ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 25.10.2020
Просмотров: 7041
Скачиваний: 11
Введение в основания нравственности и законодательства 153
мечали, бывают, сообразно с наклонностями лица, имен
но копиями требований того или другого из трех перво
начальных принципов: иногда требований полезности,
но часто требований аскетизма или симпатии и антипа
тии... В этом отношении они стоят на равных с требования
ми любви к репутации, в другом отношении — они ниже
ее. Требования религии во всех случаях более или менее
смешаны с такими требованиями, дедуцированными из
текстов, хорошо или плохо интерпретированных, или из
писаний, воспринимаемых в качестве священных каждой
соответствующей сектой, которые не согласуются с тре
бованиями полезности, не согласуются потому, что они
навязывают действия, в некоторых случаях неудобные для
личности человека, в других случаях — вредоносные для
других членов общества. Страдания непризнанных муче
ников, бедствия священных войн и религиозных пресле
дований, вред нетолерантных законов (предметы, на ко
торые здесь мы можем только бросить беглый взгляд, но
не обсуждать в деталях) — все это дополнительные беды,
сверх и помимо числа тех, которые когда-либо были при
несены в мир любовью к репутации. С другой стороны,
очевидно, что в отношении способности действовать
втайне требования религии имеют такое же преимущест
во над требованиями любви к репутации и любви к друж
бе, как и то, которым обладают требования благожела
тельности.
XLI.
К счастью, требования разнообразных культов, ка
жется, все больше и больше с каждым днем приближа
ются к совпадению с требованиями полезности. Потому
что к этому совпадению приближаются требования нрав
ственной санкции, которые совпадают или подчиняются
влиянию требований полезности. Люди самых испорчен
ных культов под влиянием мнений и практики окружаю
щего мнра больше и больше обращаются к книге полез
ности; и, чтобы не становиться в противоречие со свои
ми религиозными понятиями, они стараются, иногда до
вольно энергично, украшать положения своего религиоз
154
Иеремия Бентам
ного верования страницами этой книги и связывать их с
нею.
XLII.
Что касается личных (обращенных на себя) и общест
венных мотивов, то порядок между ними и предыдущим
относительно внешнего (extra-regarding) влияния слиш
ком очевиден, чтобы на нем нужно было настаивать. Что
касается порядка между мотивами личного разряда, рас
сматриваемыми сравнительно между собою, то здесь, ка
жется, нет различия, которое бы стоило упоминать. От
носительно необщественного мотива есть различие (в его
внешних действиях), смотря по тому, от которого из двух
источников он происходит, от личных или от обществен
ных соображений. Ваше недовольство против какого-ни
будь человека может быть основано или на каком-нибудь
акте, который оскорбляет вас в первом смысле, или на
таком, который оскорбляет вас только потому, что вы
считаете его вредным какой-нибудь другой стороне, ко
торой вы интересуетесь; и эта другая сторона, конечно,
может быть или определенный индивидуум, или какое-
нибудь собрание индивидуумов, определенное или неоп
ределенное. Довольно ясно, что мотив, хотя сам по себе и
необщественный, может — по своему происхождению от
общественного начала — иметь общественную тенден
цию; и что в этом случае его тенденция может быть тем
более общественной, чем обширнее тот разряд людей,
интересам которого вы сочувствуете. Недовольство, на
правляющееся против человека вследствие того вреда,
который предполагается от него для публики, может
быть более общественным в своих действиях, чем какая-
нибудь добрая воля, действие которой ограничено одним
индивидуумом.
§ 5. Столкновение между мотивами
XLHI.
Когда человек размышляет о начинании какого-ни
будь действия, он часто в одно и то же время подчиня
ется силе различных мотивов: один мотив или разряд
Введение в основания нравственности и законодательства 155
мотивов действует в одном направлении, другой мотив
или разряд мотивов как будто действует в противопо
ложном направлении; мотивы одной стороны располага
ют его начать действие; мотивы другой располагают не
начинать его. Итак, всякий мотив, влияние которого
стремится к тому, чтобы расположить человека начать
действие, может быть назван п о б у ж д а ю щ и м (im
pelling) мотивом; мотив, влияние которого стремится к
тому, чтобы расположить человека не начинать дейст
вия, — воздерживающим мотивом (restraining). Но эти
названия, конечно, могут быть переставлены, смотря по
тому, бывает ли акт положительного или отрицательного
свойства.
XLIV.
Выше было замечено, что нет такого рода мотивов,
который бы не мог порождать всякого рода действия
(т.е. и хорошего, и дурного). Отсюда следует, что нет
двух мотивов, которые бы не могли противостоять один
другому. Где стремление акта дурно, он всего чаще со
вершается под требованием мотива или личного, или не
общественного класса. В таком случае мотив благо
склонности действовал обыкновенно (хотя и неудачно) в
качестве воздерживающего мотива.
XLV.
Чтобы показать разнообразие сталкивающихся моти
вов, которые могут влиять на человека в одно и то же
время, мы приведем пример. Крильон, католик (в такое
время, когда между католиками считалось вообще заслу
гой искоренять протестантов), получил от своего короля,
Карла IX французского, приказание сделать тайное напа
дение на протестанта Колиньи и умертвить его; Крильон
отвечал на это: «Извините меня, сир, но я буду биться с
ним от всего сердца». Итак, здесь были все три упомяну
тые силы, причисляя к ним силу политической санкции,
которые действовали на него в одно время. Политичес
кая санкция, или, по крайней мере, такая часть силы этой
санкции, какую можно предположить в таком приказа
156
Иеремия Бентам
нии, от такого государя, по такому случаю, — эта сан
кция повелевала Крильону умертвить Колиньи злостным
убийством; религиозная санкция, т.е. требования религи
озной ревности, повелевали ему умертвить его каким бы
то ни было образом; нравственная санкция, или, другими
словами, требования чести, т.е. любовь к репутации, до
зволяли ему (и он понимал, что это дозволение в связи с
приказаниями его государя составляло обязательство)
сражаться с противником равным оружием; требования
более обширной благосклонности (предполагая, что при
казание было несправедливо) повелевали ему никаким
образом не делать покушения на жизнь Колиньи, но ос
таваться с ним в мире; требования частной благосклон
ности (предполагая опять, что приказание было неспра
ведливо) повелевали ему не иметь с ним дела ни в каком
случае. В этой путанице противоречивых требований
Крильон, по-видимому, дал предпочтение, во-первых,
требованиям чести; во-вторых, требованиям благосклон
ности. Он стал бы сражаться, если бы его предложение
было принято; так как оно принято не было, он остался
в покое.
Здесь может возникнуть множество вопросов. Пред
полагая, что за приказанием государя следовали требова
ния политической санкции, — какого рода мотивы они
представляли ему для исполнения этих требований?
Ответ: во всяком случае мотивы личного разряда, если
предположить, что во власти государя было наказать его
за неисполнение или вознаградить за исполнение. Пред
ставляли ли они ему мотив религии?
(Я
разумею, неза
висимо от обстоятельства выше упомянутой ереси.)
Ответ: Да — если он полагал, что, исполнив эти требо
вания, он сделает приятное Богу; нет — если он этого не
полагал. Представляли ли они ему мотив любви к репу
тации? Да — если он полагал, что люди будут ожидать
и требовать, чтобы он исполнил их. Нет — если не по
лагал. Представляли ли мотив благосклонности? Да —
если он полагал, что для общества в целом будет лучше,
когда он исполнит их. Нет — если не полагал. Но дейст
Введение в основания нравственности и законодательства 157
вительно ли, в этом случае, требования политической
санкции вытекали из приказания государя; другими сло
вами: было ли такое приказание законно? Мы видим, что
это есть вопрос чисто местной юриспруденции, совер
шенно посторонний для нашей цели.
XLVI.
То, что сказано здесь о хорошем или дурном качест
вах мотивов, вовсе не одни слова. Впоследствии мы
будем иметь случай применить это к различным важным
предметам. Это нужно было мне для разъяснения разных
предрассудков, которые приносят обществу вред, иногда
поддерживая пламя гражданского раздора, иногда за
трудняя отправление юстиции. Дальше будет показано,
что во многих преступлениях рассмотрение мотива бы
вает чрезвычайно важно: во-первых, потому что мотив
делает весьма существенную разницу в объеме вреда;
далее, потому, что его легко бывает определить и отсюда
является основание для различия в требовании наказа
ния; но что в других случаях он совершенно не может
быть определен и что, если бы даже он мог быть опреде
лен как хороший или дурной, он не делает никакой раз
ницы в требовании наказания; что во всех случаях
мотив, который может руководить преследователем (ис
тцом), есть дело совершенно неважное — откуда можно
видеть вред предрассудка, который так часто имеют про
тив доносчиков, и — следствие этого то, что судья, в
частности, должен быть обеспечен от влияния таких за
блуждений.
Наконец, с вопросом о мотивах необходимо познако
миться, чтобы иметь возможность судить о средствах,
которые могут быть предложены для искоренения пре
ступлений в их источнике.
Но для того, чтобы можно было вполне вывести тео
ретическое основание для этих практических наблюде
ний, нам необходимо сказать еще сначала о р а с п о
л о ж е н и я х : что и составит предмет следующей
главы.