Файл: principy_prava_vooruzhennyh_konfliktov_2011.pdf

Сделать презентацию

Скачать файл (6,08Мб)

Заказать решение

ВУЗ: Не указан

Категория: Не указан

Дисциплина: Не указана

Добавлен: 13.10.2020

Просмотров: 17436

Скачиваний: 11

ВНИМАНИЕ! Если данный файл нарушает Ваши авторские права, то обязательно сообщите нам.

ЧЕМ ОБУСЛОВЛЕНО ПРИМЕНЕНИЕ ПРАВА ВООРУЖЕННЫХ КОНФЛИКТОВ?

121

главенство интересов жертв над холодной логикой волюнтаризма (см. выше,
п. 1.37 и сл., ниже, пп. 1.157, 1.207, 2.275, 2.373, 3.1, in fine);

поскольку право вооруженных конфликтов относится к jus cogens (см. выше,

—

п. 1.34 и сл.), те, кому оно адресуется, не могут изменить сферу его действия
путем заключения какого-либо отдельного соглашения (Венская конвенция
о праве международных договоров, ст. 53, см. выше, п. 1.36).

1.57.

Если два государства не могут по взаимной договоренности отрицать

объективный факт наличия вооруженного конфликта между ними, может ли
это сделать международное сообщество в лице своих самых авторитетных
представителей? Интересен случай Ирака: в результате вторжения сил
США и Великобритании в марте 2003 г. он был оккупирован этими двумя
государствами. Совет Безопасности не санкционировал эту интервенцию,
но просто констатировал оккупацию и, среди прочего, призвал соблюдать
право, применимое к этой ситуации

. Получившие статус «временной коа-

лиционной администрации»

оккупирующие державы 28 июня 2004 г. пере-

дали «ответственность за управление Ираком и соответствующие властные
полномочия» иракскому временному правительству, с созданием которого
«завершится также оккупация Ирака […] и Ирак восстановит свой полный
суверенитет»

Конечно, коалиционные силы, в основном американские и британские,

оставались в Ираке. Их присутствие уже было санкционировано Советом
Безопасности в качестве «многонациональных сил», призванных «содейство-
вать поддержанию безопасности и стабильности» в стране

, но с 28 июня 2004 г.

эти силы уже не приравнивались, как то было ранее

, к оккупационным силам,

поскольку временное правительство Ирака «высказало пожелание о том, чтобы
присутствие многонациональных сил было сохранено»

. Однако завершение

оккупации не означало окончание вооруженного конфликта. В резолюции
1546 содержалась ссылка на письма премьер-министра временного прави-
тельства Ирака и госсекретаря США, в которых оба отмечали продолжение
«военных операций», проводимых совместно иракскими войсками и много-
национальными силами, и что речь шла о «чувствительных наступательных
операциях»

. Госсекретарь США Колин Пауэлл выражался более ясно в своем

письме:

Рез. СБ ООН S/Rés. 1483, 22 мая 2003 г., преамбула, 13-й абзац и п. 5.

Рез. СБ ООН S/Rés. 1511, 16 октября 2003 г., п. 1; постановления, изданные Временной администрацией, см.:

e Occupation of Iraq — Th

e Offi

cial Documents of the coalition Provisional Authority

, Oxford, Hart, 2006, 704 p.

Рез. СБ ООН S/Rés. 1546, 8 июня 2004 г., пп. 1–2.

Рез. СБ ООН S/Rés. 1511, 16 октября 2003 г., п. 13.

Ср.: Рез. СБ ООН S/Rés. 1483, 22 мая 2003 г., преамбула, 13-й абзац и п. 5.

Рез. СБ ООН S/Rés. 1546, 8 июня 2004 г., преамбула, 14-й абзац.; см. также 15-й абзац и пп. 12–15.

Рез. 1546 (2004). Приложение. Тексты писем премьер-министра Временного правительства Ирака д-ра

Айада Аляуи и государственного секретаря Соединенных Штатов Колина Л. Пауэлла на имя Председателя Совета
Безопасности.

СФЕРА ПРИМЕНЕНИЯ

122

«Кроме того, силы, входящие в состав МНС, привержены и всегда будут привержены соблю-

дению своих обязательств, вытекающих из законов и обычаев вооруженных конфликтов, включая

Женевские конвенции»

Иными словами, несмотря на окончание оккупации, объявленное Советом

Безопасности, право вооруженных конфликтов продолжало применяться к стыч-
кам между многонациональными силами и вооруженными группами, а также
между иракскими войсками и этими группами.

В момент продления Советом Безопасности разрешения на пребывание

в Ираке многонациональных сил госсекретарь высказалась в том же смысле, что
и ее предшественник:

«Силы, входящие в состав МНС, сохраняют приверженность соблюдению своих обязательств,

вытекающих из международного права, в том числе права вооруженных конфликтов, равно как

и соблюдению прав, которыми оно их наделяет»

В обоих случаях иракские власти никак не прокомментировали этот момент,

но если столкновения происходят между иракскими регулярными войсками
и повстанческими группами, право вооруженных конфликтов должно приме-
няться, если удастся доказать, что указанные столкновения могут быть прирав-
нены либо к одной из категорий немеждународного вооруженного конфликта,
предусмотренных этим правом (см. ниже, п. 1.63 и сл.), либо к международному
вооруженному конфликту в силу присутствия на иракской территории иностран-
ных сил (см. ниже, п. 1.105 и сл.).

) Продолжительность и интенсивность конфликтов

1.58.

Для юристов МККК любое

вооруженное столкновение

между силами

государств — участников Женевских конвенций 1949 г. (а также, возможно,
и Дополнительного протокола I 1977 г.) подпадает под действие этих соглашений
вне зависимости от масштабов столкновения: пограничный конфликт между
вооруженными силами участников достаточен для того, чтобы повлечь приме-
нение Конвенций (и Дополнительного протокола I, если государства являются
его участниками) к этой ситуации. Ст. 2, ч. 1, общая для всех четырех Женевских
конвенций, гласит, что каждая из этих Конвенций

«будет применяться в случае объявленной войны или всякого другого вооруженного конфликта,

возникающего между двумя или несколькими Высокими Договаривающимися Сторонами, даже

в том случае, если одна из них не признает состояния войны».

По этому пункту юристы МККК делают следующие уточнения:

Письмо от 5 июня 2004 г., приложение к Рез. 1546 (2004).

Письмо от 17 ноября 2006 г., приложение к Рез. 1723 (2006).

ЧЕМ ОБУСЛОВЛЕНО ПРИМЕНЕНИЕ ПРАВА ВООРУЖЕННЫХ КОНФЛИКТОВ?

123

«Любой спор, возникающий между двумя государствами и вызывающий введение в действие

вооруженных сил, является вооруженным конфликтом по смыслу ст. 2, даже если одна из сторон

оспаривает наличие состояния войны. Ни длительность конфликта, ни степень разрушительно-

сти не играют никакой роли. Уважение к человеческой личности не измеряется числом жертв»

Достаточно и одного раненого

, одного потерпевшего кораблекрушение

или

пленного

В крайнем случае Конвенции применяются, даже если конфликт не являет-

ся «вооруженным» stricto sensu: например, силы одного государства занимают
территорию другого государства без единого выстрела (этот случай специально
предусмотрен в общей ст. 2, ч. 2), не встретив сопротивления

, как при оккупации

Германией Чехословакии в 1939 г. и Дании в 1940 г., когда эти страны не пред-
приняли никаких попыток обороны ввиду неравенства противостоящих сил

;

или, наконец, такой случай: одно государство объявляет себя в состоянии войны
с другим государством, интернирует подданных последнего, но никаких боев
не происходит

«Боев даже может и не быть: достаточно задержания лиц, которых касается Конвенция. Число

лиц, взятых в плен в подобных условиях, естественно, тоже никакой роли не играет»

По заключению одной из Камер МТБЮ, если «лица «оказываются во власти»

другой стороны, имеющей иное гражданство, […] конфликт носит международ-
ный характер»

. Это замечание, по-видимому, было проигнорировано Камерой

первой инстанции МУТР в отношении убийства 10 бельгийцев, сотрудников
МООНПР, которое произошло в военном лагере в Кигали 7 апреля 1994 г., когда
геноцид тутси только начинался. По мнению Камеры, убийство было соверше-
но в рамках немеждународного вооруженного конфликта

, хотя не вызывает

сомнения, что это преступление было совершено в ходе столкновения, носящего
международный характер, потому что в нем участвовали ВСР и МООНПР (даже
если бельгийские сотрудники МООНПР не могли обороняться и даже если это
столкновение длилось совсем недолго — всего несколько часов).

Является ли фактом, образующим международный вооруженный конфликт

между Ираном и Великобританией, событие 23 марта 2007 г., когда Иран аре-
стовал 15 британских военных моряков и два плавсредства Британских военно-

Conventions, сommentaire,

op. cit

., I, p. 34; 1959, II, p. 28; III, 1958, p. 29; 1956, IV, p. 26; в том же смысле см.: Schindler, D.,

«Th

e Diff erent Types of Armed Confl icts according to the Geneva Conventions»,

RCADI

, 1979, II, T. 163, p. 131.

Conventions, сommentaire

, I, p. 34.

Ibid

., II, p. 28.

См., например, вмешательство МККК в пользу южноафриканского солдата, взятого в плен на юге Анголы, и анголь-

ского летчика, взятого в плен войсками ЮАР в Намибии, CICR,

Rapport d’activité

, 1988, p. 17;

ibid

, 1989, pp. 13 et 16.

Ср.: Mc Bride, S.,

in Droit humanitaire et confl its armés

, Ed. Univ. de Bruxelles, 1976, p. 104.

Schindler,

loc. cit

., p. 132;

Procès de Nuremberg

op. cit

., pp. 205–208, 359–361.

Greenwood, C., «Th

e Concept of War in Modern International Law»,

ICLQ

, 1987, p. 295.

Conventions, сommentaire

, III, p. 29.

Aff . IT-96-21-T,

Delalic et al

., 16 nov. 1998, § 245.

TPIR, aff . ICTR-98-41-T,

Bagosora et al

., 18 Dec. 2008, §§ 2233, 2239–2240.

СФЕРА ПРИМЕНЕНИЯ

124

морских сил, на борту которых они находились, в момент досмотра ими груза
торгового судна? В данном случае британские моряки утверждали, что находятся
в территориальных водах Ирака, а Иран настаивал, что все происходило в иран-
ских территориальных водах. Иран освободил их 5 апреля 2007 г. в результате
дипломатических переговоров

. Хотя Великобритания и предпочла воздержаться

от любых заявлений, которые могли еще больше усугубить ситуацию, и осмотри-
тельно не употребляла выражение «акт войны», ясно, что такая квалификация,
по-видимому, была бы адекватной: британские плавсредства принадлежали фре-
гату военно-морского флота; независимо от того, находились они или не нахо-
дились в иранских территориальных водах, моряки пользовались иммунитетом
и неприкосновенностью как члены экипажа иностранного военного корабля
(Конвенция Монтего Бей о морском праве, ст. 29–32): игнорирование этой защи-
ты, которой пользовались британские плавсредства, не совершавшие в тот
момент никаких актов агрессии против Ирана, представляло собой незаконное
применение силы Ираном против Великобритании (ср. определение агрессии,
ст. 3, d), а следовательно, факт, образующий международный вооруженный кон-
фликт, пусть даже очень короткий.

1.59

. При этом любое столкновение между военнослужащими из состава воору-

женных сил, принадлежащих разным странам, не обязательно является между-
народным вооруженным конфликтом, иначе в качестве такового пришлось бы
рассматривать любую драку в кафе между подвыпившими военными различных
государств! Основанное на здравом смысле толкование понятия вооруженно-
го конфликта предполагает, что столкновение — каким бы ограниченным оно
ни было — отражает военное противостояние по крайней мере двух крупных
субъектов международного права (государство против государства и/или между-
народной организации), а не нескольких перевозбужденных крикунов…

Даже столкновения «официального» характера в виде постановки морских

мин не рассматривались однозначно как ситуация международного вооруженно-
го конфликта. Так, в деле о проливе Корфу Международный суд счел, что отказ
Албании предоставить информацию о минах, поставленных в албанской части
пролива, нарушает ряд международных норм, но не VIII Гаагскую конвенцию,
которая

применяется только в военное время

. По заключению Суда, обязанности

Албании

«основывались не на VIII Гаагской конвенции 1907 г., которая применяется в военное время,

а на некоторых общих и широко признанных принципах, таких как элементарные соображения

гуманности, являющиеся еще более абсолютными в мирное время, чем во время войны […]»

Международный суд придерживался аналогичной аргументации в деле

«Никарагуа против США»

См. международную прессу за тот период.

CIJ, Rec. 1949

, p. 22.

Activités militaires et paramilitaires (действия военного и полувоенного характера в Никарагуа и против нее), CIJ,

Rec. 1986

, p. 112, § 215.

ЧЕМ ОБУСЛОВЛЕНО ПРИМЕНЕНИЕ ПРАВА ВООРУЖЕННЫХ КОНФЛИКТОВ?

125

1.60.

А как же быть с международным терроризмом? Может ли он послужить

триггером для развязывания международного вооруженного конфликта? После
террористических актов, совершенных 11 сентября 2001 г. в США, когда атаке,
с использованием гражданских самолетов, подверглись башни Всемирного тор-
гового центра в Нью-Йорке и здания Пентагона в Вашингтоне

, 13 ноября 2001 г.

президентом США была принята директива о военных комиссиях, в которой
недвусмысленно указывалось:

«Международные террористы, в том числе члены «Аль-Каиды», совершили нападения

на военные и дипломатические персонал и объекты США за границей и на граждан и имущество

на территории США в масштабах, создающих состояние вооруженного конфликта, который тре-

бует использования вооруженных сил США»

Данная позиция подверглась серьезной критике в доктрине

, но все же

кажется небезосновательной, учитывая серьезность соответствующих фактов.
Эта беспрецедентная для «террористических» актов серьезность позволяла
утверждать, что имеет место вооруженный конфликт, независимо от ответа
на вопрос о его международном или немеждународном характере. Что бы там
ни писали на эту тему

, количественный скачок (в масштабах ужаса) перешел

в скачок качественный в том, что касается природы фактов: террористический
акт стал актом войны. Эта квалификация допустима с юридической точки
зрения, и, учитывая обстоятельства дела, в ней не было ничего иррациональ-
ного, поскольку ни в одном документе никогда не определялись критерии акта
войны.

Такая квалификация конфликта была тем более оправданна, что за «Аль-

Каидой» угадывалось другое образование — государство Афганистан. Это под-
водит нас к тому, чтобы перейти от рассмотрения характера военных действий
(фактическое столкновение вооруженных сил независимо от его продолжи-
тельности и интенсивности) к рассмотрению второго критерия, позволяющего
утверждать, что речь идет о международном вооруженном конфликте. Это сами
участники (см. ниже).

с)

Действующие акторы

1.61.

Международный вооруженный конфликт, на который распространяется

действие МГП, характеризуется тем, что его участниками являются государства
или международные организации.

Можно задаться вопросом: как качество субъекта публичного права участни-

ков вооруженного конфликта может отразиться на квалификации конфликта?

Все документы см.:

e 9/11 Commission: Proceeding and Analysis

, ed. by J. Holbain, Oxford Univ. Pr., 2005, 4 vol.

Military Order of Nov. 13, 2001, sect. 1 (a),

in ILM