и, как таковые, наносят вред всем 

государствам 

5

. Следовательно, все государства имеют законные основа-

ния, чтобы на них реагировать. A fortiori так обстоит дело с нарушениями 
Женевских конвенций 1949 г. и Дополнительного протокола I, поскольку 
все государства — участники данных договоров взяли на себя обязатель-
ство «заставлять соблюдать (их) … при любых обстоятельствах» (см. ниже, 
п. 3.13). Кстати, Международный суд приравнял Женевские конвенции к jus 
cogens 

6

.

Как могут реагировать государства? Как далеко они могут зайти, обеспечивая 

2° 

выполнение прав, нарушение которых затрагивает их в правовом отноше-
нии так же, как и население, являющееся непосредственной жертвой этого 
 нарушения?

1 

Углубленный анализ этой проблемы см., например: Corten, O. et Klein, P., 

Droit d’ingérence ou obligation 

de réaction

, Bruxelles, Bruylant, 1992, pp. 152 ss.; Sandoz, Y., «Droit ou devoir d’ingérence, droit à l’assistance: de quoi 

parle-t-on?», 

RICR

, 1992, pp. 225 ss.; Torelli, «De l’assistance…», 

ibid

., pp. 238 ss.; Plattner, «L’assistance à la population 

civile…», 

ibid

., pp. 259 ss.; 

Le droit face aux crises humanitaires

, vol. II, 

L’accès aux victimes: droit d’ingérence ou droit à l’assistance 

humanitaire?

, Luxembourg, Offi

  ce des publ. off . des CE, 1995, 246 p.; Paye, O., 

Sauve qui peut? Le droit international face 

aux crises humanitaires

, Bruxelles, Bruylant, 1996, 315 p.; Spiry, E., «Interventions humanitaires et interventions d’humanité: 

la pratique française face au droit international», 

RGDIP

, 1998, pp. 407 ss.

2 

Gros Espiell, 

op. cit

.,

 in Bull. dr. h

., 91/1, p. 22.

3 

Projet d’articles sur la responsabilité des Etats, commentaire de l’art. 19, 

Ann. CDI,

 1976, II, 2

e

 partie, p. 101, § 33.

4 

Ibid

., p. 111, § 62.

5 

Id

., 2

e

 partie, art. 5 § 3, 

Ann. CDI

, 1985, II, 2

e

 partie, p. 25.

6 

Projet d’articles de la CDI sur la responsabilité des Etats, 

Rapport de la CDI 2001

, ONU A/56/10, § 77, 

sub

. art. 40.

НОРМЫ ОБРАЩЕНИЯ С ЛИЦАМИ, НАХОДЯЩИМИСЯ ВО ВЛАСТИ НЕПРИЯТЕЛЯ

525

Против государства, не выполняющего гуманитарные обязанности перед 

населением, находящимся в его власти, могут приниматься меры трех типов:

меры, являющиеся не санкциями, а дипломатическими демаршами, представ-

—

лениями, протестами как конфиденциального, так и публичного характера, 
официальными требованиями, направляемыми в международные организа-
ции, судебные и арбитражные инстанции и т. д. Многие из этих мер более или 
менее совпадают с мирными средствами разрешения споров, и их дозволен-
ность, следовательно, не вызывает сомнений;

меры, являющиеся невооруженными санкциями: ответные меры, дозволен-

—

ные a priori 

1

, невооруженные репрессалии или законные контрмеры, не дозво-

ленные a priori, но дозволенные a posteriori в качестве соразмерной реакции 
на исходные нарушения, после того как оказались безрезультатными попытки 
прекратить нарушение и обеспечить возмещение ущерба 

2

;

мероприятия военного характера, проводимые на территории, контроли-

—

руемой государством, не выполняющим свои гуманитарные обязанности: 
в соответствии со ст. 2, п. 4, Устава ООН такие меры не могут приниматься 
государствами в одностороннем порядке без согласия Совета Безопасности 
на основании ст. 39 и сл. Устава 

3

 или даже Генеральной Ассамблеи ООН 

на основании резолюции 377 (V) (так называемой резолюции Эйчесона).

Естественно, в рассматриваемом здесь случае уже начавшегося международ-

ного вооруженного конфликта, если к тому же государство, не выполняющее свои 
гуманитарные обязанности, является агрессором, государства могут, если Совет 
Безопасности не решил иначе, в любом случае предпринять военную интервен-
цию в пользу государства — жертвы агрессии в рамках коллективной необходи-
мой обороны (Устав ООН, ст. 51), оказывая в то же время гуманитарную помощь 
населению, ставшему жертвой конфликта.

Следовательно, при нынешнем состоянии гуманитарного права третьи госу-

дарства могут силой принудить государство принять помощь или предпринять 
интервенцию в сугубо гуманитарных целях только в случаях, ограниченных 
коллективной необходимой обороной, или со специального разрешения компе-
тентных органов ООН. Государства слишком ревностно оберегают свой террито-
риальный суверенитет, чтобы допустить на собственной территории иные случаи 
вмешательства с целью принуждения 

4

. Поэтому вполне обоснованно осудили 

операцию «Provide comfort», осуществленную некоторыми западными государ-
ствами на севере Ирака в апреле 1991 г. с целью создания зон безопасности, 
предназначенных для курдского населения. Даже если с нравственных позиций 
ее и можно было оправдать, с юридической точки зрения она была незаконной, 

1 

Dictionnaire de la terminologie du droit international

, éd. par J. Basdevant, Paris, Sirey, 1960, p. 543.

2 

Projet d’articles. de la CDI sur la responsabilité des Etats; 1

e

 partie, art. 50, 

Ann. CDI

, 1979, II, 2

e

 partie, pp. 128 ss., 

p.131, n. 595; 

Rapport de la CDI 2001

, § 77, sub, art. 49 ss.

3 

См.: Corten et Klein, 

op. cit

., pp. 193 ss.; Sandoz, «Droit ou devoir d’ingérence…», 

loc. cit

., p. 227; Bothe, «Relief 

Actions…», 

loc. cit

., p. 96; Condorelli, «Intervention humanitaire…», 

loc. cit

., p. 1011.; Spiry, 

loc. cit

., pp. 418 ss.

4 

Ср.: Maurice, 

op. cit

., 

in

RICR

, 1992, p. 384.

ОСНОВНЫЕ «СОДЕРЖАТЕЛЬНЫЕ» НОРМЫ

526

так как Ирак отказался от ее проведения, а Совет Безопасности не дал на нее спе-
циального разрешения. Резолюция 688 от 5 апреля 1991 г. осуждала Ирак за его 
политику репрессий по отношению к гражданскому населению, а также требо-
вала допустить на его территорию гуманитарные организации, но не позволяла 
государствам решать этот вопрос при помощи оружия 

1

.

Так же следует подходить к интервенции НАТО в Косово в марте–июне 1999 г. 

2

В общем плане Правовое управление МККК четко изложило свою позицию: 
констатировав, что исключения из запрещения прибегать к силе в международ-
ных отношениях ограничиваются случаями необходимой обороны (Устав ООН, 
ст. 51), мерами принуждения, принятыми по решению и с одобрения Совета 
Безопасности (Устав ООН, ст. 42 и сл.), и случаями осуществления права на само-
определение (практика и, например, Декларация Генеральной Ассамблеи ООН 
о принципах международного права, касающихся дружественных отношений 
и сотрудничества между государствами в соответствии с Уставом Организации 
Объединенных Наций, 5-й принцип, 5-й абзац 

3

; Определение агрессии, ст. 7 

4

), 

оно заключило:

«(…) сегодня нельзя сказать, что существует право в одностороннем порядке предпринимать дей-

ствия или применять силу в отношении государства, которое нарушает права человека или гума-

нитарное право. С нашей точки зрения, международный обычай здесь еще не установился» 

5

.

4.

   Права и обязанности частных лиц, находящихся под юрисдикцией 

третьих государств

2.371.   

Рассуждение, приведенное в обоснование обязанности третьих госу-

дарств оказывать помощь в соответствии со статьями Дополнительных прото-
колов I (69, п. 2, и 70, п. 1) и II (18, п. 2), также может быть положено в основу 
признания подобной обязанности и для частных лиц в силу безличности 
формулировок соответствующих положений (см. выше, п. 2.362) и комбиниро-
ванного действия некоторых положений по защите права на жизнь (см. выше, 
п. 2.348).

Однако следует признать, что этот вывод в большой степени носит теоретиче-

ский характер ввиду недостаточной четкости текста, а также того, что на практике 
ни разу не получала своего подтверждения обязанность гражданского населения 
третьих государств оказывать помощь жертвам конфликта.

1 

Corten, 

loc. cit

., p. 170; Daems, A., «Le Secrétaire Général entre le marteau des intérêts nationaux et l’enclume des 

objectifs de la Charte: enjeux d’une réforme inévitable»,

 in A la recherche du nouvel ordre mondial — II. L’ONU: mutations et 

défi s

, Bruxelles, Ed. Complexe, 1993, pp. 61 ss.

2 

Риникер, А. 

Позиция МККК по вопросу «Гуманитарной интервенции» // МЖКК: Сборник статей. — М., 

МККК, 2001. С. 275.

3 

Рез. ГА ООН A/Rés. 2625, 24 octobre 1970. 

4 

Рез. ГА ООН A/Rés. 3314, 14 déc. 1974.

5 

Риникер, А

., цит. соч., с. 278.