ВУЗ: Не указан

Категория: Не указан

Дисциплина: Не указана

Добавлен: 13.10.2020

Просмотров: 17554

Скачиваний: 11

ВНИМАНИЕ! Если данный файл нарушает Ваши авторские права, то обязательно сообщите нам.
background image

НОРМЫ ОБРАЩЕНИЯ С ЛИЦАМИ, НАХОДЯЩИМИСЯ ВО ВЛАСТИ НЕПРИЯТЕЛЯ

587

Конечно, нет, если меть в виду оккупацию в результате нарушения jus contra 

bellum, поскольку все конфискации, произведенные оккупирующей державой, 
в том числе в качестве «военных трофеев», недействительны из-за исходного 
нарушения оккупирующим государством запрещения прибегать к силе. Все они 
квалифицируются как ущерб, незаконно причиненный государству, постра-
давшему в результате оккупации. Следовательно, это государство имеет право 
на возвращение имущества и на возмещение убытков в отношении изъятой 
у него собственности (см. выше, п. 1.8 и сл.).

И наоборот, когда оккупированное государство несет ответственность за кон-

фликт и имеет место завоевание этого государства, как в случае Германии 
и Японии в 1945 г., эта проблема не встает, потому что нормы оккупации не при-
меняются к такой ситуации (см. выше, п. 2.412), а высказанные выше соображе-
ния становятся беспредметными, так как объем и формы репарации определя-
ются частными договорами между государством-победителем и побежденным 
государством.

Остается рассмотреть случай (теоретический), когда оккупированное государ-

ство несет ответственность за конфликт, но не было завоевано. В этой ситуации 
оккупирующее государство, конечно, может конфисковать имущество, упоминае-
мое в ст. 53, ч. 1, в том числе имущество государственных предприятий, при усло-
вии, однако, что эти действия не помешают удовлетворению основных потреб-
ностей населения в продовольствии и медикаментах, которые оккупирующее 
государство обязано удовлетворять в соответствии со ст. 23, 55, 59–61 Женевской 
конвенции IV и ст. 69–71 Дополнительного протокола I (см. выше, п. 2.351 и сл.).

Сегодня это, очевидно, единственный случай, когда еще можно говорить 

о «военных трофеях», имея в виду, конечно, решение, которое принял бы по это-
му поводу Совет Безопасности 

1

. Таким образом, при определении точного содер-

жания норм, касающихся конфискации имущества в случае оккупации, следует 
скрупулезно учитывать нормы, относящиеся к запрещению применения силы. 
Так, по окончании войны в Кувейте Совет Безопасности потребовал, чтобы 
Ирак возвратил все захваченное имущество Кувейту 

2

, в том числе и его архивы 

3

О своей готовности вернуть эти архивы Ирак заявил только в 2002 г 

4

.

2.464.   

Что касается «общественных зданий, недвижимостей, лесов и сельско-

хозяйственных угодий» оккупированного государства, оккупирующая держава 
обязана управлять ими согласно правилам пользовладения (Гаагское положение, 
ст. 55). Здесь также прибыль, извлекаемая оккупирующим государством из такого 
«управления», если придерживаться логики, должна быть возвращена или выпла-
чена в качестве возмещения убытков в случае, если оккупация стала результатом 
нарушения jus contra bellum.

См., например, об окончании войны в Кувейте и капитуляции Ирака резолюцию 687 от 3 апреля 1991 г., где 

Совет Безопасности ООН определяет вмененные Ираку обязанности, в частности в области репараций.

Рез. СБ ООН S/Rés. 686, 2 марта 1991 г., п. 2 d; 687, 3 апреля 1991 г., п. 15; 1284, 17 декабря 1999 г., п. 14.

Рез. СБ ООН S/Rés. 1284, 17 декабря 1999 г., п. 14.

Коммюнике Совета Безопасности ООН SC/7431, 24 июня 2002 г. 


background image

ОСНОВНЫЕ «СОДЕРЖАТЕЛЬНЫЕ» НОРМЫ

588

Кроме этого, из практики, относящейся к арабо-израильскому конфликту, 

вытекает, что оккупирующая держава должна уважать природные ресурсы окку-
пированного государства. Так, Генеральная Ассамблея ООН призвала 

«Израиль, оккупирующую державу, не эксплуатировать, не вызывать утрату и истощение 

и не ставить под угрозу природные ресурсы на оккупированной палестинской территории, вклю-

чая Иерусалим, и на оккупированных сирийских Голанах» 

1

.

Она также уточнила, что палестинский народ имеет 

«право требовать возмещения за любую эксплуатацию, утрату или истощение его природных 

ресурсов» 

2

.

Аналогичным образом во время конфликта в Конго Совет Безопасности 

выразил «серьезную обеспокоенность» в связи с незаконной эксплуатацией 
природных ресурсов и других богатств в Демократической Республике Конго 
«в нарушение суверенитета этой страны» 

3

 и призвал к прекращению такой 

деятельности 

4

. Впоследствии он квалифицировал эту деятельность как «раз-

грабление» и недвусмысленно ее осудил 

5

. Международный суд занял такую же 

позицию 

6

.

2.465.   

В отношении контрактов, заключенных между оккупирующим государ-

ством и частными лицами — гражданами оккупированного государства, в 1874 г., 
в момент принятия нормы, послужившей образцом для ст. 55 Гаагского положе-
ния, было решено, что они остаются в силе, несмотря на прекращение оккупации, 
и что государства должны обеспечить «рассмотрение компетентными судами дел 
правопреемников» 

7

.

Одновременно было вынесено заключение о том, что 

контракт об аренде муниципальных земельных участков, заключенный окку-

пирующей державой с частной фирмой, не имеет юридической силы для 
общины после окончания оккупации 

8

;

нидерландское государство не должно возмещать убытки производителю 

шерсти, которого власти, находившиеся под контролем оккупирующей держа-
вы, заставили продать шерсть по заниженной цене 

9

;

Рез. ГА ООН A/Rés. 51/190, 16 декабря 1996 г. (133-3-21), п. 3; 52/207, 18 декабря 1997 г., (137-2-14), п. 3; 54/230, 

22 декабря 1999 г. (145-3-6).

Ibid

., п. 4.

Рез. СБ ООН S/Rés. 1291, 24 февраля 2001 г., п. 17; 1332, 14 декабря 2000 г., п. 16.

Рез. СБ ООН S/Rés. 1341, 22 февраля 2001 г., п. 25.

Рез. СБ ООН S/Rés. 1457, 24 января 2003 г., пп. 2–3; 1533, 12 марта 2004 г., п. 6; 1592, 30 марта 2005 г., преамбула, 

мотивировка 10, и п. 10.

Activités armées en RDC, CIJ, Rec. 2005

, §§ 245–250.

Mechelynck, 

op. cit

., p. 434.

Estonia, Cass., 28 Febr. 1921, 

A. D.

, 8, 503–504.

Holland, Crt. of App. of Th

  e Hague, 23 June 1948, 

A. D.

, 1948, 455–456, note et réf. contraires.


background image

НОРМЫ ОБРАЩЕНИЯ С ЛИЦАМИ, НАХОДЯЩИМИСЯ ВО ВЛАСТИ НЕПРИЯТЕЛЯ

589

напротив, то же государство было обязано возместить убытки нидерланд-

скому Королевскому автомобильному клубу, который нидерландская адми-
нистрация под контролем оккупационной державы вынудила освободить 
занимаемые им помещения для нужд германских властей 

1

.

2.466.   

Оккупирующее государство может завладеть подводными кабелями, 

но по окончании военных действий они должны быть возвращены оккупиро-
ванному государству, а убытки — возмещены (Гаагское положение, ст. 55). Что 
касается иного имущества оккупированного государства, то оно приравнивается 
к частной собственности: это утверждение вытекает из ст. 56 Гаагского положе-
ния, в которой, правда, говорится только о собственности общин, религиозных 
и культурных учреждений. С учетом того, что будет сказано об этих учреждениях 
(см. ниже, п. 2.467 и сл.), это имущество может быть реквизировано 

2

, но подле-

жит возврату по окончании военных действий, а убытки должны быть возмеще-
ны оккупированному государству (Гаагское положение, ст. 56, ч. 1, в сочетании 
со ст. 53, ч. 2) 

3

.

2.467.   

Общее право оккупирующего государства реквизировать (с возме-

щением) имущество оккупированного государства, иное, чем то, которым оно 
может завладеть на законных основаниях, ограничено в двух случаях: речь идет 
об имуществе санитарных формирований и культурных ценностях.

2.468.   

Относительно подвижных санитарных формирований вооруженных 

сил ст. 33, ч. 1, Женевской конвенции I предусматривает, что они не могут получать 
другого назначения, пока будут нужны для раненых и больных. Следовательно, 
оккупирующее государство не может их реквизировать и использовать для дру-
гих целей. Однако этим положением не предусмотрено их возвращение оккупи-
рованному государству 

4

.

Что же касается зданий, оборудования и складов стационарных санитарных 

учреждений вооруженных сил, они могут реквизироваться оккупирующей дер-
жавой и использоваться не в санитарных целях, но при соблюдении двух усло-
вий: при наличии «крайней военной необходимости» и только если приняты все 
меры для обеспечения участи раненых и больных, находящихся там на излечении 
(Женевская конвенция I, ст. 33, ч. 2).

Гражданские больницы, их оборудование и склады могут быть реквизированы 

оккупирующей державой при соблюдении четырех условий:

наличие «крайней необходимости»;

реквизиция носит временный характер;

Holland, District Crt. of Th

  e Hague, 8 June 1949, 

ibid

., 468, et note.

Mechelynck, 

op. cit

., p. 438 ss.

Poland, Supr. Crt., 1

st

 Div., 1 July 1931, 

A. D.

, 5.449.

Conventions, commentaire

, I, pp. 302–303.


background image

ОСНОВНЫЕ «СОДЕРЖАТЕЛЬНЫЕ» НОРМЫ

590

реквизиция предназначена только для лечения раненых и больных военно-

служащих;

должны быть приняты надлежащие меры для продолжения лечения и ухода 

за находящимися там больными и для обеспечения нужд гражданского насе-
ления в больничном лечении (Женевская конвенция IV, ст. 57) 

1

.

Дополнительный протокол I распространил действие этой нормы на все граж-

данские и военные медицинские учреждения, в том числе на их персонал и под-
вижные формирования (ст. 14 в сочетании со ст. 8, e, k).

2.469.   

Запрещение реквизировать культурные ценности не сформулиро-

вано нигде, но оно вытекает из обязанности принимать все возможные меры 
для сохранения этих ценностей, которая вменяется оккупирующей державе 
(Гаагская конвенция 1954 г., ст. 5), равно как и обязанности предупреждать 
и пресекать любые акты кражи, грабежа или незаконного присвоения культур-
ных ценностей, а также акты вандализма в отношении этих ценностей (Гаагская 
конвенция 1954 г., ст. 4, п. 3; Второй Протокол 1999 г. к Гаагской конвенции 
1954 г., ст. 9, п. 1) 

2

.

Следует отметить один интересный факт: в 1954 г. Греция предложила 

на Гаагской конференции, которая должна была принять Конвенцию о культур-
ных ценностях, проект положения, запрещающего оккупирующей державе произ-
водить раскопки на оккупированной территории без согласия оккупированного 
государства. Это предложение, одобренное ФРГ, Францией, Ираком, Югославией, 
Нидерландами, Сирией, Румынией и Израилем, все же не было принято, потому 
что его подали слишком поздно, но было решено вынести его на рассмотрение 
ЮНЕСКО для принятия рекомендации по этому вопросу 

3

.

Можно считать, что это предложение стало нормой обычного права с 1981 г., 

когда Генеральная Ассамблея ООН осудила Израиль за «проведение раскопок 
и изменение ландшафта, а также мест, имеющих историческое, культурное 
и религиозное значение, в частности в Иерусалиме» 

4

, хотя уже начиная с 1972 г. 

она неоднократно осуждала Израиль за «разграбление археологического и куль-
турного достояния» оккупированных территорий 

5

.

2.470.   

Следствием падения режима и развала правопорядка в Ираке в резуль-

тате акции, предпринятой США и Великобританией в марте-апреле 2003 г., 
стало разграбление населением многочисленных культурных ценностей. Совет 
Безопасности постановил, что государства — члены ООН должны предпринять 

См. также: 

Conventions, commentaire

, IV, pp. 341–342.

Пример применения см.: U. S. Crt. of App., 7

th

 Cir., 24 Oct. 1990, 

Cyprus et al. v. Goldberg et al., per

 Cudahy, 

ILR

108, p. 508.

Eusthadiades, 

op. cit

., pp. 440–441.

Рез. ГА ООН A/Rés. 36/147 C, 16 декабря 1981 г., п. 7е; а также: A/Rés. 46/47 A, 9 декабря 1991 г., п. 8g.

Рез. ГА ООН A/Rés. 3005 (XXVII), 15 декабря 1972 г. п. 8e; 46/47 A, 9 декабря 1991 г., п. 8h.


background image

НОРМЫ ОБРАЩЕНИЯ С ЛИЦАМИ, НАХОДЯЩИМИСЯ ВО ВЛАСТИ НЕПРИЯТЕЛЯ

591

соответствующие шаги, чтобы способствовать «возвращению в сохранности» 
Ираку этих ценностей, в том числе путем введения запрета на их куплю-продажу 
или передачу 

1

.

2.471.    

Россия приняла 15 апреля 1998 г. федеральный закон «О культурных цен-

ностях, перемещенных в Союз ССР в результате Второй мировой войны и находящихся 
на территории Российской Федерации», утверждающий законность захвата культурных 
ценностей в Германии и в государствах, которые были ее союзниками во Второй мировой 
войне, в качестве военных репараций 

2

. Президент Ельцин отказался подписать этот закон, 

поскольку был не согласен с его содержанием, и направил в Конституционный суд запрос 
о проверке его конституционности. В своем постановлении от 20 июля 1999 г. Суд провел 
различие между случаем культурных ценностей, принадлежавших неприятельским госу-
дарствам и их подданным, и случаем культурных ценностей, найденных на территории 
неприятельских государств, но принадлежащих другим государствам и их подданным. 
Суд признал конституционность закона в части, касающейся собственности неприятель-
ских государств и их подданных ввиду ответственности этих государств за развязывание 
Второй мировой войны и их обязанности возместить причиненный в результате этого 
ущерб. Суд основывался при этом на соглашениях, заключенных США и Великобританией 
с СССР в 1944 г., соглашениях, заключенных теми же государствами и Францией в 1945 г., 
на постановлении Международного военного трибунала в Нюрнберге, актах оккупаци-
онных властей в Германии в 1945–1949 гг., мирных соглашениях, заключенных в 1947 г. 
с Болгарией, Венгрией, Румынией, Италией и Финляндией, и ст. 107 Устава ООН. Суд 
заявил также, что необратимый характер мер экспроприации, принятых в отношении 
Германии, был подтвержден в совместном коммюнике ФРГ и ГДР от 15 июня 1990 г., кото-
рое является составной частью соглашения об объединении Германии 

3

.

В то же время Суд счел, что положения закона не могут применяться к собственности 

третьих государств и их подданных, поскольку это было бы равносильно санкциям в отно-
шении государств и частных лиц, которые сами стали жертвами войны. Поэтому данные 
положения были признаны недействительными 

4

.

Суд также уточнил, что сроки представления требований о реституции должны дей-

ствовать не с момента публикации закона, а с момента, когда у иностранных граждан поя-
вится потенциальная возможность узнать, что их собственность находится в Российской 
Федерации, то есть с момента публикации каталогов перемещенных культурных ценно-
стей в России 

5

.

Мы не проверяли обоснованность заключений Конституционного суда Российской 

Федерации в свете текстов, на которые он ссылается, учитывая тот факт, что право окку-
пации не применялось к ситуации Германии после ее капитуляции (см. выше, п. 2.412). Тем 
не менее остается фактом то, что в наши дни нормы Конвенции 1954 г. (см. выше, п. 2.469) 

Рез. СБ ООН S/Rés. 1483, 22 мая 2003, п. 7.

Резюме текста: Blishchenko I. et Doria J., 

in

YIHL

, 1999, p. 402.

Ibid

., pp. 404–405.

Ibid

., p. 406.

Ibid

., p. 407.