ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 25.10.2020
Просмотров: 7007
Скачиваний: 11
Введение в основания нравственности и законодательства 373
торую по принципу полезности мы д о л ж н ы бы счи
тать) искусством правления, которое в том случае, когда
меры, в каких оно выражается, бывают постоянного
свойства, обозначается обыкновенно именем з а к о н о
д а т е л ь с т в а ; а когда эти меры бывают временного
свойства и определяются событиями дня, называется
а д м и н и с т р а ц и е й .
V.
Но человеческие существа, рассматриваемые относи
тельно зрелости их способностей, бывают в совершенно
летнем или в несовершеннолетнем состоянии. Искусство
правления, когда оно относится к направлению действий
людей несовершеннолетнего состояния, может быть на
звано искусством в о с п и т а н и я . Когда эта задача вве
ряется тем, кто в силу каких-нибудь частных отношений
бывает вообще всего больше расположен взять на себя
эту обязанность и бывает всего больше способен испол
нить ее; оно может быть названо искусством ч а с т н о
г о в о с п и т а н и я ; когда эта задача исполняется теми,
кому принадлежит руководство поведением целого об
щества, оно называется искусством п у б л и ч н о г о
в о с п и т а н и я .
VL
Что касается этики вообще, то счастье человека
будет зависеть, во-первых, от таких частей его поведе
ния, в которых заинтересован только он сам; во-вторых,
от таких, которые могут касаться счастья его окружаю
щих. Насколько его счастье зависит от первой упомяну
той части его поведения, то говорится, что оно зависит
от его о б я з а н н о с т и к с а м о м у с е б е . Итак,
этика в смысле искусства направлять действия человека
в этом отношении может быть названа искусством чело
века исполнять обязанности к самому себе; и качество,
которое человек обнаруживает исполнением этой ветви
обязанности (если это можно называть обязанностью),
есть качество б л а г о р а з у м и я . Насколько его счастье
и счастье всякого другого лица или лиц, об интересах ко
374
Иеремия Бентам
торых идет речь, зависит от тех частей его поведения,
которые могут касаться интересов окружающих его лиц,
можно сказать, что оно зависит от его о б я з а н н о с т и
к д р у г и м , или (употребляя выражение, теперь не
сколько устаревшее) от его о б я з а н н о с т и к б л и ж
не му . Итак, этика в смысле искусства направлять дей
ствия человека в этом отношении может быть названа
искусством исполнения обязанностей человека к ближ
нему. Но счастье ближнего может быть принимаемо в
соображение двумя способами: 1) отрицательно, воздер
живаясь уменьшать его, и 2) положительно, стараясь его
увеличивать. Вследствие того обязанность человека к
ближнему бывает отчасти отрицательна и отчасти поло
жительна: исполнение отрицательной ветви этой обязан
ности есть ч е с т н о с т ь ; исполнение положительной
ветви есть б л а г о т в о р и т е л ь н о с т ь .
VII.
Здесь могут спросить, каким образом по принципу
частной этики, оставляя в стороне законодательство и
религию, счастье человека зависит от таких частей его
поведения, которые касаются, по крайней мере непо
средственно, только счастья его самого: это все равно,
что спросить, какие мотивы (независимо от тех, которые
могут быть иногда доставлены законодательством и ре
лигией) может иметь человек для того, чтобы принимать
в соображение счастье другого человека? Какими моти
вами или (что одно и то же) какими обязательствами он
может быть вынужден повиноваться требованиям
ч е с т н о с т и и б л а г о т в о р и т е л ь н о с т и ? ! } ответ
на это нельзя не допустить, что единственные интересы,
для соображения с которыми человек, наверное, найдет
д о с т а т о ч н ы е мотивы во все времена и при всех слу
чаях, суть его собственные интересы. Несмотря на то,
нет случаев, где бы человек не имел каких-нибудь моти
вов для того, чтобы соображаться со счастьем других
людей. Во-первых, он при всех случаях имеет чисто об
щественный мотив симпатии или благосклонности; во-
вторых, в большей части случаев он имеет полуобщест-
Введение в основания нравственности и законодательства 375
венные мотивы любви к дружбе и любви к репутации.
Мотив симпатии будет действовать на него с большей
или меньшей силой соответственно н а к л о н н о с т и
его чувствительности1; два другие мотива — соответст
венно разным обстоятельствам, главным образом — со
ответственно силе его умственных способностей, твер
дости и постоянству духа, количеству его нравственной
чувствительности и характерным чертам нации, в кото
рой он живет.
VIII.
Далее, частная этика имеет своей целью счастье;
другой цели не может иметь и законодательство. Част
ная этика имеет в виду каждого члена, т.е. счастье и
действия каждого члена общества; и законодательство
также имеет это в виду. Итак, до сих пор частная этика
и искусство законодательства идут рука об руку. Цель,
которую они имеют (или должны иметь) в виду, —
одного и того же свойства. Лица, счастье которых они
должны иметь в виду, так же как лица, поведение кото
рых они должны направлять, совершенно одни и те же.
Даже сами акты, которыми они должны заниматься, в
б о л ь ш о й с т е п е н и одни и те же. Где же поэтому
заключается разница? Разница в том, что акты, которы
ми они должны заниматься, хотя в большой степени, но
не с о в е р ш е н н о и н е в п о л н е одни и те же. Нет
такого случая, где бы частный человек не был должен
направлять свое поведение к произведению своего соб
ственного счастья и счастья его ближних: но есть слу
чаи, где законодатель не должен (по крайней мере
прямо и посредством наказания, прилагаемого непо
средственно к частным и н д и в и д у а л ь н ы м актам)
пытаться направлять поведение разных других членов
общества. Каждый индивидуум должен сам собою со
вершать всякий акт, который обещает быть вообще бла
годетельным для общества (включая его самого): но не
1 См. гл. VI (Чувствительность), § 3.
376
Иеремия Бентам
всякий такой акт законодатель должен побуждать его
совершать. Каждый индивидуум должен сам собою воз
держиваться от всякого акта, который обещает быть
вообще вредным для общества (включая его самого):
но не от всякого такого акта законодатель должен по
буждать его воздерживаться.
IX.
Итак, где же провести эту черту? Нам придется ис
кать ее недалеко. Задача в том, чтобы дать идею о тех
случаях, в которые вмешивается этика и в которые не
должно бы замешиваться (по крайней мере прямым
путем) законодательство. Если законодательство вмеши
вается прямым путем, то это должно быть через наказа
ние1. Но мы уже указывали (в гл. XV) те случаи, в кото
рых не должно быть налагаемо наказание, разумея нака
зание политической санкции. Итак, если есть такие слу
чаи, где, хотя законодательство и не вмешивается, вме
шивается или должна вмешаться частная этика, — эти
случаи и послужат нам указанием границ между двумя
искусствами или отраслями науки. Вспомним, что эти
случаи бывают четырех родов: 1) где наказание было бы
неосновательно; 2) где оно было бы недействительно; 3)
где оно было бы неприбыльно; 4) где оно было бы не
нужно. Разберем все эти случаи и посмотрим, нет ли в
каких-нибудь из них места для вмешательства частной
этики, притом что в них нет места для прямого вмеша
тельства законодательства.
X.
1.
Итак, во-первых, случаи, где наказание было бы
н е о с н о в а т е л ь н о . В этих случаях очевидно, что ог
раничивающее вмешательство этики было бы также не
основательно. В целом нет такого зла в действиях [чело-
1 Я ничего не говорю здесь о награде: потому что она может быть
прилагаема только в немногих чрезвычайных случаях и потому что даже
там, где она прилагается, быть может, возможно сомневаться, — может
ли, собственно говоря, приложение ее быть названо актом законодатель
ства. См. ниже, § 3.
Введение в основания нравственности и законодательства 377
века], которое законодательство не должно пытаться
предотвратить. По той же причине должна делать это и
частная этика.
XI.
2.
Далее случаи, где наказание было бы н е д е й с т
в и т е л ь н о . Заметим, что эти случаи могут быть разде
лены на два класса. Первые вовсе не зависят от свойства
акта: они основываются только на недостатке в своевре
менности наказания. Само наказание не больше, чем оно
должно бы быть для подобного акта. Но оно должно бы
быть применено в другое время, именно не раньше, чем
оно было должным образом объявлено. Таковы случаи
закона e x - p o s t - f a c t о; судебного решения, выходя
щего за пределы закона, и закона, недостаточно обнаро
дованного. Таким образом, акты, о которых идет речь,
могут относиться даже к области принудительного зако
нодательства: они, конечно, относятся и к области част
ной этики. Что касается другого класса случаев, где на
казание было бы недействительно, они также не зависят
от свойства акта, т.е. от р о д а акта; они основываются
только на каких-нибудь посторонних о б с т о я т е л ь
с т в а х , которыми имеет шанс сопровождаться акт
в с я к о г о рода. Впрочем, эти случаи такого свойства,
что они не только исключают приложение легального
наказания, но и вообще оставляют мало места для влия
ния частной этики. Это — случаи, где воля не может
быть удержана ни от какого акта даже при чрезвычайной
силе искусственного наказания, как, напр., в случаях
крайнего детства, безумия и полного опьянения: естест
венно, что воля не может быть удержана от этих актов и
такой незначительной и сомнительной силой, какая
может быть употреблена частной этикой. То же самое
повторяется в этом отношении в случаях ненамереннос
ти относительно исхода события, несознательности от
носительно существования обстоятельств и дурного (не
правильного) расчета относительно существования об-
стоятльств, которых не существовало; как и в тех случа
ях, где даже сила чрезвычайного наказания оказывается