ВУЗ: Не указан

Категория: Не указан

Дисциплина: Не указана

Добавлен: 13.05.2021

Просмотров: 5916

Скачиваний: 6

ВНИМАНИЕ! Если данный файл нарушает Ваши авторские права, то обязательно сообщите нам.

Некоторые ученые в подтверждение того, что биологические факторы могут сами по себе приво­дить к преступному поведению, что предрасполо­женность к такому поведению биологически детер­минирована и может передаваться по наследству, приводят данные о том, что в общей массе преступ­ников немало лиц с расстройствами психической деятельности.

Действительно, как показывают исследования, среди преступников, особенно совершающих на­сильственные преступления, высок удельный вес людей, имеющих психические аномалии в рамкахвменяемости Он достигает 30%. Положе­ния психологии, психофизиологии, психи­атрии, некоторые криминологические дан­ные дают основание считать, что ослабление или искажение психической деятельности любого про­исхождения способствует возникновению и разви­тию таких черт характера, как раздражительность, агрессивность, жестокость, и вместе с тем ведет к снижению волевых процессов, повышению вну­шаемости, ослаблению сдерживающих контроль­ных механизмов. Эти черты препятствуют нормаль­ной социализации личности, приводят к инвалид­ности, мешают заниматься определенными видами деятельности и вообще трудиться, что повышает вероятность совершения противоправных дейст­вий и ведения антиобщественного образа жизни. Значимость указанных факторов возрастает в со­временных условиях, характеризуемых общей пси­хической напряженностью, увеличением количест­ва эмоционально-стрессовых расстройств, состоя­ний психической дезадаптации.

Однако это вовсе не означает, что аномалии пси­хики являются причиной совершения преступле­ний.

Во-первых, среди всей массы преступников субъекты с такими аномалиями не составляют боль­шинства.

Во-вторых, даже наличие психических анома­лий у конкретного лица далеко не всегда свиде­тельствует о том, что они сыграли криминогенную роль в его противоправном поведении.

В-третьих, как доказано многими эмпи- ЩЖЗГЛ рическими исследованиями, не сама ано­малия психики предопределяет соверше­ние преступления, а то воспитание, те неблагопри­ятные условия формирования индивида, которые породили его криминогенные личностные черты. Разумеется, такие аномалии могут способствовать их возникновению и развитию, как и самому проти­воправному поведению, но лишь в качестве усло­вия, не определяющего это поведение в целом.

Констатация какой-то психической аномалии (например, психопатии, олигофрении в степени дебильности, органического поражения центральной нервной системы и т

д.) отнюдь не объясняет, поче­му данный человек совершил преступление. Моти­вация, внутренние причины преступного поведения не представлены в диагнозе, который лишьопреде- ляет наличие того или иного расстройства, его сте­пень, тяжесть и т д Поэтому понять субъективные причины преступления, представленные в мотиве, можно лишь путем психологического изучения лич­ности. Дефекты психики, если, конечно, они имеют­ся, вовсе не представляют мотивов преступного по­ведения, хотя и могут влиять на них.


Как установлено, психопатии, например, явля­ются одним из факторов, способствующих совер­шению насильственных преступлений. В то же вре­мя давно известно, что психопаты успешно работа­ют и выполняют многие другие обязанности. Поэтому основное значение имеет не аномалия са ма по себе, а социальный облик лица, сформированный обществом

Психологами предпринимались попытки выявить значение биологических факторов в лично­сти преступника путем изучения близнецов Это изу­чение ориентируется на единое генетическое нача­ло, а именно на сходство (идентичность) генотипа, и направлено на выяснение степени совпадения иных, в том числе криминологических признаков. Значение близнецового метода состоит в том, что однояйцевые близнецы имеют идентичный генотип. Они рождаются в виде двух мальчиков или двух де­вочек. Сравнивая таких близнецов и оценивая вели­чину внутрипарной корреляции (соответствия), можно установить, какие их особенности детерми­нированы генотипом и какие — воздействием сре­ды. Сопоставление данных различных исследова­ний показывает частоту преступности второго близнеца, если первый был преступником, при этом, как оказалось, частота преступного поведе­ния однояйцевых близнецов в два раза выше, чем у двуяйцевых. Однако это не может служить доказа­тельством биологического происхождения престу­плений. Преступное поведение лиц, обладающих сходным генотипом, может объясняться как сход­ной средой формирования личности, так и сходны­ми психофизиологическими особенностями изу­ченных лиц. К тому же однояйцевых близнецов сре­ди населения очень немного, а среди преступников практически единицы, что не позволяет сделать ка­кие-либо однозначные выводы.

Основные черты психологической характеристики личности преступника

Изучение и учет психологических особенностей лич­ности позволяет установить отличия преступников от непреступников, выявить факторы, влияющие на совер­шение преступлений.

Выборочные психологические исследования, стати­стические данные свидетельствуют о том, что:

  • среди преступников значительно больше муж­чин, чем женщин;

  • возрастная характеристика преступников позво­ляет делать выводы о криминогенной активности и осо­бенностях преступного поведения представителей раз­личных возрастных фупп. Психологией давно установле­но, что лица молодежного возраста чаще совершают преступления агрессивного, импульсивного характера. Наиболее часто совершают преступления лица в возрас­те 18—40 лет (до 70—75 %). В этой группе наибольшая криминальная активность характерна для возрастной группы 25—29 лет, затем следуют 18—24-летние, 14— 17-летние и затем 30—40-летние. Наблюдаемая тенден­ция роста преступности несовершеннолетних (практиче­ски на 10—14% каждый год!) требует не только мораль­ной, но и специальной правовой подготовки. Необходимо также помнить, что многие из этой категории правонару­шителей имеют психические аномалии (как наследствен­ные (психопатия, слабоумие в форме дебильности и пр.), так и носящие приобретенный характер (алкоголизм, нар­комания, травмы центральной нервной системы и пр.).


семейное положение и особето воспитание оказы- вают влияние на формирование лтюспде качеств. Такие отклонения от общепринятых норм, как: фактические брач­ные отношения родителей, неполные семьи, раздельные бюджеты родителей, низкий уровень культурных отношений в семье, наличие в ней стереотипов правонарушающего поведения, один ребенок в семье или, наоборот, много детей или детдомовское воспитание, — долж­ны вызывать особое внимание;

коэффициент преступности среди не состоявших в браке почти в два раза выше, чем сре­ди состоявших (хотя это объясняется и тем, что значи­тельную долю преступников составляют молодые люди, не успевшие обзавестись семьей;

  • особое внимание необходимо обращать на тру­довую деятельность до совершения преступления (здесь характерна частая смена места работы и учебы, большие перерывы и пр.);

уровень образования преступников, как правило, ниже, чем у законопослушных граждан;

  • современное положение, выраженное в сущест­венном материальном расслоении общества, выде­ляет личность преступника по имущественному положе­нию, т.е по доходам. Например, на границе со странами Балтии отмечается значительный рост благосостояния местного населения, выросший за последние годы;

  • среди характеристик личности преступников особого внимания заслуживают такие, как характер и длительность преступной деятельности. Преобладающую часть пре­ступников составляют: убийцы, воры, хулиганы, разбой­ники, грабители, мошенники, насильники и те, кто нанес пострадавшим телесные повреждения. Важно отметить наличие специального рецидива, т.е. повторного совер­шения тех же или сходных преступлений среди хулига­нов, мошенников и лиц, совершавших ранее кражи, и по­следнее, на что мне хотелось бы обратить внимание, это

а) особое отношение к закону. Нельзя сказать, что лица, совершающие преступления, плохо их знают На­против, подавляющее большинство из них обладают да­же большими правовыми знаниями, чем законопослуш­ные граждане. Но у них отсутствует уважительное отно­шение к праву, не сформирована потребность следовать его предписаниям. Это относится не только к преступ­никам-рецидивистам.

26. Основные современные психологические теории, объясняющие

криминальное поведение (теория социального научения А. Бандуры,

дифференциальная теория «ассоциация – подкрепление» Р. Экерса,

фрустрационная теория Л. Берковица).

А. Социальное научение

Ранние теоретики научения работали в лаборато­риях, используя в качестве испытуемых, в основном, животных. Так, теории Павлова, Уотсона и Скиннера были основаны на тщательных и трудоемких наблю­дениях и экспериментах с животными. Принципы на­учения, сформулированные на основе их исследова­ний, были применены к самым разнообразным фор­мам человеческого поведения. Во многих случаях была подтверждена валидность разработанных процедур. Найдется не так уж много психологов, способных оспорить утверждение, гласящее, что понятие подкрепления отражает один из наиболее убедительно дока­занных принципов современной психологии. Однако бихевиористы утверждают также, что по­скольку поведение является результатом научения, его можно изменять, используя тс же самые принци­пы, согласно которым оно было усвоено. Это поро­дило изобилие разных видов поведенческой психо­терапии, или техник модификации поведения. При­меняя принципы научения, создаем условия, которые изменяют или закрепляют желательное поведение. Но когда мы имеем дело со столь сложным объек­том, как человек, излишнее упрощение опасно. Чело­век реагирует на поощрение и наказание, а поведен­ческая терапия может изменить некоторые элементы поведения. Более того, человека можно подвергнуть классическому обусловливанию, хотя существуют большие индивидуальные различия в восприимчиво­сти к обусловливанию. Если, однако, мы теряем из виду личность и переоцениваем роль среды или вне­шних детерминант поведения, то можем просмотреть критический уровень объяснения. Вспомним, что че­ловек прежде всего это субъект, активно решающий проблемы, воспринимающий, кодирующий, интер­претирующий информацию и принимающий решения на основе того, что предлагает окружающая среда.


Таким образом, внутренние факторы, так же как и внешние, могут играть значительную роль в детерми­нации поведения. В этом и есть суть теории социаль­ного научения, согласно которой чтобы понять крими­нальное поведение, необходимо учитывать особенно­сти восприятия, мысли, ожидания, компетенцию и ценности. Каждый индивид имеет свое собственное видение мира и живет соответственно этому видению

Объясняя поведение человека, сторонники теории социального научения делают акцент прежде всего на когнитивных переменных, внутренних процессах, которые обычно называют мышлением и памятью. Класси­ческое и оперантное обусловливание игнорируют все то, что происходит между восприятием стимула и отве­том (или реакцией). Последователи Скиннера утверж­дают: «Если мы можем описать наблюдаемое поведе­ние, зачем утруждать себя тем, что происходит в лабиринте внутренних процессов?» Сторонники теории социального научения, однако, полагают, что такой подход дает неполную картину человеческого поведения.

Термин социальное научение отражает тот факт, что мы учимся, прежде всего наблюдая и слушая, как дей­ствуют и что говорят другие люди, воспринимая то, что происходит в социальной среде. Сторонники теории социального научения убеждены, что социальная среда является важнейшим фактором формирования челове­ческого поведения. Однако они не отрицают необходи­мости подкрепления для сохранения усвоенных форм поведения. Криминальное поведение, например, снача­ла может быть усвоено посредством ассоциирования и в результате наблюдения, но будет или нет оно закре­пившимся и устойчивым, зависит прежде всего от под­крепления (оперантное обусловливание). Например, если мальчик видит, как некто, кем он восхищается (т. е. ролевая модель), успешно крадет что-то из местно­го магазина спортивных товаров, мальчик тоже может что-нибудь стащить. Однако станет ли он и дальше совер­шать кражи, будет зависеть от подкрепления или цен­ности того, что он таким образом получает. Если мальчик подкрепление не получает (ему не удалось стащить баскетбольный мяч, потому что кто-то еще вошел в магазин или украденные им спортивные трусы оказа­лись не по размеру), то подобные действия, вероятно, выпадут из его репертуара действий (угашение). Если поведение приносит аверсивные результаты (наказа­ние), в дальнейшем подобные действия будут подав­ляться или сдерживаться.

К числу сторонников теории социального научения принадлежат несколько групп психологов. В первую очередь мы рассмотрим работы таких выдающихся представителей этого направления, как Джулиан Роттер и Альберт Бандура, поскольку они представляются нам наиболее значимыми для исследования криминаль­ного поведения с точки зрения социального научения.

1) Теория ожиданий

Джулиан Роттер наиболее известен тем, что привлек внимание к важности ожиданий относительно послед­ствий поведения, включая подкрепление, которое будет получено за осуществленное действие. Другими сло­вами, прежде чем что-то делать, мы задаемся вопросом: «Что происходило со мной раньше в подобной ситуации и что будет на этот раз?». Согласно Роттеру, будут ли осуществляться определенные действия, за­висит от наших ожиданий и от того, каким образом мы оцениваем вероятные результаты нашего поведения. Чтобы предсказать, будет ли некто вести себя определенным образом, мы должны определить ожидания этого человека и то, какую ценность он придает воз­награждению, которое явится следствием его поведения. Часто у человека формируются «генерализован­ные ожидания», стабильные и устойчивые для целого ряда схожих ситуаций. Теория ожида­ний, таким образом, утверждает: уровень активности индивида основывается на его ожиданиях того, что он получит соответствующий результат, действуя опре­деленным образом.


Гипотеза о том, что люди включаются в ситуации с генерализованными ожиданиями относительно ре­зультатов своего поведения, имеет важное значение для исследователей криминального поведения. При­меняя теорию Роттера к проблемам криминального поведения, мы можем утверждать, что, совершая неза­конные действия, люди ожидают определенного воз­награждения в форме статуса власти, безопасности, любви, материальных благ или улучшения жизненных условий. Индивид, склонный к насильственному по­ведению, может совершать насильственные действия, рассчитывая, таким образом, получить какое-то воз­награждение; серийный убийца может верить, что Бог возложил на него миссию устранить всех «разврат­ных» женщин; женщина, отравившая жестоко обра­щавшегося с нею мужа, ожидает улучшения своего образа жизни. Если просто определить личность как индивида, склонного к насильственным действиям, импульсивного, психически больного или как челове­ка с недостаточным Эго-контролем, то неучтенным останется ряд других существенных факторов, опре­деляющих поведение. Несмотря на то что нельзя полностью исключить саморегуляцию и моральное развитие — понятия, которые мы будем изучать в по­следующих главах, - люди, совершающие противоза­конные действия, воспринимая и интерпретируя ситуацию, выбирают такой способ поведения, который кажется им наиболее эффективным в данных обстоя­тельствах. Обычно, совершая насильственные дей­ствия, люди ведут себя таким образом потому, что по­добный вариант поведения в прошлом приносил им успех (по крайней мере, они полагают, что результат был успешен). Или же, что встречается реже, они про­сто наблюдали кого- го другого, получавшего какое- то вознаграждение своего насильственного поведения, и пытаются получить то же самое таким же способом. Здесь мы подошли к рассмотрению имитационной модели социального научения А. Бандуры.

2) Имитационные аспекты социального научения

Человек иногда может усваивать способы повеле­ния, просто наблюдая за действиями других; прямое подкрепление не является необходимым. Бандура ввел понятие научения, которое он назвал обсервационным научением или моделирова­нием в процессе социального научения. Бандура ут­верждает. что по большей части наше поведение изна­чально усваивается путем наблюдения за поведением других людей, которых он называет моделями. Напри­мер, ребенок может научиться стрелять из винтовки, подражая действиям персонажа телевизионного филь­ма. Он или она затем репетируют и совершенствуют выполнение этого поведенческого паттерна, практику­ясь с игрушечным оружием. Поведение, по всей веро­ятности, будет сохраняться и закрепляться, если свер­стники также играют с оружием, и их поведение слу­жит взаимным подкреплением. Даже если дети никогда не нажимали спусковой крючок реального оружия, они довольно точно могут воспроизводить действия тех, за кем наблюдали. Вполне вероятно, что каждый взрослый или подросток в США знает, как стрелять из оружия, даже если он на самом деле ни­когда не стрелял: «Вы прицеливаетесь и нажимаете на спусковой крючок». Разумеется, правильно и метко стрелять дело много более сложное, но элементар­ное «знание как» было усвоено путем имитационного обучения (называемого также моделированием или обсервационным научением). Всевозможные паттер­ны поведения существуют в нашем репертуаре, даже если мы никогда не получали прямого подкрепления за их усвоение.