ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 13.10.2020
Просмотров: 17569
Скачиваний: 11
ПОЧЕМУ ТАК ЧАСТО НАРУШАЕТСЯ ПРАВО ВООРУЖЕННЫХ КОНФЛИКТОВ?
962
Раздел 1.
МАКРОСОЦИОЛОГИЧЕСКИЙ ФЕНОМЕН
5.3.
Как любая человеческая «деятельность», какой бы аномальной они ни была,
нарушения права вооруженных конфликтов порождены историческим развити-
ем и являются результатом той или иной ситуации. В одном случае речь идет
о проблеме противоречия (I), а в другом — о контексте, способствующем вседоз-
воленности (II). Рассмотрим оба аспекта.
I. П
РОДУКТ ИСТОРИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ: ТЕОРИЯ ПРОТИВОРЕЧИЙ
5.4.
Как и сам вооруженный конфликт, нарушения, совершаемые в его рамках,
являются результатом серьезного противоречия между общественными группа-
ми и индивидуумами. Очевидно, можно утверждать, что чем острее это противо-
речие, тем больше опасность нарушения права вооруженных конфликтов. Мы
проиллюстрируем эту мысль несколькими примерами, хотя они касаются, скорее,
не собственно вооруженных конфликтов, а развития ситуации внутренних бес-
порядков и серьезных нарушений прав человека.
5.5.
Представим себе небольшую страну с давними и устойчивыми демокра-
тическими институтами, которая в течение многих десятилетий пожинает плоды
непрерывной экономической экспансии, основанной одновременно на экспор-
те и национальной промышленности, способной заместить импорт, а значит,
имеет положительное сальдо торгового баланса и сильную валюту. Кроме того,
в этой стране существует довольно передовая система социального обеспечения
по сравнению с другими странами континента. Короче, какие-либо серьезные
социальные потрясения в этой стране не происходят, а призрак диктатуры или
репрессий воспринимается как некий экзотический курьез.
И вот в один прекрасный день в результате международной конкуренции объ-
ем экспорта падает на 10 %, а его стоимость — на 20 %. Одновременно ухудшаются
условия товарообмена из-за удорожания сырья и появления за рубежом новых
технологий. Что касается национальной промышленности, она теряет динамизм
из-за сокращения внутреннего рынка, в то время как государственный сектор
должен черпать из золотых и валютных запасов для покрытия своих расходов.
У государства появился внешний долг, а затем оно произвело девальвацию, что
вызвало бегство капиталов за границу или их превращение в финансовые авуары.
Наблюдается рост цен на внутреннем рынке в сочетании со снижением покупа-
тельной способности трудящихся. Значения экономического роста становятся
отрицательными.
Естественно, такая ситуация вызывает общественные волнения, а действия
властей подвергаются резкой критике движениями, сторонники которых нахо-
дятся под обаянием революционных моделей соответствующей эпохи: кубин-
МАКРОСОЦИОЛОГИЧЕСКИЙ ФЕНОМЕН
963
ской революции (1959–1960 гг.), национально-освободительной борьбы (Алжир,
1954–1962 гг.; португальские колонии, 1961–1973 гг. и т. д.), студенческие движе-
ния в ФРГ и Франции (1966–1968 гг.) и т. д.
Этой страной, которую ранее называли «латиноамериканской Швейцарией»
и которая в 1970-х гг. резко перешла от демократического строя к репрессив-
ной диктатуре, игнорирующей самые элементарные права личности, является
Уругвай
1
.
5.6.
Аналогичное объяснение можно дать и в отношении репрессий, которые
происходили в Аргентине начиная с 1976 г. Конечно, к моменту военного перево-
рота 1976 г. в Аргентине уже существовала солидная традиция военных путчей:
с 1943 по 1976 г. их произошло как минимум пять, и не менее 14 лет страна жила
под властью военных хунт
2
. В течение этих лет репрессий не то чтобы не было,
но они носили относительно маргинальный характер. Почему в 1976 г. они вдруг
достигли невероятных размеров?
Как и Уругвай, Аргентина — страна, стартовавшая после Второй мировой
войны в практически блестящих экономических условиях и вдруг оказавшаяся
в 1970-х гг. перед лицом резкого спада экспорта, отрицательного сальдо торго-
вого баланса, постоянного роста дефицита государственного бюджета (так, этот
дефицит увеличился с 0,5 % ВВП в 1969 г. до 10 % в 1974 г.), сокращения внутрен-
него спроса на промышленные товары, застоя в промышленности, инфляции,
достигшей 1 % в день в 1975 г. и, само собой разумеется, непрерывного снижения
реальной заработной платы
3
.
Разве удивительно, что в этих условиях левые движения, такие как ЕРП (троц-
кистское) и «монтонерос» (левые перонисты), испытывавшие влияние революци-
онных идей того времени, видели в применении силы и городской партизанской
войне единственное средство изменить катастрофическую социальную ситуа-
цию? Нечего удивляться и тому, что, стремясь сохранить привилегии местной
олигархии, силы правопорядка сочли, что ультралевые создали «ситуацию неиз-
бежной необходимости», вынуждая Аргентину осуществить свои «прерогативы,
касающиеся самозащиты», и принять «адекватные меры»
4
, то есть осуществлять
политику массового нарушения прав человека.
5.7.
Почти то же самое происходило и в СССР, где шла настоящая классо-
вая борьба между бюрократией и аппаратчиками, находившимися у власти,
и остальным населением. Поскольку классовые противоречия усугублялись эко-
1
Petit De Prego, M., «Etapes d’un processus économique: de l’expansion à la crise» [en Uruguay],
Notes et études
documentaires
(problèmes d’Amérique latine), no 4485–4486, 6 novembre 1978, pp. 107–135; H
EINZ
, W. S. and F
RÜHLING
, H.,
Determinants of gross Human Rights Violations by State and State-sponsored Actors in Brazil, Uruguay, Chili and Argentina,
1960–1990
, Th
e Hague, Nijhoff , 1999, 936 p.
2
Gabetta, C.,
Argentine, le diable dans le soleil
, Paris, Atelier Marcel Jullian, 1979, pp. 15–16.
3
Rouquie, A., «L’Argentine du général Videla. Deux ans de ‘réorganisation nationale’ (1976–1978)»,
Notes et études doc
.,
no 4499–4500, p. 14; Staub,
op. cit
., pp. 210–212.
4
Цит. по:
Le Soir,
20–21 avril 1980, p. 3.
ПОЧЕМУ ТАК ЧАСТО НАРУШАЕТСЯ ПРАВО ВООРУЖЕННЫХ КОНФЛИКТОВ?
964
номическими трудностями режима, появились «инакомыслие», критика режима
и — в ответ на нее — репрессивная политика с неизбежными многочисленными
нарушениями прав личности.
5.8.
В Германии между двумя мировыми войнами наряду с ростом безработи-
цы все большую популярность приобретал нацизм. Е. Стауб пишет:
«К 1932 году, когда нацисты опередили все партии по числу поданных за них голосов, насчи-
тывалось 7,5 миллиона безработных, а 17 миллионов человек, то есть почти треть населения,
жили на пособия» (De Jonge, A.,
The Weimar Chronicle: Prelude to Hitler
, New York, New American
Library, 1978, p. 12)»
1
.
Причем положение здесь характеризовалось тем, что репрессии были направ-
лены не только против традиционных жертв власти, то есть представителей
левых сил, но и против тех, кто мог стать потенциальным союзником нацистов —
капиталистов-евреев.
Как подчеркивалось, в ситуациях такого рода лишения, вызванные экономи-
ческими трудностями, порождают у тех, кто их испытывает, реакцию враждебно-
сти по отношению к другим людям вообще или определенной группе, играющей
роль «козла отпущения». Е. Стауб пишет:
«Хронические трудности жизни также размывают отношения между членами группы. Рвутся
человеческие связи. Люди сосредоточиваются на своих нуждах, конкурируют за обладание мате-
риальными благами и воспринимают других как источник угрозы (…)
Угрозы и разочарования вызывают рост враждебности и желание причинить вред другому.
Эта враждебность, естественно, должна быть нацелена на людей, вызвавших такие проблемы,
но их, как правило, не удается идентифицировать. Часто виноватых не оказывается, так как при-
чины сложны и обезличены. В других случаях лица, ответственные за состояние дел, обладают
слишком большой властью или являются лидерами, с которыми люди себя отождествляют и пото-
му не в состоянии направить враждебность на них. Таким образом, враждебность отклонялась
и устремлялась на замещающие цели. Риск возникновения враждебности больше, если люди рас-
сматривают свои страдания как несправедливые, а именно так чаще всего и происходит, особенно
тогда, когда груз проблем распределяется неравномерно»
2
.
Ф. Штангл (F. Stangl), комендант концентрационного лагеря Треблинка (там
было уничтожено от 900 тысяч до 1 миллиона 200 тысяч евреев), подтверж-
дает существование того, что можно назвать «экономикой» геноцида евреев.
Британская журналистка венгерского происхождения Гитта Серени (Gitta Sereny),
которая интервьюировала Штангла после того, как немецкий суд приговорил его
в 1970 г. к пожизненному тюремному заключению, так описывает эту часть их
беседы:
1
Staub,
op. cit
., p. 92.
2
Ibid
., p. 16.
МАКРОСОЦИОЛОГИЧЕСКИЙ ФЕНОМЕН
965
«— На ваш взгляд, какова была тогда причина этого истребления?
Его ответ (Ф. Штангла) не заставил себя ждать:
— Деньги евреев.
— Вы это серьезно?
Штангл поразился моему недоверию.
— Ну, естественно! Вы и представить себе не можете, о каких суммах идет
речь. На что, по-вашему, мы покупали шведскую сталь?»
1
5.9.
В период с 7 апреля до середины июля 1994 г. руандийские власти, представ-
ленные выходцами из народности хуту, осуществили геноцид
2
, жертвами которого
стали от 500 тысяч до 1 миллиона людей — в основном представители народности
тутси. Причины этого геноцида кроются в бельгийской колонизации и постепен-
ном разрушении существовавших социальных структур. Вначале все три народно-
сти — хуту, тутси и туа — сосуществовали друг с другом в обстановке относитель-
ного социального мира, у каждой из этих народностей были властные структуры,
которые имели доступ к королю, но затем Бельгия стала нарушать это равновесие,
содействуя укреплению власти только одной народности — тутси. Руандийский
социолог Г. Ндоба (G. Ndoba) так описывает сложившуюся ситуацию:
«Я уверен, что Бельгия со своей колониальной политикой несет ответственность за те собы-
тия, которые происходят в нашей стране на протяжении последних 30 лет. Может быть, не всегда
это было преднамеренно, но конкретные действия на местах подтверждают эту мысль. Приведу
один пример. Каждая из трех экономических категорий была представлена в традиционных
иерархических структурах руандийского общества, то есть на два, три, четыре селения прихо-
дились три вождя, один из которых распоряжался землей, другой — пастбищами, а третий был
военным вождем. Этими вождями являлись представители социальных категорий народностей
хуту, тутси и туа, что позволяло каждому члену общины быть представленным в структурах,
обеспечивающих связь населения с королем. Когда началась колонизация, первое, что сделала
Бельгия, было упразднение этой тройной иерархической системы, причем прежде всего пострада-
ли от этого земельные вожди, в большинстве своем выходцы из народности хуту. Колониальные
власти предоставили преимущества вождям, распоряжавшимся пастбищами — большинство
из них принадлежали к народности тутси — и военным вождям, и в первую очередь представи-
телям аристократии тутси. Такой союз между представителями аристократии тутси и колониаль-
ными властями породил чувство неприятия у большинства населения хуту, в частности — у тех,
кто находился внизу социальной лестницы; эти люди оказались отстранены от участия в обще-
ственной жизни, к чему они привыкли благодаря сложившимся традициям»
3
.
Затем в 1959 г., за три года до предоставления Руанде независимости, Бельгия
решает устранить тутси от власти и передать ее хуту. Г. Ндоба пишет по этому
поводу:
1
S
ERENY
, G.,
Au fond des ténèbres Un bourreau parle: Franz Stangl, commandant de Treblinka
, Paris, Denoël, 2007,
p. 247.
2
Об этой драме см.: Braeckman, C.,
Rwanda, histoire d’un génocide
, Paris, Fayard, 1994, 341 p.
3
Chronique de la Ligue belge des droits de l’homme
(Bruxelles), no 46, mai–juin 1994.
ПОЧЕМУ ТАК ЧАСТО НАРУШАЕТСЯ ПРАВО ВООРУЖЕННЫХ КОНФЛИКТОВ?
966
«Происходит смена союзников, причем в их разряд зачисляют представителей элиты хуту,
которые обучались в католических школах. Колониальные власти подготовили этих лиц к тому,
чтобы они заняли политическую сцену будущей независимой Руанды в начале 1960-х гг. Тем вре-
менем представителей народности тутси оттесняют в сторону, а колонизаторы начинают винить
их в страданиях, выпавших на долю народности хуту. Этих людей ждет не только политическая
смерть, но, к сожалению, и физическое уничтожение»
1
.
К противоречиям политического характера добавляются экономические
трудности: после резкого падения цен на кофе рост ВНП снизился с 0,4 %
в 1981–1986 гг., до –5,5 % в 1987–1991 гг. В связи с этим МБРР предлагает пре-
кратить практику государственного планирования, либерализовать торговлю,
провести девальвацию национальной валюты, прекратить выплачивать субси-
дии, а также приватизировать государственные предприятия. Однако эти меры
не дают ожидаемого результата: экспорт кофе не возобновляется, индекс цен уве-
личивается с 4,2 % в 1990 г. до 19,2 % в 1992 г., за период с 1989 по 1992 г. внешний
долг возрастает на 34 %
2
.
В своей книге «Сезон мачете» Жан Хацфельд собрал свидетельства руан-
дийцев, которые участвовали в геноциде тутси. В них четко прослеживается
экономическое измерение тех событий. Высказывания участников этих зверств
воспроизведены в той форме, в какой автор перевел их с киньяруанда. По мнению
Иньяса, участника геноцида,
«земельные наделы удобряла ненависть, потому что эти полоски земли были недостаточно велики
для двух народностей»
3
.
Другой участник геноцида, Фюльжанс, уточняет:
«По правде говоря, нельзя сказать, что хуту так уж ненавидели тутси. Во всяком случае,
не настолько, чтобы извести их под корень. Тут было что-то пострашнее стойкой ненависти, кото-
рая питала соперничество народностей, прямо какое-то колдовство, которое направило нас в эти
болотистые места. Конечно, мы между собой обсуждали нехватку земельных наделов, и правиль-
но делали, потому что плодородных участков оставалось мало. И мы про себя думали: что ж наши
дети должны будут уходить один за другим в поисках земли в сторону Гитарамы или еще дальше,
в Танзанию, или же идти на поклон к тутси в своем собственном селении?»
4
.
Еще один участник геноцида, Альфонс, говорит:
«В сухой сезон каждый маленький хуту слышит от взрослых, что тутси заграбастали слиш-
ком много земли и что нужно от них избавиться, чтобы победить бедность. Потом, если урожай
хорош, эти слова забываются, но подспудно у ребенка запечатлевается это недовольство»
5
(также
см. ниже, п. 5.86).
1
Chronique de la Ligue belge des droits de l’homme
(Bruxelles), no 46, mai–juin 1994.
2
«Ajustement structurel et génocide. Un entretien avec Michel Chossudovsky»,
La Gauche
(Bruxelles), no 16,
14 septembre 1994, p. 13.
3
H
ATZFELD
, J.,
Une saison de machettes
, Paris, Seuil, 2003, p. 263.
4
Ibid
.
5
Ibid
., p. 265; см. также p. 267.