Файл: Безверхов, Шевченко учебное пособие.doc

Применительно к статье 168 УК под крупным размером следует понимать размер суммы, на которую понижена стоимость поврежденного имущества, или размер стоимости уничтоженного имущества, которые превышают двести пятьдесят тысяч рублей.

При установлении размера стоимости имущества, ставшего предметом преступлений, ответственность за которые предусмотрена ст. ст. 167 и 168 УК, следует исходить, в зависимости от обстоятельств приобретения его собственником, из рыночных, розничных, оптовых, комиссионных или иных цен на момент совершения преступления. В тех случаях, когда потерпевший затрудняется определить стоимость уничтоженного или поврежденного имущества (к примеру, покупал его давно, имущество ему было подарено), а также в иных случаях при невозможности установления цены стоимость имущества определяется на основании заключения экспертов.

Уничтожение и повреждение – противоправные деяния, посягающие на право собственности, владение, иные вещные правоотношения. Отсюда, предмет этих преступлений наряду с двумя вышеназванными признаками (физическим и экономическим) должен обладать юридическим признаком. Содержание юридического признака состоит в том, что предметом уничтожения и повреждения признается чужое имущество. Это подчеркивается в статьях 167 и 168 УК.

Под чужим понимается имущество, которое является объектом чужого владения и на которое виновный не имеет права собственности. Чужим следует признавать также вверенное лицу имущество, а также имущество, к которому это лицо имеет доступ в связи с порученной работой, выполнением служебных обязанностей или в силу иных оснований.

По смыслу закона ответственность за уничтожение и повреждение наступает независимо от того, в чьем владении находилось чужое имущество: во владении потерпевшего, виновного или других лиц. Уничтожение или повреждение вверенного имущества при наличии всех других признаков состава преступления квалифицируется по ст. 167 или ст. 168 УК.

Уничтожение или повреждение собственного имущества какими бы то ни было способами само по себе не образует составов указанных преступлений. По этому вопросу А.Н. Игнатов справедливо утверждал: «Предметом преступлений против собственности может быть только чужое имущество»⁴⁵. Данное утверждение подкрепляется анализом судебной практики. Так, Кечин, разыскивая в доме жену, неоднократно зажигал спички. В результате неосторожного обращения Кечина с огнем загорелся и затем сгорел его дом с надворными постройками. Судебная коллегия Верховного Суда РСФСР отметила, что уголовная ответственность наступает в том случае, если уничтожено или повреждено имущество других лиц, а не самого виновного. В данном случае имуществу других лиц в результате неосторожного обращения Кечина с огнем ущерба не причинено. Поэтому в действиях осужденного отсутствует состав преступления⁴⁶.

Вместе с тем, если в результате умышленного уничтожения или повреждения собственного имущества причинен вред чужому имуществу, действия виновного, желавшего или сознательно допускавшего наступление указанных последствий либо относившегося к ним безразлично, следует квалифицировать как умышленные уничтожение или повреждение чужого имущества (ст. 167). При неосторожном отношении виновного к указанным последствиям содеянное, в случае уничтожения или повреждения чужого имущества в крупном размере путем неосторожного обращения с источниками повышенной опасности, будет квалифицироваться по ст. 168 УК. Как утверждалось еще в советской доктрине, поскольку «собственник вправе распорядиться своим имуществом по своему усмотрению, … повредить или уничтожить его, … постольку случаи преступного повреждения собственного имущества следует усматривать тогда, когда повреждение собственного имущества является средством посягательства на чужое имущество или заключает в себе возможность такого посягательства»⁴⁷.

Важно также подчеркнуть, что умышленное уничтожение (повреждение) собственного имущества может быть способом совершения других преступлений: неправомерных действий при банкротстве (ст. 195); сокрытия денежных средств либо имущества организации или индивидуального предпринимателя, за счет которых должно производиться взыскание налогов и (или) сборов (ст. 199²); приготовления к «страховому» мошенничеству при отягчающих обстоятельствах (ч. 1 ст. 30 и ч. 3 или ч. 4 ст. 159). Очевидно, что указанные случаи не опровергают положения о юридическом признаке предмета уничтожения и повреждения имущества, так как здесь совершаются другие преступления, предметом которых является либо имущественная выгода (в виде неуплаты должного), либо принадлежащее страховой организации имущество (в смысле вещи).

В соответствии с действующим законодательством ничьи вещи не признаются предметом преступлений против собственности. Равным образом, имущество, вышедшее из владения собственника в результате его волевого решения, не является предметом рассматриваемых преступлений. Так, уголовная ответственность исключается за уничтожение или повреждение выброшенной вещи. Согласно п. 1 ст. 226 ГК РФ под брошенными вещами понимаются движимые вещи, брошенные собственником или иным образом оставленные им с целью отказа от права собственности на них. В соответствии с п. 1 ст. 235 ГК РФ право собственности прекращается при отказе собственника от права собственности на свое имущество.

Присвоение, уничтожение или повреждение потерянных (или найденных) вещей (то есть вещей, которые утрачены собственником или владельцем помимо его воли и неизвестно (для него), где они находятся) также уголовно ненаказуемо, однако может влечь иную юридическую ответственность. Согласно положениям гражданского права потеря (утрата) вещи не является прекращением права собственности. В соответствии с п. 4 ст. 227 ГК РФ нашедший вещь отвечает за ее утрату или повреждение в случае умысла или грубой неосторожности в пределах стоимости находки.

В рамках анализа юридического признака предмета преступлений, предусмотренных ст. ст. 167 и 168 УК, остановимся на вопросе об уголовной ответственности за уничтожение или повреждение имущества, находящегося в общей (долевой или совместной) собственности виновного и потерпевшего. Общая собственность характеризуется единством объекта при множественности субъектов. Она есть отношение по принадлежности единого и целого имущества (вещи) одновременно двум или более лицам (сособственникам), каждый из которых является собственником этого имущества в целом, а не части его. В такой ситуации не происходит ни объединения, ни разделения, ни «смешения» имущества (вещи), а у нескольких лиц на одну и ту же вещь возникает право общей собственности. Согласно п.п. 1 и 2 ст. 244 ГК РФ имущество, находящееся в собственности двух или нескольких лиц, принадлежит им на праве общей собственности. Имущество может находиться в общей собственности с определением доли каждого из собственников в праве собственности (долевая собственность) или без определения таких долей (совместная собственность).

В соответствии с п. 1 ст. 247 ГК РФ владение и пользование имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляются по соглашению всех ее участников, а при недостижении согласия – в порядке, устанавливаемом судом. Согласно ст. 253 ГК участники совместной собственности, если иное не предусмотрено соглашением между ними, сообща владеют и пользуются общим имуществом (п. 1 этой статьи). Распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом (п. 2). Таким образом, имущество, находящееся в долевой и совместной собственности, является не чужим, а своим для всех без исключения сособственников.

В современной науке уголовного права также утверждается, что в случаях посягательства на общую (долевую или совместную) собственность, совершенного одним из участников таких отношений (сособственником), уголовная ответственность по положениям главы 21 УК исключается⁴⁸. В самом деле, по буквальному толкованию закона виновное лицо не может быть привлечено к уголовной ответственности за уничтожение или повреждение (которые являются вариантами распоряжения) общего с пострадавшим имущества. Такой подход представляется верным с точки зрения господствующей в современной доктрине и уголовном законодательстве концепции «преступлений против чужой собственности».

В свете вышесказанного следует также напомнить, что уничтожение и повреждение имущества имеют своим предметом исключительно чужую вещь. Тогда как нарушение отношений общей собственности заключается не в уничтожении или повреждении чужих вещей, а в нарушении одним из сособственников имущественного права другого сособственника. Это объясняется тем, что сущности общей собственности соответствует именно деление права собственности (а не вещи) на доли. Следовательно, предметом противоправного посягательства на общую собственность, совершенного одним из сособственников, выступает исключительно определенная или неопределенная доля другого сособственника в праве общей собственности (то есть имущественное право другого сохозяина вещи). Как было сказано выше, имущественные права ни при каких обстоятельствах не признаются предметом уничтожения и повреждения имущества. Данное обстоятельство в совокупности с наличием между виновной и потерпевшей сторонами личных отношений, создающих условия для сокрытия правонарушения и лица его совершившего, убеждают в достаточности гражданско-правовых средств для охраны общей собственности.

В современной науке не все исследователи согласны с вышеобозначенным подходом. Часть ученых полагает, что при экономической и правовой оценке собственности как фактора материального благополучия отдельного собственника, так и фактора материального благополучия общества в целом, неразумно оставление без уголовно-правового реагирования случаев посягательства на общую собственность одним из сособственников. Отсюда следует вывод о целесообразности установления уголовной ответственности за умышленное уничтожение или повреждение одним из сособственников имущества, находящегося в общей собственности⁴⁹. Это доктринальное положение нашло отражение в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 5 июня 2002 г. № 14 «О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем».

Как указал Пленум в п. 8 названного постановления, «если в результате поджога собственного имущества причинен значительный ущерб чужому имуществу либо имуществу, которое являлось совместной собственностью виновника пожара и иных лиц, действия такого лица, желавшего наступления указанных последствий или не желавшего, но сознательно допускавшего их либо относившегося к ним безразлично, надлежит квалифицировать как умышленное уничтожение или повреждение чужого имущества путем поджога (ч. 2 ст. 167 УК). В том случае, когда лицом совершен поджог своего имущества, в результате чего причинен по неосторожности вред в крупном размере чужому имуществу либо имуществу, которое являлось совместной собственностью иных лиц и виновного, действия последнего надлежит квалифицировать как уничтожение или повреждение чужого имущества по неосторожности (ст. 168 УК). В указанных случаях стоимость имущества, принадлежащего виновнику пожара, должна быть исключена из общего размера ущерба, причиненного в результате уничтожения или повреждения имущества, которое являлось его совместной собственностью с иными лицами».

По разъяснениям, данным высшим судебным органом страны, нарушение одним из сособственников общей собственности является уголовно наказуемым при наличии следующих условий: (1) это нарушение состояло в умышленном уничтожении или повреждении совместного имущества, (2) оно сопряжено с поджогом виновным собственного имущества; (3) деяние повлекло причинение значительного ущерба (ст. 167) либо совершено в крупном размере (ст. 168).

Очевидно, что Пленум допускает распространительное толкование понятия «чужое имущество», охватывая им в рассматриваемой ситуации и совместное имущество. Отнесение к объекту уничтожения и повреждения имущества общей собственности означает признание предметом преступлений, предусмотренных ст. ст. 167 и 168 УК, имущественного права (так как «общая вещь» фактически неделима, а уничтожить в физическом смысле этого слова долю в общей собственности нельзя) либо собственного имущества, обремененного чужими имущественными правами. Как видно, данные Пленумом Верховного Суда РФ разъяснения в п. 8 постановления от 5 июня 2002 г. № 14 есть не что иное, как создание судебной властью новой правовой нормы, как плод судебного нормотворчества, которое не допускается в стране с континентальной системой права⁵⁰.

Некоторые исследователи предлагают при решении этого вопроса идти еще дальше и признавать объектом уничтожения или повреждения имущества не только совместную, но и долевую собственность, и, соответственно, предметом – общее имущество вообще. Так, разделяет позицию Пленума Верховного Суда РФ по указанному вопросу А.С. Мирончик, которая пишет: «Общая совместная собственность виновного и других лиц приравнивается к чужому имуществу, и его уничтожение или повреждение квалифицируется по ст. 167 и 168 УК. Несмотря на то, что разъяснение дано только в отношении уничтожения или повреждения имущества, находящегося в общей совместной собственности, им обоснованно руководствоваться и в отношении уничтожения или повреждения имущества, находящегося в общей долевой собственности»⁵¹.

В этой связи еще раз подчеркнем, что преступления, предусмотренные ст. ст. 167 и 168 УК, посягают на вещные имущественные отношения. Расширение содержания объекта этих преступных деяний и признание в качестве такового наряду с вещными отношениями собственности обязательственных правоотношений – прерогатива законодателя. В этой ситуации следует строго руководствоваться ст. 3 УК РФ, запрещающей применение уголовного закона по аналогии (ч. 2).

Между тем, позицию Пленума Верховного Суда РФ, отраженную в п. 8 постановления № 14 от 5 июня 2002 г., нельзя считать безосновательной, и тому есть ряд причин. Во-первых, в рассматриваемых случаях один сособственник, вне всяких сомнений, нарушает имущественные права другого сособственника (ст. ст. 246 и 253 ГК). Во-вторых, в рассматриваемых случаях причиняется вред другому лицу. В самом деле, уничтожение или повреждение виновным сособственником общего имущества влечет причинение имущественного ущерба другому сособственнику. В-третьих, соответствующий судебный подход имеет своим научно-философским основанием концепцию «имущественных преступлений». Согласно последней, объектом указанных преступных посягательств являются имущественные права и законные интересы в их многообразии, которые принадлежат различным участникам имущественных отношений (собственникам, сособственникам, владельцам и другим лицам). Отсюда, уничтожение или повреждение одним из сособственников общего имущества нарушает имущественные права и интересы других сособственников на то же имущество и в этом смысле является правонарушением. В зависимости от характера и степени опасности, в частности способа посягательства и тяжести причиненного ущерба, такое имущественное правонарушение может претендовать на признание его уголовно наказуемым деянием. В свете сказанного следует еще раз подчеркнуть, что преступления, предусмотренные ст. 167 УК, обладают наиболее простой структурой объекта посягательства. Его переосмысление и признание в качестве такового наряду с «упрощенной» моделью собственности сложноструктурных имущественных отношений, «многоструктурных моделей права собственности» – прерогатива законодателя⁵².