ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 25.10.2020
Просмотров: 2558
Скачиваний: 9
скрывающихся
за
границей
,
необходимо
вернуть
в
Россию
,
опираясь
на
законодательство
о
международном
сотрудничестве
.
Часть
7
ст
. 247
УПК
РФ
устанавливает
:
в
случае
устранения
обстоятельств
,
указанных
в
ч
. 5
этой
статьи
,
приговор
или
определение
суда
,
вынесенные
заочно
,
по
ходатайству
осужденного
или
его
защитника
отменяются
в
порядке
надзора
(
гл
. 48
УПК
РФ
),
после
чего
разбирательство
проводится
в
обычном
порядке
.
Это
положение
носит
утешительно
-
декларативный
характер
.
Если
приговор
вынесен
на
основе
закона
в
соответствии
с
ч
. 5
ст
. 247
УПК
РФ
,
то
он
не
может
быть
пересмотрен
в
порядке
надзора
в
случаях
,
когда
,
например
,
осужденный
вернулся
из
-
за
границы
или
перестал
скрываться
на
родине
и
явился
в
суд
.
Но
если
будет
установлено
,
что
совершенное
осужденным
преступление
не
является
тяжким
,
особо
тяжким
или
данный
случай
не
является
исключительным
,
или
осужденный
не
был
надлежащим
образом
уведомлен
о
необходимости
явки
в
суд
,
то
приговор
может
быть
отменен
,
но
не
в
порядке
надзора
(
для
этого
нет
оснований
,
предусмотренных
ст
. 409
УПК
РФ
),
а
по
вновь
открывшимся
обстоятельствам
(
гл
. 49
УПК
РФ
).
Обвиняемый
несет
обязанность
явиться
в
судебное
заседание
по
требованию
суда
(
ч
. 1, 2
ст
. 247
УПК
РФ
).
При
невыполнении
этой
обязанности
он
подлежит
принудительному
доставлению
(
приводу
),
а
при
наличии
оснований
-
задержанию
или
аресту
.
Но
,
выполнив
эту
обязанность
,
подсудимый
вправе
не
участвовать
в
судебном
разбирательстве
,
то
есть
не
давать
показаний
,
не
отвечать
на
вопросы
,
не
выступать
в
прениях
и
не
произносить
последнее
слово
.
Молчание
подсудимого
-
это
его
право
,
которым
он
свободно
распоряжается
.
Но
если
обвиняемый
заранее
заявляет
,
что
он
не
хочет
и
не
будет
участвовать
в
судебном
разбирательстве
,
то
возникает
вопрос
:
оправдан
ли
его
вызов
в
суд
,
не
следует
ли
в
таких
случаях
освободить
его
от
обязанности
явки
в
суд
?
Ведь
нет
никакого
толка
в
том
,
что
обвиняемый
будет
сидеть
молча
в
судебном
заседании
,
не
участвуя
в
нем
.
Поэтому
возникает
предложение
освободить
обвиняемого
от
обязанности
явки
в
суд
,
если
он
ходатайствует
об
этом
,
не
только
по
делам
о
преступлениях
незначительной
и
средней
тяжести
,
но
и
по
всем
остальным
делам
.
Но
предвижу
возражения
:
подсудимый
нужен
для
того
,
чтобы
суд
мог
наилучшим
образом
разобраться
в
деле
и
вынести
законный
,
обоснованный
и
справедливый
приговор
.
Таким
образом
,
публичный
интерес
в
данном
случае
как
бы
преобладает
над
личным
интересом
подсудимого
,
отказывающегося
от
участия
в
судебном
разбирательстве
.
Однако
при
полном
молчании
подсудимого
публичный
интерес
не
достигается
и
на
первое
место
выдвигается
право
обвиняемого
на
отказ
от
участия
в
суде
.
Понимая
,
что
изложенная
точка
зрения
является
спорной
,
можно
предложить
компромиссный
вариант
:
суд
вправе
(
но
не
обязан
)
удовлетворить
ходатайство
обвиняемого
о
рассмотрении
уголовного
дела
в
его
отсутствие
независимо
от
тяжести
инкриминируемого
ему
преступления
,
если
ходатайство
не
было
вынужденным
,
подсказанным
,
недобровольным
;
при
этом
участие
защитника
при
рассмотрении
такого
дела
обязательно
(
в
таких
случаях
заочное
рассмотрение
дела
оправдано
).
Отказ
обвиняемого
от
участия
в
судебном
разбирательстве
довольно
часто
может
являться
выражением
протеста
против
беззаконий
на
предварительном
следствии
и
свидетельством
недоверия
к
суду
.
Такую
позицию
обвиняемого
вряд
ли
нужно
категорически
отвергать
.
Проблема
вынесения
заочных
приговоров
должна
быть
решена
на
основе
демократических
начал
уголовного
судопроизводства
и
учитывать
интересы
как
государства
,
так
и
подсудимого
.
Закон
устанавливает
перечень
оснований
,
при
наличии
которых
могут
быть
оглашены
в
суде
показания
подозреваемого
,
обвиняемого
,
потерпевшего
и
свидетеля
,
полученные
в
стадии
предварительного
расследования
и
в
суде
,
если
дело
рассматривается
неоднократно
.
Тем
самым
вводятся
необходимые
исключения
из
принципа
непосредственности
в
исследовании
доказательств
(
ст
. 276, 281
УПК
РФ
).
Эту
возможность
чаще
использует
сторона
обвинения
,
поскольку
оглашаемые
показания
были
получены
представителями
обвинительной
власти
-
дознавателем
или
следователем
-
и
положены
в
основу
обвинительного
заключения
(
обвинительного
акта
).
Но
и
защита
в
ряде
случаев
заинтересована
в
оглашении
показаний
указанных
лиц
,
когда
таким
образом
обнаруживаются
противоречия
в
доказательственном
материале
,
используемом
обвинением
,
и
облегчается
его
критика
,
что
создает
предпосылки
для
вынесения
оправдательного
приговора
.
Оглашение
показаний
подозреваемого
и
обвиняемого
возможно
при
наличии
существенных
противоречий
между
показаниями
этих
лиц
на
предварительном
следствии
(
дознании
)
и
в
суде
;
при
отказе
подсудимого
от
дачи
показаний
;
при
рассмотрении
дела
в
отсутствие
подсудимого
(
ч
. 4, 5
ст
. 247
УПК
РФ
).
Оглашение
этих
показаний
допустимо
лишь
по
ходатайству
сторон
(
п
. 1
ч
. 1
ст
. 276
УПК
РФ
).
Надо
полагать
,
имеется
в
виду
согласованное
ходатайство
обеих
сторон
,
и
если
одна
из
сторон
возражает
,
то
ходатайство
другой
стороны
не
может
быть
удовлетворено
.
Такое
правило
выгодно
стороне
защиты
,
поскольку
это
ходатайство
заявляется
чаще
всего
прокурором
,
когда
подсудимый
отказывается
от
ранее
сделанного
признания
.
Защитник
может
в
этом
случае
возразить
против
оглашения
признательных
показаний
подсудимого
,
данных
им
на
предварительном
следствии
.
Но
практика
и
отчасти
теория
идут
по
другому
пути
,
допуская
оглашение
показаний
подсудимого
по
ходатайству
лишь
одной
стороны
,
главным
образом
обвинителя
.
В
соответствии
с
п
. 1
ч
. 2
ст
. 75
УПК
РФ
показания
подозреваемого
,
обвиняемого
,
данные
в
ходе
досудебного
производства
по
уголовному
делу
в
отсутствие
защитника
,
включая
случаи
отказа
от
защитника
,
не
подтвержденные
подозреваемым
,
обвиняемым
в
суде
,
являются
недопустимыми
доказательствами
.
Тем
самым
подчеркивается
необходимость
привлечения
защитника
к
допросу
подозреваемого
,
обвиняемого
во
избежание
признания
полученных
сведений
недопустимыми
доказательствами
.
С
другой
стороны
,
подозреваемый
,
обвиняемый
,
отказавшийся
от
защитника
,
может
искусственно
создать
ситуацию
,
когда
в
дальнейшем
его
признательные
показания
будут
признаны
недопустимыми
доказательствами
и
он
избежит
уголовной
ответственности
.
Однако
следует
заметить
,
что
такая
расчетливость
подозреваемого
,
обвиняемого
при
его
допросе
на
следствии
или
дознании
,
вряд
ли
возможна
.
Закон
установил
,
что
воспроизведение
в
суде
фотографий
,
аудио
-
и
видеозаписи
,
киносъемки
,
полученных
в
ходе
допроса
подозреваемого
,
обвиняемого
,
допустимо
лишь
после
оглашения
его
показаний
на
допросе
(
ч
. 1
ст
. 276
УПК
РФ
).
Следует
,
однако
,
иметь
в
виду
,
что
при
проведении
допроса
нет
никакой
необходимости
производить
фотографирование
,
кино
-
и
видеосъемку
.
Эти
технические
средства
не
нужны
для
фиксации
показаний
;
на
практике
они
применяются
для
того
,
чтобы
убедить
суд
в
соблюдении
требований
закона
при
производстве
допроса
(
это
особенно
важно
для
недобросовестных
следователей
,
чтобы
снять
подозрения
в
применении
незаконных
методов
допроса
).
Это
не
значит
,
что
такие
средства
нельзя
применять
при
производстве
следственных
экспериментов
,
проверок
показаний
на
месте
и
осмотров
места
происшествия
.
Оглашение
показаний
потерпевших
и
свидетелей
допускается
в
случаях
смерти
потерпевших
или
свидетелей
;
тяжелой
болезни
,
препятствующей
их
явке
в
суд
;
отказа
свидетеля
-
иностранца
от
явки
в
суд
;
стихийного
бедствия
или
иных
чрезвычайных
обстоятельств
,
препятствующих
явке
в
суд
.
Но
чаще
всего
показания
потерпевших
и
свидетелей
оглашаются
при
наличии
существенных
противоречий
между
прежними
показаниями
и
показаниями
,
данными
в
суде
.
Для
оглашения
таких
показаний
достаточно
ходатайства
одной
из
сторон
(
ч
. 3
ст
. 281
УПК
РФ
).
Это
исключение
из
общего
правила
,
согласно
которому
оглашение
показаний
потерпевшего
и
свидетеля
допускается
по
ходатайству
обеих
сторон
(
ч
. 1
ст
. 281
УПК
РФ
).
В
последнем
случае
защита
может
парализовать
ходатайство
обвинителя
об
оглашении
показаний
и
тем
самым
способствовать
вынесению
оправдательного
приговора
.
Но
,
с
другой
стороны
,
обвинитель
может
дезавуировать
ходатайство
защиты
.
На
практике
,
да
и
в
теории
распространено
мнение
,
что
для
оглашения
показаний
достаточно
ходатайства
одной
стороны
даже
при
наличии
возражений
другой
стороны
.
Суд
также
вправе
огласить
показания
по
собственной
инициативе
в
случаях
,
указанных
в
ч
. 2
ст
. 281
УПК
РФ
.
При
оглашении
показаний
потерпевшего
и
свидетеля
соблюдаются
изложенные
выше
правила
о
демонстрации
фотографий
,
кино
-
и
видеозаписи
.
УПК
РСФСР
допускал
оглашение
показаний
свидетеля
при
его
отсутствии
в
судебном
заседании
по
причинам
,
исключающим
возможность
его
явки
в
суд
(
ч
. 2
ст
. 286).
Если
же
такая
возможность
судом
не
исследована
и
не
установлена
,
то
оглашенные
свидетельские
показания
не
могли
быть
использованы
для
обоснования
приговора
,
то
есть
являлись
недопустимыми
доказательствами
(
определение
Конституционного
Суда
РФ
об
отказе
в
принятии
к
рассмотрению
жалобы
гражданина
Щенникова
В
.
В
.
на
нарушение
его
конституционных
прав
частями
второй
и
третьей
ст
. 276,
частью
первой
ст
. 277
и
п
. 2
части
первой
ст
. 286
УПК
РСФСР
от
27
октября
2000
г
.).
Вопреки
этому
определению
КС
законодатель
при
формулировании
ст
. 281
УПК
РФ
не
упомянул
о
необходимости
установления
причин
,
исключающих
возможность
явки
свидетеля
в
суд
,
то
есть
допустил
оглашение
показаний
свидетеля
как
при
наличии
,
так
и
при
отсутствии
таких
причин
.
Это
усилило
позиции
обвинения
,
так
как
в
большинстве
случаев
оглашаются
показания
свидетелей
,
изобличающих
подсудимого
,
независимо
от
того
,
имел
ли
он
возможность
явиться
в
суд
.
Судья
,
рассматривающий
уголовное
дело
,
может
находиться
в
различных
психических
состояниях
,
к
которым
психологи
относят
такие
,
например
,
состояния
,
как
заинтересованность
,
внимание
,
сосредоточенность
,
умственное
напряжение
,
увлеченность
или
безразличие
,
рассеянность
,
радость
,
огорчение
,
сомнение
и
др
.
*(112)
От
того
,
в
каком
из
состояний
находится
судья
,
во
многом
зависят
ход
судебного
разбирательства
и
вынесение
обвинительного
или
оправдательного
приговора
,
хотя
в
принципе
состояния
,
затрудняющие
рассмотрение
дела
,
должны
преодолеваться
усилием
воли
судьи
и
не
влиять
на
его
действия
и
решения
.
Многие
психические
состояния
отрицательного
характера
обусловлены
чрезмерной
служебной
нагрузкой
судей
.
Например
,
в
Москве
судьи
районных
судов
рассматривают
до
200
уголовных
дел
в
год
(
правда
,
многие
из
этих
дел
подпадают
под
признаки
главы
40
УПК
РФ
и
судебное
следствие
по
ним
не
проводится
).
Всего
же
российская
судебная
система
(
не
считая
арбитражных
и
военных
судов
)
в
2006
г
.
рассмотрела
1
млн
. 225
тыс
.
уголовных
дел
, 7
млн
. 570
тыс
.
гражданских
дел
и
5
млн
. 5
тыс
.
дел
об
административных
нарушениях
*(113)
.
В
условиях
высокой
служебной
нагрузки
судья
излишне
спешит
рассмотреть
принятые
к
производству
дела
в
ущерб
полноте
и
качеству
судопроизводства
,
при
этом
возникают
состояния
усталости
и
раздражительности
.
Находясь
в
таком
состоянии
,
судья
торопит
и
прерывает
выступающих
,
не
дает
им
возможности
изложить
все
необходимые
доводы
,
прибегает
к
таким
крайним
мерам
,
как
удаление
лиц
,
не
подчиняющихся
распоряжениям
председательствующего
,
не
вполне
обоснованным
,
выносит
частные
определения
в
отношении
адвокатов
при
отсутствии
к
тому
оснований
.
Притупляется
внимание
судьи
,
он
пропускает
мимо
ушей
важные
доводы
обвинения
и
защиты
,
нарушая
известное
психологии
требование
"
слушать
и
слышать
".
Судья
огорчается
и
нервничает
по
поводу
того
,
что
ему
дали
для
рассмотрения
сложное
или
скандальное
уголовное
дело
во
многих
томах
в
отношении
многих
обвиняемых
.
Он
старается
избежать
исследования
доказательств
,
указывающих
на
нарушение
законности
при
расследовании
преступления
.
С
другой
стороны
,
судья
испытывает
чувство
радости
по
поводу
того
,
что
ему
передано
на
рассмотрение
уголовное
дело
,
мало
чем
отличающееся
от
дел
,
которые
он
рассматривал
в
прошлом
.
В
этом
случае
не
надо
много
думать
и
решать
не
известную
ему
задачу
,
так
как
действует
установка
,
возникшая
при
рассмотрении
прежних
дел
,
и
новое
дело
рассматривается
"
как
старое
"
*(114)
.
Судейские
состояния
,
много
раз
повторяемые
,
становятся
общими
чертами
характера
судьи
(
например
,
состояние
неприветливости
и
грубости
в
суде
становится
общей
чертой
характеристики
личности
судьи
).
Судебный
процесс
,
как
правило
,
протекает
напряженно
,
он
полон
борьбы
и
эмоций
.
В
этих
условиях
приобретают
важное
значение
такие
психические
состояния
судьи
,
как
сосредоточенность
,
умственное
напряжение
и
уравновешенность
.
Состояние
сомнения
может
иметь
как
положительное
,
так
и
отрицательное
значение
.
В
ходе
судебного
следствия
судья
,
опираясь
на
презумпцию
невиновности
,
должен
испытывать
сомнение
в
том
,
что
подсудимый
совершил
инкриминированное
ему
преступление
.
При
недоказанности
преступления
сомнения
толкуются
в
пользу
подсудимого
,
что
влечет
вынесение
оправдательного
приговора
.
С
другой
стороны
,
постановляя
обвинительный
приговор
,
судья
должен
быть
уверен
в
виновности
подсудимого
.
Всякое
судебное
решение
должно
приниматься
без
сомнения
в
том
,
что
оно
законно
и
обоснованно
.
Состояния
,
в
которых
пребывает
судья
,
зависят
от
общих
свойств
его
личности
,
психологического
и
соматического
характера
(
интеллект
,
воля
,
эмоции
),
позволяющих
вести
процесс
разумно
,
добросовестно
,
решительно
,
защищать
интересы
государства
и
уважать
личность
,
представшую
перед
судом
.
Судья
впервые
узнает
об
обстоятельствах
уголовного
дела
при
его
изучении
,
предшествующем
судебному
разбирательству
.
По
этому
поводу
изложено
следующее
мнение
: "
Если
пока
оставить
в
стороне
карательную
идеологию
,
пропитавшую
наш
суд
, ...
который
выходит
в
процесс
,
ознакомившись
с
материалами
дела
и
обвинительным
заключением
,
подписанным
прокурором
,
мы
увидим
,
что
презумпции
невиновности
противостоит
"
знание
о
виновности
",
психологически
обоснованное
фактической
презумпцией
профессионализма
тех
,
кто
занимался
предварительным
расследованием
,
а
также
тем
обстоятельством
,
что
в
обвинительном
заключении
факты
уже
определенным
образом
"
упакованы
", "
опредмечены
"
*(115)
.
Таким
образом
,
при
ознакомлении
с
материалами
уголовного
дела
у
судьи
обнаруживается
установка
,
которая
проявляет
себя
с
различной
силой
-
от
убеждения
в
виновности
до
предположения
об
этом
с
разной
степенью
вероятности
.
В
дальнейшем
установка
обнаруживает
себя
в
ходе
судебного
следствия
и
при
вынесении
приговора
в
виде
так
называемого
"
обвинительного
уклона
".
С
учетом
изложенного
возникает
мысль
об
отказе
от
изучения
уголовного
дела
судьей
до
вынесения
приговора
.
По
этому
пути
идет
англо
-
американское
право
.
В
Англии
и
США
судья
и
присяжные
заседатели
не
изучают
следственные
материалы
до
судебного
разбирательства
и
само
понятие
"
уголовное
дело
"
отсутствует
.
Судья
и
заседатели
узнают
о
содержании
следственных
материалов
только
при
их
представлении
суду
стороной
обвинения
.
При
вынесении
вердикта
присяжные
тоже
не
вправе
воспользоваться
следственными
материалами
.
Тем
самым
последовательно
соблюдается
принцип
непосредственного
исследования
доказательств
.
Законодательство
России
не
содержит
общего
требования
об
изучении
уголовного
дела
судьей
или
запрета
такого
изучения
.
Но
в
ряде
конкретных
норм
УПК
предусматривается
необходимость
изучения
дела
судьей
до
судебного
разбирательства
.
Без
такого
изучения
судья
не
может
принять
решение
о
направлении
дела
по
подсудности
(
п
. 1
ч
. 1
ст
. 227
УПК
РФ
),
о
возвращении
дела
прокурору
(
ст
. 237
УПК
РФ
),
о
прекращении
уголовного
дела
(
ст
. 239
УПК
РФ
)
и
т
.
д
.
Такова
сложившаяся
традиция
,
и
вряд
ли
есть
надобность
с
ней
распрощаться
.
Но
"
знание
о
виновности
"
не
должно
доводиться
до
уверенности
судьи
в
виновности
подсудимого
.
На
этот
счет
имеются
высказывания
некоторых
юристов
.
Один
из
них
утверждает
,
что
судья
должен
приходить
в
судебное
заседание
, "
не
имея
никакого
убеждения
в
виновности
подсудимого
"
*(116)
.
Другой
юрист
пишет
: "...
Установка
по
своим
качествам
должна
являться
образцом
гибкой
,
подвижной
установки
.
Какой
-
то
толчок
для
ее
образования
дает
уже
ознакомление
с
материалами
дела
.
Причем
здесь
в
качестве
установки
часто
выступает
не
присоединение
к
уже
высказанному
органами
расследования
убеждению
,
а
образование
собственного
,
хотя
,
естественно
,
не
окончательного
мнения
.
Характер
установки
должен
быть
таким
,
чтобы
она
под
влиянием
определенных
новых
обстоятельств
,
обнаруживающихся
в
процессе
судебного
исследования
,
могла
своевременно
меняться
"
*(117)
.
Установка
,
возникшая
при
ознакомлении
с
уголовным
делом
,
довольно
часто
сохраняется
и
в
судебном
разбирательстве
.
По
данным
Ю
.
М
.
Грошевого
,
до
судебного
разбирательства
сложилось
убеждение
в
виновности
подсудимого
у
3%
судей
,
избранных
на
первый
срок
, 10,1% -
на
второй
, 12,2% -
на
третий
, 13,4% -
на
четвертый
срок
.
Увеличение
стажа
судебной
работы
усиливает
доверие
судей
к
материалам
предварительного
расследования
.
Число
судей
,
испытывающих
такое
доверие
,
составляет
26% (
среди
судей
,
избранных
на
4-
й
срок
)
*(118)
.
При
ознакомлении
с
материалами
дела
установка
теоретически
может
быть
и
оправдательной
.
Но
это
довольно
редкий
случай
(
ведь
99,4%
приговоров
-
обвинительные
).
Но
установку
нельзя
понимать
как
явление
только
отрицательное
.
Установка
вообще
возникает
как
естественный
процесс
приобретения
определенного
опыта
,
наличие
которого
позволяет
изучать
явления
,
опираясь
на
уже
сформировавшиеся
представления
. "
Опыт
-
это
не
просто
поток
жизненных
событий
и
ситуаций
, -
пишет
Л
.
М
.
Карнозова
, -
опыт
определенным
образом
оформляется
в
тех
или
иных
конструкциях
(
когнициях
).
Подобные
конструкции
-
мнения
,
знания
,
убеждения
,
стереотипы
,
схемы
,
сценарии
и
пр
. -
становятся
теми
"
посредниками
",
которыми
оперирует
наш
психический
аппарат
при
соприкосновении
с
внешним
миром
..."
*(119)
.
Это
относится
и
к
судейским
установкам
.
Опыт
,
лежащий
в
основе
этих
установок
,
собственный
и
чужой
,
накапливается
многими
годами
обучения
в
школе
и
вузе
,
приобретается
при
чтении
книг
,
изучении
законов
и
научных
комментариев
к
ним
,
осуществлении
правосудия
по
уголовным
делам
,
обмене
опытом
с
другими
судьями
и
др
.
Профессиональная
ценность
судьи
слагается
из
установок
,
близких
к
идеалу
.
Это
готовность
служить
своему
народу
,
честность
и
неподкупность
,
уважительное
отношение
к
личности
,
самостоятельность
и
принципиальность
принимаемых
решений
,
критическое
отношение
к
материалам
и
выводам
следствия
,
соблюдение
презумпции
невиновности
подсудимого
,
равное
отношение
к
сторонам
,
коммуникабельность
,
умение
снять
напряжение
и
погасить
излишние
эмоции
в
полемике
сторон
.