Файл: principy_prava_vooruzhennyh_konfliktov_2011.pdf

СФЕРА ПРИМЕНЕНИЯ

236

1.207.

   В этих пределах заявление влечет за собой применение Конвенций 

и Протокола между национально-освободительным движением и государством, 
против которого оно сражается (относительно составляющих национально-
освободительной войны см. выше, п. 1.139 и сл.).

Однако если государство, против которого ведется национально-

освободительная война, не является участником Дополнительного про-
токола I, заявление национально-освободительного движения теоретиче-
ски не должно иметь никаких юридических последствий для применения 
Протокола и Конвенций между государством и национально-освободительным 
 движением.

Все же подход автора комментария к ст. 96, п. 3, более конкретизирован. 

Он предполагает различие в присоединении к Женевским конвенциям 1949 г. 
и Дополнительному протоколу I.

Что касается Женевских конвенций 1949 г., существует практика «принятия» 

этих Конвенций национально-освободительными движениями на основании 
общей ст. 2, ч. 3. Эта практика была признана подавляющим большинством госу-
дарств. Следовательно, для этих государств национально-освободительные дви-
жения всегда должны иметь доступ к «принятию» данных Конвенций 

1

. Кстати, 

это прямо предусмотрено ст. 7, п. 4, b, Конвенции ООН 1980 г.: если национально-
освободительное движение, 

участвующее в конфликте, подпадающем под действие ст. 1, п. 4, 

—

Дополнительного протокола I (национально-освободительное движение) и 

борющееся против государства — участника Женевских конвенций 1949 г. 

—

и Конвенции ООН 1980 г., 

«принимает и применяет» Женевские конвенции 1949 г. и Конвенцию 1980 г., оно 
связано этими соглашениями в своих конфликтных отношениях со стороной, 
против которой оно сражается. В этом случае нет необходимости, чтобы данное 
государство было участником Дополнительного протокола I.

Что касается Дополнительного протокола I и возможности заявления о при-

нятии последнего тем или иным национально-освободительным движением, 
последнее «имело бы исключительно смысл одностороннего обязательства 
в отношении всего, что выходит за рамки обычного права» 

2

. Другими слова-

ми, государство и национально-освободительное движение были бы на основе 
взаимности связаны нормами Протокола, относящимися к обычному праву. 
Другие положения Протокола, напротив, связывали бы только национально-
освободительное движение, а не государство. Такой вывод, соответствующий 
классической теории юридических последствий одностороннего обязатель-
ства 

3

, может быть, более спорен в свете принципа договора как источника 

1 

Protocoles, commentaire

, p. 1115, §§ 3771–3773.

2 

Ibid

., § 3774.

3 

Essais nucléaires

, CIJ arrêts du 20 décembre 1974, 

Rec. 1974

, pp. 26, § 43 et p. 4723, § 46.

К КОМУ ПРИМЕНЯЕТСЯ ПРАВО ВООРУЖЕННЫХ КОНФЛИКТОВ?

237

и основания международного права 

1

. Тем не менее данный вывод очень хорошо 

сочетается именно с правом вооруженных конфликтов, поскольку 

это право 

в меньшей степени основывается на идее межгосударственной взаимности, чем 
на одностороннем обязательстве перед жертвами

 (см. выше, п. 1.157 и ниже, 

п. 3.1, in fine) 

2

.

1.208.

Отметим, что когда национально-освободительное движение стремит-

ся использовать возможности принятия, предусмотренные Дополнительным 
протоколом I и Конвенцией 1980 г., оно должно принять аналогичным образом 
и другие договоры, связывающие государство, против которого оно борется. 
Например, национально-освободительное движение, воюющее против государ-
ства — участника Женевских конвенций 1949 г. и Дополнительного протокола I, 
не могло бы ограничиться принятием только Дополнительного протокола; ему 
необходимо также принять и Женевские конвенции 1949 г.

1.209.

    Что касается определения национально-освободительных движений, 

имеющих право сделать заявление, предусмотренное в ст. 96, п. 3; и ст. 7, п. 4, 
вышеуказанных документов, мы отсылаем читателя к тому, что уже было ска-
зано по этому поводу (см. выше, п. 1.140 и сл.). Здесь же мы только отметим 
вместе с комментатором ст. 96, п. 3, что требование предварительного призна-
ния национально-освободительного движения региональной международной 
организацией, в конечном счете, не было принято Дипломатической конфе-
ренцией 

3

, однако некоторые государства от него не отказались, когда они под-

писывали (Великобритания) или ратифицировали (Бельгия, Республика Корея) 
Дополнительный протокол I. Заявление о понимании № 7, приложенное к рати-
фикационной грамоте Бельгии по Дополнительным протоколам, гласит:

«Что касается ст. 96, п. 3, бельгийское правительство заявляет, что заявление, имеющее 

последствия, описанные в ст. 96, п. 3, может быть направлено только властью, которая, в любом 

случае, 

a)  признана соответствующей региональной межправительственной организацией и 

b)  действительно представляет народ, участвующий в вооруженном конфликте, характе-

ристики которого точно и полностью соответствуют определению, сформулированному 

в ст. 1, п. 4, и в толковании осуществления права на самоопределение, данному при при-

нятии Протокола» 

4

.

1 

Chaumont, Ch., «Rapport sur l’institution fondamentale de l’accord entre les Etats», 

Annales de la Faculté de droit et 

des sciences économiques de Reims

, 1974, pp. 241 ss.; Ср.: Suy, E., 

Les actes juridiques unilatéraux en droit international public

, 

Paris, LGDJ, 1962, pp. 270–271; см. подробную мотивировку постановления о ядерных испытаниях: 

loc. cit

., pp. 268–269, 

§§ 46 et 51, pp. 473–475, §§ 49, 53, 54.

2 

Conventions, commentaire

, I, p. 26; 

Protocoles, commentaire

, pp. 37–38. См. обязательство Германии соблюдать 

Женевскую конвенцию 1929 г. о военнопленных даже в отношении СССР, который ее не ратифицировал: Norway, 
Supr. Crt., 12 febr. 1948, 

Flesch, A. D.

, 1947, 307–8.

3 

Protocoles, сommentaire

, p. 1113, § 3763.

4 

In RBDI

, 1987, II, p. 394.

СФЕРА ПРИМЕНЕНИЯ

238

2.

  Прочие полугосударственные образования

1.210.

    Не исключено и присоединение полугосударственных или потенци-

ально государственных образований, а также инфрагосударственных субъектов, 
не имеющих статуса национально-освободительных движений, к договорам 
по праву вооруженных конфликтов. Конечно, эта возможность не предусмотрена 
явным образом существующими международными актами, но есть все же аргу-
менты, которые могут служить основанием для такого присоединения.

Так, Женевские конвенции 1949 г. предусматривают присоединение не «госу-

дарств», а «держав», что, по мнению некоторых авторов, делает возможным 
широкое толкование, охватывающее и негосударственные общности (см. выше, 
п. 1.153), особенно если последние призваны представлять государство и при-
знаны если не противником, то, по крайней мере, третьими государствами 

1

. Этот 

тезис, как мы уже отмечали (см. выше, п. 1.154), находит косвенное подтвержде-
ние в формулировке общих ст. 13, 13 и 4А соответственно I, II и III Женевских 
конвенций 1949 г., которые защищают как раненых, больных, потерпевших 
кораб лекрушение или военнопленных, 

«членов личного состава регулярных вооруженных сил, считающих себя в подчинении прави-

тельства или власти, не признанных держащей в плену державой».

Действительно, понятие «правительства» или «власти», не признанных непри-

ятелем, могло бы быть применено к полугосударственному образованию 

2

. Однако 

такая возможность представима только в случае международного вооруженного 
конфликта, так как общие ст. 13, 13 и 4А соответственно I, II и III Женевских 
конвенций применяются только в данной ситуации, которая, в свою очередь, 
поддается широкому толкованию и может включать в себя случай отделения 
(ср. выше, п. 1.159).

1.211.

Правда и то, что в комментарии к общим ст. 60, 59, 139 и 155 (соответ-

ственно I, II, III и IV Женевских конвенций) говорится, что Конвенции открыты 
для присоединения «всех государств», но, с другой стороны, комментарий под-
черкивает универсальную открытость этих договоров:

«Женевские конвенции, черпающие свою силу в универсальности, являются договорами, 

в высшей степени открытыми для 

всех

» 

3

 (

курсив автора

).

Кроме того, в Женевских конвенциях 1949 г. уже нет положения, которое, как 

ст. 32, ч. 3, Женевской конвенции 1906 г., оставляло за любой договаривающейся 
стороной право воспротивиться присоединению третьей державы.

1 

Abi-Saab, G., «Wars of National Liberation in the Geneva Conventions and Protocols», 

RCADI

, 1979, vol. IV, 

T. 165, p. 402.

2 

Ibid

.

3 

Conventions, сommentaire

, III, p. 680.

К КОМУ ПРИМЕНЯЕТСЯ ПРАВО ВООРУЖЕННЫХ КОНФЛИКТОВ?

239

1.212.    

В любом случае даже ограничительное толкование открытости Женевских кон-

венций для официального 

присоединения

 только государств тоже не стало бы препятствием 

для 

заявления о применении

 этих Конвенций со стороны полугосударственных образова-

ний: практика дает несколько примеров обязательств, взятых на себя такими структурами 
относительно соблюдения Женевских конвенций 1929 и 1949 гг. 

1

 Соответствующие заяв-

ления были  сделаны:

в 1948 г. — Исполнительным комитетом еврейского агентства Палестины, Vaad Leumi, 

—

Верховным арабским комитетом и генеральным секретарем Лиги арабских госу-
дарств;

в 1956 г. — Национальным комитетом города Дьёр в Венгрии;

—

в 1962 г. — монархистскими повстанцами в Йемене (и существующим правитель-

—

ством);

в 1967 г. — властями Биафры (и Нигерии);

—

в 1971 г. — Бангладеш, государством, которое в тот момент было признано только 

—

Индией и Бутаном;

в 1975 г. — Фронтом 

—

ПОЛИСАРИО 

2

.

Но есть примеры официальных присоединений к Женевским конвенциям 1949 г.:

20 июня 1960 г., Временное правительство Алжирской Республики;

—

6 мая 1969 г., ООП, что не имело иных последствий, кроме новых заявлений 

—

о присоединении 12 декабря 1974 г. и 7 июня 1982 г. во время израильской 
интервенции в Ливане. Кроме того, 21 июня 1989 г. постоянный наблюдатель 
от Палестины при отделении ООН в Женеве передал швейцарскому прави-
тельству «сообщение, касающееся участия Палестины в четырех Женевских 
конвенциях от 12 августа 1949 г. и двух Дополнительных протоколах к ним 
от 8 июня 1977 г.» (название приведено так федеральным департаментом 
иностранных дел). Швейцарское же правительство воздержалось от выска-
зываний по поводу «существования или несуществования Палестинского 
государства» и от 

«ответа на вопрос, должно ли сообщение рассматриваться как документ о присоединении в смыс-

ле соответствующих положений Конвенций и Дополнительных протоколов к ним».

Оно уточнило, что в любом случае 

«одностороннее заявление о применении четырех Женевских конвенций и Дополнительного про-

токола I, сделанное 7 июня 1982 г. ООП, остается действительным» 

3

.

Можно пожалеть о подобной робости депозитария соответствующих догово-

ров, который склонен исходить из реальности оккупации, пусть даже незаконной, 

1 

Обо всех приведенных случаях см.: Veuthey, 

op. cit

. pp. 49–50.

2 

CICR, 

Rapport d'activité

, 1975, p. 9.

3 

RICR

, 1990, pp. 69–70.

СФЕРА ПРИМЕНЕНИЯ

240

палестинских территорий Израилем 

1

 и занимает позицию сродни предвзятости, 

противоречащей ст. 76, п. 2, Венской конвенции о праве договоров.

1.213.

Вопрос в том, связаны ли государства — участники Женевских кон-

венций такими заявлениями о присоединении. Если удастся доказать, что эти 
государства не оспаривали ни вышеприведенные прецеденты, ни принцип уни-
версальности Женевских конвенций 1949 г., ни необходимость их максимально 
широкого применения, на этот вопрос можно будет ответить утвердительно.

Конечно, нужно, чтобы полугосударственная общность обладала, как это было 

в прецедентах, некоторыми признаками, подтверждающими реальность ее власти над 
частью населения, контроля территории и способности к ведению военных действий. Это 
равнозначно приравниванию таких общностей к тем, которые подпадают под действие 
ст. 1 Дополнительного протокола II.

При отсутствии подобных признаков (или международного признания) любые попыт-

ки соответствующего образования придать себе статус «государства» будут тщетными, 
как это произошло с так называемым Временным правительством Новой Африки, кото-
рое, согласно его же собственным утверждениям, стояло во главе независимого государ-
ства чернокожих, состоящего из Алабамы, Джорджии, Луизианы, Миссисипи и Южной 
Каролины!.. 

2

1.214.

Тем не менее позволительно задать вопрос: не исключает ли неявно 

Дополнительный протокол II, в котором специально рассматривается случай 
полугосударственных образований, юридическую возможность для последних 
присоединиться к Женевским конвенциям 1949 г.?

Мы так не считаем: Дополнительный протокол II применяется с того момента, когда 

реализуются определенные объективные условия (см. выше, п. 1.70 и сл.), и он должен 
применяться независимо от воли воюющих сторон. Напротив, Женевские конвенции 
1949 г. в своей совокупности не применяются автоматически к ситуации такого рода: иное 
возможно, только если воюющие стороны решили бы, что Женевские конвенции должны 
быть применены к ней. Сами по себе существование и применение Дополнительного про-
токола II не являются препятствием для того, чтобы та или иная полугосударственная 
общность взяла на себя больше обязательств. Перефразируя одну из пословиц, можно ска-
зать: «Кто должен меньше, может быть должен и больше». Однако повторим еще раз: для 
этого нужно находиться в некотором контексте, пусть даже рассматриваемом lato sensu.

Кроме того, признание связанности государств, участвующих в конфликте, таким 

присоединением полугосударственных общностей прекрасно сочетается с гуманитар-
ным и одновременно универсалистским духом права вооруженных конфликтов (также 
см. ниже).

1 

Ср.: Salmon, J., «La proclamation de l’Etat palestinien», 

AFDI

, 1988, p. 62; см. также: Dewaart, P. J.I. M., «Subscribing 

to the ‘Law of Geneva’ as Manifestation of Self-Determination: the Case of Palestine», 

Essays in Honour of F. Kalshoven

, 

op. cit

., 

p. 490.

2 

U. S. Crt. of App., 2

nd

 Cir., 27 July 1984, 

Lumumba, ILR

, 88, pp. 39–40; U. S. Dist. Crt., S. D., N. Y., 6 July 1988, 

Buck, 

Shakur, ibid

., p. 49.