ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 13.10.2020
Просмотров: 17373
Скачиваний: 11
НОРМЫ ОБРАЩЕНИЯ С ЛИЦАМИ, НАХОДЯЩИМИСЯ ВО ВЛАСТИ НЕПРИЯТЕЛЯ
557
В самом деле, различные формы иностранного военного присутствия на тер-
ритории государства не могут быть приравнены к оккупации (А). Следует также
различать оккупацию, определенную в Гаагском положении, и оккупацию, о кото-
рой идет речь в Женевской конвенции IV (В). Что касается принципа, в соответ-
ствии с которым оккупация не изменяет статуса оккупированной территории, он
выражается в следующих нормах:
оккупация территории не влечет за собой перехода суверенитета (С);
—
оккупирующее государство должно уважать права личности, применяемые
—
на оккупированной территории (D);
оккупирующее государство должно соблюдать законы оккупированного
—
государства, за исключением случаев возникновения «неодолимого препят-
ствия» (Е);
оккупирующее государство должно уважать долг верности и принадлежность
—
населения оккупированного государства (F);
оккупирующее государство в принципе обязано уважать государственное
—
и частное имущество, находящееся на оккупированной территории (G);
правовое действие мер, принятых оккупирующим государством, прекращает-
—
ся с окончанием оккупации (H).
А. Оккупация отличается от других форм иностранного военного
присутствия на территории государства
2.411.
Оккупацию следует отличать от завоевания, присутствия военных баз,
миротворческих сил и сил принуждения к миру.
2.412.
Завоевание предполагает
«полное подчинение побежденного победителю, влекущее за собой конец войны и прекращение
существования побежденного государства»
1
.
В случае завоевания страны, как и при debellatio, побежденное государство
перестает существовать, и те, кто его представляет, военные действия больше
не ведут. Для оккупации, наоборот, характерны сохранение властных структур
(пусть даже в изгнании) побежденного государства и продолжение сопротивле-
ния и военных действий против государства-победителя. Нормы, относящиеся
к оккупации, в частности ст. 42 и сл. Гаагского положения, а также ст. 27–34, 47 и сл.
Женевской конвенции IV, не применяются к ситуации покорения. Основываются
эти нормы на недолговечности ситуации оккупации
2
и действуют, пока длится
1
Dictionnaire de la terminologie du droit international,
Paris, Sirey, 1960, p. 584;
U. S. Department of the Army Field
Manual (FM 27–10) on the Law of Land Warfare
(1956), § 353,
in
Whiteman, M.,
Digest of International Law
, Washington,
1968, X, p. 547.
2
Ando, N.,
Surrender, Occupation and Private Property in International Law
, Oxford, Clarendon Press, 1991, p. 36.
ОСНОВНЫЕ «СОДЕРЖАТЕЛЬНЫЕ» НОРМЫ
558
война, даже в случае прекращения огня или перемирия (если последние не содер-
жат иных условий), так как эти способы остановки военных действий не кладут
конец войне
1
.
Напротив, если оккупация территории противной стороны следует за пол-
ной и безоговорочной капитуляцией, как в случае с нацистской Германией 8 мая
1945 г., тогда полное подчинение территории, прекращение существования армии
и правительства, а также прекращение любых форм борьбы изменяют режим
оккупации, и практика показывает, что право оккупации более не применяется
2
.
2.413.
Мы все же придерживаемся мнения, что подобная практика приемлема,
только когда завоевание соответствует международному праву, как, например,
завоевание, которое стало бы результатом борьбы с государством-агрессором.
Это вытекает a contrario из одной из мотивировок обвинительного приговора,
вынесенного в Нюрнберге. Отвечая на аргумент обвиняемого, утверждавшего,
что германский рейх не был связан нормами сухопутной войны в отношении
оккупированных территорий, поскольку последние захвачены Германией, судьи
заявили, что доктрина захвата не применяется к ситуации агрессивной войны:
«По мнению Трибунала, в данном случае нет необходимости решать, применима ли доктри-
на захвата, и так зависящая от завоевания военными средствами, там, где завоевание является
результатом агрессивной войны»
3
.
Иными словами, когда, в случае оборонительной войны, агрессор поражен,
завоевание его исключает применение к нему норм, касающихся оккупации.
Как мы и говорили, таковой была практика, последовавшая за капитуляцией
Германии и Японии в 1945 г.
Как бы там ни было, такого рода ситуации подпадают под действие норм,
защищающих права человека.
В конфликте из-за Мальвинских островов Аргентина отказывалась — необоснован-
но — применять нормы оккупации, поскольку, согласно ее утверждениям, она не аннекси-
ровала и не «оккупировала» иностранную территорию, а просто вновь вступила во владе-
ние собственной территорией
4
.
Когда США и Великобритания напали на Ирак 20 марта 2003 г., что привело
менее чем через месяц к падению режима Саддама Хусейна, это было настоящим
завоеванием, но совершенным в нарушение международного права, поскольку
данная акция не могла быть обоснована ни необходимой обороной, ни разре-
шением Совета Безопасности (Устав ООН, ст. 42, 48, 51). Следовательно, нормы,
1
Ando, N.,
Surrender, Occupation and Private Property in International Law
, Oxford, Clarendon Press, 1991, pp. 44–45.
2
Ibid
., pp. 79–80; см. также: Nuremberg, U. S. Milit. Trib., 4 Dec. 1947,
Justice Trial
,
A. D.
, 1947, pp. 280–281; Baxter,
loc. cit
., p. 130; Nuremberg, U. S. Mil. Trib., 14 Apr. 1939,
A. D.
, 1949, 359; Brit. Zone of occup., Control Commission Crt. of
App., 31 Dec. 1949,
ibid
., 435–439.
3
Опубликовано:
A. D.
, 1946, p. 220. Мы предпочли английскую версию французской, поскольку последняя
менее точна, содержит больше недомолвок и, что довольно любопытно, в ней вообще не употребляется термин
«завоевание»: см.:
Procès
, doc. off ., I, p. 267.
4
Junod, S. S.,
op. cit
., p. 13.
НОРМЫ ОБРАЩЕНИЯ С ЛИЦАМИ, НАХОДЯЩИМИСЯ ВО ВЛАСТИ НЕПРИЯТЕЛЯ
559
относящиеся к оккупации, должны были применяться. Это неявным образом
вытекает из мер, принятых Советом Безопасности после этой войны, когда он
признал
«конкретные полномочия, обязанности и обязательства этих государств как оккупирующих дер-
жав в соответствии с применимыми нормами международного права в рамках объединенного
командования («Администрация»)»
1
и призвал
«всех, кого это касается, полностью выполнять свои обязательства по международному праву,
включая, в частности, Женевские конвенции 1949 г. и Гаагское положение 1907 г. »
2
.
Однако когда год спустя оккупационная администрация (в основном США)
передала власть иракскому «временному правительству», Совет Безопасности
счел, что оккупация прекратилась, хотя силы англо-американской коалиции
(к которым присоединились символические контингенты других стран) остава-
лись в Ираке и продолжали сталкиваться с вооруженным сопротивлением раз-
личных иракских группировок. Объяснение заключается в том, что данные ино-
странные силы находились на иракской территории по явно выраженной просьбе
нового правительства (см. выше, п. 1.62). И хотя формально оккупации больше
нет, нормы, относящиеся к оккупации, могли бы продолжать регулировать дан-
ную ситуацию, поскольку реальное положение дел на месте препятствует соблю-
дению норм, касающихся защиты личности, которые применяются в обычных
условиях (ср. ниже, п. 2.416). Во всяком случае, как мы имели возможность кон-
статировать, прекращение оккупации, декларированное Советом Безопасности,
никак не повлекло за собой прекращение применения права вооруженных кон-
фликтов к ситуации в Ираке (см. выше, п. 1.62).
2.414.
Присутствие военных баз на территории государства не может быть
приравнено к оккупации, особенно когда эти базы размещаются в соответствии
с соглашением, заключенным между государством, которому принадлежит база,
и принимающим государством вне какого бы то ни было конфликтного воору-
женного противостояния. Так обстоит дело с американскими военными базами,
размещенными во Франции
3
или Бельгии
4
в рамках НАТО.
2.415.
Присутствие на территории сил по поддержанию мира, не наделен-
ных мандатом на осуществление мер принуждения, таких, например, как
Чрезвычайные силы ООН (ЧВС ООН), Вооруженные силы Организации
Объединенных Наций по поддержанию мира на Кипре (ВСООНК), Силы ООН
1
Рез. СБ ООН S/Rés. 1483, 23 мая 2003 г., преамбула, мотивировка 13.
2
Ibid
., § 5; рез. СБ ООН S/Rés. 1511, 16 октября 2003 г., п. 1.
3
Ср.: Flory, M., «Les bases militaires à l’étranger»,
AFDI
, 1955, pp. 3–30.
4
Ср.: Verhoeven, J., «Le statut des bases militaires étrangères et des quartiers généraux interalliés implantés en
Belgique»,
RBDI
, 1969, pp. 565–596.
ОСНОВНЫЕ «СОДЕРЖАТЕЛЬНЫЕ» НОРМЫ
560
по наблюдению за разъединением (СООННР)
1
и т. д. также не является окку-
пацией. С одной стороны, есть соглашение между принимающим государством
и выдающей мандат организацией, с другой — нет вооруженного конфликта
между первым и второй (см. выше, пп. 1.127 и 1.130).
2.416.
Более деликатный вопрос возникает, когда в роли «оккупирующей»
державы выступают иностранные силы по принуждению к миру, то есть силы,
уполномоченные на осуществление военными средствами мер принуждения
в отношении государства, где они развернуты, идет ли речь о силах ООН
(СООНО, ЮНОСОМ)
2
или о других международных силах (МСС в Ливане
3
,
Implementation Force (ИФОР) в Боснии и Герцеговине
4
, СДК в Косово
5
или
ИНТЕРФЕТ в Тиморе
6
и т. д.). Во всех этих отличных друг от друга ситуациях
присутствуют элементы классической оккупации: вооруженные столкновения
между силами государства пребывания и иностранными силами, контроль над
частью территории государства пребывания, осуществляемый этими силами.
Тем не менее эта ситуация по ряду параметров отличается от классической
оккупации:
«оккупированное» государство пребывания официально признает ситуацию,
—
чего, как правило, нет в случае соглашения о перемирии или прекращении
огня, которое только кладет конец боям и поэтому только констатирует ситуа-
цию, но не признает ее действительность;
«оккупированное» государство утверждает, что оно не продолжает борьбу
—
с иностранными силами, а поддерживает цели восстановления мира, которые
провозглашаются в соглашении;
соглашение между сторонами иногда утверждается ООН. В этом случае оно
—
вписывается в систему, основывающуюся (теоретически) на уважении госу-
дарственного суверенитета (ср. Устав ООН, ст. 2, пп. 3 и 4) и (также теоре-
тически) преследует высшие интересы поддержания международного мира
и безопасности.
Эти различные соображения подводят к заключению, что prima facie при-
сутствие сил по принуждению к миру на территории иностранного государства
не может быть приравнено к военной оккупации, подпадающей под действие
классических норм права вооруженных конфликтов. Действительно, речь более
1
Рез. ГА ООН A/Rés 1000 ES. 1, 5 ноября 1956 г.; рез. СБ ООН S/Rés: 186, 4 марта 1964 г.; 350,
31 мая 1974 г.
2
См. рез. СБ ООН S/Rés.: 836, 3 июня 1993 г., п. 9; 844, 18 июня 1993 г., п. 2; 794, 3 декабря 1992 г., п 10; 814,
26 марта 1993, п. 14.
3
Boustany, K.,
Le confl it intraétatique au Liban
, Bruxelles, Bruylant, 1994, pp. 203–204, см. также:
ibid
., pp. 235 ss.
4
См.: les accords de Dayton-Paris des 21 nov. — 14 déc. 1995,
ILM
, 1996, pp. 91–108.
5
Рез. СБ ООН S/Rés. 1244, 10 июня 1999 г., п. 5.
6
Рез. СБ ООН S/Rés. 1264, 15 сентября 1999, п. 3.
НОРМЫ ОБРАЩЕНИЯ С ЛИЦАМИ, НАХОДЯЩИМИСЯ ВО ВЛАСТИ НЕПРИЯТЕЛЯ
561
не идет о «военной оккупации»
1
, иначе следовало бы применить «право окку-
пации»
2
. Дело тем более обстоит таким образом, когда такие силы заключают
с государством пребывания соглашение о статусе
3
.
При этом за неимением четкой кодификации в этой области позволительно
считать, что силы по принуждению к миру все же являются настоящими окку-
пационными силами, но что ситуация несколько изменится под действием норм
международного права, относящихся к мирному времени, и более конкретных
положений соглашения, заключенного с «оккупированным» государством пре-
бывания. С этой точки зрения нормы оккупации применяются только диспо-
зитивно
4
. Таким образом, они выступают в качестве своего рода «страховки»
для жертв. Ни при каких обстоятельствах международные нормы, применимые
к подобным ситуациям, не могут быть менее благоприятными для жертв таких
ситуаций, чем нормы, касающиеся оккупации. Так,
по мнению юридической службы ООН, просьба Совета Безопасности,
—
направленная Генеральному секретарю ООН с тем, чтобы он отдал распоря-
жение о принятии мер для ареста и привлечения к судебной ответственно-
сти лиц, совершивших нападения на силы Миротворческой операции ООН
в Сомали (ЮНОСОМ)
5
, относится к компетенции не ЮНОСОМ, а сомалий-
ского правосудия. Иными словами, в отличие от классических норм оккупа-
ции, в соответствии с которыми оккупирующая держава может предать сво-
ему суду или трибуналу лиц, нарушивших введенные ею на оккупированной
территории уголовные законы (Женевская конвенция IV, ст. 66), в данном
случае только сомалийские судебные инстанции могли бы рассматривать
соответствующие дела, а раз их нет, ЮНОСОМ должна принять меры к вос-
становлению судебной системы в Сомали, как это, кстати, предусмотрено ее
мандатом
6
;
в случае Восточного Тимора, где силы по поддержанию мира и правопорядка
—
ИНТЕРФЕТ были вынуждены задержать ряд лиц, эти силы сочли, что право
вооруженных конфликтов не применимо к данной ситуации, но в очень боль-
шой степени опирались на положения Женевской конвенции IV
7
. Так же
обстояло дело и с созданием администрации и судебной системы на этой
территории
8
.
1
Sassoli, M., «Droit international pénal et droit pénal interne: le cas des territoires se trouvant sous
administration internationale»,
in Le droit pénal à l’épreuve de l’internationalisation
, publ. par M. Henzelin et R. Roth, Paris-
Genève-Bruxelles, LGDJ-Georg-Bruylant, 2002, p. 143; см. также: Levrat, B.,
loc. cit
., p. 96.
2
Oswald, B. M., «Th
e creation and control of places of protection during United Nations peace operations»,
RICR
,
2001, p. 1028.
3
Так, между Боснией и Герцеговиной и НАТО было заключено соглашение о статусе ИФОР 21–23 ноября
1995 г.,
ILM
, 1996, pp. 102–103.
4
Ср.: Kelly, M. J.
et al.
,
loc. cit
., p. 115.
5
Рез. СБ ООН S/Rés. 837, 6 июня 1993 г., п. 5.
6
Doc. ONU S/25354, 3 mars 1993, §§ 91–91; Selected legal Op.,
UNJY
, 1993, pp. 447–449.
7
Kelly, M. J.
et al.
,
loc. cit
., pp. 132–138.
8
Oswald, B. M., «Th
e INTERFET Detainee Management Unit in East Timor»,
YIHL
, 2000, pp. 350 ss.