Файл: I_Bentam_-_Vvedenie_v_osnovania_nravstvennosti.pdf

168

Иеремия Бентам

ры,  в  которых  требования  религии  вводят  человека  в 

акты,  вредные  в  этом  последнем  смысле,  в  настоящее 

время,  кажется,  редки:  кроме  только  актов  преследова­

ния,  неблагоразумных  политических  мер  со  стороны 

правительства,  где  самый  закон  есть  или  главный  дея­

тель,  или  соучастник  во  вреде.  Равальяк,  побуждаемый 
этим самым мотивом,  нанес своей стране  один из самых 
роковых  ударов,  какие  она  когда-нибудь  получала  от 
одной руки: но, к счастью, Равальяки очень редки. Одна­
ко  во Франции они были чаще, чем  в какой-нибудь дру­

гой  стране  в  тот  же  период;  и  замечательно,  что  в  каж­
дом  примере  их  производил  этот  мотив.  Но  когда  они 
появляются,  никто,  я  полагаю,  кроме  людей,  им  подоб­
ных, не назовет обнаруженного ими расположения хоро­
шим.  Едва  ли  можно  отрицать,  что  они  были  тем  хуже 
из-за своих представлений  о  религии и что  если бы  они 

остались  под  одним  руководством  благосклонности  и 
любви к репутации без всякого подобного мотива, то тем 
лучше  было  бы для человечества.  Быть может,  почти то 
же скажут о тех людях, которые  без  всякого  особенного 
обязательства принимали деятельное участие  в исполне­
нии законов, составленных для наказания тех, кто  имеет 
несчастье  расходиться  с властями  в религиозных  вопро­
сах,  —  и  еще  больше  о  законодателях,  которые  дали 

этим законам силу. Если бы Людовик XIV не руководил­
ся этим мотивом, Франция не потеряла бы 800.000 своих 

лучших  подданных.  То  же  можно  сказать  об  инициато­

рах  войн,  называемых  священными,  велись  ли  они про­

тив  людей,  называемых  «неверными»,  или  против 
людей,  получивших  еще  более  одиозное  наименование 
«еретиков».  В  Дании  не  так  давно  возникла,  говорят, 
одна  секта,  которая  по  странному  извращению  понятий 
взяла  в  голову,  что  так  как  убийство  и  всякое  другое 

ужасное  преступление  ведут  к  покаянию,  то  они  могут 
служить путем на небо. Надобно, впрочем, заметить, что 
примеры этого последнего рода всегда были редки и что 
почти  во  всех  странах  Европы  примеры  первого  рода, 
хотя некогда чрезвычайно частые,  с  некоторого времени

Введение в  основания  нравственности и законодательства  169

прекратились.  Но  в  некоторых  странах  преследование 

внутри  страны  (или  что  производит  известную  степень 

принуждения,  составляющего  одну  часть  вреда  пресле­
дования,  я  разумею  р а с п о л о ж е н и е   к  преследова­
нию, когда представится случай) еще  не пришло к свое­
му концу в том смысле, что если в них нет действитель­
ных  преследований,  то  только  потому,  что  там  нет  ере­

тиков, а если нет еретиков, то только потому, что там нет 

мыслящих людей.

XXIV.

9. 

Когда  тенденция  акта  х о р о ш а   и  мотив  (как 

выше) есть необщественный, мотив  д у р н о й   в о л и .  В 
этом случае  мотив  не  доставляет,  кажется,  никаких ука­

заний  ни  в  ту  ни  в  другую  сторону:  здесь  нет  указания 
на хорошее расположение,  но нет указания и на худое.

Вы  открыли,  что  булочник  продает  хлеб  неполного 

веса;  вы преследуете  его за обман.  Вы начали преследо­
вание  не  из-за прибыли, потому что вы через это ничего 
не  выигрываете;  не  из-за желания  общественного  блага; 

не  из-за  репутации,  потому  что  этим  не  приобретается 
никакой репутации;  не  с целью сделать угодное Божест­

ву — но чисто только вследствие  вашей ссоры с челове­

ком,  которого  вы  преследуете.  Если  дело  стоит так,  то, 
кажется,  нельзя  ничего  сказать  ни  в  пользу  вашего  рас­
положения,  ни против  него.  Тенденция  акта  хороша:  но 
вы начали его только по такому мотиву, который, кажет­
ся,  не  дает  никакого  особенного  основания  заключить, 
что  он  побудит вас  когда-нибудь  еще  к такому же  акту. 

Ваш  мотив  такого  рода,  что  он  довольно  справедливо 

может быть назван дурным,  но  акт такого рода, что, как 
бы часто он ни  совершался,  он  никогда не  может иметь 

дурной  тенденции  и  даже  не  может  иметь  другой  тен­
денции, кроме  хорошей.  Предположим, что мотив,  кото­
рому случилось его  вызвать,  был мотив дурной воли,  но 
самый  акт  такого  свойства,  что  нужна  была  бы  только 
достаточная  степень  благоразумия  с  вашей  стороны, 
чтобы его  могла произвести  самая широкая  благосклон­

ность. Далее, из того, что человек поддался побуждению

170

Иеремия Бентам

удовлетворить свою досаду посредством акта, тенденция 
которого  хороша,  вовсе  еще  не  следует,  что  в  другом 
случае,  под  влиянием  того  же  рода  мотива,  он  готов 
будет совершить  акт, тенденция которого дурна.  Мотив, 
который  побуждал  вас,  был  мотив  необщественный,  но 

какой общественный мотив мог бы здесь помешать вам? 
Никакой, который  бы не  был перевешен более широким 
мотивом  того  же  рода.  Итак,  из  того,  что  необществен­

ный  мотив  преобладал,  когда  он  стоял  один,  нисколько 
не  следует,  что  он  преобладал  бы  и  в  том  случае,  когда 
бы против  него  стоял  общественный мотив.

XXV.

10. 

Когда  тенденция  акта  д у р н а   и  мотив  есть  не­

общественный, мотив неблагосклонности.  В этом случае 
расположение,  им указанное,  есть,  конечно,  вредное.

Человек,  укравший  у  булочника  хлеб,  как  прежде, 

сделал  это  с той только  целью,  чтобы повредить  его де­
нежным делам  и огорчить  его,  поэтому, достав  хлеб,  он 
не  съел  и  не  продал  его,  а  просто  уничтожил.  Всякий 

тотчас  же  заметит,  что  расположение,  проявляемое 
таким делом,  есть дурное расположение.

XXVI.

До сих пор мы говорили об обстоятельствах, из кото­

рых можно  вообще заключать  о  вреде  или похвальности 
расположения  человека:  мы  переходим теперь  к  м е р е 

этого  вреда  или  этой  похвальности,  проистекающей  из 
этих обстоятельств.  В настоящем сочинении нас не каса­

ются похвальные акты и расположения. Дело уголовного 
закона состоит в том только,  чтобы измерить  испорчен­

ность (depravity) расположения там, где акт вреден. Поэ­

тому  мы  здесь  и  ограничиваемся  только  этим  предме­
том1.

1  Эти «похвальные»  акты и расположения составили предмет другого 

сочинения  Бентама  «Рациональное  исследование  награды»  (Works.  II., 

стр.  189—266).  (Прим.  перев.)

Введение в  основания  нравственности  и  законодательства  171

XXVII.

Ясно,  что  свойство  расположения  человека  должно 

зависеть от свойства мотивов,  влиянию которых он спо­
собен  подвергаться;  другими  словами,  от  степени  его 
чувствительности к  силе тех или других  мотивов. Пото­
му что его расположение  есть как будто сумма его наме­

рений;  его  расположение  в  течение  известного  периода 
есть сумма или результат его намерений в течение этого 
периода.  Если  из тех  актов,  которые  он намеревался  со­
вершить  в  течение  этого  предположенного  периода, 
акты,  имеющие  очевидно  вредную  тенденцию,  значи­

тельно превышают те акты, которые кажутся ему проти­

воположной тенденции,  его расположение будет вредно­

го характера;  если  их пропорция  мала,  то расположение 
будет невинное  или честное.

XXVIII.

Но намерения, как и всякая другая вещь, производят­

ся  вещами,  которые  составляют их  причину;  а  причины 

намерений  суть  мотивы.  Если человек  составляет по ка­
кому-нибудь случаю  хорошее  или дурное намерение,  он 
должен быть под влиянием какого-нибудь  мотива.

XXIX.

Когда  акт,  к  совершению  которого  известный  мотив 

побуждает  человека,  бывает  вредного  свойства,  он 
может  быть  для  отличия  назван  и с к у ш а ю щ и м   (se­
ducing)  или  соблазняющим  мотивом;  причем  всякий 

мотив, который в противоположность первому действует 

в качестве  воздерживающего мотива, может быть назван 

п р е д о х р а н я ю щ и м   (tutelary),  или  удерживающим 
мотивом.

XXX.

Предохраняющие мотивы могут быть далее различае­

мы на  п о с т о я н н ы е   или  с л у ч а й н ы е .   Под посто­
янными  предохраняющими мотивами  я  понимаю те,  ко­
торые  с большей  или меньшей  силой действуют во  всех 

или, по крайней мере, в большей части случаев, стремясь

172

Иеремия Бентам

удержать человека от  в с я к и х   вредных актов, которые 

он может быть склонен совершить; и притом с силой, ко­

торая зависит скорее  от общей природы акта, чем от ка­
кого-нибудь  случайного обстоятельства, которым может 

сопровождаться  индивидуальный  акт  этого  рода.  Под 
случайными предохраняющими мотивами я понимаю те, 

которым  может случиться  действовать  в  этом  направле­
нии или нет, смотря по природе акта и по частному слу­
чаю,  по  которому  может явиться  мысль  о  его  соверше­

нии.

XXXI.

Но  выше  было  показано,  что  нет  такого  рода  моти­

вов, под влиянием которых человек не мог бы совершать 
акты вредного свойства, т.е. которые не могли бы дейст­
вовать  в качестве  соблазняющего  мотива.  С  другой сто­

роны,  было  показано,  что  некоторые  мотивы  заметно 

менее других способны действовать в этом смысле. Было 

также  показано,  что  наименее  способный  изо  всех  есть 

мотив  благосклонности,  или  доброй  воли,  который,  как 

мы видели, всего чаще стремится действовать в качестве 
предохраняющего  мотива.  Было  также  показано,  что 
даже тогда, когда ему случается действовать  в одну сто­
рону с характером соблазняющего мотива, в другую сто­
рону он все-таки действует с противоположным характе­

ром  предохраняющего  мотива.  Мотив  доброй  воли,  на­

сколько  он  касается  интересов  известного  разряда 

людей,  может побуждать  человека к действиям,  нанося­
щим  вред другому,  и притом  более  обширному, разряду 
людей; но это бывает только потому, что его добрая воля 
несовершенна, ограниченна и не принимает в расчет ин­

тересы  всех  лиц,  интересы  которых  здесь  замешаны. 
Если бы чувствование, из которого мотив исходит,  было 
шире,  то  этот же  самый  мотив  в  самом  деле  действовал 

бы  с  характером  предохраняющего  мотива  против  того 

самого акта, который, как предполагается,  произошел от 
него.  Вследствие того,  без всякого действительного про­

тиворечия  истине  и  без  всякого  уклонения  от  нее,  этот 
род  мотива  может  быть  поставлен  в  числе  постоянных