Файл: Измайлова П.Р. Уголовная ответственность должностных лиц государства за преступления по международному праву.docx

Бельгия, со своей стороны, просила Суд снять это дело с рассмотрения, утверждая, что, поскольку г-н Йеродиа покинул пост министра иностранных дел в апреле 2001 г., его подсудность несомненна, так как он уже не имеет права на иммунитет.

Международный Суд не согласился с доводами Бельгии, заявив, что если он обладал юрисдикцией на момент подачи дела в Суд, юрисдикционные полномочия продолжают существовать независимо от последующих событий. Обе стороны признавали наличие спора на момент передачи дела в Международный Суд, то есть в то время, когда г-н Йеродиа еще обладал иммунитетом как действующий министр. Кроме того, стороны были согласны в том, что обеих действительно сделанное ими ранее признание обязательной юрисдикции Международного Суда. Бельгия проивела такое признание еще 17 июня 1958 г., а Конго - 8 февраля 1989 г. К тому же изменение статуса г-на Йеродиа могло повлиять на перемены в некоторых обстоятельствах дела, но не могло прекратить само дело, поскольку протест Конго относится к факту выдачи ордера на арест, и не касается ситуации с г-ном Йеродиа.

Перейдя к рассмотрению дела по существу, Суд, прежде всего, признал, что в международном праве твердо укоренилась норма о том, что некоторые высокопоставленные должностные лица, включая главу государства и министра иностранных дел, обладают иммунитетом от уголовной и гражданской юрисдикции других государств. Международных договоров, специально посвященных вопросам иммунитета министра иностранных дел, не существует, поэтому Суд исследовал соответствующие положения договоров, посвященных иммунитету вообще, чтобы обосновать свою позицию. В частности, Суд остановился на преамбуле Венской конвенции о дипломатических сношениях, в которой говорится о целях предоставления дипломатических иммунитетов и привилегий. Одна из таких целей, процитированная Судом, - это эффективное

действие и осуществление дипломатических миссий. По мнению Суда, преамбула Конвенции – это обычное международное право, то есть та часть международного права, которую, по словам Суда, он должен применять в отсутствие договора, наиболее подходящего к делу. Поскольку дипломаты и министры иностранных дел выполняют примерно одни и те же функции, имеет место и одинаковая необходимость в предоставлении им иммунитета. Поэтому Суд решил, что министр иностранных дел должен обладать полным объемом персонального иммунитета (иммунитета ratione personae), предоставляемого международным правом. Затем Международный Суд обратился к анализу обычного международного права, чтобы установить, содержит ли оно изъятие из принципа иммунитета в случае совершения лицом, обладающим иммунитетом, серьезных нарушений, как, например, военные преступления или преступления против человечности. Суд исследовал практику государств путем анализа национального законодательства и решений высших судов государств, и не обнаружил никаких

доказательств наличия такого рода изъятия¹⁶⁹. Далее Суд проанализировал

положения об иммунитете в статутах международных уголовных трибуналов и опять-таки не обнаружил никаких упоминаний об изъятиях из иммунитета по уголовным делам. Анализу подверглись статуты Международного уголовного суда, Международного трибунала для Руанды, Международного трибунала по бывшей Югославии, Нюрнбергского и Токийского международных уголовных трибуналов для наказания военных преступников. Суд пришел к заключению о том, что действующий министр иностранных дел, каковым является г-н Йеродиа, сохраняет право на иммунитет от судебного преследования в иностранном суде и в случае совершения серьезного международного преступления.

Однако Международный Суд подчеркнул, что иммунитет, предусмотренный

158. Наибольшее внимание Суд уделил решениям английской Палаты лордов и Французского кассационного суда.

международным правом, как правило, не действует в нескольких случаях:

• если министр иностранных дел подвергается судебному преследованию в своей собственной стране;

• если он прекращает свою деятельность в том качестве, которое давало ему право на иммунитет, в тот момент, когда судебный процесс уже начался;

• если расследование производится определенным международным судом или трибуналом или если его собственное государство лишает его иммунитета.

Что касается бывшего старшего должностного лица или главы государства, он может быть привлечен к расследованию за действия, совершенные до вступления в должность или после оставления должности либо за действия, совершенные в личном качестве во время нахождения в должности. Тем не менее, иммунитет будет действовать в отношении действий, совершенных в официальном качестве во время нахождения в должности.

В рассматриваемом деле, заявил Суд, хотя г-н Йеродиа уже не является действующим министром иностранных дел в момент вынесения решения, ордер на арест был выдан в то время, когда он занимал свою должность и в силу этого обладал иммунитетом.

Международный Суд заключил, что сам факт выдачи ордера на арест нарушает международные обязательства Бельгии перед Конго. В качестве возмещения Суд распорядился отменить ордер и известить об отмене соответствующие власти.

Б. Дело «О некоторых вопросах взаимной помощи в уголовных делах»¹⁷⁰

Начало данному делу было положено обнаружением в Джибути тела убитого французского гражданина, который работал советником министерства юстиции

158. Case concerning Certain Questions of Mutual Assistance in Criminal Matters (Djibouti v. France), Judgment of 4 June 2008 (hereinafter Judgment), available at www.icj-cij.org.

Джибути. После этого состоялось несколько судебных разбирательств, и Джибути обратилась в Международный Суд с жалобой на нарушение Францией нескольких международных договоров, в частности, в том, что касается иммунитета высших должностных лиц государства: повестки с вызовом в суд в качестве свидетеля были направлены французским судом:

а) президенту Республики Джибути, во время его посещения Франции с официальными визитами;

б) прокурору Республики и главе службы национальной безопасности.

Особенность данного дела состоит в том, что вопросы, относящиеся к иммунитету и неприкосновенности должностных лиц рассматривались в связи с актами, которые хотя и принимались в рамках судебных процессов, адресовались должностным лицам, которые не были обвиняемыми, но суды проявляли к ним такое же отношение, как к «обычным» свидетелям и применяли к ним уголовное законодательство Франции. Правда, прокурор и глава службы национальной безопасности позднее действительно стали обвиняемыми в лжесвидетельстве, но перед Международным Судом не ставились вопросы в связи с этим.

Решение Международного Суда по данному делу – важный вклад в разъяснение некоторых аспектов юридической проблемы иммунитета должностных лиц.

Прежде всего, Суд, сославшись на свое решение в деле «Об ордере на арест», подтвердил персональный иммунитет (иммунитет ratione personae) действующего главы государства, иммунитет, который называют также «полным» и «абсолютным»¹⁷¹. Мнение Суда совершенно справедливо и подтверждается международными документами¹⁷², доктриной и решениями национальных судов:

158. См. Резолюцию Института международного права: resolution adopted by the Institut de droit international at its Vancouver session in 2001. Immunities from Jurisdiction and Execution of Heads of State and of Government in International Law. Art. 2

159. См. Приводившийся ранее в настоящей работе Меморандум по данному вопросу, подготовленный Секретариатом ООН; см. также доклад специального докладчика Комиссии

Германии¹⁷³, Франции¹⁷⁴, Великобритании¹⁷⁵, Испании¹⁷⁶.

Примечательно, что в ходе разбирательства в Международном Суде принцип иммунитета для действующего главы государства признавался и Францией, которая утверждала, что такой иммунитет существует, но не нарушается выдачей повесток.

Довольно значительное место оказалось в данном деле уделено такому процедурному вопросу, как момент выдвижения довода об иммунитете и субъект его выдвижения. Суд отметил, что доводы Джибути о наличии права на иммунитет у прокурора Джибути и главы службы безопасности не были доведены до сведения властей Франции ни по дипломатическим каналам, ни путем представления сведений судебным учреждениям.

До сих пор нет четкого представления о том, необходимо ли, для применения иммунитета, должно ли быть сделано об этом специальное представление со стороны иностранного государства или самого должностного лица; или же само судебное учреждение должно применять иммунитет, как только ему станет известно о наличии права на иммунитет.

На этот счет высказываются различные мнения. Так, Дж.Будзини полагает, что, по крайней мере в отношении иммунитета государства¹⁷⁷ и иммунитета ratione personae можно утверждать, что принцип иммунитета должен применяться

международного права: Kolodkin R. A., Preliminary Report on Immunity of State Officials from Foreign Criminal Jurisdiction, UN Doc. A/CN.4/601 (2008), para. 110.

158. Federal Supreme Court of the Federal Republic of Germany,Re Honecker, Case No. 2 ARs 252/84, Judgment of 14 December 1984, 80 ILR 365, at 365–6;

159. France, Cour de cassation, Affaire Kadhafi, Judgment No. 1414 of 13March 2001, 125 ILR 508, at 508–10

160. United Kingdom, Senior District Judge at Bow Street, Tatchell v. Mugabe, Judgment of 14 January 2004, (2004) 53 ICLQ 769;

161. Spain, Audiencia Nacional, Acto del Juzgado Central de Instruccion No. ´4, 6 February 2008, Fourth paragraph, No. 1, pp. 151–7

158. Buzzini G. P. Lights and Shadows of Immunities and Inviolability of State Officials in International Law: Some Comments on the Djibouti v. France Case// Leiden Journal of International Law, 22 (2009), pp. 455–483