Файл: Учебно-воспитательный процесс в гимназиях дореволюционной России.pdf

91

В  это  же  время  в  «Журнале  Министерства  Народного  Просве-

щения» в статье «Положение философии в нашей системе образо-
вания»  отмечалось,  что «…борьба  за  общеобразовательное  значе-
ние классических языков… кончилась у нас самым благополучным 
образом.  Устав  классической  гимназии  приводится  повсеместно  
в действие, и в настоящее время менее, чем когда-либо, можно опа-
саться за будущность нашего классического образования …»

1

. 

В  представлении  Государственному  совету  в 1871 году  граф 

Д. А. Толстой  писал: «Вопрос  между  древними  языками,  как  ос-
новой всего дальнейшего научного образования, и всяким другим 
способом обучения есть вопрос не только между серьезным и по-
верхностным учением, но и вопрос между нравственным и мате-
риалистическим направлением обучения и воспитания, а следова-
тельно,  и  всего  общества...  Надлежащее  понимание  учениками 
преподанного  им  из  всех  других  наук  (кроме  древних  языков  и 
математики),  особенно  же  из  естествоведения,  почти  ускользает 
из-под учительского контроля, почему здесь и возможно, с одной 
стороны, развитие крайнего самомнения, а с другой – образование 
самых превратных воззрений»

2

. 

Введение древних языков при условии острой нехватки языко-

ведов  в  гимназиях  потребовало  от  правительства  срочных  мер. 
Так  как  преподавателей  древних  языков  в  российских  учебных 
заведениях  не  хватало,  правительством  были  приглашены  для 
преподавания этих предметов иностранцы.  

К 1873 году Россия приглашает из Австрии около сотни фило-

логов,  знающих  греческий  и  латинский  языки.  Однако  и  этого 
оказалось  недостаточно.  Тогда  в 1878 году  в  Министерстве  На-
родного  Просвещения  принимается  решение  пригласить  на  учи-
тельские  должности  по  древним  языкам  австрийских  и  прусских 
немцев,  имеющих  дипломы  об  окончании  курса  филологических 
факультетов заграничных университетов и  лишь  с удостоверени-
ем «…в  знании  ими  русского  языка  настолько,  чтобы  они  были  
в состоянии на нем преподавать древние языки». 

1

  Журнал  Министерства  Народного  Просвещения.  Ч. CXXXIII. – СПб.,  

1867. – С. 373. 

2

 Сборник постановлений. Т. V. – 1868. – С. 74. 

92

Итак, острая потребность в преподавателях древних языков для 

проведения реформы подтолкнула Министерство Народного Про-
свещения воспользоваться иностранными специалистами, у боль-
шинства  из  которых  знания  русского  языка  были  недостаточны. 
Но  даже  эта  мера  не  могла  установить  нужного  баланса.  Вслед  
за  этим  правительство  обращается  в  Лейпцигский  университет, 
называвшийся  сначала  Лейпцигской  семинарией  в 1873 году,  
а впоследствии, в 1880 году, 

 Русским филологическим институ-

том,  с  тем,  чтобы  было  организовано  особое высшее  учебное за-
ведение для подготовки учителей по древним языкам.  

Так,  в  архивных  источниках  отмечается,  что «…14 августа 

1873  года  Государю  Императору  благоугодно  было  утвердить… 
доклад по Министерству Народного Просвещения об учреждении 
русской  филологической  семинарии  при  Лейпцигском  универси-
тете, как нового рассадника преподавателей для наших гимназий 
и прогимназий… в особенности по древним языкам, как главней-
шему предмету гимназического курса…»

1

. 

Таким образом, исполнителями классической реформы Мини-

стерства Народного Просвещения в 70-х годах XIX века, т.е. пре-
подавателями  древних  языков  российских  гимназий,  оказались 
преимущественно  иностранцы 

  немцы,  которые  неудовлетвори-

тельно  знали  русский  язык  и,  как  правило,  не  практиковали  его 
знание, несмотря на долговременное пребывание в стране. 

Более  того,  как  отмечал  П. Ф.  Каптерев,  в  Россию «…ехали 

учителя,  составлявшие  отброс,  никуда  не  пристроившиеся  дома, 
готовые  за  приличное  вознаграждение  учить  в  России,  Японии,  
на  Луне.  Они  беспощадно  ставили  единицы  своим  русским  уче-
никам,  но,  как  известно,  были  постоянным  посмешищем  у  всех 
учащихся вследствие слабого знания русского языка»

2

. 

Очевидно, что подобные учителя не могли полноценно духов-

но  общаться  со  своими  учениками, «…оплодотворить  их  ум  
и  чувство…».  Не  понимающие  друг  друга  учителя  и  ученики  
не  могли «…составить  один  дружно  работающий  союз»,  а  пред-

1

 ГАПО : Фонд 58. Опись 1. Дело 63. 

2

  Каптерев, П. Ф.  История  русской  педагогии  (Глава XX. Общепедагогиче-

ские  идеалы  в  практике  средней  школы) [Электронный  ресурс] / П. Ф. Капте-
рев. 

 Режим доступа : www.portal-slovo.ru 

93

ставляли  собой «…две  воюющие  стороны,  учителя  действовали  
по преимуществу строгостью, ученики – хитростью». 

Так,  в  это  же  время  начальство  Казанского  учебного  округа  

в очередном отчете Министерству Народного Просвещения отме-
чало,  что «…к  числу  существенных  недостатков  в  преподавании 
по  гимназиям  следует  отнести  неимение  кандидатов  на  учитель-
ские  места…».  Это  обстоятельство  вызывало  приостановление 
преподавания некоторых предметов в учебных заведениях, в чис-
ле  которых  практически  во  всех  гимназиях  округа  фигурируют 
греческий  и  латинский  языки.  В  отчете  также  отмечается,  что  
по  латинскому  языку «…слабее  других  успехи  воспитанников  
в этом предмете были в Пензенской гимназии, по причине отсут-
ствия преподавателя и неудовлетворительного заменения его дру-
гим, за недостатком к тому средств…»

1

. Кроме того, отмечалось, 

что неуспешность преподавания языков в большинстве гимназий 
объясняется еще и тем, что «…многие преподаватели мало подго-
товлены к своей обязанности, главное не знакомы с русским язы-
ком, и большая часть определяются из иностранцев…».

2

Таким  образом,  можно  сделать  вывод  о  том,  что  выполнение 

предписаний устава 1871 года в России вообще, а в провинциаль-
ной гимназии в частности, такой, как Пензенское учебное заведе-
ние, это было  связано с  преодолением очень  многих  трудностей,  
в том числе с решением вопроса нехватки учителей.  

Однако следует отметить тот факт, что к 1875 году преподава-

ние  двух  древних  языков  в  Пензенской  мужской  гимназии  все-
таки стало происходить. Хотя, как заметил директор учебного за-
ведения, «…учение много страдало и в настоящее время страдает 
от  продолжительного  не  имения  учителей  и  от  перемен  их...»

3

. 

Так,  к  примеру,  отмечается,  что  вакансии  по  древним  языкам  не 
замещались с 1871 года. Если учесть тот факт, что именно на этот 
год приходились главные «классические»  преобразования гимна-
зического образования, можно утверждать, что гимназия Пензен-
ской  губернии  в  вопросах  преподавания  древних  языков  находи-

1

 Журнал Министерства Народного Просвещения. Ч. CXIV. – 1872. – С. 102.   

2

 Там же. 

 С. 102103. 

3

 ГАПО : Фонд 58. Опись 1. Дело 59. 

94

лась в плачевном состоянии. Причем эта тенденция обозначилась 
еще в 60-е годы и усугубилась с введением устава 1871 года, ко-
торый более четко обозначил необходимость введения греческого 
и латинского языков в средние учебные заведения империи. 

В то же время Государственный совет заявлял министру о том, 

что МНП должно непременно озаботиться о наилучшей подготов-
ке учителей для оптимального осуществления проектируемых мер 
к усовершенствованию системы преподавания в гимназиях. Также 
оно обязано следить за наличием преподавателей, которые дейст-
вительно облегчили бы успешное прохождение курса, имея в виду 
не  только  заучивание  учениками  предметов,  а  толковое  и  созна-
тельное их усвоение. Кроме того, Министерство Народного Про-
свещения должно употребить  все усилия к  пополнению учитель-
ского  состава  людьми, «…соединяющими  хорошее  знание  пред-
мета преподавания с любовью к науке и способностью передавать 
ее легко и доступно своим ученикам. Без сомнения, эти педагоги 
должны вместе с тем быть проникнуты сознанием долга и воспи-
тать  в  молодом  поколении  людей  нравственных  и  искренно  пат-
риотических»

1

. 

Недостатки среднего образования обсуждали и в Министерстве 

Народного  Просвещения.  Отмечалось,  что  происходит  отчужде-
ние семьи и школы, что учителя зачастую невнимательны к лич-
ным способностям учащихся, а также замечалась чрезмерная ум-
ственная работа учеников.  

Ярый  защитник  классицизма  Н. И. Пирогов  замечал  о  прово-

димой реформе, что «не только университеты, но и гимназии под-
верглись таким преобразованиям, которые не могли не возбудить 
недовольства и ропота не только среди учеников, но и среди ро-
дителей учеников и самих учителей». Причем общее недовольст-
во  возрастало  по  мере  того,  как  все  убеждались,  что  подобные 
учебные  преобразования  имеют  целью  не  введение  серьезного 
научного  образования,  а  наоборот – сокращение  этого  образова-
ния и насаждение наименее вредного в политическом отношении 
направления науки.  

1

 Журнал Министерства Народного Просвещения. Ч. CXIV. – 1872. – С. 103. 

95

Действительно,  вскоре  гимназия  становилась  восьмилетним 

учебным заведением, так как последний седьмой класс разделялся 
на два отделения и был двухгодичным. Основное значение в обу-
чении, согласно принятым мерам, придавалось изучению древних 
языков.  Из  учебного  курса  исключалась  естественная  история,  
а  космография  заменялась  математической  географией.  Были 
уменьшены  часы  чистописания,  рисования,  черчения,  истории  и 
Закона Божия. Вновь вводилась логика.  

Кроме  гимназий, «…там,  где  представится  надобность  и  воз-

можность,  а  также  и  в  местах,  не  имеющих  гимназий…»,  разре-
шалось  учреждать  прогимназии,  курс  которых  состоял  только  из 
четырех низших классов гимназии.  

При опоре на это разрешение в Пензенской губернии в 1871 го-

ду  была  учреждена  мужская  прогимназия,  которая  впоследствии 
стала второй мужской гимназией, а за 1875 год в архивных источ-
никах  мы  находим  отчеты  уже  Пензенской  женской  прогимна-
зии

1

. Отметим, что к 1911 году в Пензенской губернии прогимна-

зии  были  образованы  в  г. Инсаре,  г. Краснослободске,  г. Н. Ло-
мове, г. Чембаре

2

, что говорит о развитии гимназического образо-

вания в губернии. 

Уставом  была  введена  система  классных  наставников.  Кроме 

того,  на  преподавателей  возлагались  воспитательные  функции. 
Также для наблюдения за учащимися был разрешен надзор поли-
ции. Особому надзору подлежали квартиры учащихся, где разре-
шалось делать даже обыски. Отметим, что строгому надзору под-
вергались и преподаватели всех без исключения  учебных заведе-
ний России: от низших училищ до гимназий и университетов.  

Кроме того, вскоре появляются циркулярные предписания для 

всех учебных округов России, речь в которых шла о нравственной 
и  политической  благонадежности  педагогического  состава  учеб-
ных заведений. Под грифом «секретно» в учебные округа из Ми-
нистерства  Народного  Просвещения  направлялись  циркуляры,  
в  которых  говорилось  об  учителях,  показавших  свою  неблагона-

1

 ГАПО : Фонд 58. Опись 1. Дело 59. 

2

  Памятная  книжка  Пензенской  губернии 1911 года /  под  ред.  В. П. Попова 

[Издание губернского статистического комитета]. – Пенза, 1911.