ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 25.10.2020
Просмотров: 7036
Скачиваний: 11
Введение в основания нравственности и законодательства 283
не какими-нибудь приказаниями, которые налагаются на
него, но тем, что ему предоставляется свобода делать с
той или другой вещью, что ему вздумается. Обязательст
ва, которыми она создается, лежат во всяком случае на
других людях. С другой стороны, что касается положе
ний, то бывают разные положения смешанного свойства,
приносящие тому, кто ими владеет, и прибыль, и тягости —
как это и бывает в тех положениях, которые чаще всего
называются этим именем и которые всего больше вы
ставляются на вид.
Есть даже такие положения, которые не приносят ни
чего, кроме тягот, без всякой искры прибыли. Поэтому,
когда между двумя сторонами бывает такое отношение,
что одна стоит к другой на месте объекта собственности,
слово «собственность» прилагается только к одной сто
роне; но слово «положение» применяется одинаково к
обеим: только об одной из сторон говорится по этому
случаю, что она владеет собственностью; но об обеих
одинаково говорится, что они владеют положением:
только хозяин считается владеющим собственностью,
объектом который бывает слуга в силу услуг, которые он
обязан оказывать; но и о слуге, и о хозяине одинаково
говорится, что они владеют положением.
Дело в том, что если только о положении человека
говорится, что оно составляет предмет его собственнос
ти, то это говорится в таком же неясном и неопределен
ном смысле слова, в каком всякое другое преступление,
какое только можно представить, может быть занесено в
список преступлений против собственности. В самом
деле, если бы везде, где употребляется фраза «объект
собственности», язык был достаточно прозрачен и мог
указать под этим названием материальное и действи
тельно существующее тело, лицо или вещь, служащие
для тех актов, совершение которых составляет так назы
ваемое пользование собственностью; если бы, одним
словом, в значении, даваемом фразе «объект собствен
ности», это слово употреблялось именно только для обо
значения действительного объекта, то этой трудности и
2 84
Иеремия Бентам
путаницы не было бы вовсе. Но значение фразы «объект
собственности» и, вследствие этого, значение слова
«собственность» получили гораздо более обширный
объем. Почти во всех случаях, где закон делает что-ни
будь для прибыли или выгоды человека, люди бывают
склонны говорить так, как будто закон сообщает этим
человеку род собственности. В то же время, в некоторых
случаях по той или другой причине было неудобно или
неприятно называть объектом своей собственности ту
вещь, в которой имеют свой конец те акты, совершение
которых составляет пользование собственностью, или то
лицо, в котором эти акты имеют свое начало. А между
тем абсолютно требовалось что-нибудь, что можно было
бы называть этим именем1. Средством для этого и было
1 Надобно заметить, что в обыкновенном языке во фразе «объект соб
ственности человека» слово «объект» обыкновенно выбрасывается: и по
средством этого эллипсиса, который при всей своей насильственности те
перь для нас привычнее, чем целая длинная фраза, — часть этой фразы,
состоящая из слов «собственность человека», вынуждена выполнять обя
занность целой фразы. Но в некоторых случаях акты, о которых идет
речь, могут быть совершены только над частью объекта: и сказать в этом
случае, что объект был собственностью какого-нибудь человека, значило
бы говорить, что эти акты могут быть совершаемы над всякой частью. В
других случаях над объектом могут быть совершаемы только известные
частные акты, и сказать об этом объекте, что он есть собственность чело
века, значило бы говорить, что над ним могут быть совершаемы всякие
акты, какие угодно. Иногда акты, о которых идет речь, могут быть испол
нены только в будущем времени, да и тогда, быть может, в том только
случае, если бы произошло какое-нибудь частное событие, совершение
которого неизвестно: и сказать об этом объекте, что он есть собствен
ность человека, значило бы говорить, что упомянутые акты могут быть
совершены над ним во всякое время. Иногда объектом, на котором разби
раемые акты оканчиваются или начинаются, бывает человеческое суще
ство: и говорить о человеческом существе как о собственности другого
человека неприятно поражало бы уши везде, кроме только стран, где раб
ство установлено законом и нравами, да и там поражало бы неприятно,
если бы это применялось не именно к рабам, а к людям другого общест
венного положения. У древних римлян, действительно, жена даже была
собственностью своего мужа; ребенок — собственностью отца; слуга —
собственностью хозяина. У цивилизованных наций новейшего времени
два первые рода собственности совершенно прекратились; а последний, к
сожалению еще непрекратившийся, склоняется, впрочем, как можно на
деяться, к своему прекращ ению. Теперь собственность мужа есть об
щение с его женой (consortium, по английскому закону); собственность
отца — опека над детьми и их услуги; собственность хозяина — услуги
его слуги.
Введение в основания нравственности и законодательства 285
создать — для каждого случая — как бы известную иде
альную сущность и присвоить человеку эту идеальную
сущность как предмет собственности: это и есть тот раз
ряд объектов, которому юридические теоретики, имея в
виду действия закона, дали со временем название неве
щественных или нетелесных (incorporeal) объектов соб
ственности. Эти нетелесные объекты в высшей степени
разнообразны. Воображаемые сущности этого рода про
изведены были почти из каждой вещи; в этом числе
были не только положения (включая сюда и доверие), но
даже и репутация. С этой точки зрения рассматривалась
даже и свобода: и хотя во многих случаях она противо
полагается собственности, но в других случаях, считаясь
в каталоге владений, она считалась, кажется, ветвью соб
ственности. Правда, некоторые из этих применений слов
«собственность», «объект собственности» (напр., пос
леднее применение) считаются более фигуральными и
менее собственными или прямыми, чем остальные; но
так как на самом деле они все не представляют прямого
значения, где непосредственный объект нетелесный, то
едва ли возможно где-нибудь провести черту между
ними.
Несмотря на всю обширность значения этих слов,
все-таки в числе отношений, в силу которых о вас гово
рят, что вы владеете положением, есть по крайней мере
одно, о котором при всех натяжках едва ли можно ска
зать, что оно делает другого человека или другую вещь
объектом вашей собственности. Это — право оставаться
при каком-нибудь известном действии, например при из
вестном ремесле. Чтобы дать вам это право, по крайней
мере в известной степени, закону не нужно делать ниче
го, кроме как воздержаться от запрещения вам занимать
ся этим ремеслом. Если бы закон пошел дальше и для
того, чтобы дать вам возможность заниматься вашим ре
меслом с большей выгодой, запретил это ремесло дру
гим, тогда, конечно, нашлись бы люди, которые в извест
ном смысле — и скорее в натянутом, чем в прямом зна
чении слова — могли бы назваться предметом вашей
286
Иеремия Бентам
собственности: т.е. потому, что были бы принуждены
оказывать вам тот род отрицательной услуги, который
состоит в воздержании от таких актов, какие уменьшили
бы вашу прибыль от вашего ремесла. Но обыкновенное
право заниматься каким-нибудь ремеслом, когда оно не
составляет предмета монополии, не предполагает ничего
подобного; и все-таки, когда человек владеет этим пра
вом, о нем говоря!', что он владеет положением, и нару
шение этого права называется нарушением его поло
жения.
Из всего сказанного видно, что должны быть случаи,
где — по обычаю языка — одно и то же преступление
может с большей или меньшей степенью правильности
быть отнесено и в отдел преступлений против положе
ния, и в отдел преступлений против собственности. В
таких случаях для того, чтобы провести черту между
ними, может служить следующее правило. Везде, где, в
силу вашего владения собственностью или в силу того,
что вы составляете объект собственности для другого,
вы по обычаю языка получаете какое-нибудь особое от
личительное имя, как, например, имя хозяина, слуги,
мужа, жены, управляющего, агента, поверенного и т.п., —
везде в этих случаях может бьггь употреблено слово «по
ложение», которое и исключало бы слово «собствен
ность»; и преступление, в котором вы в силу какого-ни
будь подобного отношения замешаны или в качестве
преступника, или в качестве страдающей стороны,
может быть отнесено в разряд преступлений против по
ложения, а не в разряд преступлений против собствен
ности. Возьмем пример: будучи обязаны в качестве сель
ского смотрителя перед известным лицом посмотреть за
починкой моста, вы не делаете этого: так как в этом слу
чае услуги, лежащие на вас, принадлежат к числу тех, по
которым сторона, несущая эти услуги, получает извест
ное родовое имя, т.е. имя сельского смотрителя, то пре
ступление, состоящее в неоказании этих услуг, может
быть отнесено в разряд преступлений против положения.
Но предположим, что вы не обязаны тем общим и сме
Введение в основания нравственности и законодательства 287
шанным родом услуг, который бы дал вам относительно
другого лица название сельского смотрителя, а что вы,
по обычаю или по контракту, обязались оказать ему тот
один род услуги, который состоит в надзоре, вашем или
чьем-то другом, за починкой этого моста: в этом случае,
так как нет такого обычного наименования, к которому
бы вы могли быть причислены в силу этого последнего
обязательства (заметим, что здесь нет речи об архитекто
ре, каменщике и т.п.), то преступление, которое вы со
вершаете неоказанием услуг, не может быть правильно
отнесено в разряд преступлений против положения: поэ
тому оно может быть отнесено только в разряд преступ
лений против собственности.
Для дальнейшего различения можно заметить, что
когда (в силу обязательства человека оказывать извест
ные услуги или обязательства других оказывать услуги
ему) говорится о человеке, что он владеет положением,
то вся масса услуг обыкновенно так значительна по
своей продолжительности, что составляет длинный ряд
услуг, которые могут притом измениться и повторяться
при разнообразии случаев к этому: и в большей части
случаев, когда положение бывает не домашнего свойст
ва, эти услуги бывают иногда в пользу одного лица,
иногда в пользу другого. Услуги, которые оказываются
частному лицу по частному случаю, особенно если они
бывают короткие по времени, редко дают повод гово
рить о той или другой стороне как о владеющей положе
нием. Частные случайные услуги, которые один человек
бывает обязан — по контракту или иначе — оказывать
другому, бесконечно разнообразны; но количество поло
жений, имеющих названия, может быть сосчитано, и их
сравнительно немного.
Если при всем том, несмотря на данное здесь правило
для отделения положений от предметов собственности,
представится какой-нибудь предмет, который, по-види
мому, одинаково правильно мог бы быть отнесен и в тот
и в другой отдел, это неудобство было бы несуществен
но; потому что в таких случаях, как мы увидим немного