ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 13.10.2020
Просмотров: 17528
Скачиваний: 11
МИКРОСОЦИОЛОГИЧЕСКИЙ ФЕНОМЕН
1017
В. Стратегические алиби
5.75.
Алиби, которые мы квалифицируем как стратегические, это — алиби,
к которым прибегает политическое и военное руководство для того, чтобы
оправдать надеждой на получение выгоды или военного преимущества операции,
нарушающие право вооруженных конфликтов. Эти алиби могут быть разделены
на три подгруппы: разбить неприятеля, сохраняя собственные силы, предупре-
дить и раскрыть замыслы противника, удержать противника от совершения
некоторых действий. Рассмотрим несколько примеров.
1.
Разбить неприятеля, сохраняя собственные силы
5.76.
Разбить неприятеля, максимально сохраняя свой военный потенциал —
таково, естественно, главное кредо любого штаба. К сожалению, это соображение
служит основанием и для тягчайших нарушений права вооруженных конфлик-
тов, даже если они и не всегда рассматривались как таковые (см. выше, п. 2.12).
Так, лица, ответственные за атомные бомбардировки Хиросимы и Нагасаки,
оправдывали эти операции желанием ускорить окончание Второй мировой вой-
ны и добиться капитуляции Японии без тяжелых потерь для союзных сил, кото-
рые повлекло бы завоевание Японии с ведением боев за каждый остров. Трумэн
заявил:
«Я понимаю трагическую значимость атомных бомб. Для нашего правительства было нелег-
ко пойти на их производство и применение. Однако мы знали, что наши враги тоже старались
обзавестись ими. Известно, как близко они подошли к успеху. Мы знаем также, что если бы им
удалось это сделать первыми, для цивилизации это означало бы катастрофу. Именно поэтому
мы сочли своим долгом предпринять длительные, не гарантирующие успеха и дорогостоящие
научно-исследовательские и производственные работы. (…)
Разработав бомбу (…), мы применили ее, чтобы ускорить агонию войны и сохранить жизни
тысяч молодых американцев»
1
.
Черчилля удивляют те, кто считает, что
«вместо того чтобы сбросить бомбу, нам следовало принести в жертву жизни одного миллиона
американцев и 260 тысяч англичан в отчаянной битве за Японию»
2
.
А вот мнение министра обороны США Стимсона (Stimson), одного из отцов
так называемого проекта Манхэттен:
«Применение атомной бомбы унесло жизни 100 тысяч японцев. Это факт, и никакие
объяснения тут не помогут. Я не желаю ничего скрывать или приукрашивать. Однако такое
умышленное и преднамеренное уничтожение было наименее ужасной из доступных нам альтер-
натив. Разрушение Хиросимы и Нагасаки положило конец войне в Японии. Был положен конец
1
Keesing's Contemporary Archives
, 1943–1945, p. 7407.
2
Ibid
., p. 7383.
ПОЧЕМУ ТАК ЧАСТО НАРУШАЕТСЯ ПРАВО ВООРУЖЕННЫХ КОНФЛИКТОВ?
1018
бомбардировкам зажигательными бомбами, а также блокаде, душившей японский народ. Это
окончательно устранило ужасную перспективу схватки двух великих наземных армий. Но эта
последняя значительная операция Второй мировой войны окончательно убедила нас в том, что
война — это смерть»
1
.
Заметим попутно, что, во-первых, Японии следовало, очевидно, наградить
Стимсона за то, что он спас ее от «бомбардировок с использованием зажига-
тельных бомб», «блокады», а также «схватки» ее солдат с союзными силами, и,
во-вторых, что до 6–9 августа 1945 г. Стимсон, конечно, не догадывался о том, что
«война — это смерть».
Д. Ван Кирк (D. Van Kirk), штурман «Энолы Гей» (самолета, с которого была
сброшена атомная бомба на Хиросиму), высказался более цинично: «Одна бом-
ба или тысячи бомб, какая разница?»
2
М. Р. Джеппсон (M. R. Jeppson), который
во время полета участвовал в приведении в боевое состояние атомной бомбы,
предназначенной для Хиросимы, рассказал:
«Было бы сенсацией, если бы мы сбросили первую бомбу на гору Фудзияму, которая в резуль-
тате лишилась бы своей вершины, но когда в наличии всего две бомбы, естественно, нужно
использовать их максимально эффективно»
3
.
И даже сама Япония оправдала использование этого оружия. В деле Шимоды
(см. выше, п. 2.12) японское правительство, которое выступало на суде в качестве
ответчика, высказалось следующим образом:
«…непосредственным результатом атомной бомбардировки Хиросимы и Нагасаки стало
прекращение дальнейшего сопротивления Японии и принятие ею Потсдамской декларации (…).
Следовательно, использование атомных бомб ускорило капитуляцию Японии и предотвратило
потери человеческих жизней со стороны обеих воюющих сторон, которые повлекло бы продол-
жение войны»
4
.
5.77.
Подобные рассуждения исполнены циничного безразличия к жертвам. Это
характерно для вооруженных конфликтов. Так, американский солдат, вернувший-
ся из Вьетнама, рассказывает:
«Некоторые районы регулярно подвергались бомбардировкам и артиллерийским обстрелам,
без оглядки на человеческие жизни, на население. Целые районы обозначались как вьетконгов-
ские. Однако их население состояло в основном из крестьян и рыбаков. Большинство из них
политикой не занимались. Основной их заботой было добывание хлеба насущного. Многие были
убиты, потому что оказались в неподходящем месте в неподходящий момент»
5
.
1
Цит. по: Knebel, F., et Bailey II, W.Ch.,
Hiroshima bombe A
, Paris, A. Fayard, coll. «J’ai lu», 1964, pp. 356–357.
2
Ibid
., p. 362.
3
Ibid
., p. 363.
4
Tokyo District Crt., Dec. 7, 1963,
Jap. Ann. I. L
., 1964, p. 226.
5
Цит. по: Lane,
op. cit
., p. 88.
МИКРОСОЦИОЛОГИЧЕСКИЙ ФЕНОМЕН
1019
5.78.
Вице-премьер афганского правительства Бабрака Кармаля, пришедшего
к власти благодаря СССР, заявил:
«Установление коммунистического режима означает для нас необходимость воевать одно-
временно на десяти фронтах. Поэтому мы принимаем донос в качестве доказательства. К тому же,
если бы старались отличить виновных от невиновных, это заняло бы у нас слишком много
времени»
1
.
5.79.
Израильский резервист, который во время ежегодных сборов охранял
лагерь палестинских пленных в секторе Газа, возмущен способами ведения
допросов пленных, чьи вопли он слышал. Однако он убедился в том, что никого
это особенно не волнует:
«Крики человека, подвергаемого пыткам, взывают к совести. Слышать их крайне неприятно.
Тем не менее из 60 человек только один отказался заступать на пост в отделе дознания. Почти все
остальные быстро со всем смирились. Двух дней оказалось достаточно для того, чтобы привы-
кнуть к виду людей, сидящих за колючей проволокой. Для солдат существование отдела дознания
уже относится к обычному течению жизни или даже к нормальному устройству мира. Редко кто
сам совершает ужасающие, недопустимые действия, но мы все остаемся там, пока они совер-
шаются, как будто мы получили соответствующую подготовку, а сами эти действия абсолютно
естественны»
2
.
5.80.
Эксперимент Милгрэма показал непосредственную связь между безраз-
личием участника опыта к боли, испытываемой жертвами, и его отчужденностью
от них. Чем дальше испытуемый находился от «ученика», тем больше испытуемых
доводило эксперимент до конца. Так, когда испытуемый и «ученик» находились
в разных помещениях, а протестовать последнему разрешалось лишь начиная
с разряда в 300 вольт, да и то только барабаня по стене, 65 % испытуемых дово-
дили напряжение до максимального значения.
Тогда же, когда наставник и «ученик» также находились в разных помещени-
ях, но наставник слышал мольбы «ученика» о прекращении эксперимента, опыт
до конца доводили 62,5 % испытуемых.
Когда наставник и ученик находились в одном помещении на расстоянии
одного или двух метров друг от друга, процент испытуемых, доводящих опыт
до конца, снизился до 40 %. Их число составляло 30 % в случае, если наставнику
приходилось иметь физический контакт с учеником, то есть прикладывать его
руку к контактной пластине, когда тот отказывался сделать это сам…
3
Зато когда наставнику не нужно было самому нажимать кнопку, чтобы под-
вергнуть ученика электрическому разряду, то есть роль его сводилась к проведе-
нию обучающего теста, а электростимулятором манипулировал другой участник,
1
Цит. по:
Le Monde
, 8 mars 1980, p. 5.
2
Shavit, A.,
in L’objecteur
(Bruxelles), janv. — fév. 1993, no 111, p. 17.
3
Milgram,
op. cit
., pp. 51–55.
ПОЧЕМУ ТАК ЧАСТО НАРУШАЕТСЯ ПРАВО ВООРУЖЕННЫХ КОНФЛИКТОВ?
1020
37 из 40 испытуемых, то есть 92,5 % доводили напряжение разрядов до макси-
мальных значений
1
.
Это показывает, что безразличие человека к гнусностям, за которые он несет
частичную ответственность, обусловлены двумя факторами: с одной стороны,
это удаленность данного лица от последствий своих действий и, с другой — опо-
средованность его участия в операции (ср. выше, п. 5.34): штурман «Энолы Гей»
чувствовал себя виновным в бомбардировке Хиросимы не более, чем рабочие,
которые собрали бомбу. Милгрэм совершенно справедливо пишет:
«В психологическом плане легко отрицать свою ответственность, когда ты лишь промежу-
точное звено в цепочке исполнителей процесса разрушения, а конечный акт достаточно удален,
чтобы его игнорировать. Сам Эйхман чувствовал отвращение, когда ему приходилось совершать
поездки по концентрационным лагерям, однако для того, чтобы принять участие в уничтожении
людей, ему было достаточно сесть за свой письменный стол и немного поработать с документами.
В то же время начальник концентрационного лагеря, который сам запускал «циклон Б» в газовые
камеры, мог оправдать свои действия подчинением приказу сверху. Единое действие разбивается
на отдельные части: тот, кто принимает исходное решение, никогда не видит его конечных послед-
ствий, ответственность как бы растворяется. Возможно, это — самая характерная общая черта
организации зла в нашем современном мире»
2
.
Один психиатр писал:
«Все то, что является театром военных действий, фронтом, зоной боев, постепенно становится
абстрактным понятием, равно как и само участие в бою, совершенное тобой убийство противни-
ка. Человек, слуга «военной машины», низведен до такого состояния, что может лишь выполнять
ряд сложных механических действий, приводящих к гибели сотен тысяч реально существующих
неприятельских солдат. И поскольку каждый «участник» боя выполняет лишь свою часть этой
«работы», ответственности не несет больше никто»
3
.
Так, французские ракеты класса «воздух-земля» «Exocet» получили прозвище
«shoot and forget
»
(«выстрели и забудь»): их можно запустить задолго до того, как
будет засечена цель. Эти ракеты нанесли большой урон британским военным
кораблям во время войны за Фолклендские острова.
Это, конечно, не означает, что люди всегда отрицают свою ответственность.
Так, Эйнштейн и Оппенгеймер, которые содействовали созданию атомной бом-
бы
4
, оказались затем среди самых решительных противников ее применения
5
.
1
Milgram,
op. cit
., p. 28.
2
Ibid
., pp. 28–29; Andries, «Rapport …»,
loc. cit
., pp. 19–20.
3
Barrois, Cl.,
op. cit
., p. 64; см. также: pp. 143, 212–213.
4
Teller, E., with Brown, A.,
Th
e Legacy of Hiroshima
, London, Macmillan, 1962, p. 10.
5
См., например: Pais, A.,
Th
e Science and the Life of Albert Einstein
, Oxford Univ. Pr., 1982, pp. 454, 474–475;
Album
Einstein
, Paris, Seuil, 1989, p. 90.
МИКРОСОЦИОЛОГИЧЕСКИЙ ФЕНОМЕН
1021
2.
Получить сведения о противнике
5.81.
Стратегия включает в себя также предупреждение действий противни-
ка и раскрытие его замыслов. Отсюда необходимость добывания сведений, и,
по мнению некоторых, для их получения
все
способы хороши, а это
одна
из целей
(но не единственная…) пыток. Вот как французский военнослужащий описывает
свои первые впечатления от участия в пытках во время войны в Алжире:
«Пытки проводились… Мы это знали. Но применялись они не систематически. И вдруг мы
неожиданно оказываемся в новой ситуации, став их непосредственными участниками.
— Ну и физиономии у вас, — сказал капитан, подойдя к нам в столовой. — Я вас понимаю.
В первый раз всегда трудно это делать.
Но подумайте о результатах. Эта война не продлится
долго
. Одно хорошее усилие, и порядок. Так вот, именно на нас рассчитывают, чтобы сделать это
усилие. К тому же то, что мы будем делать, менее жестоко, чем избиение в войсках, когда деся-
ток озверевших солдат набрасываются на пленного и калечат его, иногда на всю жизнь. Просто
для удовольствия. Стремление к эффективности уступает место бессмысленному насилию.
Нам
нужны сведения
. Мы должны сохранять хладнокровие и прекращать допрос, как только пленный
начинает давать показания. (…)
Чтобы поднять моральный дух, который не всегда на высоте, на собраниях присутствуют два
недавно прибывших офицера. Они изучают полученные результаты (…) и еженедельно делают
детальные отчеты, из которых следует, что сопротивление ФНО с каждым днем ослабевает, а
мы
спасаем много человеческих жизней
. Мы этому верим, мы сами хотим, чтобы нас убедили.
Нас продолжают часто призывать к тому, чтобы мы оставались людьми. Не опускайтесь
до того, чтобы полюбить допросы. Рассматривайте их как необходимость. Если вам нравится
причинять страдания просто для удовольствия, вы будете отстранены от допросов, как старшина
Мюрли.
Я верил в гуманность этих слов, пока не стал понимать их истинный смысл. Дело в том, что
лучшие результаты на допросах получают те, кто не поддается гневу и остается безразличным
к стонам пленных. Они же являются лучшими психологами.
После нескольких месяцев практики я начинаю точно чувствовать момент, когда пленный
сломается, ту долю секунды, когда он больше не может упорствовать в своем молчании. Очень
важно не пропустить это мгновение. Тут я использую все средства, чтобы вырвать признание.
Я наношу удары, применяю электричество, ору, угрожаю смертью с пистолетом в руке. И все это
с одной целью: не дать человеку думать, любой ценой помешать ему снова взять себя в руки»
1
(
курсив автора
).
3.
Предупредить действия противника и удержать его от их совершения
5.82.
Третий тип стратегического алиби, оправдывающего нарушения пра-
ва вооруженных конфликтов, состоит в том, чтобы удержать противника
от совершения тех или иных действий, в частности, от нарушений права
вооруженных конфликтов. Это доктрина репрессалий (см. выше, п. 2.272 и сл.),
1
Цит. по: Vittori,
op. cit
., pp. 56–57; см. также: Aussaresses,
op. cit
., pp. 30–31.