ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 13.10.2020
Просмотров: 17403
Скачиваний: 11
УГОЛОВНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ОТДЕЛЬНЫХ ЛИЦ
747
судов в отношении начальника полицейского участка, привлеченного к ответствен-
ности за изнасилования и принудительный труд в находившемся под его управлением
лагере для пленных
1
;
еще нужно доказать, что начальник имел возможность действовать
2
: власть de
jure начальника позволяет предположить, что он способен действовать, но эта
презумпция может быть, так сказать, перевернута
3
: ни от кого нельзя требо-
вать невозможного, и начальник «может быть привлечен к ответственности
только за непринятие мер, которые были в его власти»
4
, меры, которые были
необходимыми и разумными
5
. В деле Акайесу одна из Камер МУТР вынесла
заключение о необходимости проверить, располагала ли фактически
граждан-
ская власть
возможностью предотвратить соответствующие действия
6
. В деле
Халиловича Камера МТБЮ сочла, что c учетом существовавших обстоятельств
представитель старшего офицерского состава армии боснийских мусульман
не может быть привлечен к уголовной ответственности за массовые убийства
боснийскими военнослужащими хорватских гражданских лиц в Грабовице
(8–9 сентября 1993 г., 33 убитых) и Уздоле (14 сентября 1993 г., 23 убитых)
7
,
поскольку данное лицо не осуществляло фактического контроля над частями,
совершившими эти действия
8
.
Именно на этих критериях — отношение власти, знание о правонарушении и способ-
ность ему воспрепятствовать — основывалось обвинительное заключение испанского
следственного судьи Гарсона при установлении ответственности генерала Пиночета
за вменяемые ему преступления
9
.
4.90.
Одним из составных элементов уголовной ответственности начальни-
ка является наличие намерения
10
. Однако судебная практика показывает, что
последнее может рассматриваться в широком смысле и что простой пассивности
по отношению к фактам, о которых в данных конкретных обстоятельствах он
не мог не знать, достаточно для привлечения его к уголовной ответственности.
Примером, так сказать, экстремального применения этой презумпции может
послужить постановление, вынесенное Токийским международным военным
трибуналом (см. выше, п. 4.85).
1
Sarajevo, Magistrate’s Crt., 27 March 2000 et Supr. Crt. of Bosnia and Herzegovina, 7 Nov. 2000,
Djedovic, in YIHL
,
2000, pp. 433–435 et obs. J. K. Kleffner.
2
TPIY, aff . IT-98-34-T,
Naletilic et al.
, 31 mars 2003, § 428; TPIY, aff . IT-01-42-T,
Strugar
, 25 janv. 2005, § 444.
3
TPIR, aff . ICTR-00-55 A-T,
Muvunyi
, 12 sept. 2006, § 475.
4
TPIY, aff . IT-96-21-T,
Celebici
, 16 nov. 1998, §§ 394–395;
id.
, aff . IT-95-14/1-T,
Aleksovski
, 25 juin 1999, § 81;
id.
, app.
aff . IT-96-21-A,
Celebici
, 20 févr. 2001, § 198;
id.
, aff . IT-98-29-T,
Galic
, 5 déc. 2003, §§ 176, 720;
id.
, aff ., IT-95-14-A,
Blaskic
,
29 juillet 2004, § 375.
5
Id
., aff . IT-97-25-T,
Krnojelac
, 15 mars 2002, §§ 95 et 127.
6
TPIR, aff . ICTR-96-4-T, 2 sept. 1998,
Akayesu
, § 491.
7
TPIY, aff . IT-01-48-T,
Halilovic
, 16 Nov. 2005, e. a., §§ 2–10.
8
Ibid
., e. a., §§ 743–751.
9
Order of 10 Dec. 1998, point 11
in
YIHL
, 1999, p. 532.
10
Ibid
.
ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА НАРУШЕНИЯ ПРАВА ВООРУЖЕННЫХ КОНФЛИКТОВ
748
4.91.
В решении, касающемся предоставления Бельгией статуса политического
беженца руандийцу, который командовал жандармерией Руанды в момент гено-
цида в этой стране (апрель–июнь 1994 г.), Комиссия по рассмотрению обжалова-
ний решений, вынесенных в отношении беженцев, отметила, что, лицо, занимаю-
щее такой высокий пост, должно было понимать, что ему может быть вменена
ответственность за преступления, совершенные силами, находящимися в его
подчинении, но что эта презумпция может быть резко изменена в свете обстоя-
тельств дела:
«Сам по себе факт нахождения на ответственном посту в рамках режима, ответственного
за геноцид, может послужить достаточным основанием для того, чтобы предположить нали-
чие ответственности в совершенных преступлениях. (…) Однако эта презумпция не является
неоспоримой. (…) Необходимо задаться вопросом о реальной власти, которой располагало лицо,
и о фактической возможности ее осуществления, а также оценить, есть ли разумные основания
для того, чтобы рассматривать занятую им позицию как указывающую на его установки, пусть
даже не выраженные вербально. (…) Наконец следует рассмотреть вопрос о возможном наличии
конкретных обстоятельств, освобождающих лицо от ответственности»
1
.
В данном конкретном случае Комиссия сочла, что этот человек пытался, насколько ему
это позволяли имеющиеся у него возможности, обеспечить защиту людей, что не было
доказано его терпимое отношение к многочисленным бесчинствам, допущенным находя-
щимися под его командованием силами, и что он сам был смещен с поста командующего
5 июня 1994 г.
2
Данное решение было бы понятно, если бы указанные события продолжались лишь
несколько дней. И очень спорным представляется предположение, что акты
геноцида
,
совершавшиеся в течение почти двух месяцев регулярными силами, не влекут никакой
ответственности их командира. Поскольку последний сам не подал в отставку, он с необ-
ходимостью покрывал действия своих подчиненных и, следовательно, должен нести ответ-
ственность за непринятие мер в отношении этих действий (см. выше, п. 4.85).
4.92.
В части, касающейся геноцида, ответственность начальника за непринятие мер
наступает, если он знал о наличии у его подчиненных специального умысла совершить
геноцид. При этом не требуется доказывать, что сам начальник намеревался совершить
акты геноцида. Даже если у него не было такого намерения, он все равно несет ответствен-
ность за действия своих подчиненных
3
.
4.93.
Несет ли начальник ответственность за действия, совершенные его под-
чиненными в момент, когда он не осуществлял своих властных полномочий
в отношении последних? Иными словами, может ли он быть привлечен к ответ-
ственности за непринятие мер пресечения в отношении действий, которые были
совершены до того, как он принял на себя командные функции по отношению
1
Comm. per. rec. ref., 28 mai 1998,
Rev. dr. étrgers
., 1998, p. 252.
2
Ibid
.
3
TPIY, aff . IT-99-36-T,
Brdanin
, 1
er
sept. 2004, §§ 718 ss.
УГОЛОВНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ОТДЕЛЬНЫХ ЛИЦ
749
к своим подчиненным и узнал о соответствующих фактах, уже выполняя команд-
ные функции?
Тремя голосами против двух Апелляционная камера МТБЮ дала отрицатель-
ный ответ на этот вопрос
1
. Основным аргументом большинства было то, что
такая ответственность явным образом не предусматривается обычным между-
народным уголовным правом и в случае сомнений не может быть объектом пре-
зумпции
2
. Некоторые документы, касающиеся ответственности начальника,
предусматривают ее только в той мере, в какой начальник «знал либо в сложив-
шихся на тот момент обстоятельствах должен был знать», что его подчиненные
«совершали или намеревались совершить такие преступления» (Статут МУС,
ст. 28, a (i) и b (i); Проект кодекса преступлений против мира и безопасности чело-
вечества Комиссии международного права 1996 г., ст. 6). По мнению большинства
судей Апелляционной камеры, из этих текстов следует, что
«акцент делается на отношении начальник–подчиненный, существующем в момент, когда под-
чиненный совершал или намеревался совершить преступление. Преступления, совершенные
до того, как начальник приступил к выполнению своих командных функций, явным образом
исключаются»
3
.
В своих особых несовпадающих мнениях судьи Шахабуддин и Хант высказали серьез-
ные возражения против этого решения. Они отметили, в частности, что:
согласно докладу Генерального секретаря ООН об Уставе МТБЮ, ответственность
—
лица, находящегося на руководящей должности, наступает, если оно
«знало или должно было знать о том, что его подчиненные собираются совершить или
совершили
преступление, однако не приняло необходимых и разумных мер по предотвращению или пресече-
нию таких преступлений или
не наказало лиц, виновных в их совершении
»
4
(
курсив автора
);
по мнению Камеры первой инстанции, в деле Кордича
—
«...обязанность по наказанию возникает, естественно, после совершения преступления. Лица,
находящиеся на руководящей должности
после совершения преступления
, в равной степени
обязаны наказывать. Этот долг включает в себя, по крайней мере, обязанность расследовать
преступления для установления фактов и доведения их до сведения компетентных властей, если
начальник не уполномочен налагать санкции самостоятельно»
5
(
курсив автора
).
военные наставления Великобритании (1958 г.) и США (1956 г., пересмотрены в 1976 г.)
—
предусматривают ответственность за принятие необходимых мер или наказание под-
чиненных, «
совершивших военное преступление
»
6
(
курсив автора
);
1
TPIY, aff . IT-01-47-AR72,
Hadzihasanovic et al.
, 16 july 2003, § 57.
2
Ibid
., § 51.
3
Ibid
., § 49.
4
Доклад Генерального секретаря ООН, представленный во исполнение п. 2 резолюции 808 (1993) Совета
Безопасности, п. 56, цит. по:
ibid.
, особое мнение судьи Шахабуддина, п. 33.
5
TPIY, aff . IT-95-14/2-T, 26 Febr. 2001, § 446, cité
ibid.
op. dissid. Shahabuddeen, § 35 et op. dissid. Hunt, § 23.
6
Ibid
., op. dissid. Hunt, § 12.
ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА НАРУШЕНИЯ ПРАВА ВООРУЖЕННЫХ КОНФЛИКТОВ
750
в деле Кунтце американский военный трибунал вынес заключение об уголовной ответ-
—
ственности обвиняемого за непринятие мер по пресечению действий, совершенных его
подчиненными до того, как он стал их командиром
1
.
Особые несовпадающие мнения судей Шахабуддина и Ханта представляются
более убедительными, чем мнение большинства. Отметим, кстати, что непри-
нятие мер по пресечению военного преступления является нарушением МГП.
Общие ст. 49, 50, 129, 146 Женевских конвенций вменяют каждой Высокой
Договаривающейся Стороне обязанность разыскивать лиц, совершивших серьез-
ные нарушения, и предавать их суду. Аналогичным образом обязанность коман-
дира возбуждать преследование против лиц, совершивших нарушения МГП,
предусмотрена ст. 87, п. 3, Дополнительного протокола I. Однако нарушение этих
обязанностей не криминализовано, и нам неизвестны случаи привлечения к уго-
ловной ответственности на этом основании. Можно ли считать это аргументом?
Нарушения Гаагского положения также не были криминализованы, что не поме-
шало Международному военному трибуналу в Нюрнберге приравнять их к воен-
ным преступлениям, но основываясь на практике военных трибуналов
2
.
4.
Ответственность подчиненного
4.94.
В соответствии с вынесенным судебным постановлением тот факт, что
офицер не проинформировал вышестоящих начальников о совершенных воен-
ных преступлениях, не является военным преступлением, если сам офицер в них
не участвовал и не отдавал преступных приказов
3
.
Аналогичный подход был принят канадским военным трибуналом в деле Броклбэнка
(Brocklebank): обвинение выдвигалось против военнослужащего из состава канадского
батальона ЮНОСОМ, ставшего свидетелем пыток, которым офицеры подвергали моло-
дого сомалийца, скончавшегося в результате этих истязаний. Броклбэнк был привлечен
к ответственности за то, что даже не попытался предупредить о происходящем старших
офицеров. Однако он был оправдан, так как сомалиец, которого пытали, не находился под
его непосредственной охраной, и большинство судей сочли, что подсудимый поступил так,
как поступило бы любое другое лицо, имеющее такое же воинское звание и обладающее
таким же опытом
4
. Это по меньшей мере спорное решение
5
не было принято единогласно.
По мнению судьи К. Уэйлера, следовало задаться вопросом о том, «осознал бы здравомыс-
лящий военнослужащий, что его бездействие усугубит вред» и «явилось ли непринятие
мер со стороны Броклбэнка явным отступлением от поведения, которого можно было
ожидать от здравомыслящего военнослужащего в имеющих место обстоятельствах»
6
.
1
List Case
, 19 Feb. 1948, cité
ibid.
, op. dissid. Hunt, §§ 15–19.
2
Procès, doc. off .,
I, pp. 232–233.
3
Hamburg, Brit. Mil. Crt. 19 Dec. 1949,
Von Lewinski (alias Von Manstein)
,
A. D.
, 1949, 514.
4
Crt. Martial, App. Crt., Canada, 2 Apr. 1996,
Brocklebank
, inédit,
per
Decary, pp. 30–31.
5
Boustany, K., «Brocklebank: A Questionable Decision of the Court Martial Appeal Court of Canada»,
YIHL
,
1998, p. 373.
6
Ibid
.,
per
Weiler, p. 11.
УГОЛОВНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ОТДЕЛЬНЫХ ЛИЦ
751
4.95.
Эта ответственность сродни той, которая может возникать в результа-
те отсутствия предусмотрительности или мер предосторожности, могущего
привести к убийству или причинению телесных повреждений (УК Бельгии,
ст. 418–420).
Обвиняемый в деле Маршала был привлечен к ответственности за то, что недооценил
опасность, которой подвергались бельгийские военнослужащие из состава МООНПР,
обеспечивавшие безопасность премьер-министра Руанды 7 апреля 1994 г. и погибшие при
выполнении этого задания. Военный трибунал счел, что ответственность за вред в резуль-
тате отсутствия предусмотрительности может наступать «в любых ситуациях, в том числе
в случае вооруженных конфликтов» и что она распространяется на «представителей всех
профессий, в том числе для военных командиров»
1
.
Критерии такой ответственности являются классическими для «человека,
в обычных условиях осмотрительного и здравомыслящего, перед лицом внеш-
них фактических обстоятельств, в которых оказалось лицо, которому вменяется
в вину» вред
2
.
Эти критерии, естественно, оцениваются с учетом статуса заинтересованного
лица: поведение старшего офицера будет сравниваться не с поведением простого
солдата,
«а с поведением старшего офицера, в обычных условиях осмотрительного и здравомыслящего,
который оказался перед лицом таких же внешних фактических обстоятельств»
3
.
Так же должно обстоять дело с оценкой поведения подчиненного, ставшего
свидетелем нарушений права вооруженных конфликтов, — надлежит определить,
принял ли он в рамках имеющихся в его распоряжении возможностей необходи-
мые меры для предотвращения таких действий.
Министерство обороны США приняло директиву по этому вопросу (см. выше, п. 3.17).
Эта директива должна была бы вменить в обязанность американским военнослужащим,
присутствовавшим при взятии Кундуза силами Северного альянса 25 ноября 2001 г. во вре-
мя афганского конфликта, сообщать о военных преступлениях, совершенных в отношении
пленных талибов, когда они доставлялись к месту содержания под стражей в контейнерах,
и многие при этом умерли от удушья
4
.
5.
Ответственность третьих лиц
4.96.
Предусматривает ли непосредственно международное право обязанность
каждого индивидуума действовать с тем, чтобы предотвратить или пресечь гото-
вящееся военное преступление, о котором ему стало известно? В то время как
такая обязанность вменяется государствам и их представителям в рамках права
жертв на помощь (см. выше, п. 2.346 и сл.) и обязанности заставлять соблюдать
1
Cour militaire Bruxelles, 4 juillet 1996,
RDPC
, 1997, 115.
2
Ibid
.
3
Ibid
.
4
Le Monde
, 21 août 2002.