Файл: Венгер. История СР.doc

С 1913 г. свои отделения в белорусских губерниях начинает открывать Всероссийское попечительство об охране материнства и детства, призванное распространять знания по уходу за младенцами и бороться с детской смертностью, а также инфатицидом и подкидыванием младенцев. В 1915–1916 гг. были учреждены консультации для грудных детей в Витебске, Минске, Гомеле.

В детские приюты принимали детей с 3–7-летнего возраста. В числе первых городов, в которых открылись детские приюты были Витебск, Вильно, Дрисса, Минск, Могилев. К 1903 г. на Беларуси было 29 таких детских заведений.

Дети принимались в приюты по решению Опекунского совета на основании заявления с приложением справки о бедственном материальном положении просителя, выданной местным участковым попечительством или одним из членов Опекунского совета. Участковые попечительства имело каждое крупное благотворительное общество. В их обязанности входило обследование участка, выявление неблагополучных в социально-экономическом плане семей, организация и проведение сбора пожертвований на нужды общества, оказание различных видов помощи нуждающимся детям, мероприятия по их оздоровлению.

Попечительства детских приютов на Беларуси, на которые возлагалась прямая ответственность за оказание помощи беспризорным детям бедноты и сиротам, были в каждом губернском городе. Во главе попечительства находился Совет, который обычно возглавлял губернатор, а почетными членами были представители от дворянства, директора и учителя народных училищ, городской голова, полицмейстер и ряд других уважаемых людей. Руководящий состав Совета определял направление и содержание работы губернских приютов. В общих вопросах они подчинялись старейшему в России Ведомству учреждений императрицы Марии. На Беларуси оно содержало или имело под своим непосредственным руководством (покровительством) 11 детских приютов, в которых воспитывалось около 55% всех сирот, находившихся в детских благотворительных заведениях.

Кроме приютов Мариинского ведомства, существовали приюты, подведомственные Министерству внутренних дел (приюты приходских попечительств и братств; иностранные и иноверческие; благотворительных обществ и частных лиц), а также приюты, подведомственные Императорскому человеколюбивому обществу, приюты духовного и военного ведомств.

Каждый приют имел свой устав и руководствовался Положением о детских приютах Комитета главного попечительства детских приютов Мариинского ведомства. Положение было впервые издано в 1839 г. и затем неоднократно переиздавалось с изменениями и дополнениями.

Всего различные местные благотворительные общества содержали свыше 31% призреваемых в приютах Беларуси детей-сирот.

Детские приюты, как и большинство других благотворительных заведений, были переполнены, постоянно испытывали недостаток средств и поддерживали свое существование в основном за счет коробочных (кружечных) сборов и пожертвований филантропов. Дотации государственных и муниципальных органов, а позднее и земств, были весьма незначительны.

Многие жертвователи в пользу детских приютов награждены памятными знаками и жетонами Мариинского ведомства, стали почетными членами попечительств детских приютов, количество которых на Беларуси быстро росло. К 1913 г. частные средства на содержание заведений закрытого призрения детей в 23 раза превосходили государственные и в 5 раз средства, выделяемые земствами.

Одним из первых в белорусских губерниях бесплатных детских дошкольных учреждений стал открытый на частные пожертвования в 1895 г. госпожой Н.И. Оржевской в деревне В. Пушкиной близ Вильно дневной приют «Ясли» для детей работниц из города. В течение 270 дней в году там призревались мальчики и девочки в возрасте 1–7 лет христианского вероисповедания. Было организовано регулярное бесплатное питание, выдавались одежда, обувь, прививались правила гигиены и т.д. Детей обучали чтению, пению и рукоделию.

В 1901 г. открылся детский сад Общества попечения о детях в Витебске и дневной приют «Ясли» в деревне Савиньская Гродненской губернии. Сельские детские учреждения были чаще разновидностью яслей-приютов смешанного типа для детей дошкольного возраста, сочетали в себе черты и яслей, и приютов. Функционировали они, как правило, 2–3 месяца во время летних работ и размещались обычно в сельских школах.

В начале XX века в Минске, Бобруйске, Двинске, Могилеве, Гродно, Белостоке и некоторых других городах появляются специальные благотворительные общества, единственной целью которых стало открытие и содержание детских дошкольных учреждений.

В 1900-е г. начинают открываться первые дошкольные благотворительные учреждения в Минске, где начал работать Народный детский сад с полным бесплатным обеспечением детей рабочих. Открыла его на свои средства Зморович. В отличие от яслей-приютов народные детские сады работали не более 6 часов в день (обычно до 3-х часов дня).

Во время Первой мировой войны Минское общество помощи жертвам, потерпевшим от войны, организовало дошкольные приюты в Минске (1915). Вся работа в них велась на белорусском языке. Белорусские земства открыли и содержали несколько кратковременных детских учреждений – дошкольные группы при народных училищах. Земцы оплачивали аренду помещения, труд воспитателей и учителей. Детей принимали туда с 4-летнего возраста, организовано бесплатное питание и медицинское обслуживание.

Как и другие благотворительные учреждения, детские дошкольные учреждения имели свои уставы или правила, определяющие цель, формы и методы воспитания в них нуждающихся детей.

Вместе с тем дошкольные учреждения имели и недостатки: переполненность садов и яслей, когда на одну надзирательницу приходилось по 40–45 детей, недостаток средств, отсутствие в большинстве детских дошкольных учреждений игровых площадок и т.д. Выход находили в «открытых» формах работы. Для детей, ожидающих своей очереди в ясли и детсады (а их было немало), благотворительные общества организовывали бесплатное или за небольшую плату снабжение молоком, выдавали бесплатные обеды, проводили санитарно-гигиеническую и другую работу в беднейших кварталах городов и на селе.

6. Благотворительность в сфере образования.

Обучение и образование в подавляющем большинстве стран мира с самых давних времен всегда было, за редким исключением, платным. Возникшие в начале XII века братчины и братские союзы, сложившиеся в XVI–XVII веках в мощные всесословные национально-религиозные организации благотворительного характера «братства», организовывали и содержали в своих приходах школы, нанимали учителей, занимались ремонтом помещений школ, приобретали учебники, школьно-письменные принадлежности и даже отправляли способных детей на учебу за границу. В XVI веке таких школ на территории Беларуси было около 20. В них принимались дети без различия социального и материального положения. Сироты находились на полном иждивении братств. Принцип бесплатности в образовании сирот и детей членов братств был заложен в уставах многих братских школ. Ректоры школ регулярно давали отчет братствам о ходе учебно-воспитательного процесса, каждый член братства имел право посещать школу с целью ознакомиться с результатами своих благотворительных усилий.

Во второй половине XVI века Радзивиллы создали ряд школ в своих частных владениях, при некоторых из них существовали бурсы (общежития) для детей из бедных семей.

Если к концу XVI века, например, в Вильно было 30 белорусских школ и только одна польская, то уже к концу XVII века польский язык главенствовал в школах. Со второй половины XVI века, православные и протестантские школы на Беларуси стали активно вытесняться католическими. Иезуитский орден, идущий во главе Контрреформации, для привлечения в свои школы молодежи установил в них бесплатное обучение. Наряду со строгой, «казарменной» дисциплиной, предполагавшей безусловное подчинение старшему, в них к середине XVIII века стали вводиться элементы школьного самоуправления, в частности школьные суды. Эти «суды» избирали сами студенты в составе «президента», четырех «судей», двоих «писарей» и «регента». «Суды» занимались разбором дел, связанных с жалобами местного населения на учащихся. Наказания – штраф, розги, карцер и т.п. Решение школьного суда было окончательным и обжалованию не подлежало. Члены этих судов пользовались большим авторитетом окружающих.

В XVII веке на Беларуси возникает пока еще малоизученный, не имеющий прямых аналогов в мировой практике социальной помощи в сфере образования, институт «директоров» или «домашних смотрителей». В их роли выступали ученики старших классов средних учебных заведений. Каждый «директор» обычно имел на своем попечении от 1 до 12 (иногда и более 20) учеников младших классов, прибывших из дальних уездов и даже из-за границы и находившихся вне воспитательного поля родителей. Услуги «директоров» сравнительно неплохо оплачивались последними или местными благотворителями. В обязанности «директоров» («домашних смотрителей») входило оказание помощи в учебе и воспитании подопечных, организация их свободного времени, поддержание достойного внешнего вида, сопровождение на занятия в школу, в костел и обратно, совместное посещение мастерских и т.д.

Хотя деятельность в сфере частной благотворительности и была несколько ограничена Положением о пансионах, изданным Эдукационной комиссией в 1775 г., частные лица по-прежнему продолжали тратить немалые средства на образование, открытие и содержание различного типа школ и пансионов. В соответствии с Положением для открытия пансиона частное лицо должно было получить письменное разрешение от комиссара департамента школ. В пансионе должно было обучаться не более 12 человек, каждый учитель пансиона должен был выдержать государственный экзамен на право преподавания; владелец пансиона – регулярно подавать отчет и т.д. Кроме того, при пансионе обязательна библиотека, список книг которой утверждался департаментом. Определялось содержание обучения и воспитания. Однако проконтролировать выполнение этого Положения было весьма непросто. Практически все учебные учреждения данного типа мало зависели от государства.

Графиня Чернышева в местечке Чечерск Могилевской губернии основала Пансион благородных девиц и школу для крестьянских мальчиков. Пансион Чернышевой являлся учебным заведением закрытого типа и предназначался главным образом для девушек из дворянских семей невысокого материального достатка. Несколько позднее по образцу пансиона Чернышевой основала на свои средства Пансион благородных девиц близ Пропойска госпожа Савич. Пансион готовил гувернанток для училищ Западного края, а с 1841 г. был переименован в Могилевский институт благородных девиц. В целом женское образование на Беларуси даже в начале XX века оставалось делом частной или общественной инициативы.

В Российской империи начало XIX века в области просвещения ознаменовалось рядом либеральных реформ, продолживших организацию государственной системы начального, среднего и высшего образования объявлением (декларативно, а не фактически) школы бессословной, а также значительным общественным подъемом и участием дворянского сословия в благотворительной деятельности. Такой же подъем наблюдался и на Беларуси, где развивается, усиливается частное и общественное благотворение, приобретавшее статус высокой социальной значимости.

В 1802 г. в России возникает одно из самых крупных квазигосударственных благотворительных обществ, влияние которого сопоставимо разве что с влиянием возникшего несколько ранее Мариинского ведомства, Императорское человеколюбивое общество (ИЧО). В 1807 г. Виленский католический епископ Иоанн Корвин-Коссаковский основал Виленское отделение ИЧО, утвержденное российским императором в 1809 г.

Несколько особняком в силу специфики своей религиозно-этической организации находилась благотворительная деятельность в образовании масонских лож. На Беларуси с конца XVII века до запрещения их императорским указом в апреле 1822 г. насчитывалось более десятка товариществ масонов с численностью около 700 человек.

Белорусские масоны выступали за освобождение от крепостной зависимости крестьянства, боролись за права человека. В составе правления ложи непременно находился так называемый «попечитель о бедных». Главной же целью своего движения масоны провозгласили распространение образования в народе. Белорусские масоны имели своих пансионеров, которым выплачивали пособия. Пансионная форма помощи как одна из основных форм масонской благотворительности распространялась не только на неимущих учащихся, но и на вдов, девиц и вообще бедных людей. Известным на Беларуси масоном и благотворителем в сфере образования был Доминик Манюшко.

В период кратковременного подъема благотворительного движения в первой четверти XIX века возрастает внимание лучших представителей белорусских магнатских родов к развитию среднего образования. В 1805 г. в родовом имении графа В. Тышкевича открывается Свислочская гимназия, которая вскоре получила статус губернской. Она разместилась в просторном здании, предоставленном графом, имела удобные классы, богатую библиотеку, физический и математический кабинет, а учителя располагались в удобных квартирах. Работал школьный театр.