Файл: Песнь о Нибеллунгах (Германия).doc

Коль дальняя дорога не испугает их".

Возликовала у нее душа от слов таких.

Прибавила Кримхильда: "Тогда через гонцов

Уведомите в Вормсе всех трех своих шурьев,

Что в гости с нетерпеньем сестра и зять их ждут,

И в скором времени они с дружиной будут тут".

Король ответил: "Просьбу не повторяйте дважды -

Сынов почтенной У ты сильней я видеть жажду,

Чем хочется на братьев вам снова бросить взор.

Жаль, что они не вспомнили о нас до этих пор.

Доверю быть послами я шпильманам своим

И, если вы согласны, уже заутра им

В бургундские пределы отправиться велю".

С зарею смелых шпильманов призвали к королю.

Они без промедленья явились в пышный зал,

Где Этцель на престоле с супругой восседал.

Король на Рейн обоих в посольство отрядил,

Им выбрал сотоварищей и платьем всех снабдил.

В путь собрались посланцы, две дюжины числом,

И ведено им было великим королем

Звать Гунтера с дружиной к нему на пир честной.

Потом был тайный разговор у них с его женой.

Державный Этцель молвил: "Скажите в Вормсе так!

Своим шурьям желаю я всех возможных благ

И жду, что побывает у нас моя родня.

Гостей приятней, чем они, нет в мире для меня.

Коль ближние Кримхильды проведать нас хотят,

Я у себя принять их сердечно буду рад.

Пусть в дальний путь сбираться начнут уже сейчас -

Хочу я летом видеть их на пиршестве у нас".

Спросил отважный Свеммель, из шпильманов один?

"К какому надо сроку прибыть им, господин?

День празднества заране назвать прошу нижайше".

Король сказал послу в ответ: "Солнцеворот ближайший".

"Исполним",- молвил Вербель, и тут гонцам шепнуть

Сумела королева, чтоб до отъезда в путь

Они для разговора зашли в покои к ней.

Немало этот разговор сгубил богатырей.

"Коль мне,- она сказала,- вы услужить не прочь

И передать согласны моим родным точь-в-точь

Все то, в чем их уверить я от души хочу,

Я вам наряд богатый дам и вас озолочу.

Представ на Рейне, в Вормсе, пред братьями моими,

Должны вы неизменно твердить в беседах с ними,

Что грустной не случалось меня здесь видеть вам

И что привет сердечный шлю я всем своим друзьям.

Пускай исполнят просьбу супруга моего

И к нам на пир прибудут хотя бы для того,

Чтоб их сестру безродной не смели гунны звать.

На месте их я съездила б сюда уже раз пять.

Пусть знает брат мой Гернот, прославленный герой,

Что не любим никем он так сильно, как сестрой.

Надеюсь, он на праздник, который будет здесь,

Вассалов лучших привезет, чтоб оказать мне честь.

Скажите Гизельхеру, что по его вине

Ни разу в жизни плакать не приходилось мне

И для меня обняться отрадно будет вновь

С тем, от кого я видела лишь верность и любовь.

Поведайте и Уте, какой мне тут почет.

А если Хаген дома остаться предпочтет,

Спросите, кто ж укажет бургундам путь сюда -

Ведь здесь, у гуннов, долго жил он в юные года".

Не поняли посланцы, зачем так нужно ей,

Чтоб был владетель Тронье в числе ее гостей.

Пришлось ошибку эту им искупить в бою,

Где Хаген взял недешево с врагов за жизнь свою.

Затем гонцам посланье к трем королям вручили,

Они казны и платья довольно получили,

Чтоб при дворе бургундском им было чем блеснуть,

И государь с супругою их отпустили в путь.

АВЕНТЮРА XXIV.

О ТОМ, КАК ВЕРБЕЛЬ И СВЕММЕЛЬ ПРАВИЛИ ПОСОЛЬСТВО

Хоть шпильманы в дороге не мешкали нимало,

А все ж еще быстрее везде известно стало,

Что повелел им Этцель на праздник звать шурьев.

Стал этот праздник роковым для многих удальцов.

Посланцы, не слезая с седла по целым дням,

Из края гуннов мчались к бургундским рубежам.

Не зря они спешили: не вправе медлить тот,

Кто приглашение на пир трем королям везет.

В Бехларене оказан им был прием почетный.

Их всем необходимым маркграф снабдил охотно.

С женой своей и дочкой просил посланцев он

Друзьям на Рейне передать приветы и поклон.

В дорогу он дозволил отбыть гостям своим

Не прежде, чем подарки вручить успели им.

Сынам почтенной Уты, а также ей самой

Велел поведать Рюдегер, что чтит их всей душой.

Он наказал Брюнхильду уведомить о "том,

Что искренне ей предан и рад служить во всем.

Когда же на конь снова вскочили два гонца,

Хозяйка обещала им молить за них творца.

Задерживаться Вербель в Баварии не мог,

Но в Пассау он все же заехал на денек.

Скажу вам, не гадая, просил его иль нет

Епископ Пильгрим передать своей родне привет,

Что золотом осыпал двух шпильманов прелат

И рек: "Уверьте вормсцев, что буду очень рад

Детей сестры увидеть я у себя в стране.

Их навестить на родине едва ль удастся мне".

Как ехали посланцы, к бургундам путь держа,

Я до сих пор не знаю, но с целью грабежа

Никто на них в дороге не думал нападать,

Затем что гнева Этцеля любой страшился тать.

Явились в Вормс на Рейне через двенадцать дней

Два шпильмана отважных со свитою своей.

Немедля доложили об этом королям,

И Гунтер слово обратил к бургундским удальцам:

"Кто эти чужестранцы и из какой земли?"

Но королю ответить вельможи не могли.

Тогда владетель Тронье был спешно призван в зал.

Он Вербеля со Свеммелем узнал и так сказал;

"То шпильманы лихие у Этцеля на службе.

Они в года былые со мною жили в дружбе

И присланы, наверно, к нам вашею сестрой.

В честь Этцеля примите их с любезностью большой".

Гонцы дворца достигли и въехали во двор.

Мир шпильманов столь гордых не видел до сих пор.

К приезжим подбежала толпа проворных слуг,

Чтоб вещи и оружие принять у них из рук.

Наряд дорожный гуннов был так богат, что в нем

Они могли бы тут же предстать пред королем.

Сочли послы, однако, что слишком он неярок,

И предложили челяди их платье взять в подарок.

На это меж бургундов охотники нашлись,

И пришлецы в такую одежду облеклись,

Что - головой ручаюсь - не слышал слыхом свет,

Чтоб был когда-нибудь посол роскошнее одет.

Затем с почетом были отведены они

Туда, где ждал их Гунтер в кругу своей родни.

Встал Хаген торопливо и устремился к ним.

Ему гонцы учтивые в ответ: "Благодарим".

Осведомился тотчас он у друзей былых,

Во здравии ли Этцель и что слыхать у них.

Немедля отозвался из шпильманов один:

"По-прежнему наш край цветет и здрав наш властелин".

Со спутниками Вербель был к трону подведен.

Через толпу героев с трудом пробрался он,

Зато уж принял гуннов учтивее король,

Чем принимал других послов когда-нибудь дотоль.

К ним обратился Гунтер: "С приездом, господа!

Я Этцелевым людям безмерно рад всегда.

Мне, шпильманы, сдается, моей сестры супруг

Сюда по делу важному своих отправил слуг".

С поклоном молвил Вербель в ответ на речь его:

"Да, прибыл я по воле владыки моего.

Ваш зять с сестрою вашей вам шлют привет большой

И заверяют, что они вас любят всей душой".

"Приятно это слышать,- сказал король послам.-

Как поживает Этцель и хорошо ли там,

У вас в стране, Кримхильде, родной сестре моей?"

Вновь смелый шпильман слово взял: "На свете нет людей,

Которые бы жили счастливей, чем она.

Судьбой довольны Этцель, дружина и страна.

Когда к вам отправлялся с товарищами я,

Здоровы были мой король и вся его семья".

"Растроган я приветом,- воскликнул Гунтер тут,-

Который зять с сестрою мне так любезно шлют.

Сердечное спасибо и вам, гонцы, за весть,

А то уже тревожиться стал о сестре я здесь".

Два младших государя явились в зал чуть-позже -

Не сразу их успели уведомить вельможи,

Что от сестры любимой известие пришло.

Млад Гизельхер ее послов приветствовал тепло:

"Любой, кто служит зятю,- для нас желанный гость.

Когда бы вам приехать на Рейн ни довелось,

Тут вы друзей найдете и обойдутся с вами,

Как обходиться надлежит со старыми друзьями".

Промолвил Свеммель: "В этом у нас сомнений пет.

Я выразить не в силах, сколь искренний привет

Мне вам король с супругой велели передать.

Во всем судьбою взысканы у вас сестра и зять.

Она меня просила напомнить вам о том,

Что вы всегда друг друга любили с ней вдвоем.

Но самым первым делом мы сообщить должны,

Что вас и братьев ждет на пир король моей страны.

Шурьев он приглашает прибыть к его двору.

А если не угодно вам повидать сестру,

Рассчитывает Этцель, что, дав ему отказ,

Вы хоть поведаете нам, чем прогневил он вас,

Будь вы совсем чужими владыке моему,

И то пора бы в гости приехать вам к нему.

А уж родных-то братьев своей супруги славной

Увидеть у себя в стране он вправе и подавно".

Сказал на это Гунтер: "Послы, ответ я вам,

Потолковав с друзьями, через неделю дам,

А вы пока с дороги ступайте отдыхать -

Неблизкий и нелегкий путь вас скоро ждет опять".

Возвысил голос Вербель: "Прошу простить за смелость,

Но не уйдет наш отдых, и очень бы хотелось

Нам с госпожою Утой поговорить сперва".

Млад Гизельхер такой ответ дал на его слова:

"Препятствовать не станем мы в этом вам, друзья.

С охотой и радушьем вас примет мать моя,

И ваш приход доставит большую радость ей -

Вы присланы Кримхильдою, родной сестрой моей".

Затем он гуннов к Уте отвел без долгих слов.

Весьма приятно было ей увидать послов.

Она им оказала внимание и честь,

Они же передали ей от милой дочки весть.

Хозяйке храбрый Свеммель сказал, шагнув вперед:

"Вам наша королева привет сердечный шлет.

Сильней всего на свете - я слово в том даю -

Прижать к груди хотелось бы Кримхильде мать свою".

"Увы,- вздохнула Ута,- ничем тут не помочь.

Сама уже давно бы я навестила дочь,

Лежи чуть-чуть поближе от нас ее страна.

Дай бог, чтоб были счастливы и Этцель и она.

Ничей приезд желанней, чем ваш, мне быть не мог.

Когда вам в путь сбираться опять настанет срок,

Заранее об этом меня предупредите".

И обещали ей гонцы дать знать о дне отбытья.

Потом на отдых были они отведены.

Меж тем король бургундский со всех концов страны

Своих друзей ближайших созвал держать совет,

Что лучше и разумнее - поехать или нет.

Знатнейшие меж ними уверили его,

Что к Этцелю он должен прибыть на торжество.

Лишь Хаген, разъяренный, как никогда дотоль,

Сказал вполголоса: "Мы все погибнем там, король.

Сестры остерегаться по гроб вам надлежит:

Немало претерпела она от нас обид.

Собственноручно мною убит ее супруг,

А вы на праздник к Этцелю решились ехать вдруг!"

Король в ответ: "Что было, того не будет вновь.

Кримхильда возвратила родным свою любовь,

Когда в знак примиренья мне поцелуй дала.

Нет, друг мой Хаген, лишь на вас она быть может зла".

Угрюмо Хаген бросил: "Словам послов не верьте,

Обид не позабудет она до самой смерти.

Вам потерять придется у гуннов жизнь и честь.

Всем нам супруга Этцеля тайком готовит месть".

Не согласился Гернот с ним и на этот раз:

"Страшиться мщенья, Хаген, причина есть у вас,

Но то, что вы боязни за жизнь свою полны,

Еще не значит, что сестры мы избегать должны".

Млад Гизельхер добавил: "Коль скоро за собою

Вы знаете провинность перед моей сестрою,

Останьтесь здесь, на Рейне, а нас сопровождать

Поедут те, кто никогда не смел ей досаждать".

Вскипел владетель Тронье: "В край Этцеля дорогу

Получше, чем другие, я знаю, слава богу,

И в этом убедитесь вы, государь, вполне,

Коль с непреклонностью такой внять не хотите мне".

Начальник кухни Румольт был мнения того же:

"Скакать на праздник к гуннам вам, короли, негоже.

Иль гости в Вормс не ездят? Иль оскудел ваш двор?

Вы все с советом Хагена считались до сих пор.

Но раз теперь нет веры тому, что он сказал,

Вам повторит и Румольт, ваш преданный вассал:

Покинуть не стремитесь отечество свое.

Что общего у вас с сестрой и Этцелем ее?

Чем плохо вам на Рейне, где ваша жизнь прекрасна,

Где вражеские козни нисколько не опасны,

Где дорогого платья у вас полным-полно,

Где милых дам вы любите и пьете всласть вино?

К тому ж еды вкуснее нигде вам не дадут.

Но если даже это вас не удержит тут,