Файл: Serov_D_O_Sudebnaya_reforma_Petra_I_Istoriko-p.pdf

Глава 4. Основание и развитие системы судов 211 

общей юрисдикции России в 1718-1727 гг.  

один из гофгерихтов — Курский — расположился вообще в 
уездном городе. 

Остается добавить, что предусмотренные законом от 

19 декабря 1718 г. «нижние» суды не были учреждены в 

единственном регионе — в незадолго до того присоединен­

ной Прибалтике, в Ревельской и Рижской губерниях. На тер­

ритории этих губерний, не подвергшись какой-либо реор­

ганизации, продолжили функционировать основанные еще 
шведскими властями вышеупомянутые оберландгерихт в Ре­
веле и ландгерихты в Дерпте, Пернове, Риге, Вендене и на 

острове Эзель

1

. Названные судебные органы были сохранены 

в соответствии с Жалованной грамотой шляхетству и земству 

Эстляндии от 1 марта 1712 г. (содержавшей, в частности, по­

ложение о сохранении за местным дворянством и горожа­

нами

 «древних их привилегий, прав, суда, правости, рецессов, 

статутов»),

 а также в соответствии с содержавшей анало­

гичное положение Жалованной грамотой городу Ревелю от 

13 марта 1712 г.

2 

Далее имеет смысл перейти к вопросу о внутреннем 

устройстве реформированных органов правосудия. По общей 
структуре Юстиц-коллегия (как и все прочие коллегии) со­
стояла из трех уровней: руководящий состав

 {«присутствие»), 

канцелярский и технический персонал

 {«канцелярские и 

нижние служители»).

 В коллегиально организованное «при-

1

 Егоров Ю. А.

 Вопросы истории государства и права... Вып. 4. С. 47, 

56;

 Кирилов И. К.

 Указ. соч. С. 73, 78, 86. 

2

 Законодательство Петра I. С. 507—508. Наиболее подробно норма­

тивные правовые акты 1710-1712 гг., согласно которым была установ­
лена административная и судебная автономия прибалтийских губерний 

в составе России, рассмотрели Б. Э. Нольде и Я. Я. Зутис

 (Ноль­

де Б. Э.

 Очерки русского государственного права. СПб., 1911. С. 359— 

375;

 Зутис Я. Я.

 Остзейский вопрос в XVIII веке. Рига, 1946. С.  5 8 - 6 3 ) . 

Относительно степени автономии, полученной тогда Лифляндией и 
Эстляндией, совершенно убедительным выглядит мнение Б. Э. Ноль­

де о том, что Петром I был «не просто подтвержден правовой status 

quo, который он застал в [прибалтийских] провинциях, ...а в сущности 

утвержден тот идеал самоуправления, который балтийцы отстаивали в 

борьбе со шведами»

 (Нольде Б. Э.

 Указ. соч. С. 360). Между прочим, 

при отступлении из Эстляндии шведы успели вывезти в Стокгольм ар­

хивы Дерптского и Перновского ландгерихтов, а также Лифляндского 

гофгерихта. По настоянию российской стороны, материалы названных 
судебных архивов были реэвакуированы в 1726 г.

 (Бабич М. В.

 Государ­

ственные учреждения XVIII века. С. 356—357). 

212 

СУДЕБНАЯ РЕФОРМА ПЕТРА I 

сутствие» входили президент, вице-президент, советники и 
асессоры. Младший канцелярский персонал образовывали 
вчерашние подьячие, именовавшиеся на новый манер ко­
пиистами, подканцеляристами и канцеляристами, старший 

канцелярский персонал — нотариус (или протоколист), ак­

туариус, дьяки и постепенно заменявшие последних секрета­

ри. Непосредственное руководство коллежской канцелярией 

осуществлял обер-секретарь (до упразднения этой должности 

в Юстиц-коллегии по именному указу от 8 ноября 1723 г.

1

). 

К «нижним служителям» относились сторожа, курьеры

 («роз-

сыльщики»)

 и палачи

 {«заплечные мастера»). 

Первоначально аппарат Юстиц-коллегии делился (как 

и в приказные времена) только на столы и повытья, во главе 

которых стояли недавние старшие подьячие — канцеляри­
сты. Впоследствии, распоряжением от 13 сентября 1723 г., 

Юстиц-коллегия была дополнительно разделена на три более 

крупных структурных подразделения —

 «правления»

 (будущих 

департамента). Первое и третье правления ведали судебными 

вопросами, второе — организационными

2

. 

Необходимо добавить, что, по именному указу от 19 ян­

варя 1722 г., были учреждены «конторы» (представитель­

ства) Сената и коллегий в Москве

3

. В числе прочих в 1722 г. 

была создана и Московская контора Юстиц-коллегии. Кон­

тора возглавлялась советником коллегии и выполняла на 

практике главным образом административные и судебно-
исполнительские функции. 

Численность персонала Юстиц-коллегии не оставалась 

в петровское время неизменной. Так, в 1720 г. в коллегии со­
стояло восемь членов «присутствия», 218 (!) канцелярских и 
29 технических служащих. А уже в 1723 г. (после вычленения 
из Юстиц-коллегии Вотчинной коллегии) количество канце­

лярских «служителей» сократилось до 88 человек

4

. 

Надворные суды строились по той же организационной 

модели, что и коллегии: судейский состав («присутствие»), 

канцелярский и технический персонал. В судебное присут­
ствие входили президент, вице-президент и асессоры (в от-

1

 Полное собрание законов. Т. 7. № 4353. С. 155. 

2

РГАДА. ф. 282, on. 1, кн. 21643, л.  7 5 - 7 7 . 

3

П о л н о е собрание законов. Т. 6. № 3887. С. 485. 

4

Анисимов Е. В.

 Государственные преобразования... С. 208, 212. 

Глава 4. Основание и развитие системы судов

 213 

общей юрисдикции России в 1718-1727 гг.  

личие от коллегий, в гофгерихтах отсутствовали советники). 

Канцелярию составляли копиисты, подканцеляристы, канце­

ляристы и нотариус, которых возглавлял дьяк или же секре­

тарь. Наконец, «нижние служители» были представлены теми 
же сторожами, рассылыциками и заплечными мастерами. 

Крупнейшим по численности канцелярского и техниче­

ского персонала среди отечественных надворных судов являл­
ся Московский. По состоянию на январь 1722 г. в Москов­
ском гофгерихте трудились семеро судей (вице-президент и 

шесть асессоров), 28 канцелярских служащих (два секретаря, 

два дьяка, нотариус, пять канцеляристов, восемь подканце­
ляристов, 11 копиистов) и шестеро сторожей (по курьерам и 

заплечным мастерам сведения отсутствуют). По данным же 
на 1726 г., в Московском надворном суде работали шестеро 
судей (президент и пять асессоров), 27 канцелярских слу­

жащих, трое сторожей, 12 рассылыциков и двое заплечных 

мастеров

1

. 

В прочих гофгерихтах штаты были скромнее: 4—6 су­

дей и 14-16 канцелярских «служителей». Например, в Во­

ронежском надворном суде в феврале 1723 г. состояли четве­
ро судей и 14 канцелярских служащих. Четыре года спустя, 
в 1726 г. в Воронежском гофгерихте числилось уже шесть 
судей (президент, вице-президент и четверо асессоров), по-

прежнему 14 канцелярских служащих и двое сторожей. А вот 
в наиболее удаленном от столиц Енисейском надворном суде 
в 1726 г. трудились шестеро судей, 14 канцелярских служа­
щих (двое секретарей, четверо канцеляристов и восемь ко­
пиистов) и двое сторожей

2

. 

Особое устройство имел Рижский гофгерихт, в котором 

был в неприкосновенности сохранен штат, установленный 
еще шведами в 1630 г. Подобная специфика организации 
суда в Риге была — в общем виде — подтверждена в Жало­

ванной грамоте городу Риге от 30 сентября 1710 г. В данной 
грамоте оговаривалось, что рижские жители сохраняли

 «все 

'РГАДА, ф. 286, кн. 2, л. 225-226 об.:

 Кирилов И. К.

 Указ. соч. 

С. 113. 

' РГАДА, ф. 285, on. 1, кн. 5951, № 102, л. 2 об  - 3 ;

 Кирилов И. К.

 Указ. 

соч. С. 183, 276. Сведения о штатах Санкт-Петербургского, Казанского, 

Курского, Нижегородского, Смоленского, Тобольского и Ярославского 
надворных судов — по состоянию на 1726 г.; см.: Там же. С. 42, 101, 

155-156, 173, 206, 214, 260. 

214 

СУДЕБНАЯ РЕФОРМА ПЕТРА I 

их привилии [привилегии] градские, права, статуты, суды... 

как они отдревле оные и от государей до государей до сего чис­

ла получали и имели»

1

. 

Впоследствии особость рижского судоустройства на­

шла дополнительное закрепление в ст. 21 сенатского указа 

от 15 июня 1722 г., изданного в ответ на обращение депута­
ции жителей Риги и поныне не освещавшегося в историко-
правовой литературе

2

. В итоге, в 1726 г., как и в XVII в., в 

Рижском надворном суде состояли 13 судей (президент, вице-
президент и 11 асессоров), обер-фискал, четверо канцеляр­

ских служащих и шесть технических сотрудников (четверо 

«служителей при заседании»

 и двое

 «гофгерихтских слуг»)

3

. 

Российское влияние проявлялось лишь в том, что президен­

том названного суда на протяжении 1715—1729 гг. назначал­

ся рижский генерал-губернатор. 

Что касается провинциальных судов, то, подобно 

Юстиц-коллегии и гофгерихтам, они состояли из коллеги­

ального судебного присутствия, канцелярских и технических 
служащих. Глава провинциального суда носил нововведенный 
чин обер-ландрихтера (что, несомненно, являлось отзвуком 

рассмотренного выше проекта А. А. Матвеева от 15 ноября 

1718 г.). Под началом обер-ландрихтера обыкновенно рабо­

тали 3-4 судей-асессоров и 18—20 канцелярских служащих. 
Так, в Ярославском провинциальном суде в апреле 1722 г. 
трудились обер-ландрихтер, четверо асессоров, 21 канцеляр­
ский служащий и двое сторожей. И только в крупнейшем 

Московском провинциальном суде в январе того же 1722 г. 

числились четверо судей (обер-ландрихтер и три асессора) и 

39 канцелярских служащих (не считая неокладных)

4

. 

Сведений о штатах городовых судов выявить к настоя­

щему времени не удалось. Насколько можно понять по кос­
венным данным, таковые штаты были невелики: при городо­
вом судье состояли  2 - 3 младших канцелярских служащих и 

1—2 технических сотрудника. Ни дьяков, ни секретарей, ни 

нотариусов в городовых судах не предусматривалось. 

1

 Законодательство Петра I. С. 506. 

2

 РГАДА, Ф. 248, кн. 1889, л. 301 об. 

3

 Кирилов И. К.

 Указ. соч. С. 78. Сведения о штатах 1630 г. см.:

 Кал-

нынь В. Е.

 Указ. соч. С. 78. 

4

РГАДА, Ф- 286, кн. 2, л. 229-230; ф. 285, on. 1, кн. 5947, № 104, 

л.  6 - 6 об. 

Глава 4. Основание и развитие системы судов

 215 

общей юрисдикции России в 1718-1727 гг.  

Остается добавить, что, как можно видеть из архивных 

материалов, штаты руководителей «присутствий» реформи­
рованных органов правосудия укомплектовывались в пер­
вой четверти XVIII в. не полностью. Скажем, весь период 

существования без президентов проработали Ярославский 

и Санкт-Петербургский (!) надворные суды. В Московском 

же гофгерихте президент впервые появился лишь в июне 

1725 г., на шестой год после основания суда. Всего два года 

(1722-1724 гг.) отработал вице-президент в Казанском над­

ворном суде. Да и сама Юстиц-коллегия — после последо­

вавшей 3 июля 1721 г. кончины Г. Бреверна

1

 — оставалась 

без вице-президента до 1726 г. 

Далее стоит затронуть вопрос об объеме юрисдикционных 

полномочий реформированных органов правосудия. Для на­

чала имеет смысл оговорить, что отечественный законодатель 

первой четверти XVIII в., в отличие от современного, не раз­

делял — на теоретическом уровне — суды общей и специаль­

ной юрисдикции. Вместе с тем, подобное деление уже начи­
нало мало-помалу осознаваться — если и не самим Петром I, 

то руководителями Юстиц-коллегии. Весьма показательный в 

этом отношении фрагмент был внесен в охарактеризованный 

выше «Доклад о Коллегии юстиции» от мая 1718 г. 

Стоит повторить, что в начальном разделе доклада, по­

священном шведским апелляционным судам, было, по суще­
ству, дано определение суда общей юрисдикции: это такой 

суд, в котором

 «без всякого изъятия все дела отправляются, 

которые до юстиции надлежит»

2

.

 Если учесть, что доклад 

подписал А. А. Матвеев, а раздел о шведском судоустрой­
стве готовил Г. Бреверн

3

, то можно констатировать, что идея 

о судах общей юрисдикции уже выкристаллизовывалась на 
российской почве. 

В окончательном виде компетенция Юстиц-коллегии 

была определена законодателем в принципиально важном 

для развития всей отечественной коллежской системы упо­

минавшемся законе от 12 декабря 1718 г., основной раздел 
которого имел отвечавшее содержанию заглавие: «О

 должно-

1

 Brevern G.

 Op. cit. S. 52. Тело Г. Бреверна было перевезено в Ригу, 

где торжественно захоронено 23 февраля 1723 г. в фамильной гробнице 
в соборе св. Петра (Ibid.). 

2

 Законодательные акты Петра I. С. 368. 

3

 Hermann's von Brevern Leben. S. 249.