Файл: прилепин паталогии.pdf

шесть  человек плюс водитель. Скворец, 
сидящий в  одной  из машин, открывает 
дверь, зовет меня: 
     - Егор! 
     Втискиваюсь на заднее сиденье. 
     Спустя полчаса мне приходит в 
голову поинтересоваться, куда мы едем: 
     - Саня, куда мы едем? - спрашиваю я 
тихо. 
     - В какую-то деревню. 
     Киваю головой, хотя ничего, 
собственно, не понял. Да и какая 
разница. В 
деревню так в деревню. 
     Согнувшись,  беспрестанно  кусаю   
себя   за   руку   между  большим  и 
указательным пальцами. 
     Сем?ныч вызывает по рации Шею, 
сидящего впереди меня. 
     - Подъезжаем, - говорит Сем?ныч. 
     - Принято, - отвечает Шея. 
     - Согласно оперативным  данным, в  
доме,  к  которому  мы  едем,  живут 

пятеро, что ли, братьев... 
     -  'Что ли' пятеро  или  'что  ли' 
братьев? -  спрашиваю я,  необычайно 
восприимчивый в  это утро  к деталям.  
Чувствую острое  желание,  чтобы  Шея 
развернулся и вырубил меня хорошим 
ударом в челюсть. 
     - Они  связаны с  боевиками,  - 
продолжает Шея, словно не слыша меня. 
- 
Или сами боевики. В общем, их надо 
задержать. 
     - Может, их лучше сразу замочить? - 
интересуется Астахов. 
     -  Задержать,  -  строго  повторяет  
Шея,  но  все  равно  слышно,  что 
настроение у него хорошее. 
     - Выгружаемся, - добавляет Шея. 
     Трусцой бежим от окраины селения 
по дороге. На улицах никого  нет. Даже 
собаки не лают. 
     Хочется упасть. И  чтоб  все по мне 
пробежали,  а  я остался лежать  на 

земле, весь покрытый пыльными, 
тяжелыми следами берцев. 
     Рассредоточиваемся вокруг дома.  
Присаживаюсь на колено, снимаю 
автомат 
с предохранителя, досылаю патрон в  
патронник. Сем?ныч, Шея,  Слава 
Тельман, 
Язва и  Женя Кизяков идут к дому, вход 
справа.  Слава Тельман  горд тем, что 
Сем?ныч вновь взял его собой - дал 
шанс исправиться, показать себя. 
     Я тоскливо  смотрю на Славу, на 
Сем?ныча, не  Шею... Скорее бы домой, 
в 
'почивальню'... 
     Язва и Кизя встают у окон. 
     - Гранаты приготовьте, - говорит им 
Сем?ныч. 
     Шея бьет ногой  в дверь, она 
стремительно открывается, видимо,  
была не 
закрыта. Шея со Славой входят в дом. 

     - Всем лежать! - орет Шея бодро. 
     Сем?ныч делает шаг следом, но в 
доме раздается тяжелая пальба, и он тут 
же возвращается в исходное положение, 
прижавшись спиной к косяку. Я вижу 
его 
бешеное,  густо покрасневшее лицо. 
Стреляют не автоматы наших парней - 
Шеи и 
Тельмана, это бьет ПКМ - пулемет 
Калашникова, я точно это знаю, я слышу 
это. 
Что же наши парни, почему они не 
стреляют, что с ними? 
     Вздрогнув  от  выстрелов, 
беспомощно смотрю  на Сем?ныча. 
Вижу у одного 
окна  Язву - он озирается по сторонам, у 
другого Женю Кизякова - он держит в 
руке гранату и не знает, что с ней делать. 
     - Не кидай! - кричит Сем?ныч Кизе. 
     Никто из  нас, окруживших дом, не 
стреляет. Куда стрелять? Там, в доме, 

наверное, наши парни дерутся... 
Наверняка крутят  руки этим уродам и  
сейчас 
выйдут. 
     Сжимаю  автомат,  и сердце  
трепыхается  во все стороны,  как 
пьяный  в 
туалете, сдуру забывший, где выход, и 
бьющийся в ужасе о стены. 
     Сем?ныч заглядывает в дверной 
проем и дает внутрь дома длинную 
очередь. 
     'Куда же  он  палит?  А?  Там же Шея 
и Тельман!  Они же  там! Он же  их 
убьет!' 
     Сем?ныч  присаживается   на  колено,  
будто  хочет  вползти  в  дом  на 
четвереньках, и  тут  же  за  ногу  кого-то 
вытаскивает  из  дома...  Славу! 
Тельмана! 
     Кизя, убравший гранату, 
подскакивает и сволакивает Славу на 
землю.