ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 16.10.2020
Просмотров: 7620
Скачиваний: 4
<136> Материалы данного раздела основаны на совместной статье: Коллизия патентных прав: обоснован ли новый подход Высшего Арбитражного Суда РФ? // Дедков Е., Джермакян В. Патенты и лицензии. 2008. N 9.
<137> Пиленко А.А. Право изобретателя. М.: Статут, 2001. С. 650.
Так, В.А. Дозорцев в содержании исключительного права выделяет только два правомочия - использование и распоряжение: "...объектом использования является сам результат, а объектом распоряжения - право на него, право его использования" <138>.
--------------------------------
<138> Шершеневич Г.Ф. Курс торгового права. Т. II: Товар. Торговые сделки. М.: Статут, 2003. С. 121.
Другая группа ученых утверждали, что юридическая сущность патентного права заключается не в положительном правомочии, а в чисто отрицательном праве запрещать всем и каждому эксплуатацию данного изобретения. "Характерным признаком патентного права должна быть возможность устранять третьих лиц от фабрикации данного изобретения, а вовсе не собственное право эксплуатации. Это последнее принадлежит всякому изобретателю и без патента" <139>.
--------------------------------
<139> Пиленко А.А. Право изобретателя. М.: Статут, 2001. С. 651.
Видный отечественный теоретик патентного права А.А. Пиленко присоединился именно ко второй точке зрения. Подчеркивая двойственную природу исключительного права (право на собственные действия по использованию и право запрещать несанкционированное использование), тем не менее на конкретных казусах он показал, что для практики гораздо целесообразнее исходить из того, что "патентное право есть право запрещения, обращенное ко всем третьи лицам" <140>. А принципиальное следствие из этого подхода: "...ссылка на собственный патент не может быть репликой в процессе о контрафакции: обвиняемый может защищаться лишь путем активного нападения... на патент обвинителя" <141>, то есть предпринять меры, направленные на аннулирование патента.
--------------------------------
<140> Там же. С. 657.
<141> Там же. С. 516.
Другими словами, исключительное право является абсолютным по своей природе <142>, то есть дает возможность иска против всех и каждого.
--------------------------------
<142> Там же. С. 673.
Аналогичная точка зрения была высказана другим дореволюционным цивилистом, уделившим достаточное внимание исключительным правам в своих работах, - Г.Ф. Шершеневичем: "Сущность права на промышленное изобретение заключается в запрещении всем, кроме изобретателя или его правопреемника, применять данное изобретение без дозволения субъекта права" <143>.
--------------------------------
<143> Шершеневич Г.Ф. Курс торгового права. Т. II: Товар. Торговые сделки. М.: Статут, 2003. С. 76.
По мнению авторов статьи <144>, необходимо различать законодательный запрет (охранительную норму права) и элемент субъективного права или, согласно другому представлению, особое, "боевое" состояние субъективного права, которое возникает в случае нарушения права или появления угрозы его нарушения.
--------------------------------
<144> Дедков Е., Джермакян В. Коллизия патентных прав: обоснован ли новый подход Высшего Арбитражного Суда РФ? // Патенты и лицензии. 2008. N 9.
Как пишет Я. Шапп, "одно лишь то обстоятельство, что правопорядок признает действительность правопритязания, не является достаточным для его принудительного исполнения. Для этого требуется еще утверждение судьи о том, что в рассматриваемом деле право признает действительность определенного правопритязания. Лишь в ходе процесса под руководством судьи у спорящих сторон проявляется возможность гарантированного выяснения взаимных правовых позиций" <145>.
--------------------------------
<145> Шапп Я. Система германского гражданского права. М.: Международные отношения, 2006. С. 44.
Право запрещения у А.А. Пиленко - это сама суть исключительного права. По существу, речь идет лишь об одном из способов защиты исключительного права, но зато о самом главном. Очевидно, что запрет обеспечивает более широкий круг интересов, чем собственное единоличное использование нематериального объекта.
На первый взгляд в п. 1 ст. 1229 ГК РФ воплощена позитивная концепция исключительно права - возможность управомоченному лицу самому монопольно использовать нематериальный объект, а также распоряжаться данным правом. Тем не менее признание законодателем позитивной составляющей исключительного права не помешало признать и негативную составляющую: "Правообладатель может по своему усмотрению... запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации... Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами, иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом".
Из этого следует, что возможность защиты исключительного права может быть ограничена лишь в том случае, если это прямо предусмотрено ГК РФ, в частности если одно право признается обстоятельством, огранивающим другое право.
Например, такое правило разрешения коллизий содержится в п. 6 ст. 1252 ГК РФ, в котором говорится, что "преимущество имеет средство индивидуализации, исключительное право на которое возникло ранее". В данном случае подлежит защите старшее право, а младшее отрицается как несуществующее. Принцип старшинства права называется Д.И. Мейером среди возможных способов разрешения правовых коллизий по преимуществу: право, прежде возникшее, подлежит предпочтительному удовлетворению перед правом, после возникшим <146>. Такой подход отличается от концепции А.А. Пиленко, в которой принцип приоритета права не имеет юридического значения: каждый правообладатель может запретить другому использовать запатентованное техническое решение. Будут ли предъявляться встречный иск, предприниматься меры по аннулированию противостоящего права, целиком и полностью зависит от воли и интереса сторон.
--------------------------------
<146> Мейер Д.И. Русское гражданское право. В 2-х ч. М.: Статут, 2003. С. 298.
Таким образом, законом может быть ограничено абсолютное действие исключительного права либо путем признания прав нескольких субъектов на один и тот же объект (право преждепользования, право на секрет производства, на топологию интегральной микросхемы, на коллективный товарный знак, на наименование места происхождения товара), либо путем установления принципа удовлетворения старшего права перед младшим правом (права на средства индивидуализации).
Однако во всех иных случаях исключительное право "есть право запрещения, обращенное ко всем третьим лицам", в том числе и к обладателям собственных прав на аналогичные нематериальные объекты.
Кроме того, согласно третьему абзацу п. 3 ст. 1358 ГК РФ "если при использовании изобретения или полезной модели используются также все признаки, приведенные в независимом пункте содержащейся в патенте формулы другого изобретения или другой полезной модели, а при использовании промышленного образца - все признаки, приведенные в перечне существенных признаков другого промышленного образца, другое изобретение, другая полезная модель или другой промышленный образец также признаются использованными".
Данную норму следует понимать во взаимосвязи с п. 2 ст. 1362 ГК РФ, устанавливающим правило разрешения коллизии прав на основное и, условно говоря, зависимое в определенный период времени использования изобретения: "Если патентообладатель не может использовать изобретение, на которое он имеет исключительное право, не нарушая при этом прав обладателя другого патента (первого патента) на изобретение или полезную модель, отказавшегося от заключения лицензионного договора на условиях, соответствующих установившейся практике, обладатель патента (второго патента) имеет право обратиться в суд с иском к обладателю первого патента о предоставлении принудительной простой (неисключительной) лицензии на использование на территории Российской Федерации изобретения или полезной модели обладателя первого патента".
Иными словами, использование собственного изобретения, если при этом осуществляется использование чужого изобретения или полезной модели, дает лишь основание требовать от обладателя мешающего права предоставления лицензии, а в случае отказа - права получить принудительную простую (неисключительную) лицензию в судебном порядке. При этом патент на полезную модель не предоставляет его владельцу права требования принудительной лицензии.
Таким образом, наличие патента у ответчика не является обстоятельством, имеющим какое-либо значение для спора о прекращении нарушения патента. Если защита права истца делает невозможным ответчику использование собственного запатентованного изобретения, последний может заявить встречный иск к истцу о получении принудительного разрешения (лицензии), но никак не заблокировать его право собственным правом.
В связи с изложенным можно сделать вывод, что рекомендация, содержащаяся в п. 9 информационного письма Высшего Арбитражного Суда РФ, вместо исключительного права на полезную модель устанавливает некое квазиправо, которое не подлежит защите при несанкционированном использовании полезной модели даже в том случае, если по отношению к патенту ответчика оно является старшим правом. Такой подход противоречит целому ряду норм четвертой части ГК РФ и поэтому не должен применяться.
Исключение из проекта п. 9 информационного письма упоминания о коллизиях между патентами на изобретения создало некую неопределенность в позиции Высшего Арбитражного Суда РФ по вопросу разрешения иных возможных патентно-правовых коллизий, но и они, как будет показано ниже, находят свое разрешение в полной противоположности с рекомендациями обсуждаемого информационного письма ВАС РФ.
2.1. Использование объекта патентных прав. В комментируемой статье раскрывается содержание исключительного права использования изобретения, полезной модели, промышленного образца. Законодатель не дает определения понятия использования изобретения, полезной модели, промышленного образца, но перечисляет действия с указанными объектами, которые определяет как разновидности использования. Под использованием объекта патентных прав не понимается только эксплуатация (применение) продукта или технологии.
Анализ всех перечисленных действий показывает, что изобретение, полезная модель и промышленный образец как объекты патентных прав считаются использованными при их материализованном воплощении в реальном объекте техники и/или технологии, т.е. в объекте, имеющим возможность выполнять свою утилитарную производственную или иную функцию (предписанное назначение).
Такое толкование использования запатентованного объекта исключает возможность считать использованием включение описания запатентованного изобретения, полезной модели или промышленного образца в какую-либо техническую документацию или научно-художественную или иную литературу. Не считается использованием запатентованного объекта в контексте рассматриваемой статьи включение описания изобретения, полезной модели или промышленного образа в официальные бюллетени Роспатента, книги и им подобные информационные источники независимо от формы носителя. Такие сведения являются информацией об объекте права, но не являются подтверждением состоявшегося утилитарного использования объекта патентных прав в любой отрасли промышленности, здравоохранения и т.п.
Ввоз и изготовление продуктов и изделий, в которых использованы запатентованные изобретение, полезная модель или промышленный образец, - это два основных действия по введению объектов в гражданский (синоним - хозяйственный) оборот в Российской Федерации. Вне зависимости от целей, для которых ввозится или изготавливается соответствующий продукт или изделие, уже сами эти действия попадают в сферу действия прав патентообладателя и на их совершение должно быть получено его разрешение, например разрешение на ввоз в Россию изготавливаемой на территории другой страны импортируемой продукции, предназначенной для введения в гражданский оборот в России.
Под применением продукта (изделия) <147> следует понимать действие с указанными объектами, при котором реализуется их назначение (функция). Отнесение такого действия к правонарушающим позволяет, не фиксируя ввоз или изготовление продукта или изделия, тем не менее остановить противозаконное использование, выражающееся именно в применении объекта техники.
--------------------------------
<147> Применение продукта как правонарушающее действие нельзя приравнивать к применению как одной из форм изложения формулы изобретения.
Например, можно потребовать не демонтировать, а только остановить работающий генератор на гидроэлектростанции, если будет установлено, что он подпадает под действующий патент, т.е. принять меры, не позволяющие применять генератор.
Предложение о продаже - это размещение продукта, изделия в торговых залах, на ярмарке, выставке, салоне и т.д., где они демонстрируются в качестве возможных предметов купли-продажи.
Использованием запатентованного изобретения, полезной модели или промышленного образца признается осуществление перечисленных действий при условии введения в гражданский оборот продукта, изделия, т.е. совершение в отношении последних различных сделок. Хранение для этих же целей продукта или изделия для последующего введения в гражданский оборот также считается противоправным использованием.
2.2. Предложение к применению способа. В п. 2 (4) комментируемой статьи использованием изобретения считается осуществление способа, в котором используется изобретение, в частности путем применения этого способа. Данная формулировка весьма существенно отличается от ранее действовавшей формулировки, предусмотренной ст. 10 Патентного закона РФ, согласно которой нарушением исключительного права считалось "осуществление способа, в котором используется запатентованное изобретение". Согласно комментируемой статье применение способа является всего лишь частным случаем, одной из форм использования изобретения на способ, что позволяет рассматривать под противоправным осуществлением способа и другие формы, например предложение к применению способа (по аналогии с такой нормой по правилу 17 Патентной инструкции к Евразийской патентной конвенции).
Однако предложение к применению способа не должно сводиться к простой публикации (информации) о способе. Такое предложение к применению способа должно рассматриваться как правонарушение при поставке на рынок конкретных продуктов (веществ, устройств), с помощью которых реализуется способ, т.е. когда имеет место реальная угроза осуществления способа при функционировании устройства или использовании вещества. Частично данный принцип реализован в норме подпункта 3 п. 2 комментируемой статьи, но только в отношении объекта "устройство", при функционировании которого в соответствии с его назначением автоматически осуществляется запатентованный способ.