ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 13.10.2020
Просмотров: 17490
Скачиваний: 11
УГОЛОВНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ОТДЕЛЬНЫХ ЛИЦ
927
применения ratione materiae закона шире, чем у ст. 8 Статута МУС, но в таком
расширении юрисдикции нет ничего чрезмерного. В своей резолюции, при-
нятой на сессии, которая состоялась в Берлине в 1999 г., Институт междуна-
родного права заявил следующее:
«Компетентные власти государства, на территории которого находится лицо, предположи-
тельно совершившее серьезное нарушение международного гуманитарного права в условиях
немеждународного вооруженного конфликта, вправе возбудить против него преследование
и предать его суду этого государства; им предлагается это сделать» (ст. VIII);
При этом закон не заходит так далеко, чтобы распространить сферу своего
применения на внутренние вооруженные конфликты, которых касается ст. 3,
общая (см. выше, п. 1.81 и сл.). Для них закон криминализует те же деяния, что
и ст. 8, п. 2, с, Статута МУС (УК, ст. 137
quater
, п. 2);
если такое расширение юрисдикции не вызывает проблем в части престу-
плений по МГП, совершенных в Бельгии, то как обстоит дело, если престу-
пление совершено за границей, в стране, где в соответствии с ее внутренним
законодательством оно не рассматривается как международное правона-
рушение? Не будет ли преследование исполнителя такого преступления
в Бельгии на основе экстратерриториальной юрисдикции посягательством
на принцип законности в части правонарушений и наказаний? Ответ будет
отрицательным по двум причинам: с одной стороны, акт войны, как прави-
ло, составляет уголовное преступление в свете внутреннего законодатель-
ства, но находит себе своего рода оправдание в ситуации войны при условии
соблюдения правил ведения последней. В противном случае нарушение МГП
снова становится уголовно наказуемым деянием, и преследование за него
в Бельгии не нарушает норму nullum crimen sine lege, особенно если соот-
ветствующее деяние возведено в ранг преступления по МГП международ-
ными договорами, такими, например, как Статут МУС. С другой стороны,
если удастся доказать, что преступление относится к обычному МГП, можно
с полной уверенностью утверждать, что преследование его исполнителя
в Бельгии не нарушает никакого принципа законности. Но мы не видим пре-
ступлений, предусмотренных бельгийским законодательством для случая
немеждународного вооруженного конфликта, которые не соответствова-
ли бы составам преступления, установленным во внутреннем законодатель-
стве, или имелись бы в обычном МГП
1
.
4.388.
Что касается военных преступлений, они должны быть совершены
в рамках вооруженного конфликта, однако не имеет никакого значения, вовлече-
на Бельгия в этот конфликт или нет
2
.
1
Более подробное освещение этого вопроса (и особенно закона 1993/1999 гг.) см.: 3-е издание настоящей книги,
2002 г., с. 811 и сл. (на фр. яз.).
2
Об аналогичном подходе в Нидерландах см.: Neth. Supr. Crt.,
Knesevic
, 11 nov. 1997, § 4.6,
YIHL
, 1998, p. 603.
ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА НАРУШЕНИЯ ПРАВА ВООРУЖЕННЫХ КОНФЛИКТОВ
928
с)
Сфера применения ratione loci пресечения преступлений по МГП
4.389.
Ст. 7 бельгийского закона 1993/1999 гг. наделяла универсальной юрисдик-
цией бельгийского судью, который мог ее осуществлять, даже если предполагаемый
исполнитель преступления по МГП не находился на бельгийской территории. Эта
юрисдикция и отказ от иммунитета, предусмотренный ст. 5, п. 3, того же закона,
стали предметом жалобы на Бельгию, поданной ДРК в Международный суд в связи
с делом об ордере на арест от 11 апреля 2000 г. In casu, бельгийский следственный
судья, которому в 1998 г. были поданы жалобы (с предъявлением гражданского
иска) на президента Л. — Д. Кабилу (L.-D. Kabila) и главу его кабинета А. Еродиа
Ндомбаси (A. Yerodia Ndombasi), заочно выдал (международный) ордер на арест
последнего по обвинению в подстрекательстве к совершению военных преступле-
ний и преступлений против человечности
1
. По мнению ДРК, этот ордер являлся
нарушением принципа суверенного равенства государств, в связи с чем возникал
вопрос о законности заочного осуществления универсальной юрисдикции.
4.390.
Дебатов по этому вопросу в Суде практически не было. ДРК не взяла
на себя труд уточнить —
с чего
, собственно, начинается процедура судебного раз-
бирательства в отсутствие ответчика (с открытия предварительного следствия?
С ходатайства обвинения о явке соответствующего лица? С начала расследования?
С исполнения судебных актов принудительного характера, таких как распоряжение
о явке или ордер на арест? С передачи дела судье для его рассмотрения по суще-
ству? С открытия процесса в отсутствие ответчика и принятия решения по суще-
ству?). Более того, и это самое главное, ДРК не представила никаких своих выводов
по данному вопросу. Бельгия сочла, что никакого спора по этому пункту больше
не существует
2
. Суд сразу же отказался от рассмотрения данного вопроса
3
. Однако
из 11 судей, которые при принятии решения высказали особое или несовпадающее
с точкой зрения большинства мнение, семеро признали явным
4
или неявным
5
образом действительность этой юрисдикции, а четверо ее явным образом оспорили,
правда, без серьезной мотивировки своего решения
6
. Отказ ДРК от своих первона-
чальных претензий и тот факт, что большинство судей высказались в пользу уни-
версальной юрисдикции в отсутствие ответчика, — все эти аргументы указывают
на действительность тезиса универсальной юрисдикции в отсутствие ответчика
7
.
1
Выступая в августе 1998 г. по Национальному радио и телевидению Конго (RTNC), Еродиа Ндомбаси говорил
о «нечисти, которую нужно методично уничтожать». При этом он имел в виду тех, кто, по его мнению, несли ответ-
ственность за беспорядки в Конго: «Для нас — это отбросы и даже микробы, которых нужно последовательно уни-
чтожать. И мы полны решимости использовать самые эффективные лекарства». Texte extrait du mandat d’arrêt original,
reproduit
in
aff . du
mandat d’arrêt du 11 avril 2000, CIJ, Contre-mémoire belge
, 28 sept. 2001, annexe 3.
2
Id
., CIJ, CR 2001/9, 18 oct. 2001,
per
E. David, §§ 8–15.
3
Id
., arrêt, § 43.
4
Id
., op. indiv. Higgins, Kooimans, Buergenthal, §§ 19–65; op. dissid. Van den Wyngaert, §§ 40–58.
5
Id
., op. indiv. Koroma, § 9; op. diss. Oda, § 12; судья Аль-Хасавней (Al-Khasawney) не высказался по этому вопро-
су, но, утверждая, что иммунитет не должен препятствовать преследованию in casu, он неявным образом признал
действительность универсальной юрисдикции in absentia.
6
Id
., op. indiv. Guillaume, §§ 11–17, Rezek, § 11, Bula-Bula, §§ 65 ss.; déclarat. Ranjeva, §§ 11–12.
7
Более подробный анализ см. 3-е издание этой книги, 2002, пп. 4.310a и сл. (на фр. яз.).
УГОЛОВНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ОТДЕЛЬНЫХ ЛИЦ
929
4.391.
Сегодня ст. 12
bis
закона 2003 г. решает вопрос, ограничивая осущест-
вление универсальной юрисдикции только случаями,
«когда норма международного договорного или обычного права (…), связывающая Бельгию (…)
обязывает ее каким-либо образом передать дело компетентным властям в целях осуществления
преследования».
В данном случае ни одна норма международного права не обязывает государ-
ства осуществлять универсальную юрисдикцию in absentia
1
.Текст положений,
касающихся преступлений по МГП (общие ст. 49, 50, 129, 146 Женевских конвен-
ций 1949 г.; резолюция 3074 (XXVIII) Генеральной
Ассамблеи ООН от 3 декабря 1973 г., п. 1; Проект кодекса преступлений
против мира и безопасности человечества Комиссии международного права,
ст. 9), показывает, что государство обязано преследовать их исполнителя только
тогда, когда он находится на его территории
2
. Следовательно, если присутствие
в Бельгии лица, подлежащего преследованию, необходимо для возбуждения уго-
ловного дела, его рассмотрение может быть продолжено и в отсутствие обвиняе-
мого в соответствии с общеуголовным правом (Кодекс уголовного расследования,
ст. 186 и сл., 381 и сл.).
d)
Порядок возбуждения уголовного дела
4.392.
Обжегшись на потоке жалоб, которыми она была завалена в результате
принятия закона 1993/1999 гг., Бельгия поставила возбуждение уголовного дела
под контроль федерального прокурора. В соответствии со ст. 12
bis
федеральный
прокурор может отказаться дать ход жалобе, если последняя явно плохо обо-
снована (например, отсутствуют даже начальные элементы доказательств)
3
, либо
не касается преступления по МГП, либо в случае неприемлемости иска (напри-
мер, иммунитет предполагаемого исполнителя), либо если Бельгия не является
лучшим местом для рассмотрения дела (доктрина forum non conveniens), посколь-
ку есть более подходящие для этого страны (например государство, на террито-
рии которого было совершено преступление, государство, гражданином кото-
рого является подозреваемый, государство, на территории которого находится
предполагаемый исполнитель преступления или компетентная международная
судебная инстанция — например, МУС). Последнее требует, однако, условия, что
там наличествуют необходимые критерии независимости, беспристрастности
и справедливости и что отказ федерального прокурора дать ход жалобе не нано-
сит ущерба международным обязательствам Бельгии (Уголовно-процессуальный
кодекс, Вступительная часть, ст. 12
bis
, ч. 3, п. 4)
4
.
1
Cass. b., 14 janv. 2004,
RW
, 2005, pp. 385 ss., note L. Janssens.
2
Более подробно см.: D
AVID
, E., «La compétence universelle …»,
loc. cit
., §§ 85–89.
3
Ср. с практикой Европейской комиссии по правам человека:
La Convention européenne des droits de l’homme,
commentaire article par article
, éd. par E. Decaux et al., commentaire de l’art. 27 par S. Trechsel, Paris, Economica, 1995, p. 634.
4
D. P
., Chambre, SE 2003, doc. 51-0103/001, projet de loi, Exposé des motifs, 22 juillet 2003, p. 6.
ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА НАРУШЕНИЯ ПРАВА ВООРУЖЕННЫХ КОНФЛИКТОВ
930
Отказ федерального прокурора возбудить уголовное дело против лица,
подозреваемого в совершении преступления по МГП, по одной из трех пере-
численных выше причин выносится на одобрение Обвинительной камеры,
которая может отменить решение прокурора и вынести постановление о воз-
буждении преследования. Прокурор имеет возможность обжаловать это реше-
ние в Кассационном суде (
ibid.
, ст. 12
bis
, части 4–5, новые, включенные зако-
ном от 22 мая 2006 г.
1
). Напротив, отказ прокурора возбудить преследование
ввиду наличия более подходящего для этого места не контролируется судьей.
Арбитражный суд, в который поступил иск, касающийся аннулирования
этого закона, счел данную норму обоснованной и позволяющей избежать экс-
цессов и дипломатических осложнений для Бельгии, причиной которых была
прежняя ст. 7
2
.
3.
Устранение некоторых ограничений обязанности пресечения
4.393.
Данная обязанность, кроме того, усиливается тем фактом, что неко-
торые классические препятствия для экстрадиции и преследования, которые
могут существовать во внутригосударственных законодательствах, были ликви-
дированы как для военных преступлений, так и для преступлений против мира
и против человечности. Речь идет о политическом характере преступления как
препятствии для выдачи, о сроке давности, амнистии и даже обратной силе как
препятствиях для преследования.
а)
Неполитический характер военных преступлений
и преступлений против человечности
4.394.
Целый ряд резолюций Генеральной Ассамблеи ООН, посвященных
территориальному убежищу
3
, экстрадиции и наказанию лиц, виновных в воен-
ных преступлениях и преступлениях против человечности
4
, гласят, что эти
преступления для целей экстрадиции не могут рассматриваться как политиче-
ские. То же говорится в Конвенциях о геноциде (ст. VII), об апартеиде (ст. XI),
Дополнительном протоколе от 15 октября 1975 г. к Европейской конвенции
об экстрадиции 1957 г. (Протокол, ст. 1) и Втором Гаагском Протоколе 1999 г.
(ст. 20, п. 1).
4.395.
В Бельгии закон об экстрадициях от 1 октября 1833 г., исключавший экс-
традицию лиц, совершивших «политическое преступление»
5
, был изменен законом
от 8 июля 1946 г., который разрешал бельгийскому правительству выдавать «правитель-
1
M. B.
, 7 juillet 2006.
2
Aff
. 62/2005, 23 mars 2005, B.7.7.-B.7.8, www.arbitrage.be/fr/common/home.html.
3
Рез. ГА ООН A/Rеs. 2312 (XXIII), 14 декабря 1967 г., ст. 1, п. 2.
4
Рез. ГА ООН A/Rés. 3 (I), 13 февраля 1946 г.; 170 (II), 31 октября 1947 г.; 2840 (XXVI), 18 декабря 1971 г.;
3074 (XXVIII), 3 декабря 1973 г.
5
Bull. off
., no 67.
УГОЛОВНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ОТДЕЛЬНЫХ ЛИЦ
931
ствам стран — союзниц Бельгии в войне против общего врага» — «любого иностранца,
преследуемого или осужденного за военное преступление властями указанных стран»
1
.
Приводившиеся выше международные документы, которые связывают Бельгию,
в самом общем виде вменяют ей в обязанность исключать ссылку на политический харак-
тер правонарушения. Она не может стать препятствием для экстрадиции лица, совер-
шившего военное преступление или преступление против человечности, какая бы страна
ни требовала его выдачи, и не имеет значения, является или нет эта страна союзницей
Бельгии в войне против общего врага.
Зато Бельгия может отказать в экстрадиции по причинам иным, нежели те, которые
связаны с политическим характером правонарушения. Такая возможность неявным
образом предусмотрена ст. 49, 50, 129, 146 Женевских конвенций, где указывается, что
государство, если оно не преследует лицо, ответственное за «серьезное нарушение», может
его выдать «на условиях, предусмотренных его собственным законодательством». Так,
Бельгия должна, например, отказать в экстрадиции военного преступника, являющегося
гражданином Бельгии (закон от 15 марта 1874 г. об экстрадициях, измененный законом
от 31 декабря 1985 г., ст. 1)
2
, но тогда она должна сама его преследовать на основании
вышеуказанных договоров.
b)
Неприменимость срока давности к военным преступлениям
и преступлениям против человечности
4.396.
Принцип неприменимости срока давности к таким деяниям сформу-
лирован еще в 1945 г. в ст. 2, п. 5, Закона № 10 Контрольного совета союзников
в Германии
3
. Это положение было воспроизведено в ст. IV Конвенции ООН
от 26 ноября 1968 г. о неприменимости срока давности к военным преступлениям
и преступлениям против человечества
4
, а также в ст. 1 Конвенции Совета Европы
от 25 января 1974 г. о неприменимости срока давности к преступлениям против
человечности и военным преступлениям
5
.
Закон № 10 предусматривал, что срок давности не применим только к пре-
ступлениям, совершенным нацистами в определенный период до, а также во вре-
мя Второй мировой войны, но это ограничение не фигурирует в Конвенциях
1968 и 1974 гг.
Все же остается фактом, что согласно ст. IV и ст. 1 этих двух Конвенций, соот-
ветственно, неприменимость срока давности не действует непосредственно в праве
государств-участников, которым надлежит принять соответствующие законода-
тельные меры, чтобы ввести их в действие в своем внутреннем правопорядке.
1
M. B.
, 25 juillet 1946.
2
M. B.
, 7 sept. 1985.
3
«В любом процессе или расследовании по поводу преступления, упомянутого здесь, обвиняемый не может
пользоваться каким-либо правом на срок давности в том, что касается периода между 30 января 1933 г. и 1 июля
1945 г. Невозможны также никакие ссылки на любые ограничения, помилование и амнистию, полученные при
нацистском режиме, чтобы воспрепятствовать процессу или осуждению». Цит. по: Mertens, P.,
L’imprescriptibilité des
crimes de guerre et contre l’humanité
, Ed. de l’Université de Bruxelles, 1974, p. 208.
4
Опубликовано:
RTNU
, 754, p. 73.
5
Опубликовано: Conseil de l’Europe,
Conventions et accords européens
, Strasbourg, 1975, III, 1972–1974, pp. 212 ss.