ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 13.10.2020
Просмотров: 17301
Скачиваний: 11
СФЕРА ПРИМЕНЕНИЯ
216
обвиняемый участвовал в этих преступлениях, занимая ответственный пост
—
в ополчении «интерахамве»;
жертвы являлись покровительствуемыми лицами по смыслу ст. 3, общей,
—
и Дополнительного протокола II;
помимо огнестрельного оружия использовалось и примитивное оружие
—
(мачете, дубинки…)
1
.
1.179.
В связи с боснийским конфликтом были также вынесены следующие
заключения:
факт участия в управлении боснийским лагерем, где были совершены пре-
—
ступления, в которых обвиняются подсудимые, считается связанным с воору-
женным конфликтом
2
;
участие солдата срочной службы в выселении и арестах мусульман является
—
фактом, связанным с вооруженным конфликтом
3
;
деяния, совершенные в результате боев и ситуации, созданной последними,
—
связаны с вооруженным конфликтом
4
.
1.180.
В общем плане отметим, что источники по МГП не уточняют условия,
которым должно удовлетворять деяние, чтобы рассматриваться как связанное
с вооруженным конфликтом. То есть международные судебные органы свободны
в толковании этой связи на основании избранных ими критериев, лишь бы это
толкование не противоречило здравому смыслу. По-видимому, важнейшим кри-
терием следует считать участие в военных действиях вместе с одной из сторон
против другой стороны (рассматриваемой sensu lato), а принадлежность испол-
нителя к вооруженным силам имеет в этом смысле скорее вторичное значение.
Е. Заключение
1.181.
Как мы видели, сфера применения ratione materiae права вооружен-
ных конфликтов меняется в зависимости от характера — международного или
внутреннего — конфликта, а высота порога применения этого права обратно
пропорциональна степени интернационализации конфликта: чем «междуна-
роднее» конфликт (случай классической межгосударственной войны), тем ниже
уровень интенсивности военных действий, влекущий за собой применение права
вооруженных конфликтов (достаточно и пограничного инцидента). И наоборот:
чем менее конфликт интернационален, тем выше должен быть уровень интенсив-
ности военных действий для того, чтобы право вооруженных конфликтов при-
1
TPIR, aff . ICTR-96-3-A,
Rutaganda
, 26 mai 2003, §§ 576–580.
2
Id
., Chbre. II, aff . IT-96-21-T,
Celebici
, 16 nov. 1998, § 196–198.
3
Id
. aff . 95-17/1-T,
Furundzija
, 10 déc. 1998, § 65.
4
Id
., aff . IT-96-23 et 23/1-T,
Kunarac et al
., 22 févr. 2001, § 568.
ЧЕМ ОБУСЛОВЛЕНО ПРИМЕНЕНИЕ ПРАВА ВООРУЖЕННЫХ КОНФЛИКТОВ?
217
менялось хотя бы частично (наличие коллективных столкновений между органи-
зованными вооруженными группами — для общей ст. 3;
idem
и продолжительные
военные действия для ст. 8, п. 2, f, Статута МУС,
idem
и контроль территории —
для Дополнительного протокола II)
1
.
1.182.
Эта ситуация порождает парадоксы. Например, как мы могли констати-
ровать, в случае международного вооруженного конфликта индивидуумы лучше
защищены в юридическом плане общей ст. 3, чем во время внутренних беспоряд-
ков или внутренней напряженности, если соответствующее государство решает
приостановить действие прав и свобод, предусмотренных документом по защите
прав личности, применимым в данном конкретном случае. В рамках подобной
ситуации эти лица действительно пользовались бы только отдельными неотъем-
лемыми правами (см. выше, п. 1.172). Однако абсурдно, что государство может
приостановить
некоторые
гарантии из-за серьезных беспорядков, происходящих
на его территории, но должно эти гарантии поддерживать (мы имеем в виду
право на справедливое судебное разбирательство), когда степень интенсивности
беспорядков достигает уровня вооруженного конфликта! Однако именно к тако-
му результату приводят особые и
автономные
условия применения общей ст. 3,
с одной стороны, и документов, защищающих права личности, — с другой.
Однако в ситуации, в которой комбинированно применяются ст. 3, общая,
и не допускающие отступлений нормы какого-либо документа по защите прав
личности, неприменимость отдельных положений второго, которые присутству-
ют в первой (например, право на справедливое судебное разбирательство), есте-
ственно, не препятствует применению общей ст. 3
2
.
Аналогичным образом если простого пограничного инцидента достаточно
для того, чтобы повлечь за собой применение права вооруженных конфликтов
в полном объеме, гражданская война, в которой погибают сотни тысяч людей,
подпадает под действие всего лишь нескольких элементарных положений — это
абсурд. Так, в случае немеждународного вооруженного конфликта, подпадающе-
го только под действие общей ст. 3, ни одна норма гаагского права в принципе
не должна применяться
3
. Значит ли это, что воюющие стороны вообще полно-
стью свободны в своих действиях и могут, например, применять газы или совер-
шать нападения на некомбатантов?
Подобный вывод, сделанный на основе того, что в текстах ничего не говорится
по этому вопросу, был бы абсурден и, следовательно, не подлежит рассмотрению,
ибо любое толкование, приводящее к явно абсурдным и неразумным результа-
там, должно быть отброшено
4
. Существуют и другие аргументы в пользу при-
1
Ср.: Bothe, M., «Confl its armés internes et droit international humanitaire»,
RGDIP
, 1978, p. 89.
2
Comm. Interaméric. dr. h.,
Abella case
, 18 Nov. 1997, § 165.
3
Mallein,
op. cit
., p. 259;
Protocoles, сommentaire
, p. 1349, § 4365.
4
Vattel,
Le droit des gens ou principes de la loi naturelle
, texte de 1758, L. II, Ch. XVII, § 282;
Service postal polonais à
Dantzig
, CPJI, avis cons. du 16 mai 1925
Série B, no 11
, p. 39;
Emprunts norvégiens
, CIJ, op. dissid. Read,
Rec 1957
, pp. 94–95;
Compétence du Conseil de l’OACI
, CIJ, op. individ. de Castro,
Rec. 1972
, p. 136; неявным образом — Венская конвенция
о праве международных договоров, ст. 32.
СФЕРА ПРИМЕНЕНИЯ
218
нятия минимального стандартного набора гуманитарных норм, применяемых
к ведению военных действий в рамках немеждународного вооруженного кон-
фликта (см. ниже, п. 1.215 и сл.).
1.183.
Во всяком случае, если оспаривается то, что совершенные во время
немеждународного вооруженного конфликта серьезные нарушения гаагского
права, подобные указанным в общей ст. 3, подпадают под действие права воору-
женных конфликтов, все же остается возможность утверждать, что данные нару-
шения являются преступлениями против человечности как «бесчеловечные дей-
ствия, совершаемые против любого гражданского населения» по смыслу ст. 6, с,
Устава Нюрнбергского трибунала, в соответствии с эволюцией этого определения
состава преступления
1
.
Это показывает, что если в праве вообще необходимы точность и строгость,
то в сфере права вооруженных конфликтов «технические» соображения иногда
менее важны, чем великодушие, сострадание и здравый смысл. Здесь нужно мень-
ше формализма и больше души
2
, и необходимо признать существование прин-
ципов гуманности настолько минимальных, что они необязательно должны быть
писаными, для того чтобы их знали и применяли в любое время и в любом месте
3
.
В деле Круппа американский военный трибунал в Нюрнберге заявил, что
«действия, запрещенные законами и обычаями войны, не могут стать разрешенными в результате
сложных юридических построений»
4
.
*
* *
III. К КОМУ ПРИМЕНЯЕТСЯ ПРАВО ВООРУЖЕННЫХ КОНФЛИКТОВ?
(Сфера применения ratione personae)
1.184.
Право вооруженных конфликтов может применяться ко всем субъек-
там международного права:
государствам (А);
—
международным организациям (В);
—
национально-освободительным движениям и другим полугосударственным
—
общностям (С);
1
Ср.: David, E., «L’actualité juridique …»,
loc. cit
., pp. 126 ss.
2
Veuthey,
op. cit
., p. 10.
3
Ср.: David, E., «L’actualité juridique …»,
loc. cit.
, pp. 170–171.
4
30 June 1948,
A. D.
, 1948, 625.
К КОМУ ПРИМЕНЯЕТСЯ ПРАВО ВООРУЖЕННЫХ КОНФЛИКТОВ?
219
противоборствующим сторонам в немеждународном вооруженном кон ф-
—
ликте (D);
индивидуумам (E).
—
А. Государства
1.185.
Будучи отраслью международного права, право вооруженных кон-
фликтов связывает первичных субъектов международного права, каковыми явля-
ются государства. Однако все они не в одинаковой степени связаны этим правом
из-за большой изменчивости объема и значения ратификаций и присоединений
к договорам.
1.186.
Почти все члены международного сообщества являются участниками
Женевских конвенций 1949 г., что делает их одними из самых ратифицированных
соглашений в мире наравне с Конвенцией о правах ребенка (193 государства-
участника). Единственное исключение — Ниуэ (2300 жителей), но без ущерба для
международного обычного права (см. выше, пп. 27 и 29)
1
.
1.187.
Что касается новых государств, которые образовались на развалинах
СССР, Югославии и Чехословакии, можно считать, что если они прямо не заяв-
ляют о своем присоединении к конвенциям по международному гуманитарному
праву, которые связывали государства-предшественники, можно все же считать,
что они связаны либо этими конвенциями на основании ст. 34, п. 1, Венской кон-
венции о правопреемстве государств в отношении договоров (см. выше, п. 1.162),
либо обычными нормами права вооруженных конфликтов (см. выше, п. 1.166).
1.188.
Гаагское положение 1907 г. было ратифицировано меньшим числом
субъектов, чем Женевские конвенции 1949 г., однако Нюрнбергский трибунал
признал его обычный характер:
«В 1939 г. нормы, содержащиеся в Конвенции (1907 г.), признавались всеми цивилизован-
ными государствами, которые видели в них кодифицированное выражение законов и обычаев
войны…»
2
.
На этом основании оно связывает все сообщество государств.
Аналогичная точка зрения была высказана по поводу Женевской конвенции
1929 г. о военнопленных, которую Япония считала возможным игнорировать под
тем предлогом, что она ее не ратифицировала
3
.
1
По мнению МККК, Ниуэ связан Женевскими конвенциями, во-первых, потому что Новая Зеландия присо-
единилась к ЖК в то время, когда она управляла Ниуэ, и, во-вторых, поскольку Ниуэ, по-видимому, разделяет этот
вывод. См. примечание МККК к таблице государств — участников договоров по МГП на www.icrc.org.
2
Jugement du 30 septembre — 1
er
octobre 1946,
Doc. off .
, t. 1, p. 267; см. также выше, п. 23.
3
Neth. East Indies, Makassar, Temporary Crt. Martial, 4 janv. 1947,
Notomi Sueo et al, A. D.
, 1947, 208–210.
СФЕРА ПРИМЕНЕНИЯ
220
По состоянию на 31 декабря 2007 г. Дополнительные протоколы 1977 г. были
приняты, соответственно, более чем четырьмя пятыми всех государств (см. выше,
п. 25)
1
, однако в той мере, в какой многие их положения подтверждают общие
обычные нормы права вооруженных конфликтов
2
, эти положения связывают
также в качестве обычая все международное сообщество.
Международный суд сделал тот же вывод относительно Гаагского положения,
Женевских конвенций 1949 г. и Дополнительного протокола I
3
.
1.189.
Объем действия права вооруженных конфликтов ограничен также ого-
ворками и толковательными заявлениями, сделанными государствами в момент
подписания или ратификации договора, содержащего положения, применяемые
в вооруженных конфликтах. Некоторые из этих оговорок получили широкую
известность
4
:
оговорки Австро-Венгрии, Германии, Японии, Черногории и России по пово-
—
ду ст. 44 Гаагского положения 1907 г., запрещающей «воюющему принуждать
население занятой области давать сведения об армии другого воюющего или
о его средствах обороны»;
оговорки, посредством которых 36 государств (в том числе Бельгия)
—
из 132 государств — участников Женевского протокола 1925 г. заявили о том,
что не будут считать себя связанными Протоколом, если неприятельское госу-
дарство откажется его соблюдать; Генеральная Ассамблея ООН призвала эти
государства отозвать свои оговорки
5
;
оговорки, согласно которым большинство социалистических государств
—
(а сегодня бывших социалистических…) отказались применять III Женевскую
конвенцию к военнопленным (однако именно это предписывает ст. 85 этой
Конвенции), после того как последние были в судебном порядке признаны
виновными в военных преступлениях и преступлениях против человечно-
сти
6
. Некоторые их этих государств свои поправки отозвали
7
;
оговорки, касающиеся ст. 68 Женевской конвенции IV, в которых несколько
—
государств (Австралия, Пакистан, Суринам, США) признают за собой право
приговаривать к смертной казни гражданских лиц, виновных в шпионаже,
диверсионных актах и вооруженных действиях, направленных против них
как оккупирующей державы, даже если законодательство оккупированного
государства не предусматривает такого наказания;
1
См. пример отказа судьи применить Дополнительный протокол I на основании того, что он не связывает
соответствующее государство, U. S. Dis. Crt. E. D., N. Y., 30 Jan. 1979,
Morales, ILR
, 87, p. 144.
2
Protocoles, commentaire
, p. 20, § 7.
3
Консультативное заключение относительно законности угрозы ядерным оружием или его применения,
пп. 79 и 84 (см. выше, п. 28).
4
Опубликовано: Roberts and Guelff,
op. cit
.,
passim
; Schindler, D., et Toman, J.,
op. cit
.,
passim
.
5
Рез. ГА ООН A/Rés.51/45 P, 10 декабря 1996 г., п. 2.
6
Ср.: Pilloud, Cl., «Les réserves aux C. G. de 1949»,
RICR
, 1976, pp. 131–14 et 195–221.
7
См. об отзыве Беларусью 7 августа 2001 г. своих оговорок к Женевским конвенциям 1949 г.
RICR
, 2001, p. 869.