ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 13.10.2020
Просмотров: 17402
Скачиваний: 11
НОРМЫ ВЕДЕНИЯ ВОЕННЫХ ДЕЙСТВИЙ
437
Нам предстояло посетить еще десятки подобных больниц. В ультрасовременном зда-
нии Японского Красного Креста были выбиты все окна; все лабораторное оборудование
выведено из строя. Из каждой тысячи раненых 600 скончались в течении первых же дней
после бомбардировки и были похоронены неподалеку от госпиталей.
Невозможно передать весь ужас, царивший в больницах мертвого города. Невозможно
рассказать о тысячах распростертых тел, о тысячах опухших лиц, о покрытых язвами спинах,
о гноящихся руках, воздетых к небу, чтобы избежать соприкосновения с простынями.
Каждый из этих несчастных испытывал невыносимые муки. На обезображенных лицах
этих людей навсегда застыл ужас — печать того, что им было суждено увидеть и пережить.
О чем могли они думать при виде подходивших к их изголовьям людей в американской
военной форме?
Казалось, Цудзуки не было до этого никакого дела. Он кричал все громче и громче:
— Все эти люди… Они обречены! У этого — некротическая ангина… У этого — тяже-
лейшая форма лейкопении… Многие пациенты не переносят даже переливания крови:
у них разрываются сосуды…
Мы зашли в стоявший в глубине сада ангар. В глазах защипало от паров формалина.
Цудзуки приподнял край простыни — под ней лежали два почти полностью обугленных тела:
— Необходимо осознать все это!
Со стороны могло показаться, что мы находимся в гигантской лаборатории, опыты
в которой ставятся не на морских свинках, а на тысячах живых людей. Руководимый
неподдельным научным интересом, Цудзуки показывал нам расчлененные органы, гисто-
логические разрезы, статистические таблицы, составленные по результатам клинических
и патолого-анатомических исследований.
— Посмотрите в микроскоп: какие только последствия не вызывает облучение —
от интенсивной гиперемии до мускульной атрофии и перерождения тканей. Похоже, что
в большинстве случаев непосредственной причиной смерти явилась острая апластическая
анемия с лейкопенией. Осложнения типичны: инфекции, сепсис…
Цудзуки обернулся ко мне. Держа в руках покрытый кровоподтеками человеческий
мозг, он резко, хриплым голосом бросил страшные слова:
— Вчера — кролики, сегодня — японцы…
Комиссия отправилась дальше, в Нагасаки, а я еще на день остался в Хиросиме, чтобы
лично проследить за распределением медикаментов.
На следующее утро молодой японский врач посадил меня на поезд, отправлявшийся
в Токио.
На разрушенном фасаде вокзала замерли стрелки часов, показывая то время, когда
страшный взрыв навсегда остановил их механизм.
8 часов 15 минут.
Наверное, никогда еще в истории человечества наступление новой эры не фиксирова-
лось на циферблате часов.
В каком музее сохранится этот экспонат — свидетель катастрофы?»
*
* *
ОСНОВНЫЕ «СОДЕРЖАТЕЛЬНЫЕ» НОРМЫ
438
B. Ограничение и запрещение некоторых средств ведения войны
1.
Обман
2.253.
Источники:
Гаагское положение, ст. 23, б, е;
—
Женевские конвенции 1949 г.: I, ст. 53; II, ст. 45;
—
Дополнительный протокол I, ст. 37–39; 85, п. 3, f;
—
Бюллетень Генерального секретаря ООН «Соблюдение МГП силами ООН»
—
(1999), п. 9.7 (о криминализации таких деяний см. ниже, п. 4.188).
Запрещение прибегать к обману — норма, существующая очень давно
1
, она
является обычной и применяется в немеждународных вооруженных конфликтах
(Дополнительный протокол II, ст. 12, Статут МУС, ст. 8 (2, d, ix); Обычное МГП,
нормы 57–65).
2.254.
Так что же конкретно следует понимать под «обманом» (который ино-
гда называют также «предательским маневром»)?
Обманом называются все действия, направленные на то, чтобы обмануть дове-
рие противника и использовать во враждебных целях его обязанность соблюдать
некоторые нормы права вооруженных конфликтов, такие как уважение отли-
чительных знаков и эмблем, предоставляющих защиту (белый флаг, красный
крест, красный полумесяц, красный кристалл, эмблема культурных ценностей,
знак гражданской обороны и т. д.), уважение раненых, гражданского населения
и любого покровительствуемого лица. Таким образом, запрещено пользоваться
во враждебных целях этими знаками и символами юридической защиты, предо-
ставляемой правом вооруженных конфликтов тем лицам и объектам, на которые
распространяется его покровительство.
Запрещается использовать во враждебных целях и эмблемы, флаги, символы
и форменную одежду противной стороны, сил ООН, нейтральных государств
и других государств, не участвующих в конфликте (Дополнительный протокол I,
ст. 37–39).
На Дипломатической конференции 1974–1977 гг. Канада предложила, чтобы к обману
приравнивалось также использование во враждебных целях эмблем, которые не признаны
официально, но обычно используются для защиты. Это предложение было отклонено
в результате противодействия арабских государств, которые усмотрели в нем косвенное
признание красного щита Давида. По-видимому, эти государства не осознавали, что уже
признали этот знак (см. выше, п. 2.40).
1
Она встречается уже в трудах св. Фомы Аквинского, см.: Goyau, G., «L’église catholique et le droit des gens»,
RCADI
, T. 6, p. 139.
НОРМЫ ВЕДЕНИЯ ВОЕННЫХ ДЕЙСТВИЙ
439
2.255.
Отметим, что сформулированное в ст. 39, п. 2, запрещение
«использовать флаги, военные эмблемы, воинские знаки различия или форменную одежду про-
тивных сторон во время нападений или для прикрытия военных действий, содействия им, защи-
ты или затруднения их»
устраняет двусмысленность, вытекающую из ст. 23, е Гаагского положения,
запрещающей «
незаконно пользоваться
» (
курсив автора
) флагами, воинскими
знаками, форменной одеждой неприятеля, равно как и отличительными знаками,
предоставляющими защиту. Так, в деле Скорцени военный трибунал союзников
не счел «незаконным» тот факт, что во время наступления в Арденнах в 1944 г.
группа немецких офицеров попыталась захватить неприятельские военные
объекты, используя форменную одежду противной стороны. Однако вступать
в бой эти офицеры должны были в национальной военной форме
1
.
Запретив использовать эти методы в вооруженном конфликте как «во время
нападений», так и для «прикрытия военных действий, содействия им, защиты
или затруднения их», ст. 39, п. 2, Дополнительного протокола I проясняет объем
запрещения: знаки, флаги, эмблемы и форменная одежда считаются используемы-
ми незаконно, когда они служат для «прикрытия военных действий, содействия
им, защиты или затруднения их».
Именно в этом смысле следует понимать запрещение обычным МГП любого
неправомерного использования международных защитных знаков, знаков разли-
чия, эмблем и форменной одежды противной стороны, государств, не участвую-
щих в конфликте и сил ООН. Это запрещение действительно и для немеждуна-
родных вооруженных конфликтов (нормы 38–53). Совет Безопасности напомнил
об этом в своей резолюции по Дарфуру
2
.
2.256.
По своему смыслу «обман» шире, чем «вероломство». Если в обоих
случаях речь идет о том, чтобы обмануть доверие неприятеля с целью ведения
военных действий против него, вероломство в более узком смысле означает
обман доверия неприятеля для того, чтобы его убить, ранить или взять в плен
(Дополнительный протокол I, ст. 37 и 85, п. 3, f). Его запрещение — обычная
норма, которая применяется и в немеждународных вооруженных конфликтах
(Обычное МГП, норма 65; Статут МУС, ст. 8, п. 2, vi–vii, e, ix).
2.257.
Можно ли рассматривать использование неприятельской форменной
одежды и знаков различия в нарушение ст. 39, п. 2, как «вероломство» по смыслу
статей 37, п. 1, и 85, п. 3, f, Дополнительного протокола I? Иными словами, вопрос
в том, подпадает ли также использование форменной одежды и воинских знаков
различия неприятеля, явным образом запрещенное ст. 39, п. 2, под
определение
преступного деяния
, данное в ст. 85, п. 3, f (см. ниже, п. 4.188), где военным пре-
ступлением считается только
1
L.R.T. W.C
., XI, pp. 90–94.
2
Рез. СБ ООН S/Res. 1841, 15 октября 2008 г., преамбула, мотивировка 7.
ОСНОВНЫЕ «СОДЕРЖАТЕЛЬНЫЕ» НОРМЫ
440
«вероломное использование в нарушение ст. 37 отличительной эмблемы красного креста, крас-
ного полумесяца (…) или других защитных знаков, признанных Конвенциями или настоящим
Протоколом [I]»?
Ф. Кальсховен склонен видеть в этом не «вероломство» по смыслу ст. 37, п. 1, а «пре-
дательские действия», предусмотренные ст. 39, п. 2
1
. В. А. Сольф придерживается мнения,
что речь идет все же о вероломстве, поскольку ст. 39 содержит «запрещение вероломного
использования» неприятельских знаков различия, даже если это поведение не вполне соот-
ветствует критериям вероломства, сформулированным в ст. 37, п. 1
2
.
Во всяком случае, это не военное преступление по смыслу ст. 85, п. 3,
поскольку соответствующие действия в ней конкретно не предусмотрены.
Иначе указанные действия рассматриваются в Статуте МУС, поскольку там
они возводятся в ранг военного преступления (ст. 8, п. 2, b, vii) (см. ниже,
пп. 4.188 и 4.190).
Зато есть классическая норма права вооруженных конфликтов: комбатант,
плененный в этих условиях, может, даже если у него есть основания претендо-
вать на статус военнопленного, стать объектом судебного преследования удер-
живающей державой, поскольку такой тип поведения, конкретно запрещенный
ст. 39, п. 2, и называемый «вероломством» или «актами вероломства», придает
преступный характер актам войны, совершенным при данных обстоятельствах.
Законные сами по себе эти действия (например нападение на военный объект)
не оправдываются более состоянием войны и становятся для удерживающей
державы общеуголовными правонарушениями
3
. Однако отметим еще раз, что
данные действия не являются военным преступлением stricto sensu, поскольку
ни одна договорная норма права вооруженных конфликтов не возводит их в ранг
международного правонарушения.
2.258.
Следует уточнить, что вероломство предполагает попытку — под при-
крытием защиты, предоставляемой правом вооруженных конфликтов — убить,
ранить или взять в плен неприятеля. Использование этой защиты в других целях,
например симулирование смерти для спасения своей жизни и последующего бег-
ства, вероломством не являются
4
.
Тем не менее использование
некоторых
знаков, предоставляющих защиту,
даже
не с враждебными намерениями
, остается незаконным, поскольку право
на него дается в случаях, четко определенных правом вооруженных конфликтов.
Так, защитные эмблемы (красный крест, красный полумесяц…) могут применять-
ся исключительно в целях, для которых они были учреждены. Например, комба-
танты, спасающиеся бегством на автомобиле с красным крестом, не совершают
1
Kalshoven, F., «Reaffi
rmation and Development of International Human Law Applicable in Armed Confl icts:
the Diplomatic Conference», Geneva, 1974–1977, Part II,
NYI.L
, 1978, p. 163.
2
См:. Bothe, Partsch and Solf,
op. cit
., p. 204; см. также
ibid
., p. 206, no 23.
3
См.: Code de Francis Lieber, art. 63 et 65; texte
in
Schindler et Toman,
op. cit
., 1994, p. 12; Dinstein, Y.,
«Th
e Distinction between Unlawful Combatants and War Criminals»,
Mélanges Rosenne,
Dordrecht, Nijhoff , 1988, p. 109.
4
Baxter,
loc. cit
., p. 159.
НОРМЫ ВЕДЕНИЯ ВОЕННЫХ ДЕЙСТВИЙ
441
вероломства stricto sensu, но нарушают положения, защищающие эту эмблему.
Если, кроме того, они используют такой автомобиль для нападения на непри-
ятельские позиции, будет иметь место нарушение положений, запрещающих
вероломство (идеальная совокупность нарушений и даже преступлений). Нужно
иметь в виду, что, согласно ст. 85, п. 3, f, Дополнительного протокола I, веролом-
ство составляет серьезное нарушение только тогда, когда оно состоит в попытке
убить, ранить или взять в плен неприятеля с использованием защитных знаков
или эмблем, признанных Женевскими конвенциями и Дополнительным прото-
колом I
1
(см. ниже, п. 4.188). Напротив, любое другое незаконное использование
этих знаков без враждебных действий или любой акт вероломства, иной, нежели
те, которые предусмотрены ст. 85, п. 3, не являются «серьезными нарушениями»
stricto sensu.
В приведенном выше примере имеет место идеальная совокупность пре-
ступлений. Такая совокупность не возникнет, если само по себе незаконное
использование эмблемы красного креста не является преступлением согласно
законодательству одной из воюющих сторон (ср.: Женевская конвенция I, ст. 54),
как это имеет место с ее «вероломным» использованием в силу ст. 85, п. 3, f,
Дополнительного протокола I.
В Бельгии использование эмблем красного креста или красного полумесяца «в наруше-
ние международных конвенций, которые регулируют их использование», рассматривается
как правонарушение, наказуемое штрафом и (или) лишением свободы максимум на 3 года
в мирное время и на 5 лет в военное (закон от 14 июля 1956 г.,
M. B.
, 11 июля)
2
.
2.259.
В заключение скажем, что, по всей видимости, любое незаконное при-
менение отличительных знаков, обеспечивающих защиту, национальных эмблем
и статусов, предоставляющих покровительство, есть обман, но не обязательно
вероломство. Однако не всякое вероломство есть военное преступление: только
использование этих знаков и статусов во враждебных целях (а именно чтобы
убить, ранить или взять в плен неприятеля) составляет вероломство (ст. 37, п. 1).
Среди враждебных использований серьезным нарушением stricto sensu являет-
ся лишь враждебное использование
отличительных знаков, предоставляющих
защиту и признанных Женевскими конвенциями и Дополнительным протоко-
лом I
(ст. 85, п. 3, f). Речь идет об эмблеме красного креста и красного полумеся-
ца (Женевская конвенция I, ст. 38; Дополнительный протокол I, Приложение I,
ст. 5), эмблеме гражданской обороны — синем треугольнике на оранжевом фоне
(Дополнительный протокол I, ст. 66), знаках, обозначающих установки и сооруже-
ния, содержащие опасные силы, — трех ярко-оранжевых кругах (Дополнительный
протокол I, ст. 56) и т. д. К знакам, о которых говорится в ст. 85, п. 3, f, относятся
также знаки, эмблемы и форменная одежда личного состава вооруженных сил
1
Так же, как и обстрел неприятельских сил из санитарного автомобиля с эмблемой красного креста, что было
квалифицировано как военное преступление, U. S. Intermediate Mil. Gvt. Crt.,
in
Dachau, 9 Aug. 1946,
Hagendorf
,
A. D.
,
1946, 333.
2
О правилах использования эмблем красного креста и красного полумесяца национальными обществами см.:
RICR
, 1992, pp. 353 ss.