Файл: Дарвин.doc

друга въ опасности, то поспешила на выручку, и своими криками и уку-

сами, до того отвлекла внимаше пав1ана, что человеку удалось спастись,

тогда какъ, по словамъ врача, жизнь его подвергалась большой опасности.

Помимо любви и симнатш, животныя выказываютъ и друпя качества, со-

единенныя съ сощальными инстинктами, который у людей были бы названы

нравственными; я согласенъ съ Агассизомъ 1), что собаки обладаютъ чъмъ-то,

очень похожимъ на СОВБСТЬ.

Собаки обладаютъ некоторою способностью самообладашя: это едвалп

является исключительнымъ слъдств1емъ страха. По словамъ Браубаха2), он'в

воздерживаются отъ кражи пищи въ отсутствш господина. Съ давнихъ поръ

собака признается образцомъ верности и иосдушан1я. Но и слонъ также

очень въренъ своему вожаку или сторожу, и, быть можетъ, считаетъ его

водакомъ стада. Д-ръ Гукеръ сообщаетъ мнъ, что слонъ, на которомъ

онъ однажды ъхалъ въ Индш, увязъ такъ глубоко, что торчалъ въ болотв

до слтдующаго дня, когда его вытащили канатами. При такихъ обстоя-

тельствахъ, слоны хватаютъ хоботами любой предметъ, мертвый или живой

кладутъ себъ подъ кольни и преду преждаютъ этимъ дальнейшее погружен1е

въ грязь. Вожакъ страшно испугался за д-ра Гукера, боясь, что животное

схватить путешественника и раздавить. Но самъ вожакъ, какъ уверяли

д-ра Гукера, не подвергался никакой опасности. Такое самоотвержеше, при

обстоятельствахъ, настолько опасныхъ для тяжелаго животнаго, предстаи-

ляетъ изумительное доказательство благородной преданности 3).

Всъ общежительныя животныя, звщищаюпцяся или нападаюпця ну

враговъ сообща, должны, конечно, до изнъстной степени быть другъ-другу

върными, а животныя, сл'вдующ1я за вожакомъ, должны быть до извъстноп

степени покорными. Когда патны въ Абиссинш 4) грабятъ сады, они мол-

чалико глъдуготъ за вожакомъ; и если неосторожное молодое животное про-

изводить шумъ, оно получаетъ отъ другихъ удары, научаюпце его мол-

чанш и повиновешю. Гальтонъ, имъвш1й превосходный случай наблюдать

полудиюй рогаплй скотъ въ Южной Африкв, говорить5), что животныя

эти не могутъ вытерпеть даже минутнаго отдтлешя отъ стада. Они отли-

чаются крайне рабскими инстинктами, повинуются общей участи и не ищут!,

лучшей доли, ЧБМЪ быть подъ руководствомъ любого быка, достаточни

93

самонадвяннаго, чтобы принять постъ вожака. Люди, дресссируюай этихъ

животныхъ подъ упряжь, внимательно наблюдаютъ за 'ими, иоторые па-

сутся отдельно и выказываютъ болйе самостоятельный характеръ: этихъ

быковъ и выбираютъ, ставя ихъ передовыми. Гальтонъ добавляетъ, что

ташя животныя ръдки и высоко ценятся; есдибы ихъ много родилось, они

вскор'6 были бы истреблены львами, постоянно высматривающими ТБХЪ бы-

ковъ, которые бродятъ отдельно отъ стада.

Что касается импульса, побуждагощаго нъкоторыхъ животныхъ соби-

раться вмести и помогать друга другу разными способами, мы можемъ

сказать, что во многихъ случаяхъ ихъ побуждаетъ къ этому то же чувство

удовдетворешя или удовольств^я, какое они испытываютъ при выполиенш

другихъ инстинктивныхъ д'вйств1й, или наоборотъ, здъсь дъйствуетъ то же

чувство неудовольств1я, которымъ задерживаются друпя инстинктивныя

д'вйств1я. Мы видимъ это на безчисленныхъ прим'врахъ; особенно порази-

тельный случай представляютъ прюбрътенные инстинкты нашихъ домашнихъ

животныхъ. Такъ, молодая овчарка испытываетъ удовольств1е, загоняя стадо

онецъ и обтгая его кругомъ; но ей не доставило бы удовольств1я растерзать

овцу; молодая гончая (изъ такъ называемыхъ, лисогоновъ, Гох ЬоппД) на-

слаждается, охотясь за лисицей, тогда какъ мнопя друпя породы собакъ,

чему я былъ свид^телемъ, совершенно пренебрегаготъ лисицами. Сильнымъ

должно быть чувство внутренняго удовдетвореюя, возбуждающее?' птицу,

всегда такую дъятельную, день за днемъ насиживать яйца. Перелетныя

птицы чувствуютъ себя чрезвычайно несчастными, если помЫпать ихъ пере-

селен1ю; можетъ быть, он^Ь радуются, отправляясь въ свой долпй путь; но

едва-ли можно повврить, чтобы несчастный ощипанный гусь, описанный

Одюбономъ, отправивпийся, въ надлежащую пору, пъшкомъ въ путь, ко-

торый составляетъ, быть можетъ, болтЬе тысячи миль, могъ испытывать

особое удовольств1е, поступая такимъ образомъ. Юкоторые инстинкты опре-

деляются единственно мучительными чувствами, напр., страхомъ, приводя-

щимъ къ самосохранен]'ю, а въ нъкоторыхъ случаяхъ относящимся къ спе-

щальнямъ врагамъ. Никто, я полагаю, не можетъ анализировать чувство-

вашй удоводьств1я или страдашя. Во многихъ случаяхъ, однако, возможно,

что животное упорно слъдуетъ инстинктамъ просто въ силу наследственности,

безъ стимуловъ удовольств1я или страдашя. Молодой пойнтеръ, впервые почуявш1й

дичь, невидимому, не можетъ удержаться отъ того, чтобы не сделать стойку.

Г)'в.ика въ клъткъ, катающая оръхи, которыхъ не можетъ съесть,-какъ

бы для того, чтобы зарыть ихъ въ землю, едва ли д^лаетъ это ради удо-

вольств1я или страдашя. Ошибочно, поэтому, общее мн'вше, что люди по-

буждаются къ каждому д'вйств1ю испытывашемъ нСкотораго удовольс^тоя

или страдан1я. Хотя можно следовать привычк^" сдъпо и по внутреннему

побужден!", независимо отъ какого-либо удовольств1я или страдашя, испыты-

наемаго въ данный моментъ, однако, если она встрътитъ насильственную

и внезапную задержку, то обыкновеннымъ результатомъ будетъ испытываше

смутнаго чувства неудовольств1я.

Часто предполагали, что животныя сначала, становятся общественными,

94

а въ вид!" слъдств1я чувствуютъ себя нехорошо, если ихъ разлучить отъ

имъ подобныхъ и, иаоборотъ, хорошо, пока они въ общества; но болъе

вероятно, что сперва развились ташя чувствовашя, такъ что т'Ь животныя,

которымъ выгодно жить въ общества, испытывали побуждеше къ совмт-

стной жизни-такимъ же образомъ, какъ чувство голода и удовольстме.

доставляемое 'БДОЙ, безъ сомнъшя, были сначала прюбрътены для побу-

ждеюя животныхъ къ !>д'в. Чувство удовольств1я, доставляемое обществомъ,

вероятно, представляетъ распространеше родительскихъ или сыновнихъ при-

вязанностей, такъ какъ общественный инстинкта, невидимому, развился

вслъдстше того, что детеныши долго оставались при родителяхъ. Это рас-

пространеше можетъ быть отчасти приписано привычкъ, но главнымъ обра-

зомъ зависитъ отъ естественнаго подбора. У ТБХЪ животныхъ,. которыя

пользовались выгодами, живя въ тъсномъ сообществ!;, особи, испытывавши!

наибольшее удовольств1е отъ общественной жизни, лучше прочихъ избегали

разныхъ опасностей; тогда какъ т'в, которыя менъе всего заботились о то-

варищахъ и жили одиночно, погибали въ большемъ числт. Что касается

происхождешя родительскихъ и сыновнихъ привязанностей, невидимому, дежа-

щихъ въ основ!) общественныхъ инстинктокъ, то мы не знаемъ, какими

последовательными ступенями он!; были достигнуты; но можемъ допустить,

что и здъсь значительную роль игралъ естественный подборъ.

Это почти наверное справедливо для необычайнаго противоположнаго

чувства, именно ненависти между ближайшими родственниками: такъ, на-

прим!>ръ, рабоч1я пчелы убиваютъ своихъ братьевъ-трутней, а пчединыя

матки-своихъ дочерей-парицъ; желаше убить своихъ ближнйшихъ родствен-

никовъ въ этомъ случай приносить пользу обществу. Родительская любовь,

или некоторое заменяющее ее чувство, развилась у нткоторыхъ животныхъ,

стоящихъ на очень низкой ступени, каковы, наприм'връ, морск1я звъзды и

пауки. Она порою является также у немногихъ членовъ ггвлой группы

животныхъ, какъ напримйръ, у уховертокъ ('Рог^си^а).

Чрезвычайно важное чувство симпатш отличается отъ чувства любви.

Мать можетъ страстно любить своего спящаго и неподвижнаго м:'ад 'нца,

но едва ли можно сказать, что въ такихъ случаяхъ она питаетъ къ нему

симпатию. Любовь человека къ своей собак!) отличается отъ симпатш, точно

такъ же, какъ и любовь собаки къ хозяину. Ад. Смитъ давно доказывала

какъ недавно Бэнъ, что основа симпатш заключается въ нашей сильной

отзывчивости къ прежнимъ состояншмъ страдашя и удовельств1я. П<'этому

"видъ другой личности, терпящей голодъ, холодъ, утомлеше, оживляетъ

въ наеъ некоторое воспоминаше объ этихъ состояшяхъ, мучительныхъ даже

въ воспоминан1и". Мы такимъ образомъ вынуждены облегчать страдашя

другого, чтобы въ то же время облегчить наши собственныя страднмя.

Иодобнымъ же образомъ мы невольно раздъляемъ чуж1я удовольств1я ').

95

Но я не вижу, какимъ образомъ этотъ взглядъ можетъ объяснить тотъ

факта, что симнаия возбуждается въ неизмеримо сильнейшей степени лю-

бимой, нежели безразличной для насъ особой. Между тъмъ одинъ видъ

страдашй, независимо отъ любви, долженъ былъ бы быть достаточнымъ для

того, чтобы вызвать въ насъ живыя воспоминашя и ассоц]'ацш. Объяснеше

указаннаго факта, вероятно, состоитъ въ томъ, что у вс'вхъ животныхъ,

симпа'ш направлена исключительно на членовъ той же общины,, а, стало

<шть, на знакомыхъ и болте или менъе дюбимыхъ членовъ. а не на всвхъ

особей того же вида. Этотъ фактъ не болъе удивителенъ. нежели тотъ.

что страхъ, испытываемый многими животными, направленъ преимущественно

лротивъ спещальныхъ враговъ. Необщественные виды, каковы львы и тигры.

безъ СОМНБШЯ сочувствуютъ страдашямъ своихъ детенышей, но не каждаго

иного животного. У человъка себялюб1е, опытность и подражаме, быть

можетъ, какъ показалъ Бэнъ, содъ.йетвуготъ силъ симпайи; надежда на,

получеше добра, въ обмънъ за наши благодйяшя, можетъ привести насъ

къ выполнен!" добрыхъ поступковъ: симпаяя также значительно укреп-

ляется привычкой, но какъ бы ни было сложно проиехождеше этого чувства

въ силу его высокаго значешя для всъхъ ттхъ животныхъ, которыя

помогаютъ другъ другу и защищаютъ другъ друга, оно усилится путемъ

гстествениаго подбора; потому что тъ общины, которыя включают^ наи-

болыиее число наиболее симпатизиругощихъ членовъ, будутъ всего бод'Ье

цроцвътать и восиитаютъ наибольшее количество потомковъ.

Во многихъ сдучаяхъ, однако, невозможно ръшить, были ли известные

общественные инстинкты прюбрътены путемъ естественнаго подбора, или же

гоставляютъ косвенное поел4дств1е другихъ инстинктовъ и способностей врод'д

'импагчи, разсудка, опыта и стремлешя къ подражашю, или же, наконецъ,

'ни просто представляютъ результатъ продолжительной привычки. Такой

жтчательный инстннктъ, какъ нанримБръ тотъ, который побуждает! ста-

вить часовыхъ, предупреждающихъ общину объ опасности, едва-ли могъ

''ыгь косвеннымъ результатомъ любой пзъ названныхъ способностей, и по-

тому былъ вероятно пр{обр'втенъ непосредственно. Съ другой стороны,

привычка, которой слвдуютъ самцы нйкоторыхъ общественныхъ животныхъ.

защищая общину и нападая сообща на враговъ или на добычу, быть мо-

жетъ возникла изъ взаимной симпатш; но мужество, а во многихъ слу-

чаяхъ и сила, были прюбрвтены предварительно - вероятно путемъ есте-

ггиеннаго подбора.

Изъ различныхъ инстинктовъ и привычекъ, никоторые-гораздо силь-

нее другихъ, т. е. доставляютъ бол'ве удовольств1я при удовлетвореши, ч*мъ

друпе; или что вероятно такъ же важно, имъ слъдуютъ болъе упорно, въ

силу наследственности, при чемъ не является никакого особаго чувства удо-

вольств1я или страдашя. Мы сами сознаемъ, что нъкоторыя привычки го-

96

раздо труднее исправляются или изменяются, чъмъ друпя. Поэтому часто

можно замътить у животныхъ борьбу между различными инстинктами, или

же между инстинктомъ и некоторой привычкой: такъ собака бросается ;!;!.

зайпемъ, но слыша, что ее бранятъ, останавливается, медлитъ, вновь прс-

сл'вдуетъ или возвращается, пристыженная, къ хозяину, собака-самка ко-

леблется между любовью ЕЪ своимъ щенкамъ и къ хозяину; она напр.

украдкой убъгаетъ къ нимъ, какъ бы полу-стыдясь, что не сопровождает'!,

хозяина. Но наиболее любопытный извъстный мнъ примъръ господства.

одного инстинкта надъ другимъ, это победа, одерживаемая инстинктомъ пе-

реселешя надъ материнскимъ. Первый изумительно силенъ. Запертая птица

въ надлежащее время года будетъ биться о рЫнетку клетки до того, что

у нея полетятъ перья и грудь окровавится. Инстпнктъ этотъ побуждаетъ

молодого лосося выскакивать изъ пръсной воды, гд'в онъ могъ бы продол-