ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 25.10.2020
Просмотров: 7004
Скачиваний: 11
138
Иеремия Бентам
XXV.
Удовольствиям симпатии соответствует мотив, кото
рый в нейтральном смысле называется доброй волей. В
этом случае может быть употреблено также слово симпа
тия, хотя смысл его, кажется, все-таки более обширен. В
хорошем смысле он называется благосклонностью и в
некоторых случаях — филантропией, и, в фигуральном
способе выражения, братской любовью, в других случаях —
человечностью, в третьих — любовью к ближнему, в чет
вертых — сожалением и состраданием, в пятых — мило
сердием, в шестых — благодарностью, в седьмых — неж
ностью, в восьмых — патриотизмом, в девятых — чувст
вом общественного блага. Любовь также употребляется в
этом смысле, как и во многих других. В дурном смысле
этот мотив не имеет названия, приложимого ко всем слу
чаям, в частных случаях он называется пристрастием.
Слово ревность с прибавлением известных эпитетов
также может употребляться иногда в таком случае, хотя
смысл его гораздо обширнее, — так как оно прилагается
иногда и к дурной воле, как и к хорошей. Таким образом
мы говорим о ревности партии, о национальной ревнос
ти, об общественной ревности. Слово привязанность
употребляется также с подобными эпитетами: мы гово
рим также семейная привязанность. Таково и француз
ское выражение esprit de corps.
1. Человек, поджегший город, схвачен и посажен в
тюрьму; вы, из дружбы или из сострадания к нему, по
могаете ему бежать из тюрьмы. В этом случае большин
ство людей едва ли будет знать, надо ли осудить или по
хвалить ваш мотив: те, кто осудит ваше поведение,
будут скорее расположены приписать его какому-нибудь
другому мотиву; если они назовут его благосклонностью
или состраданием, они прибавят к ним эпитет и назовут
мотив ложной благосклонностью или ложным сострада
нием. 2. Этот человек схвачен снова и предан суду:
чтобы спасти его, вы ложно клянетесь в его пользу.
Люди, которые прежде не назвали бы вашего мотива
дурным, быть может, назовут его дурным теперь. 3. Че
ловек имеет с вами процесс об имении, он не имеет на
Введение в основания нравственности и законодательства 139
него права; судья знает это, но, из уважения или из при
вязанности к вашему противнику, он присуждает имение
ему. В этом случае всякий найдет мотив отвратительным
и назовет его несправедливостью и пристрастием. 4. Вы
открываете, что правительственное лицо покупается:
ради общественного интереса вы доносите на него и пре
следуете его. В этом случае все, кто признает, что ваше
поведение произошло из этого мотива, найдут его по
хвальным и назовут его чувством общественного блага.
Но его друзья и зависящие от него люди не будут объяс
нять ваше поведение таким способом: они скорее припи
шут его партийной вражде. 5. Вы находите человека, уми
рающего с голоду: вы помогаете ему и спасаете ему жизнь.
В этом случае всякий найдет ваш мотив похвальным, и его
назовут состраданием, сожалением, любовью к ближнему,
благосклонностью. Но во всех этих случаях мотив, в сущнос
ти, один и тот же; это не что иное, как мотив доброй волн
XXVI.
Удовольствиям неблагосклонности или антипатии со
ответствует мотив, который в нейтральном смысле назы
вается антипатией, или недовольством, и в частных слу
чаях — неудовольствием, отвращением, омерзением и
негодованием; в нейтральном смысле или, быть может,
скорее склонном к дурному — дурной волей, и в частных
случаях — гневом, злобой и враждой. В дурном смысле
он называется в различных случаях гневом, хандрой,
дурным расположением духа, ненавистью, злостью, бе
шенством, жестокостью, тиранией, завистью, мщением,
мизантропией и другими именами, собирать которые
едва ли стоит труда1. Подобно доброй воле, этот мотив
1 Здесь, как и в других местах, можно заметить, что те же слова,
какие употребляются в качестве названий мотивов, часто служат также
названиями страстей, стремлений, чувствований: это воображаемые сущ
ности, которые происходят только от способа рассматривать страдания
или удовольствия с особенной точки зрения. Некоторые из них служат
также названиями нравственных качеств. Эта часть системы терминоло
гии удивительно замечательно запутана, — чтобы разобрать ее как следу
ет, понадобился бы целый том, из которого ни одна строчка не должна
бы иметь места в настоящем труде.
140
И еремш Бентам
употребляется с эпитетами, отражающими лица, которые
составляют предмет чувствования. Таким образом, мы
слышим о вражде партий, озлоблении партий и т.д. В хо
рошем смысле для него, кажется, нет отдельного назва
ния. В сложных выражениях о нем можно говорить в
этом смысле с эпитетами, как с п р а в е д л и в ы й и
п о х в а л ь н ы й , прилагаемыми к словам, которые
употребляются в нейтральном или почти нейтральном
смысле.
1. Вы грабите человека: он преследует вас, и вас на
казывают; вы с досады бросаетесь на него и удушаете
собственными руками. В этом случае все найдут ваш
мотив гнусным и назовут его злостью, жестокостью,
мщением и т.д. 2. Человек украл у вас немного денег: вы
с досады преследуете его, и по закону его повесили. В
этом случае люди, вероятно, немного разойдутся в мне
ниях о вашем мотиве: ваши друзья сочтут его похваль
ным и назовут его справедливой или похвальной доса
дой; ваши враги, быть может, расположены будут счи
тать его достойным порицания и назовут его жестокос
тью, злостью, мщением и т.д.; чтобы помешать им в
этом, быть может, ваши друзья попробуют переменить
мотив и назовут его чувством общественного блага.
3. Человек убил вашего отца: из чувства мщения вы пре
следуете его, и его по закону наказывают смертью. В
этом случае ваш мотив все признают похвальным и на
зовут, как прежде, справедливой и похвальной досадой,
а ваши друзья, чтобы выставить на вид более привлека
тельный принцип, откуда произошел принцип неблаго
склонности, бывший вашим непосредственным мотивом,
упустят этот последний из виду и будут говорить только
о первом под каким-нибудь названием вроде сыновней
любви. Но во всех этих случаях мотив один и тот же: это
есть не что иное, как мотив дурной воли.
XXVII.
Различным родам страданий, или, по крайней мере,
всем тем из них, которые предполагаются существую
щими в сильной степени, и смерти, которая, сколько мы
Введение в основания нравственности и законодательства 141
видим, есть прекращение всех известных нам удовольст
вий и страданий, — соответствует мотив, который в ней
тральном смысле называется вообще самосохранением,
желанием сохранить себя от упомянутого страдания или
зла. Но во многих случаях желание удовольствия или
чувство страдания незаметно переходят одно в другое.
Поэтому самосохранение, где соответствующая ему сте
пень страдания невелика, едва ли может быть отделено
какой-нибудь точной чертой от мотивов, соответствую
щих некоторым родам удовольствий. Так, например, в
случае страданий голода или жажды физическую необ
ходимость во многих случаях едва ли можно будет отли
чить от физического желания. В некоторых случаях —
опять в нейтральном смысле — этот мотив называется
самозащитой. Уже выше было отмечено это отсутствие
границ между удовольствиями и страданиями нравствен
ной и религиозной санкций и, следовательно, — между
соответствующими им мотивами, так же как между удо
вольствиями дружбы и страданиями вражды1. Точно так
же нет границы и между удовольствиями богатства и
страданиями лишения, соответствующими этим удо
вольствиям. Поэтому есть много случаев, где трудно
будет отличить мотив самосохранения от денежного ин
тереса, от желания приобрести себе расположение дру
гих, от любви к репутации и от религиозной надежды;
причем, конечно, эти последние названия, более специ
фические и ясные, будут предпочитаться общему и неяс
ному имени самосохранения. Есть также много сложных
названий, которые или уже употребляются, или могли
бы быть придуманы для того, чтобы отличить специфи
ческие ветви мотива самосохранения от разных мотивов,
происходящих из удовольствий; таковы страх бедности,
страх потери уважения такого или такого человека, страх
стыда, страх перед Богом. Кроме того, страху смерти со
ответствует в нейтральном смысле любовь к жизни, в
дурном смысле — трусость; что соответствует также
1 См. гл. V (Удовольствия и Страдания), §
24
,
25
.
142
Иеремия Бентам
страданиям чувств, по крайней мере, когда они являются
в высокой степени. Для любви к жизни, кажется, нет на
звания в хорошем смысле, кроме разве неопределенного
и общего имени благоразумия.
1. Чтобы спасти себя от виселицы, от позорного стол
ба, от тюрьмы, от денежной пени, вы отравляете единст
венного человека, который может представить против
вас улики. В этом случае все назовут ваш мотив гнус
ным; но так как слово самосохранение не имеет дурного
смысла, то люди и не захотят употреблять его: они ско
рее переменят мотив и назовут его злобой. 2. Женщина,
только что родившая незаконно прижитого ребенка,
чтобы избавиться от стыда, уничтожает ребенка или бро
сает его. В этом смысле люди также назовут мотив дур
ным, и, не говоря о нем в нейтральном смысле, они ско
рее переменят мотив и назовут его каким-нибудь именем
вроде жестокости. 3. Чтобы сберечь полпенса, вы допус
тите погибнуть на ваших глазах от нищеты человеку, ко
торого могли бы спасти этим расходом. В этом случае
все сочтут ваш мотив отвратительным, и, чтобы не назы
вать его снисходительным именем самосохранения,
люди скорее назовут ваш мотив скупостью и скряжниче
ством, с которыми он в самом деле вполне совпадает в
этом случае; чтобы найти более порицательное название,
они
Moiyr
также переменить мотив и назвать его жесто
костью. 4. Чтобы положить конец своему страданию от
голода, вы крадете хлеб. В этом случае ваш мотив едва
ли сочтут слишком дурным, и, чтобы выразить больше
снисходительности к нему, люди могут придумать для
него более сильное название, чем самосохранение, и на
зовут его н е о б х о д и м о с т ь ю . 5. Чтобы спасти себя
от утопления, вы сталкиваете невинного человека, кото
рый держался за ту же доску. В этом случае ваш мотив
не найдут вообще ни хорошим, ни дурным и назовут его
самосохранением, или необходимостью, или любовью к
жизни. 6. Чтобы спасти свою жизнь от шайки разбойни
ков, вы убиваете их в схватке. В этом случае мотив,
может быть, найдут скорее похвальным, чем напротив,