ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 13.10.2020
Просмотров: 17337
Скачиваний: 11
ЧЕМ ОБУСЛОВЛЕНО ПРИМЕНЕНИЕ ПРАВА ВООРУЖЕННЫХ КОНФЛИКТОВ?
181
ответственность за свои действия, как это предусмотрено не только Конвенцией,
но и правом вооруженных конфликтов (см. выше, п. 1.15).
1.132а
. В Бюллетене Генерального секретаря ООН «Соблюдение междуна-
родного гуманитарного права силами ООН» также содержится попытка при-
знать — скорее явным образом, чем неявным — что конфликт между ООН
и государством или организованной вооруженной группой приравнивается
к международному вооруженному конфликту, поскольку в ст. 8 Бюллетеня
говорится, что «лица, прекратившие участвовать в военных действиях в связи
с заключением под стражу», имеют право на обращение, которое «не наносит
ущерба их правовому статусу […], как это предусмотрено соответствующими
положениями [ЖК III], которые применяются к ним mutatis mutandis: говорить,
что ЖК III применяется к лицам, удерживаемым силами ООН, даже если это
и не определяет их статус, означает признать международный характер кон-
фликта между силами ООН и стороной, к которой относятся удерживаемые
лица. По этому поводу Д. Шрага пишет:
«участие миротворцев в международном вооруженном конфликте стирает различие между
международным и внутренним вооруженным конфликтом, если не «интернационализирует»
конфликт в целом»
1
.
1.133.
Интересно отметить, что как в случае Югославии, так и в случае Сомали
Совет Безопасности ссылался на главу VII Устава
2
. В некотором смысле эта прак-
тика опровергает a posteriori толкование, которое Международный суд дал стату-
су сил по поддержанию мира в заключении по делу о расходах, заявив, что
«операции чрезвычайных сил ООН и сил ООН в Конго не являются принудительными акциями,
вписывающимися в рамки главы VII Устава»
3
.
Это заключение было вынесено 20 июля 1962 г., и, конечно, Международный
суд не мог себе представить, что всего через несколько месяцев силы ООН в Конго
начнут настоящие военные операции против войск Катанги (28 декабря 1962 г.).
1.134.
В заключение скажем, что одного только присутствия сил ООН по под-
держанию мира на территории государства, раздираемого немеждународным
вооруженным конфликтом, естественно, недостаточно для интернационализа-
ции этого конфликта. Так, по мнению Института международного права,
1
Shraga, D., «Th
e applicability of international humanitarian law to peace operations, from rejection to acceptance»,
in International Humanitarian Law, Human Rights and Peace Operations
, ed. by G. Luca Beruto, 31
st
Round Table, San Remo,
Int. Inst. of Hum. Law and ICRC, 2008, p. 94.
2
Резолюции Совета Безопасности S/Rés.: 824, 6 мая 1993 г., преамбула, последняя часть; 836, 3 июня 1993 г., пре-
амбула, последняя часть; 844, 18 июня 1993 г., преамбула, последняя часть; 794, 3 декабря 1992 г., п. 10; 814 B, 26 марта
1993 г., преамбула, последняя часть; 837, 6 июня 1993 г., преамбула, последняя часть.
3
CIJ, Rec. 1962
, p. 166.
СФЕРА ПРИМЕНЕНИЯ
182
«выражение «вооруженные конфликты», в которых участвуют негосударственные образования,
[охватывает и] внутренние вооруженные конфликты, в рамках которых проводятся операции
по поддержанию мира»
1
.
Как и в случае классического межгосударственного конфликта (см. выше,
п. 1.95), говорить о международном вооруженном конфликте позволительно,
только если имеет место столкновение между силами ООН и одной из сторон
в конфликте. К тому же следует отметить, что, если это столкновение порождает
международный вооруженный конфликт между ООН и противной стороной,
само по себе это столкновение не означает интернационализации
всего
конфлик-
та, особенно если речь идет о единичном событии.
Только в том случае, если данные столкновения приобретают повторяющийся
характер и достигают определенного масштаба, можно считать, как и в случае
массированной интервенции третьего государства, что интернационализирует-
ся весь внутренний конфликт (см. выше, п. 1.123). И каждый раз вывод должен
делаться только для данного конкретного конфликта.
5.
Конфликт является национально-освободительной войной
1.135.
Национально-освободительные войны составляют категорию воору-
женных конфликтов, впервые появившуюся в международном праве 20 декаб-
ря 1965 г., когда Генеральная Ассамблея ООН в своей резолюции 2105 (XX)
заявила, что
«признает законность борьбы, которую ведут народы, находящиеся под колониальным господ-
ством, за осуществление своего права на самоопределение и независимость…».
Мы не будем анализировать здесь юридические последствия признания (про-
веденного в основном социалистическими странами и государствами третьего
мира, притом что западные державы выступали против) законности этой борь-
бы в плане jus ad bellum, так как нас занимает исключительно jus in bello, для
которого безразлична легитимность целей, преследуемых воюющими сторонами
(см. ниже, п. 3.1).
1.136.
Напротив, непосредственно касается jus in bello тот факт, что через
три года Генеральная Ассамблея ООН начала требовать применения — полно-
го или частичного, в зависимости от случаев, — Женевских конвенций 1949 г.
к национально-освободительным войнам, которые велись
в Южной Родезии (A/Rés. 2383 (XXIII), 7 ноября 1968 г.; III Женевская
—
конвенция; 2508 (XXIV), 21 ноября 1969 г.: III и IV Женевские конвенции;
2547A (XXIV), 11 декабря 1969 г.: «соответствующие Женевские конвен-
ции», и т. д.);
1
Session de Berlin, 25 août 1999, résolution sur l’application du droit international humanitaire et des droits
fondamentaux de l’homme dans les confl its armés auxquels prennent part des entités non étatiuqes, art. I.
ЧЕМ ОБУСЛОВЛЕНО ПРИМЕНЕНИЕ ПРАВА ВООРУЖЕННЫХ КОНФЛИКТОВ?
183
на территориях, управляемых Португалией (A/Rés. 2395 (XXIII), 29 ноября 1968 г.:
—
III Женевская конвенция; 2547A (XXIV), 11 декабря 1969 г.: III и IV Женевские
конвенции; 2707 (XXV), 14 декабря 1970 г.:
idem
и Протокол 1925 г.; и т. д.);
в Южной Африке (A/Rés. 2396 (XXIII), 2 декабря 1968 г.; 2547A (XXIV), 11 дека-
—
бря 1969 г.: III Женевская конвенция; и т. д.);
в Намибии (A/Rés. 2547A (XXIV), 11 декабря 1969 г.; 2678 (XXV), 9 декабря
—
1970 г.: III и IV Женевские конвенции; и т. д.).
От признания применимости Женевских конвенций 1949 г. к национально-
освободительным войнам до признания того, что эти войны являются междуна-
родными вооруженными конфликтами — всего один шаг. Этот шаг был сделан
сначала Генеральной Ассамблеей ООН в резолюции 3103 (XXVIII) от 12 декабря
1973 г. (83 — за, 13 — против, 19 — воздержались), а затем в 1974 г. Вторым коми-
тетом на Дипломатической конференции по вопросу о подтверждении и разви-
тии международного гуманитарного права, применяемого в период вооруженных
конфликтов (70 — за, 21 — против и 13 — воздержались), и, наконец, в 1977 г.
той же Дипломатической конференцией на пленарном заседании при 87 голо-
сах — за, 1 — против и 11 воздержавшихся
1
.
1.137.
Эта норма, особенно в первое время, вовсе не воспринималась единодушно,
а являлась предметом классического противостояния между социалистическими страна-
ми и странами третьего мира, с одной стороны, и западными державами — с другой. Мы
не будем вдаваться в детали этого разногласия и просто напомним, что западные страны
критиковали эту норму за то, что она:
превращает внутренние по своей сути конфликты в международные воору-
—
женные конфликты;
возлагает слишком трудные юридические обязательства на национально-
—
освободительные движения, учитывая их реальные возможности и используе-
мые ими методы борьбы;
вводит теорию справедливой войны в jus in bello, тогда как последнее индиф-
—
ферентно к законности преследуемых целей;
применима к чисто переходному и временному явлению.
—
Мы не будем анализировать эти аргументы, которые не были убедительными, посколь-
ку сторонники нормы без труда их опровергли
2
. Во всяком случае подобные аргументы
не смогли остановить «ход истории», и сегодня эта норма является составной частью
международного права. К тому же целый ряд государств, занявших первоначально нега-
тивную позицию в ее отношении, впоследствии признал эту норму, о чем свидетельствует
значительное уменьшение между 1974 и 1977 г. числа голосов, поданных против, и воз-
державшихся.
1
CDDH,
Actes VIII
, p. 113; VI, p. 41.
2
По поводу этих аргументов см.: Salmon, J., «Les guerres de libération nationale»,
in Th
e New Humanitarian Law of
Armed Confl ict
, ed. by A. Cassese, Napoli, Ed. Scientifi ca, 1979, pp. 69–82.
СФЕРА ПРИМЕНЕНИЯ
184
1.138.
В связи с применением данной нормы возникают два вопроса:
Какие войны подпадают под действие этой нормы? (а)
—
Какие государства и национально-освободительные движения связаны этой
—
нормой? (b)
а)
Национально-освободительные войны, рассматриваемые
в резолюции 3103 (XXVIII) и ст. 1, п. 4, Дополнительного протокола I
1.139.
Национально-освободительные войны, подпадающие под действие
вышеуказанных положений, — это войны, которые народы ведут против:
колониального господства;
—
иностранной оккупации;
—
расистских режимов.
—
По этому поводу возникают и два дополнительных вопроса:
Какие народы борются против колониального господства, иностранной окку-
—
пации и расистских режимов? (1)
Когда имеет место «борьба», а когда — «вооруженный конфликт»? (2)
—
1) Народы, борющиеся против колониального господства,
иностранной оккупации и расистских режимов
1.140.
В той мере, в какой ст. 1, п. 4, Дополнительного протокола I определяет
как международные вооруженные конфликты национально-освободительную
борьбу, ведущуюся «в осуществление своего [народов] права на самоопределе-
ние, закрепленного в Уставе Организации Объединенных Наций и Декларации
о принципах международного права, касающихся дружественных отношений
и сотрудничества между государствами в соответствии с Уставом Организации
Объединенных Наций», это положение указывает, что именно в праве
Организация Объединенных Наций должна искать определение борьбы и наро-
дов, которые ее ведут. Проведем такие изыскания для трех категорий народов,
которых касается резолюция 3103 (XXVIII) и ст. 1, п. 4, Дополнительного про-
токола I.
i)
Народы, борющиеся против колониального господства
1.141.
Это народы подопечных и несамоуправляющихся территорий. Их пра-
во на самоопределение признано Организацией Объединенных Наций согласно
ст. 73 и 76 Устава Организации Объединенных Наций в сочетании с резолюци-
ей 1514 (XV), принятой Генеральной Ассамблеей ООН 14 декабря 1960 г.
Однако если народы подопечных территорий четко определены в ст. 74 Устава
(территории, продолжавшие находиться под мандатом в 1945 г., территории,
ЧЕМ ОБУСЛОВЛЕНО ПРИМЕНЕНИЕ ПРАВА ВООРУЖЕННЫХ КОНФЛИКТОВ?
185
отделенные от государств-противников в результате Второй мировой войны,
территории, добровольно принявшие режим опеки), дело обстоит иначе с неавто-
номными территориями, определение которых исходит из практики Генеральной
Ассамблеи ООН. Эта практика показывает, что считаются неавтономными
(несамоуправляющимися) территории, которые отвечают определенным мате-
риальным критериям, приведенным в принятой Генеральной Ассамблеей ООН
15 декабря 1960 г. резолюции 1541 (XV) о «Принципах, которыми государства —
члены Организации должны руководствоваться при разрешении вопроса о том,
обязаны ли они передавать информацию, предусмотренную в ст. 73 Устава». Эти
критерии в основном состоят в существовании «территорий, которые геогра-
фически расположены отдельно и отличаются в этническом и/или культурном
отношениях от управляющей ими страны» (принцип IV), а также в существова-
нии ситуации, когда данные территории поставлены «произвольно… в положе-
ние или статус подчинения» (принцип V).
Конкретно неавтономные территории занесены в список, составленный еще
в 1946 г. Генеральным секретарем Организации Объединенных Наций на основе
ответов,
добровольно
данных государствами — членами ООН на вопрос, к каким
территориям применяется ст. 73 (ср. A/Rés. 144 (II) от 3 ноября 1947 г.). Впоследствии,
исходя из критериев общего характера, определенных в резолюции 1541 (XV),
Генеральная Ассамблея на основании общих критериев, сформулированных в резо-
люции 1541 (XV),
автоматически
добавила к списку неавтономных территорий
другие территории, такие как португальские (A/Rés. 1542 (XV), 15 декабря 1960 г.),
и испанские (
ibid
.) колонии, а также Южную Родезию (A/Rés. 1747 (XVI), 28 июня
1962 г.) и Новую Каледонию (A/Rés. 41/41 A, 2 декабря 1986 г.)
1
.
Таким образом, народы, населяющие эти территории, рассматриваются как
народы колоний, и, когда они прибегают к вооруженной борьбе, чтобы поло-
жить конец колониальному правлению, эта борьба является национально-
освободительной войной, подпадающей под действие резолюции 3103 (XXVIII)
и ст. 1, п. 4, Дополнительного протокола I.
1.142.
Среди территорий, фигурировавших в списке в 1992 г.
2
, отметим, в частности,
Западную Сахару и Тимор. Однако если на обеих этих территориях и имела место освобо-
дительная борьба, зачисление этих территорий в категорию неавтономных все же несло
в себе некую двусмысленность, поскольку колониальные державы, управляющие этими
территориями, то есть Испания и Португалия, никаких властных функций там больше
не осуществляли. Тем не менее Генеральная Ассамблея ООН продолжала считать эти тер-
ритории «неавтономными», а это означало, что Генеральная Ассамблея все еще считала
данные территории колониями либо Испании и Португалии, либо Марокко и Индонезии!
Ни одно из этих решений, очевидно, не может быть признано удовлетворительным, так
как оба противоречат действительности, которая состоит в том, что Испания и Португалия
более не управляют этими территориями, а Марокко и Индонезия не были колониальными
1
См.:
Renseignements relatifs aux territoires non autonomes communiqués en vertu de l’al. e de l’art. 73 de la Charte de
Nations Unies, Rapport du Secrétaire Général, Doc. ONU., A/43/658
, 29 septembre 1988.
2
См.:
id., ibid., Doc. ONU, A/47/473
, 30 sept. 1992.