ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 12.01.2024
Просмотров: 1478
Скачиваний: 22
ВНИМАНИЕ! Если данный файл нарушает Ваши авторские права, то обязательно сообщите нам.
Их ляпы становились все очевиднее, аппетит ненасытнее, политика циничнее. Многие из толковых ребят уходили в бизнес. Одно время там давали работать, лишь бы не лезли в политику. Потом и это стало невозможным, потому что независимые люди, тем более богатые и работающие с заграницей, пугали власть. Расти не давали, в сырьевой бизнес не пускали (пусть лучше иностранцам достанется), чтобы не появилось самостоятельных игроков, поверивших в свои способности работать по-крупному, чтобы не зародились политические амбиции. Правда, банкиров просмотрели, но и их быстро укротили, или сократили, или посадили. И главное. Всё это представление под громким названием «Прыжок барса» подавалось под хорошую музыку а ля «Мы – демократы». Кормили и наш народ, и весь мир демократическими лозунгами и словесами, в период выборов – лапшой и мишурой. Мир глотал, - а куда деваться, - запивать-то давали все-таки нефтью, да и завеса была приличная – газовая. На десерт казахи еще уран приберегли. Тут чем угодно не подавишься, всё проглотишь. А народ плевался, но, голодая, нормальной кормежки всё же не требовал. Значит, было еще терпение у (всем тиранам на зависть) крепного и выносливого народа-кочевника... Сын Армана ходил взад-вперед по комнате и зло шептал что-то сквозь зубы. Его отец продолжал:- Скажите, я – пессимист, ничего хорошего не сказал о почти двадцати годах независимости страны. Есть одно, и в этом я был согласен с власть имущими: многонациональный многострадальный народ Казахстана оставался дружен и жил в согласии. Мы, одинаково ущемленные в правах, голодные или сытые, верящие или разочарованные, помогали друг другу в беде, поддерживали в дни печали и радовались успехам друг друга. Но это полностью заслуга самого народа Казахстана, и спекулировать этим было нечестно.Вот тут позволю себе небольшое отступление. Раньше, покаюсь вам, я бы добавил о нашем многонациональном народе: мы оставались порядочными людьми, но не стали единым народом; хорошие соседи, но не семья. Я объясню, почему какое-то время именно так думал. Однажды мои друзья преподнесли мне горький, но своевременный урок. Это было в 2007 году. Моими соседями по площадке были татарин и русский. По вечерам мы курили в подъезде или на лавочке у дома. Говорили, что называется, за жизнь (типичные «кухонные» разговоры). Много ругали власть всех уровней (поводов – хоть отбавляй), народ ведь всё видел и понимал, телевидение никого не обманывало. Отслеживали действия оппозиции, выступления ее лидеров (жаль, так и не довелось увидеть их дебатов с представителями власти на телевидении), во многом поддерживали их видение положения в стране и предложения по решению проблем. Мы огорчались из-за их неудач, из-за очередного воровства голосов сторонников оппозиции на выборах. Уверен, таких пассивных «болельщиков» за оппозицию, как мы, по стране были миллионы, потому что их цели были созвучны мечтам и ожиданиям народа. «Миллионы?! Это же сила!», - скажите вы. «Да, сила, которой мы, к несчастью, так и не стали», - отвечу я. В чем была наша проблема? Мы все стремились к тому же, что и оппозиция: мы хотели жить честно и по справедливости; хотели, чтобы у нас в стране прекратили воровать и требовать взятки; чтобы человека ценили по способностям, а не по родству; чтобы мы имели работу и могли хорошо зарабатывать; чтобы нас учили и лечили не абы как; чтобы люди имели крышу над головой и так далее. Но еще мы хотели, чтобы это светлое будущее настало как-нибудь вдруг. Раз – и нам объявляют, что пришла хорошая власть. Например, оппозиция выиграла бы выборы, расставила б всюду порядочных людей, профессионалов своего дела, и мы постепенно стали бы жить всё лучше и лучше. Ну, в крайнем случае, пусть бы оппозиция договорилась с президентом или придумала бы, как убрать из власти недостойных и заменить их достойными людьми. Мы фантазировали и сами понимали, что наши мечты смешны. Но надо называть вещи своими именами: мы хотели, чтобы кто-нибудь, рискуя всем, сделал нас счастливыми. А следовало понимать: отдельная личность не обязана быть мудрее и сильнее целого народа. А мы в нетерпении ждали, а потом и требовали этого от лидеров оппозиции! Как-то раз мой сосед-татарин спросил меня, почему я, такой умный и так аргументированно рассуждающий, не иду в оппозицию. Я не нашелся, что ответить. И тогда он сказал мне важные слова: «Мы все хотим одного для нашего Казахстана, но у тебя, казаха, и право требовать, и долг повыше моего. Сколько людей готовы поддержать оппозицию, но если казахи не пойдут, что нам, остальным, там делать? Если вам, казахам, наплевать, всё молча сносите, мы-то что будем требовать? Не вставая с колен сами, вы и нам не даете встать. Почему мы одинаково униженные, кинутые и ограбленные, вместо того, чтобы быть одинаково благополучными и защищенными? Пока казахи не заявят свою волю, другие будут ждать. Казахстан и наша родина, но вы – титулы. А титульная нация – это не привилегия, это ответственность. Кто отвечает за эту землю? Прежде всего, казахи. По праву наследия, потому что в вас течет кровь кочевников, отстоявших эту землю, потому что здесь могилы ваших предков. Если вы даже за свою родину не постоите, то что для вас мы, татары, хохлы, русаки, корейцы, ингуши, поляки, немцы и остальные, живущие на этой ставшей для нас родиной древней земле?! Да, казахи воевали за Салавата Юлаева, но сначала под его знамена встали башкиры. Да, казахи защищали Москву и прошли всю войну до Берлина, но сначала за свою землю встали русские, украинцы и белорусы. Вот когда казахи встанут на смерть за будущее своей страны и детей, тогда и другие без сомнений поддержат их ради благополучия и процветания общего дома. Ты понимаешь, казах, о чем я?». Той ночью я много думал и понял, что мы, казахстанцы, – не соседи, а семья. И в семье всегда кто-то, будь то отец или мать, дед или старший брат, берет на себя отвественность и принимает решение, как поступать семье в сложной ситуации. И тогда остальные повинуются и семья выступает единой силой, единой волей. Я не сомневался в том, куда должен идти. Меня беспокоили то, что я нес отвественность за двоих малолетних детей, больную мать и жену. Но за меня никто не обеспечит будущее благополучие моим детям и детям моих детей. Достигнутое же личное благополучие в неблагополучной во многих отношениях стране всегда находится под угрозой. Утром я поговорил с женой. Она боялась за меня, за себя, но, когда я заговорил о наших сыновьях, она сказала: «Иди». Моя мать, мудрая старая женщина, поддержала меня и благословила, призвав мне на помощь аруахов. Так я пришел в активную оппозицию. Да, я отсидел за это и не жалею. Но
Говорили, что казахстанский бизнес привык получать моментальную отдачу от вложений, мол, любой другой вариант не стоил приложения сил. На самом же деле, быстрыми отдачами был избалован именно тот, кто работал в сырьевом секторе. Спрашивается, кто был там представлен? Иностранцы. И еще семья, круг приближенных (лица так называемого первого круга). А они-то никогда не были бизнесменами. Это были члены семьи, снимающие сливки с богатства народа. Это была свита, кормящаяся совсем не крошками с хозяйского стола. Они даже в безрисковый сырьевой сектор не вкладывали, пользовались старой базой, которой, как они рассчитывали, на их век хватит. И уводили капиталы из страны в оффшоры, зарубежные банки, вкладывали в элитную недвижимость по всему миру. А настоящие бизнесмены были готовы вкладывать и ждать «долгих» денег, но разве нам давали развернуться? Те, кто рисковал, по-настоящему развивая бизнес, чтобы через годы иметь серьезное дело и высокие доходы, становились жертвами рейдерства, опять-таки со стороны приближенных к власти, которые входили в готовое, уже дающее прибыль дело. Так что, беда наших «властителей» была в том, что они так и не научились вести бизнес, а управление страной – это очень серьезный бизнес. После развала соцлагеря мы изначально были в выгодных условиях: большая, богатая ресурсами страна, образованное, небольшое по числу население. Другие бывшие республики Союза и страны Восточной Европы не имели стольких преимуществ. Россия – да, но огромная часть незаселенных земель, отдаленность восточной территории страны, куча других внутренних проблем создавали определенные трудности для эффективного управления. Но сейчас речь о нас. В наших условиях не суметь добиться достаточно быстрых и заметных успехов – это надо было очень постараться! Даже не самое гениальное управление страной (без чудес, которые демонстрировали южноазиатские экономики) должно было дать положительный эффект. Да, у нас было много проблем, которые следовало решать, но было и безобразно много денег. Да нам должно было не хватать рабочих рук, а мы не могли справиться с безработицей и обеспечить работой так называемых самозанятых. Проблема была не столько в бездарных руководителях, сколько в том, что вор сидел на воре, и все они спешили «нарубить капусты», пока находились у пирога. Даже воруй они вдвое меньше, страна бы процветала. Каждый брал чуток (10 % – это если скромно), но если учесть, что деньги проходили несколько уровней по пути к проекту, то оставалось там гораздо меньше.
- Да брось, отец, - перебил Сергея сын, - о чем ты?- А вот о том, что было, - горько усмехнулся Сергей, - я же тебе говорил, что мы в страшных условиях бизнес поднимали, а ты всё посмеивался. Смотри: если сумма проходила только 5-6 нижестоящих инстанций (и каждая берет скромно 10 %), то, положим, от миллиарда тенге доходила до дела только половина изначальной суммы. Ну а потом ее «пилили» те, кто непосредственно реализовывал проект, и им приходилось укладываться в полученную сумму, отсюда у нас в стране всё было сделано из рук вон плохо (низкое качество материалов, работы и т.д.). Если же ты не соглашался на таких условиях выполнять госзаказ, вообще ничего не получал. Вот так и «поднимали» страну, делая косметический ремонт вместо капитального с заменой всего устаревшего, негодного. Все разрушалось, ломалось, выходило из строя. Зато богатства порядка ста тысяч казахстанцев и не только их росло как на дрожжах. И еще. Такие серьезные проекты, как подъём села и малых городов, инновационное развитие страны и прочие они рассчитывали на 2 года, в лучшем случае – на 5 лет. Это не серьезно. Это непрофессионально. Это профанация и чистой воды популизм. Что угодно, только не серьезные намерения. Уже это нелепое, смехотворное определение сроков таких мощных программ демонстрировало, что они и не ставили целью их успешно завершить, главное – на глазах у всей страны влить деньги в проект, а там, как понимаете, дело техники и опыта. И никаких отчетов ни за одно начинание. Что удивляться тому, что ни один проект так и не был завершен. Всё бросали, не проделав и четверти пути. Отсюда и то, что нефтяные деньги не работали на развитие других отраслей экономики, на развитие человеческого потенциала, на социалку. Думаю, никто из них не был полностью уверен в том, что он будет в стране в следующие 5-7 лет. Тому доказательством служит тот факт, что они всё подготовили, чтобы вовремя свалить (помните, как шутили-то: «Последним смеется тот, кто вовремя сбежит»). Почти все имели отходные пути, заныканные за рубежом деньги, недвижимость, даже гражданство. А до отъезда они старались побольше хапнуть и по быстрому, как грабитель на большой дороге. По-другому это не назовешь. Сын Сергея перебил:- Но почему не остановили воров? Были же какие-то надзорные органы? Такие ж деньги в кубышку не спрячешь?
верни сейчас то время, я бы поступил по-другому: хватал бы за грудки всех казахов, бедных и богатых, молодых и старых, взывал бы к матерям: «Спасай казахскую землю ради своих детей и внуков! Иди и требуй свои права, пусть ценой собственной жизни! Требуй, пока не повинуются! Ты здесь хозяин, твои предки завещали тебе эту землю, другой у тебя нет и, если эту не сохранишь, никакой другой не будет у твоих потомков! А нет, так будь проклят, ты – не казах и нет у тебя родины!».
Арман тяжело дышал и смахивал слезы. Сергей успокаивал:
- Да тише ты, тише. На, выпей, десять капель отмерил. Вот всегда с ним так, заведётся, как будто всё это сейчас происходит. Что ты сердце напрасно изводишь?
- О, Аллах, хоть одним глазом заглянуть бы тогда в будущее!
Сергей приказал всем идти пить чай и «пока никаких разговоров». Так и пили чай молча. Каждый думал о своём, но все мысли приводили к одному – к потеряному в те далекие годы шансу.
Потом Сергей сам начал:
- Меня вот что бесит: они сами не работали, но и другим не давали. Я был в бизнесе и по себе знаю, какое желание работать, сколько веры в свои силы и какие успехи были в 2000-ые годы. А мы ведь работали в жестких условиях. В Турции, Китае бизнесменам давали безпроцентные кредиты, создавали условия, лишь бы народ работал, себя кормил, страну поднимал. А у нас кругом препоны, но всё равно мы работали с азартом. И если чего-то достигли, то не благодаря, а вопреки.
Кстати, представителей нашей сказочно разбогатевшей власти называли бизнесменами, а не управленцами, мол, каждый наверху делал и продвигал свой бизнес. Беда в том, что по-настоящему они не были ни теми, ни другими. И страной не управляли, и в бизнесе по-настоящему не работали, потому что занимайся они серьезным бизнесом, они бы понимали важность развития малого и среднего бизнеса, они бы развивали регионы через продвижение своих проектов, запуская новые производства. Они, в конце концов, знали бы, как развивать страну, пусть хотя бы экономически, коль скоро они объявили первоочередной задачей именно экономическое развитие. Но это не было. Они не были бизнесменами, не были деловыми людьми, людьми дела. Их материальное благополучие – не есть результат успешных бизнес-проектов. Такие огромные деньги в короткий срок не зарабатывают. Развивать страну – это долгий, сложный процесс, требующий серьезных расчетов, а не деклараций, профессионального подхода, а не PR-а. Кто хочет развивать страну, тот не может серьезно рассчитывать на сиюминутный результат, он думает стратегически, на перспективу. Не в страну вкладывали (дороги, модернизация электро- и теплосетей, коммунального хозяйства, открытие заводов и фабрик), потому что это не дало бы сразу бешеных прибылей и это, в случае чего, не увезешь с собой.
Говорили, что казахстанский бизнес привык получать моментальную отдачу от вложений, мол, любой другой вариант не стоил приложения сил. На самом же деле, быстрыми отдачами был избалован именно тот, кто работал в сырьевом секторе. Спрашивается, кто был там представлен? Иностранцы. И еще семья, круг приближенных (лица так называемого первого круга). А они-то никогда не были бизнесменами. Это были члены семьи, снимающие сливки с богатства народа. Это была свита, кормящаяся совсем не крошками с хозяйского стола. Они даже в безрисковый сырьевой сектор не вкладывали, пользовались старой базой, которой, как они рассчитывали, на их век хватит. И уводили капиталы из страны в оффшоры, зарубежные банки, вкладывали в элитную недвижимость по всему миру. А настоящие бизнесмены были готовы вкладывать и ждать «долгих» денег, но разве нам давали развернуться? Те, кто рисковал, по-настоящему развивая бизнес, чтобы через годы иметь серьезное дело и высокие доходы, становились жертвами рейдерства, опять-таки со стороны приближенных к власти, которые входили в готовое, уже дающее прибыль дело. Так что, беда наших «властителей» была в том, что они так и не научились вести бизнес, а управление страной – это очень серьезный бизнес. После развала соцлагеря мы изначально были в выгодных условиях: большая, богатая ресурсами страна, образованное, небольшое по числу население. Другие бывшие республики Союза и страны Восточной Европы не имели стольких преимуществ. Россия – да, но огромная часть незаселенных земель, отдаленность восточной территории страны, куча других внутренних проблем создавали определенные трудности для эффективного управления. Но сейчас речь о нас. В наших условиях не суметь добиться достаточно быстрых и заметных успехов – это надо было очень постараться! Даже не самое гениальное управление страной (без чудес, которые демонстрировали южноазиатские экономики) должно было дать положительный эффект. Да, у нас было много проблем, которые следовало решать, но было и безобразно много денег. Да нам должно было не хватать рабочих рук, а мы не могли справиться с безработицей и обеспечить работой так называемых самозанятых. Проблема была не столько в бездарных руководителях, сколько в том, что вор сидел на воре, и все они спешили «нарубить капусты», пока находились у пирога. Даже воруй они вдвое меньше, страна бы процветала. Каждый брал чуток (10 % – это если скромно), но если учесть, что деньги проходили несколько уровней по пути к проекту, то оставалось там гораздо меньше.
- Да брось, отец, - перебил Сергея сын, - о чем ты?- А вот о том, что было, - горько усмехнулся Сергей, - я же тебе говорил, что мы в страшных условиях бизнес поднимали, а ты всё посмеивался. Смотри: если сумма проходила только 5-6 нижестоящих инстанций (и каждая берет скромно 10 %), то, положим, от миллиарда тенге доходила до дела только половина изначальной суммы. Ну а потом ее «пилили» те, кто непосредственно реализовывал проект, и им приходилось укладываться в полученную сумму, отсюда у нас в стране всё было сделано из рук вон плохо (низкое качество материалов, работы и т.д.). Если же ты не соглашался на таких условиях выполнять госзаказ, вообще ничего не получал. Вот так и «поднимали» страну, делая косметический ремонт вместо капитального с заменой всего устаревшего, негодного. Все разрушалось, ломалось, выходило из строя. Зато богатства порядка ста тысяч казахстанцев и не только их росло как на дрожжах. И еще. Такие серьезные проекты, как подъём села и малых городов, инновационное развитие страны и прочие они рассчитывали на 2 года, в лучшем случае – на 5 лет. Это не серьезно. Это непрофессионально. Это профанация и чистой воды популизм. Что угодно, только не серьезные намерения. Уже это нелепое, смехотворное определение сроков таких мощных программ демонстрировало, что они и не ставили целью их успешно завершить, главное – на глазах у всей страны влить деньги в проект, а там, как понимаете, дело техники и опыта. И никаких отчетов ни за одно начинание. Что удивляться тому, что ни один проект так и не был завершен. Всё бросали, не проделав и четверти пути. Отсюда и то, что нефтяные деньги не работали на развитие других отраслей экономики, на развитие человеческого потенциала, на социалку. Думаю, никто из них не был полностью уверен в том, что он будет в стране в следующие 5-7 лет. Тому доказательством служит тот факт, что они всё подготовили, чтобы вовремя свалить (помните, как шутили-то: «Последним смеется тот, кто вовремя сбежит»). Почти все имели отходные пути, заныканные за рубежом деньги, недвижимость, даже гражданство. А до отъезда они старались побольше хапнуть и по быстрому, как грабитель на большой дороге. По-другому это не назовешь. Сын Сергея перебил:- Но почему не остановили воров? Были же какие-то надзорные органы? Такие ж деньги в кубышку не спрячешь?