ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 28.10.2020
Просмотров: 2155
Скачиваний: 10
>>>31>>>
ленная в юридическом акте соответствующих судебных, прокурорско-следственных органов и органов дознания, она является правовым обоснованием уголовной ответственности преступника.
2. Квалификация преступления как оценочно-познавательный процесс
Деятельность следователя, прокурора, суда по применению уголовного закона и квалификации преступления является многоплановой и разносторонней, поэтому научный анализ квалификации как разновидности правоприменительной деятельности должен учитывать различные ее значения. При этом особую роль играет объяснение процесса квалификации преступления как оценочно-познавательной деятельности. Теория познания, по существу, является основным звеном общетеоретической методологии. А это имеет большое значение для расследования и судебного рассмотрения уголовных дел, так как методология квалификации преступлений имеет непосредственный выход в практику уголовного судопроизводства.
В юридической литературе иногда утверждается, что правоприменительная деятельность является лишь волевым актом, воздействием на общественные отношения. Высказана также точка зрения, что «применение права как волевой акт представляет собой не процесс познания, не отражение в сознании объективной действительности, а форму активного воздействия на нее»1. Однако противопоставлять процесс познания правовых явлений их оценке недопустимо, ибо это может привести к неправильному выводу о том, что суд якобы не познает сущность социальных явлений, а лишь оценивает их так, как требует законодатель.
«Практичность» судебного исследования — необходимый элемент познания истины в уголовном судопроизводстве (как и в любой другой сфере общественной жизни) . Воздействие же субъекта в процессе познания на познаваемый объект является краеугольным камнем
1 Матвиенко Е. А. Установление объектинвой истины в стадии исполнения приговора.—В сб.: Юридические гарантии применения советских правовых норм и укрепление социалистической законности. Киев, 1971, с. 40.
31
>>>32>>>
теории марксизма- Например, К. Маркс так начинает «Тезисы о Фейербахе»: «Главный недостаток всего предшествующего материализма — включая и фейербахов-ский — заключается в том, что предмет, действительность, чувственность берется только в форме объекта, или в форме созерцания, а не как человеческая чувственная деятельность, практика, не субъективно»1. Специфика всякого человеческого познания раскрывается в целенаправленном взаимодействии человека с предметами внешнего мира. Уместно также привести ленинское высказывание о том, что «сознание человека не только отражает объективный мир, но и творит его»2.
Положения основоположников марксизма-ленинизма, касающиеся единства теории и практики, познания и оценки в достижении объективной истины, раскрывают важнейшую сторону марксистской теории познания. Они являются методологическим обоснованием анализа оценочно-познавательного характера применения уголовно-правовых норм.
При исследовании этого аспекта правоприменения и квалификации мы исходим из того, что уголовно-правовая норма — это данная законодателем обобщенная оценка определенных общественно опасных деяний. Посредством правовых норм лицо, их применяющее, выявляет общественно-политическую и юридическую сущность противоправных действий, т. е. дает конкретные оценки социальным явлениям. Содержание правовой нормы выражается в суждениях долженствования и предписывания и тем самым выступает волей субъекта— законодателя. А это означает, что нормы не только служат средством описания и оценки правовых явлений, но и направляют развитие общественных отношений, выражают цели и интересы господствующего класса.
Качество правовых норм в обобщенной форме выражать объективные социально-правовые отношения возникает в процессе их образования. К. Маркс бичевал буржуазное законодательство, которое стремилось создать нормы, регулирующие мнимые правоотношения. «Мы должны были бы бросить упрек законодателю в безграничном произволе, если бы он подменил сущность дела своими выдумками». «Вам ни в какой мере
'Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 3, с. 1. 2 Л е н и н В. И Поли. собр. соч., т. 29, с. 194,
32
>>>33>>>
не удастся заставить нас поверить в наличие преступления там, где нет преступления, — вы можете только само преступление превратить в правовой акт»1. К- Марксом подчеркивается, на наш взгляд, та мысль, что ни следователь, ни'судья ни в коем случае не должны вносить элемент правотворчества в юридическое познание, а должны лишь устанавливать правовую природу квалифицируемого деяния. Они должны применять юридическое понятие (правовые нормы) к тем признакам, которые объективно существуют, всякий раз убеждаясь, имеется ли между ними тождество. Отличие между преступлениями предопределено не законодателем, а содержанием объективных общественных отношений, для которых возникает потребность правового регулирования. Если окажется, что совершенные действия преступны, то только потому, что они объективно (по своему содержанию) являются нарушением уголовно-правовой нормы.
Правовая норма —это объективное средство формирования правовой оценки, выражающейся в квалификации деяния, ее объективный эталон истинности. Разумеется, что правовая оценка объективна, так как в ней находит отражение преступный факт, его общественно значимые особенности, не зависящие от законодателя и лиц, применяющих право. Но оценка имеет и субъективный момент, поскольку общество, формируя свои материальные и духовные потребности, выступает субъектом. Оно ставит различные цели и задачи, в свете решения которых определенные общественно опасные деяния может и не признавать преступлением. Установить же степень общественной опасности деяния (как его объективное качество) вне процесса познания невозможно. Применение оценок, правовых норм в процессе квалификации обусловливает ее оценочно-познавательный характер.
Неразрывная связь оценок и познания (оценочного и безоценочного познания) вытекает из жизненной потребности освоения человеком окружающей действительности. Эта связь заложена в полученном знании о предмете, знании того, каким образом данный предмет может удовлетворить те или иные потребности человека.
•Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 1, с. 162, 122.
3 Заказ 1846 33
>>>34>>>
«Акты ценностной оценки вообще невозможно обособить от познания, они так или иначе связаны с осознанием результатов познания»1. Человек устанавливает "в процессе перехода от незнания к знанию именно то, что может быть использовано в его жизни, т. е. устанавливает ценность объекта.
В правовой сфере ценностные отношения фиксируются в обобщенной форме в уголовно-правовых нормах2. В ст. 14 Основ уголовного законодательства указывается, например, на связь социальной и правовой оценок действий, совершенных в состоянии крайней необходимости, с ценностью возникших при этом отношений. Если в состоянии крайней необходимости причинен менее значительный вред, чем вред предотвращенный, то в этом случае деяние не является преступлением.
Если допустить, что квалификация преступления (и применение правовых норм в целом) не является познавательным процессом, то придется признать, что при уголовно-правовой оценке в сознании юриста не отражается объективно существующее противоправное деяние, что он не отвечает на вопрос «совершено ли преступление и какое именно?», т. е. не познаёт сущность противоправного социального явления, не раскрывает истины по делу. Все это, разумеется, противоречит следственной и судебной практике, поскольку в ходе расследования и судебного разбирательства как раз и дается ответ на поставленный вопрос.
Общественно опасное деяние — это сфера бытия, факт социальной действительности, и как всякое явление оно диалектично. Поэтому, на наш взгляд, основные трудности при квалификации преступления связаны с природой мышления, которое не может отразить действительность, «не прервав непрерывного, не упростив» ее3. Но диалектичность преступного события не явля-
1 Нарский И. С. Диалектика противоречий и логика познания. М., 1969, с. 219. См. также: Коршунов А. И., Манта-то в В. В. Теория отражения и эвристическая роль знаков. М., 1974, с. 51—67.
2 Об аксиологическом подходе к проблемам уголовного права см.: Демидов Ю. А. Социальная ценность и оценка в уголовном праве. М., «Юридическая литература», 1975.
3 Л е н и н В. И. Поли. собр. соч., т. 29, с. 233.
34
>>>35>>>
ется непреодолимой трудностью в процессе его квалификации. Юрист должен и обязан научиться верно выражать противоречивость деяния в логике юридических понятий. А это возможно, на наш взгляд, только через использование при применении норм права всей совокупности логических форм, которая в правовой сфере условно может быть сведена к оперированию юридическими понятиями (и правовыми нормами). Искусство применять правовые нормы приобретается в научной и практической деятельности и требует сознательного использования законов и категорий диалектики и логики. Например, совершенное деяние — и явление, и сущность. В процессе уголовно-правовой квалификации юрист мысленно переходит от одной совокупности его признаков (явления), к тем глубинным характеристикам, которые обусловливают качественность деяния (ere еущ-ность). Сущность деяния (преступления)—это его общественная опасность. Она «устанавливается» применяемой уголовно-правовой нормой и состоит из необходимых, наиболее важных признаков, тогда как в явлении преступления содержится вся его «действительность» {главное и второстепенное, необходимое и случайное и т. д.)..
В литературе высказывалось мнение, что при квалификации сущность социальных явлений не познается, а только -устанавливается в соответствии с правовой нормой, так как сущность познана ранее законодателем и сформулирована в законе. Исходя из этого, считают, что судебное и следственное познание в отличие от теоретического есть «движение от познанного общего, познанной сущности к единичному, к явлению с целью идентификации сущностей — той, которая содержится в исследуемом единичном событии, явлении, и той, которая отражена нормой материального права»1. Но движение от познанного общего к отдельному присуще любому познанию на логическом уровне (от отдельного к общему и от него к отдельному). Познание сущности заключается в выявлении определенного уровня, глубины самого явления и осуществляется понятиями как «ступеньками» познания.
С положением о том, что при применении норм права сущность социального явления не познается (она
1 Сизякин О. Т. Сущность и явление в уголовном процессе.— «Сов. государство и право», 1968, № 6, с. 117.
3* 35