Файл: I_Bentam_-_Vvedenie_v_osnovania_nravstvennosti.pdf

Введение в  основания  нравственности  и законодательства  173

предохраняющих  мотивов,  несмотря  на  случаи,  в  кото­
рых он  в  то же  самое  время может действовать  с харак­
тером соблазняющего мотива.

XXXII.

Почти  то  же  замечание  может  быть  приложено  к 

полуобщественному  мотиву  любви  к  репутации.  Сила 
его, как в предыдущем случае, может разделиться и идти 
против самой себя. Как в примере доброй воли интересы 
некоторых из лиц,  которые  могут быть  предметом этого 
чувства,  способны  разниться  от интересов  других, так в 
примере  любви  к  репутации  чувства  некоторых  из  лиц, 
от которых желается доброе мнение,  могут разниться от 

чувств других лиц из этого числа.  Но  в  случае  акта дей­

ствительно вредного  едва ли может случиться, чтобы не 

нашлось людей,  которые  бы смотрели на него  с неодоб­
рением.  Поэтому  едва  ли  может  быть,  чтобы  в  случае 
акта действительно вредного ему не противодействовала 
какая-нибудь  доля,  если  не  вся  сила,  этого  мотива  и 
чтобы,  следовательно,  этот  мотив  не  действовал  в  из­
вестной степени с характером предохраняющего мотива. 
Поэтому  он  может  быть  также  отнесен  к  списку  посто­
янных предохраняющих мотивов.

хххш.

То же  замечание  может быть приложено, хотя и не в 

совершенно  равной  мере,  к  желанию  дружбы.  Потому 

что,  несмотря  на  вред  акта,  без  большого  труда  может 

случиться,  что  все  лица,  дружба  которых  составляет  в 
настоящую минуту предмет желания и ожидания для че­
ловека,  могут  все  одинаково  смотреть  на  акт  скорее  с 
одобрением,  чем  напротив.  Это  чрезвычайно  легко 
может  быть  между  такими  братствами,  как  братства 
воров,  контрабандистов  и  разных  других  преступников. 

Но  это  не  есть,  однако,  постоянный  или  самый  обыкно­

венный случай; тем больше, что желание дружбы может 
вообще  считаться  предохраняющим  мотивом  уже  по 

одной  тесной  связи  его  с  любовью  к  репутации.  И  этот 
мотив может быть поставлен в числе постоянных предо­

174

Иеремия Бентам

храняющих  мотивов,  потому  что  там,  где  он  прилагает­
ся,  сила  его  действия  зависит  не  от  случайных  обстоя­

тельств  акта,  которому  он  противится,  но  от  таких  же 

общих  принципов,  от  которых  зависит  действие  других 
полу общественных мотивов.

XXXIV.

С  мотивом  религии  дело  обстоит  не  вполне так,  как 

с тремя предыдущими мотивами. Сила его не может, как 

там, разделяться против  самой себя; я разумею здесь ци­
вилизованные  нации  новейших  времен,  вполне  прини­
мающие  понятие  о  единстве  божества.  Иначе  было  во 
времена классической  древности.  Если  человек  имел  на 
своей стороне Венеру,  на другой стороне  была Паллада; 
если Эол был за него, Нептун был против него. Эней при 

всем своем почтении к богам только  отчасти пользовал­
ся  покровительством  неба.  Теперь  этот  вопрос  стоит на 
другом основании.  В каждом данном лице сила религии, 
какова бы она ни была,  вся находится на одной стороне. 
И действительно,  она  может  перевешивать  на ту  сторо­
ну,  на которой  может  оказаться;  а  она  может  оказаться, 
как мы уже видели во многих примерах, и на дурной сто­
роне, как и на хорошей. До недавнего времени — и, быть 
может, еще и теперь — этот мотив в той же степени ока­

зывался на дурной стороне, и притом в таких существен­
ных случаях, что по этой причине, казалось бы, его нель­
зя  поставить  относительно  общественной  тенденции 
вполне  наравне  с  мотивом  благосклонности.  Впрочем, 

там,  где  он действует  в  противоположность  обыкновен­
ным соблазняющим мотивам, как это бывает в огромном 
большинстве случаев, он действует подобно мотиву бла­
госклонности  постоянным  способом,  не  завися  от  част­
ных  обстоятельств,  которые  могут  сопровождать  совер­
шение  акта,  но  стремясь  противодействовать  ему  чисто 

только  по  причине  его  вреда,  и  потому  с  одинаковой 

силой во всяких обстоятельствах,  в каких бы ни предпо­

лагалось  совершение  акта.  Вследствие  того  этот  мотив 
также  может  быть  прибавлен  к  списку  постоянных 
предохраняющих мотивов.

Введение  в  основания  нравственности и  законодательства  175

XXXV.

Что  касается  мотивов,  которые  могут  действовать  в 

качестве  предохраняющих  мотивов  только  случайно,  то 
они,  как  было  уже  замечено,  бывают различного рода и 
разных степеней силы в различных преступлениях, зави­
ся  не  только  от  свойства  преступления,  но  и  от  случай­

ных обстоятельств, в которых может явиться идея их со­

вершения. И легко видеть, что нет рода мотива, который 

бы  не  мог  действовать  в  этом  качестве.  Например,  вор 
может быть удержан от нового грабежа тем, что он заси­
делся  за  бутылкой1,  удержан  посещением  своей  при­
ятельницы,  случившейся  необходимостью  отправиться 

куда-нибудь,  чтобы  получить  свою  долю  в  прежней до­

быче2,  и т.д.

XXXVI.

Есть,  впрочем,  мотивы,  которые,  кажется,  более дру­

гих способны действовать в этом качестве, особенно при 
нынешнем  положении  вещей,  когда  силе  первоначаль­
ных  соблазняющих  мотивов  закон  везде  противопоста­
вил  искусственные  предохраняющие  мотивы,  им  самим 
сделанные.  Нам  необходимо  сделать  общий  обзор  рас­
сматриваемых  здесь  мотивов.  Они  сводятся,  кажется,  к 
двум наименованиям:  1) любовь к покою, мотив, идущий 
в дело  при ожидании  беспокойства при начале  акта, т.е. 

беспокойства,  которое необходимо перенести, преодоле­
вая  физические  затруднения,  могущие  оказаться  при 
этом;  2)  самосохранение,  в противоположность опаснос­
тям,  которым человек может подвергаться  при исполне­
нии акта.

XXXVII.

Эти  опасности  могут  быть  или  чисто  физического 

свойства,  или происходящими  из нравственной деятель­
ности,  т.е.,  другими  словами,  от  поведения  кого-нибудь

1  Любовь к удовольствиям нёба.

2  Денежный интерес.

176

Иеремия Бентам

из  тех  лиц,  которые,  если  бы  знали  об  акте,  могли  бы 
ожидать,  что  он  окажется  для  них  вредным.  Но  нравст­

венная деятельность предполагает знание обстоятельств, 

которые  могут  иметь  роль  внешних  мотивов  в  произве­

дении  акта.  Получение  такого  знания  относительно  со­

вершения  какого-нибудь  вредного  акта  со  стороны  из­
вестных  лиц,  которые  могут  иметь  расположение  на­
влечь за это наказание на совершающего акт, называется 

у л и ч е н и е м   (detection),  и  лицо,  совершающее  акт  и 

относительно  которого  такое  знание  приобретается,  на­

зывается  уличенным.  Таким  образом,  опасности,  могу­
щие  угрожать  преступнику  с  этой  стороны,  каковы  бы 
они ни были,  зависят от события  его уличения,  и Поэто­

му  все  они могут быть  подведены под название  о п а с ­
н о с т и   у л и ч е н и я .

XXVIII.

Опасность, зависящая от уличения, может опять быть 

разделена на две ветви:  1) опасность, могущая произойти 
от  сопротивления,  которое  может  быть  оказано  акту  на 
месте  со  стороны  лиц,  подлежащих  задержанию,  т.е.  во 
время  самого  совершения  акта;  2)  опасность  законного 
наказания или другого  страдания,  которое  может после­

довать  после  некоторого  времени  после  совершения 
акта.

XXIX.

Нелишне  вспомнить  при  этом  случае,  что  среди 

предохраняющих мотивов, которые мы назвали постоян­
ными,  есть два мотива,  сила которых зависит (хотя  и не 

так  прямо,  как  сила  случайных  мотивов,  но  все-таки  в 

значительной мере) от обстоятельства уличения.  Мы на­
помним, что это — любовь к репутации и желание друж­

бы. Поэтому пропорционально тому, как шанс быть ули­
ченным  увеличивается,  эти  мотивы  действуют  с  боль­
шей  силой;  если  шанс  меньше  —  то  с  меньшей 

силой.  Этого  не  бывает при двух других  постоянных 
предохраняющих  мотивах  —   благосклонности  и  рели­
гии.

Введение в  основания нравственности и  законодательства  177

XL.

Теперь мы в  состоянии определить  с некоторой точ­

ностью, что надо понимать под  с и л о й   и с к у ш е н и я  
и какое указание  может  она дать  о  степени  вредности  в 
расположении человека в случае какого-нибудь преступ­

ления.  Когда человек возбуждается  к совершению како­
го-нибудь  вредного  акта или,  говоря  короче,  преступле­
ния, сила искушения зависит от пропорции между силой 
соблазняющих  мотивов,  с  одной  стороны,  и,  с  другой 

стороны, — силой случайных предохраняющих мотивов, 
которые могут быть вызваны к действию обстоятельства­
ми.  Искушение  можно  назвать  сильным,  когда удоволь­

ствие  или  выгода,  ожидаемые от преступления, должны 

показаться  в  глазах  преступника  велики  в  сравнении  с 

тревогой и опасностью, которые, по  его мнению,  сопро­

вождают  предприятие;  его  можно  назвать  легким  или 
слабым,  когда это удовольствие  или выгода должны  ка­

заться  малы  в  сравнении  с такой тревогой  и опасностью. 
Очевидно, что сила искушения зависит от силы побуждаю­
щих  (т.е.  соблазняющих)  мотивов  не  вполне:  потому что, 
пусть случай будет более благоприятен, т.е. пусть тревога и 
всякая ветвь опасности будут меньше, чем прежде, — надо 
согласиться,  что  искушение  настолько  же  станет  силь­
нее; и с другой стороны, пусть тревога и опасность будут 
больше, — искушение настолько же будет слабее.

Итак, после рассмотрения тех предохраняющих моти­

вов, которые  были нами названы  случайными,  остаются 

только те предохраняющие мотивы, которые мы назвали 

постоянными.  Но  те,  которые  мы  назвали постоянными 

предохраняющими мотивами, суть те же, которые мы на­
зывали  общественными.  Отсюда  следует  поэтому,  что 
сила  искушения,  во  всяком  случае,  после  силы общест­
венных мотивов,  измеряется  отношением  суммы сил со­
блазняющих мотивов  к  сумме  сил  случайных предохра­

няющих мотивов.

XLI.

Остается  исследовать,  какое  указание  относительно 

вредности  или  испорченности  расположения  человека