ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 13.10.2020
Просмотров: 17312
Скачиваний: 11
ОСНОВНЫЕ «СОДЕРЖАТЕЛЬНЫЕ» НОРМЫ
472
во время каждого военного столкновения… и в ходе развертывания в боевые
порядки, предшествующего началу нападения». Вводя ограничение принципа,
сформулированного в первой фразе, вторая фраза как бы предлагает считать, что
в ряде ситуаций военное столкновение и предшествующее ему развертывание
в боевые порядки являются подкатегорией «нападения» и «военной операции»,
имеющихся в виду в первой фразе. Но как тогда отличить первые от вторых? В чем
различие между развертыванием в боевые порядки с последующим военным стол-
кновением, с одной стороны, и военной операцией или нападением — с другой?
И каковы тогда ситуации, когда нужно отличать себя от гражданского населения
во время военных операций, и ситуации, когда во время военных столкновений
делать это следует посредством открытого ношения оружия?
2.299.
Поскольку ст. 44 не отвечает ни на один из этих вопросов, возникает
необходимость обратиться к подготовительным работам. Из них вытекает, что
цель состояла во внесении в традиционные нормы права вооруженных конфлик-
тов изменений, которые бы
«лучше отражали реальность современной войны на оккупированной территории, а также в усло-
виях национально-освободительных войн»
1
.
Для большинства представителей государств
2
речь шла об изменении между-
народного гуманитарного права с целью учета частого применения партизанских
методов войны в случаях, предусмотренных в ст. 1, п. 4, Дополнительного про-
токола I: в национально-освободительных войнах, в борьбе против иностранной
оккупации или против расистского правительства, выражающего интересы мень-
шинства населения.
Однако в подготовительных документах не разъясняется, какое различие
следует проводить между военной операцией и нападением (ст. 44, п. 3, первое
предложение), с одной стороны, и военным столкновением (ст. 44, п. 3, второе
предложение), — с другой.
Чтобы придать смысл каждому из этих выражений и избежать того, чтобы
второе предложение ст. 44, п. 3, выглядело как повторение первого, возможно,
следует считать, что первая фраза касается нормальной обязанности комбатанта
отличать себя от гражданского населения в ходе любой деятельности в рамках
военной кампании (а не только в моменты военных столкновений). Вторая фраза
будет тогда относиться только к конфликтам, подпадающим под действие ст. 1,
п. 4, которые характеризуются неравенством противоборствующих сил и исполь-
зованием одной из сторон партизанских методов ведения войны. Поскольку
в этих конфликтах невозможно поддерживать
относительно
постоянное разли-
чие между комбатантами и гражданскими лицами, данное различие обязательно
только во время собственно военных столкновений и непосредственно предше-
ствующего им развертывания в боевые порядки.
1
Rapport de la 3
e
Commission,
Actes
CDDH, XV, p. 471.
2
CDDH/III/SR.55–56,
ibid
., pp. 153 ss.,
passim
.
НОРМЫ ОБРАЩЕНИЯ С ЛИЦАМИ, НАХОДЯЩИМИСЯ ВО ВЛАСТИ НЕПРИЯТЕЛЯ
473
Действительно, в докладе Третьего комитета на Дипломатической конферен-
ции по вопросу о подтверждении и развитии международного гуманитарного
права, применяемого в период вооруженных конфликтов, говорится:
«…на оккупированной территории и во время национально-освободительных войн возможны
ситуации, когда партизан не может отличить себя от гражданского населения
в течение всего хода
военных операций
, иначе у него не будет шансов на успех. Статья гласит, что в таких ситуациях
этот комбатант сохранит свой статус комбатанта и, в случае взятия в плен, свое право рассматри-
ваться как военнопленный при условии открытого ношения своего оружия как во время нападе-
ния, так и в течение периода, предшествующего нападению…»
1
(
курсив автора
).
2.300.
Ст. 44, п. 3, явным образом не отсылает к конфликтам, о которых гово-
рится в ст. 1, п. 4, но касается
«ситуаций… когда в силу характера военных действий, вооруженный комбатант не может отли-
чать себя от гражданского населения».
Это отсутствие ссылки на ст. 1, п. 4, не случайно: многие делегации высказы-
вали пожелание, чтобы соответствующие конфликты были явным образом обо-
значены посредством ссылки на национально-освободительные войны, однако
другие делегации резко выступили против этого
2
.
Результатом этих разногласий стало то, что в принятом тексте не уточняется,
к каким конфликтам он относится. Следовательно, гибкое его толкование дает
основания утверждать, что данный текст касается любого вооруженного кон-
фликта, «когда в силу характера военных действий» и т. д…
Позволительно считать, что такой текст охватывает также ситуации ино-
странной оккупации и партизанской войны, которые необязательно должны
соответствовать определению ситуаций, предусмотренных ст. 1, п. 4 (см. выше,
п. 1.124 и сл.), но которые также характеризуются асимметричным соотношением
противоборствующих сил и тем фактом, что одна сторона может продолжить
борьбу, только прибегая к методам партизанской войны
3
.
2.301.
Ст. 44, п. 3, не означает, что вне военных операций все комбатанты
могут вести себя так, как если бы они были безобидными гражданскими лицами:
с одной стороны, п. 7 ст. 44 уточняет, что речь не идет об «изменении
общепри-
нятой
практики государств» (
курсив автора
) касательно ношения форменной
одежды, и, с другой стороны, вторая фраза п. 3 ст. 44 показывает, что комбатант
может не отличать себя от гражданского населения (вне военных операций) толь-
ко в исключительных случаях
4
.
1
CDDH/III/SR.55–56,
ibid
., pp. 471–472.
2
Protocoles, commentaire
, p. 596, § 1698.
3
Ibid
., p. 538, § 1702.
4
Ibid.
, p. 533, § 1692.
ОСНОВНЫЕ «СОДЕРЖАТЕЛЬНЫЕ» НОРМЫ
474
2) Ситуации, в которых комбатант обязан отличать себя
от гражданского населения
2.302.
В случае классического международного вооруженного конфликта
комбатант должен отличать себя от гражданского населения во время участия
в военных операциях, рассматриваемых lato sensu (военная кампания) (ст. 44, п. 3,
первое предложение). Но когда соотношение противоборствующих сил не позво-
ляет ему отличать себя от гражданского населения на всем протяжении военной
кампании, минимальная обязанность комбатанта отличать себя от гражданского
населения заключается в открытом ношении оружия:
«а) во время каждого военного столкновения,
и
b) в то время, когда он находится на виду у противника в ходе развертывания в боевые
порядки, предшествующего началу нападения, в котором он должен принять участие»
(ст. 44, п. 3, второе предложение).
Понятия «развертывание» и «нахождение на виду» стали предметом серьез-
ных дискуссий.
2.303.
Понятие «развертывание» поддается как расширительному, так и узко-
му толкованию. Действительно, допустимо считать, что развертывание идет
с момента, когда комбатант начинает движение с целью последующего участия
в военной операции, которая может состояться и несколько дней спустя, или же
вести отсчет от момента занятия огневых позиций. Это крайности, а между ними
места для разнообразных нюансов более чем достаточно.
Бельгия отдает предпочтение расширенному толкованию, где слово «развер-
тывание» означает начало «любого индивидуального или коллективного передви-
жения к месту, с которого должно быть совершено нападение»
1
. Даже при такой
формулировке возможны самые разные толкования.
Независимо от того, в каком смысле — узком или широком — оно трактуется,
развертывание следует понимать как действие, охватывающее период, предше-
ствующий акции как наступательной, так и оборонительной (например подго-
товка засады)
2
, и даже отходу, особенно если он совершается среди гражданского
населения
3
.
Что касается военной акции, она включает в себя и непосредственные воору-
женные столкновения комбатантов, и, по всей видимости, применение оружия
замедленного действия, например мин и мин-ловушек. Использование такого ору-
жия, даже когда оно не предназначено для немедленного воздействия на неприяте-
ля, является если и не «военным столкновением», то, по крайней мере, «разверты-
ванием в боевые порядки, предшествующим военному столкновению». Это дает
1
Instrument de ratifi cation du 20 juin 1986 aux Protocoles additionnels,
in RBDI
, 1987, p. 393.
2
Protocoles, commentaire
, p. 540, § 1708.
3
Ibid
.
НОРМЫ ОБРАЩЕНИЯ С ЛИЦАМИ, НАХОДЯЩИМИСЯ ВО ВЛАСТИ НЕПРИЯТЕЛЯ
475
основание утверждать, что лица, занимающиеся установкой мин и мин-ловушек,
должны отличать себя от гражданского населения
1
. Зато при простой перевозке
подобного оружия без последующей установки в военных целях от лиц, обеспе-
чивающих эту перевозку, возможно, не требуется отличать себя от гражданского
населения, для того чтобы пользоваться положениями ст. 44, п. 3.
2.304.
Что касается требования к комбатанту находиться «на виду»,
Великобритания, Австралия и Канада утверждали на Дипломатической конфе-
ренции 1974–1977 гг., что комбатант «находится на виду у неприятеля», когда
он различим не только невооруженным глазом, но и при помощи электронных
средств
2
. По мнению Египта, Сирии, Ливии и ООП, достаточно различимости
простым глазом, поскольку при этом комбатант знает, что он находится на виду
у неприятеля
3
. Критерий видимости невооруженным глазом, по нашему мнению,
в большей мере соответствует духу этого положения
4
.
с)
Санкция за несоблюдение требования к комбатантам отличать себя
от гражданского населения
2.305.
Если можно позволить себе своего рода каламбур, подсказанный заго-
ловком данного раздела, то следует отметить, что в данном вопросе ст. 44 больше
всего напоминает «сопромат» — столько в ней различий и подразличий, которые
не бросаются в глаза при беглом ознакомлении и, похоже, не привлекли при-
стального внимания авторов данного положения! Это внешне простое положение
отличается на самом деле чрезвычайной сложностью…
В статье явным образом проводится различие между двумя типами конфлик-
тов (классическими международными вооруженными конфликтами и междуна-
родными вооруженными конфликтами, в которых «вследствие характера военных
действий комбатант не может отличать себя от гражданского населения» (ст. 44,
п. 3). Однако для каждого из этих конфликтов рассматриваются, скорее неявно,
три типа ситуаций (взятие в плен не во время военной операции; взятие в плен
во время военной операции, иной, чем военное столкновение stricto sensu и пред-
шествовавшее ему развертывание в боевые порядки; взятие в плен в результате
военного столкновения или предшествовавшего ему развертывания в боевые
порядки). Наконец, для третьего типа ситуаций ст. 44 снова явным образом про-
водит различие между взятием в плен комбатанта в момент столкновения или
развертывания (взятием в плен in flagrante delicto) и взятием в плен, следующим
за этим событием (взятием в плен post factum)…
Мы постараемся, не искажая сути, упрощенно представить эти юридические
различия на примере следующих четырех ситуаций: комбатант, соответствую-
1
Protocoles, commentaire
, p. 542, § 1713.
2
CDDH/III/SR.55, §§ 13 et 55; SR.56, § 38,
Actes
, XV, pp. 155, 164 et 177.
3
CDDH/III/SR.55, §§ 30 et 37; SR.56, §§ 34 et 73,
ibid
., pp. 159, 160, 176, 185.
4
Protocoles, commentaire
, p. 542, § 1712.
ОСНОВНЫЕ «СОДЕРЖАТЕЛЬНЫЕ» НОРМЫ
476
щий определению ст. 43, но не отличающий себя от гражданского населения, взят
в плен:
не во время военной операции (1);
—
во время военной операции, иной, чем военное столкновение и предшество-
—
вавшее ему развертывание в боевые порядки (2);
во время военного столкновения или предшествовавшего ему развертывания
—
в боевые порядки (3);
после военного столкновения или предшествовавшего ему развертывания
—
в боевые порядки (4).
1) Взятие в плен не во время военной операции
2.306.
Рассматриваемый случай касается лица, не отличающего себя от граж-
данского населения, но являющегося комбатантом согласно ст. 43, которое
в момент своего взятия в плен не принимало участия ни в каком бою и ни в какой
военной операции: это может быть совершивший побег военнопленный, пере-
одетый в гражданское платье и пытающийся присоединиться к своему подраз-
делению, или комбатант, находящийся в отпуске.
В этом случае, независимо от того, идет ли речь о классическом международ-
ном вооруженном конфликте или о вооруженном конфликте, рассматриваемом
во второй фразе п. 3 ст. 44 (конфликте, в котором одна из сторон не может отли-
чать себя от гражданского населения во время всех военных операций), взятый
в плен комбатант должен получить статус военнопленного согласно ст. 44, п. 1.
Естественно, ситуация изменится, если он будет уличен в шпионаже (см. ниже,
п. 2.328 и сл.).
2) Взятие в плен во время военной операции, которая не является
ни собственно военным столкновением, ни предшествовавшим
ему развертыванием в боевые порядки
2.307.
Комбатант взят в плен в то время, когда он участвует в военной кам-
пании, но не принимает участия в конкретном военном столкновении и пред-
шествовавшем ему развертывании в боевые порядки. Речь может идти, скажем,
о лицах из состава вооруженных сил стороны в конфликте, выполняющих
административные функции и не носящих форменной одежды, или же о боевых
подразделениях, вынужденных передвигаться по территории, находящейся под
властью неприятеля.
Будь то классический международный вооруженный конфликт или конфликт,
описанный во второй фразе п. 3 ст. 44, в данной ситуации взятый в плен комба-
тант, не носящий форменной одежды, также получает статус военнопленного
согласно ст. 44, п. 1. Однако тут есть одно важное отличие от предыдущего слу-
чая: в ситуации классического международного вооруженного конфликта взятый
в плен комбатант может быть подвергнут судебному преследованию держащей