Файл: прилепин паталогии.pdf

     - Наши подошли! - шепчет мне 
Скворец. 
     Оборачиваюсь и  вижу Куцего,  он 
запрашивает меня  по  рации, глядя  на 
меня. Вытаскиваю рацию из-под груди. 
     - Целы?! - кричит Костенко. 
     - Мы целы! Я и Скворец! Оба! 
Водитель - не знаю! 
     Куцый запрашивает Язву: 
     - Целы? 
     Язва молчит. 
     Раздаются один за другим несколько 
взрывов около дома, из которого чичи 
палят. 
     'Пацаны гранаты кидают!' - 
догадываюсь я. 
     -  Все нормально, Сем?ныч!  - 
откликается, наконец, Язва.  - Лежим  
под 
забором, как алкаши... 
     К нам  подползает Кеша  Фистов,  
снайпер. Смотрит в прицел на чердак. Я 

оборачиваюсь на него и вижу его 
открытый, левый, свободный  от прицела 
глаз, 
смотрящий куда-то вбок. Кеша косой.  
Меня  очень смешит это зрелище -  
косой 
снайпер. Даже сейчас смешит. Стать 
снайпером  ему предложил  Язва  на  
общем 
собрании,  еще  в  Святом  Спасе, когда 
мы выбирали  себе медбрата,  повара, 
помощника радиста. Речь зашла и о 
снайпере, которого  в нашем  взводе еще 
не 
было. 
     'А  пускай Кеша будет снайпером! - 
задумчиво предложил Язва.  - Он даже 
из-за угла сможет метиться!' 
     Кеша, хоть и не умел целиться из-за 
угла, но винтовку освоил быстро. 
     -  Ну как, Кеш? - спрашивает 
подбежавший Сем?ныч, и одновременно  
с его 

вопросом Кеша спускает курок. 
     -  Куда  палишь-то?  -  интересуется 
Сем?ныч,  привстав на  колене,  не 
пригибаясь, и  я слышу  по  его  грубому 
голосу, что  он спокоен,  что он не 
волнуется. 
     - А в чердак, - отвечает Кеша. 
     Вместе с Сем?нычем подбежал 
Астахов, держит в руках 'муху'. 
     - Дима! - говорит Сем?ныч Астахову. 
- Давай.  Надо только, чтобы пацаны 
от дома отползли. 
     Сем?ныч вызывает Язву: 
     - Гриша, давай отходи к нам, мы 
прикроем! 
     Мы беспрерывно лупим  по чердаку, 
по дому, по окнам и по соседним домам 
тоже. 
     Пацаны с другой стороны дороги 
стреляют по диагонали, в другой дом, 
где 

засели  чичи. Жестко,  серьезно бьет 
ПКМ  Андрюхи  Коня.  Прицельно 
стреляет 
улегшийся  рядом со мной Женя 
Кизяков. Я  замечаю, что у него  
совершенно не 
дрожат руки. 
     - Пацаны у нас! - передает Шея с той 
стороны дороги. 
     - Все? - спрашивает Сем?ныч. 
     - Все! И Язва со своими, и водюк из 
второго 'козелка' тоже! 
     -  Давай,  Дим!  -  Сем?ныч   
пропускает   вперед  себя  Астахова,  сам 
отодвигается вбок, чтобы 'трубой' не 
опалило. 
     Астахов  встает  рядом  со  мной  на  
колено,  кладет  трубу на  плечо, 
прилаживается. 
     -  Ну-ка,  уйди! - пинаю я Скворца, 
лежащего  позади  Астахова,  - а то 
морда сгорит! 

     Раздается выстрел, заряд бьет в край  
чердака, все  покрывается  дымом. 
Когда дым рассеивается, мы видим 
напрочь  снесенный угол чердака, его 
темное 
пустое нутро. 
     - Как ломом по челюсти, - говорит 
Астахов. 
     С другой стороны дороги наш  
гранатометчик бьет по второму дому. 
Первый 
раз мимо, куда-то по садам, второй - 
попадает. 
     Мы лежим еще пару минут в тишине. 
Никто не стреляет. 
     - Выдвигаемся к домам! - командует 
Сем?ныч. 
     Мы бежим  вдоль  домов  двумя 
группами,  по разные стороны дороги.  
Нас 
прикрывают Андрюха Конь и еще кто-
то,  запуская  короткие очереди в 
чердаки.