Файл: Вебер.doc

лась на монополии и регламенты строго традиционалистского характера; в

розничной торговле (мы имеем в виду не тех неимущих мелких лодырей,

которые в наши дни взывают к государственной помощи) процесс революци-

онализации еще и теперь идет полным ходом; этот переворот, который

грозит уничтожением старого традиционализма, уже разрушил систему ма-

нуфактурного производства, с которым современное надомничество обнару-

живает лишь формальное сходство. Для иллюстрации того, как происходит

этот процесс и каково его значение, мы вновь (хотя все это хорошо из-

вестно) остановимся на конкретном примере.

До середины прошлого века жизнь скупщика изделий домашней промыш-

ленности (во всяком случае, в некоторых отраслях текстильной промыш-

ленности континентальной Европы) 46 протекала, по нашим понятиям, до-

вольно спокойно. Ее можно представить себе следующим образом: кресть-

яне приезжали в город, где жил скупщик, со своими изделиями, которые

подчас (если это были ткани) преимущественно или целиком выделывались

ими из своего сырья; здесь после тщательной (в ряде случаев официаль-

ной) проверки качества изделий они получали установленную оплату. Кли-

ентами скупщика для сбыта товара на дальнее расстояние были посредни-

ки, также приезжие, которые обычно приобретали изделия не по образцам,

а руководствовались знанием привычных сортов; они брали товар либо со

склада, либо же заблаговременно заказывали его; в этом случае скупщик

в свою очередь заказывал требуемое у крестьян. Поездки с целью посеще-

ния клиентов либо вообще не предпринимались, либо предпринимались ред-

ко, с большими промежутками; обычно достаточно было корреспонденции

или постепенно внедрявшейся рассылки товаров. Не слишком утомительный

рабочий день - около 5-6 рабочих часов, - часто значительно меньше,

больше лишь во времена каких-либо торговых кампаний, там, где они во-

обще

86

имели место; сносный заработок, позволявший вести приличный образ жиз-

ни, а в хорошие времена и откладывать небольшие суммы; в целом сравни-

тельно лояльные, основанные на совпадении деловых принципов отношения

между конкурентами; частое посещение "клуба"; в зависимости от обстоя-

тельств кружка пива по вечерам, семейные праздники и в целом размерен-

ная спокойная жизнь.

Если исходить из коммерческих деловых свойств предпринимателей, из

---

наличия капиталовложений и оборота капитала, из объективной стороны

экономического процесса или характера бухгалтерской отчетности, то

следует признать, что перед нами во всех отношениях "капиталистичес-

кая" форма организации. И тем не менее это "традиционалистслое" хо-

зяйство, если принять во внимание дух, которым оно проникнуто. В осно-

ве подобного хозяйства лежало стремление сохранить традиционный образ

жизни, традиционную прибыль, традиционный рабочий день, традиционное

ведение дел, традиционные отношения с рабочими и традиционный, по су-

ществу, круг клиентов, а также традиционные методы в привлечении поку-

пателей и в сбыте - все это, как мы полагаем, определяло "этос" предп-

ринимателей данного круга.

В какой-то момент, однако, эта безмятежность внезапно нарушалась,

причем часто это отнюдь не сопровождалось принципиальным изменением

формы организации - переходом к замкнутому производству или к введению

механических станков и т. д. Происходило обычно скорее следующее: ка-

кой-нибудь молодой человек из среды скупщиков переселялся из города в

деревню, где он тщательно подбирал ткачей, значительно усиливал сте-

пень их зависимости и контроль над их деятельностью и тем самым 'прев-

ращал их из крестьян в рабочих: одновременно он старался сосредоточить

в своих руках весь сбыт посредством установления тесной связи с низо-

выми контрагентами, то есть с магазинами розничной торговли, сам вер-

бовал покупателей, ежегодно регулярно посещал их и направлял свои уси-

лия на то, чтобы качество продукции отвечало их потребностям и желани-

ям, "было бы им по вкусу"; одновременно он проводил в жизнь принцип

"низкие цены, высокий оборот". Затем происходило то, что всегда и пов-

семестно следует за подобным процессом "рационализации": кто не подни-

мался, тот опу-

87

скался. Идиллия рушилась под напором ожесточенной конкуренции, крупные

состояния, возникшие в новых условиях, не отдавались в рост, а вклады-

вались в производство. Прежней уютной, спокойной жизни приходил конец,

наступала пора суровой трезвости: те, кто подчинялся законам времени и

преуспевал, хотели не потреблять, а приобретать; другие стремились

сохранить прежний строй жизни, но вынуждены были ограничить47 свои

потребности. При этом - что самое главное - не приток новых денег со-

вершал, как правило, этот переворот (в ряде известных нам случаев весь

---

процесс революционизирования совершался при помощи нескольких тысяч,

взятых взаймы у родственников), но вторжение нового духа, а именно

"духа современного капитализма". Вопрос о движущих силах экспансии

современного капитализма не сводится к вопросу об источнике используе-

мых капиталистом денежных ресурсов. Это в первую очередь вопрос о раз-

витии капиталистического духа. Там, где он возникает и оказывает свое

воздействие, он добывает необходимые ему денежные ресурсы, но не нао-

борот48. Однако утверждение его шло отнюдь не мирным путем. Бездна не-

доверия, подчас ненависти, прежде всего морального возмущения всегда

встречала сторонника новых веяний; часто - нам известен ряд таких слу-

чаев - создавались даже настоящие легенды о темных пятнах его прошло-

го. Вряд ли кто-либо станет отрицать, что лишь необычайная сила харак-

тера могла уберечь подобного предпринимателя "нового стиля" от потери

самообладания, от морального и экономического краха, что наряду со

способностью трезво оценивать ситуацию и с активностью он должен был

обладать прежде всего совершенно определенными, ярко выраженными "эти-

ческими" качествами, которые только и могли обеспечить необходимое при

введении новых методов доверие клиентов и рабочих; только эти качества

могли придать ему должную энергию для преодоления бесчисленных пре-

пятствий и прежде всего подготовить почву для того безграничного роста

интенсивности и производительности труда, который необходим в капита-

листическом предпринимательстве и несовместим с безмятежным существо-

ванием и наслаждением жизнью; эти (этические) качества по самой своей

специфике относятся к иному типу, чуждому традиционализму прежних вре-

мен и адекватным ему свойствам.

88

Столь же несомненно и то, что этот внешне почти неприметный, но по

существу решающий для проникновения нового духа в Экономическую жизнь

сдвиг совершался, как правило, не отважными и беспринципными спекулян-

тами или авантюристами, которых мы встречаем на протяжении всей эконо-

мической истории, не обладателями "больших денег", а людьми, прошедши-

ми суровую жизненную школу, осмотрительными и решительными одновремен-

но, людьми сдержанными, умеренными и упорными по своей природе пол-

ностью преданными своему делу, со строго буржуазными воззрениями и

"принципами". На первый взгляд можно предположить, что эти личные мо-

---

ральные качества не имеют ничего общего с какими-либо этическими мак-

симами и тем более с религиозными воззрениями, что адекватной подобно-

му деловому образу жизни должна быть скорее некая негативная направ-

ленность, способность освободиться от власти традиций, то есть нечто

близкое либерально-"просветительским" устремлениям. И это в целом вер-

но для нашего времени, когда связь между жизненным укладом и религиоз-

ными убеждениями обычно либо полностью отсутствует, либо носит нега-

тивный характер; так, во всяком случае, обстоит дело в Германии. Люди,

преисполненные "капиталистического духа", теперь если не враждебны, то

совершенно безразличны по отношению к церкви. Благочестивая скука рая

не прельщает столь деятельные натуры, а религия представляется им лишь

средством отвлечь людей от трудовой деятельности в этом мире. Если

спросить этих людей о "смысле" их безудержной погони за наживой, пло-

дами которой они никогда не пользуются и которая именно при посюсто-

ронней жизненной ориентации должна казаться совершенно бессмысленной,

они в некоторых случаях, вероятно, ответили бы (если бы они вообще по-

желали ответить на этот вопрос), что ими движет "забота о детях и вну-

ках"; вернее же, они просто сказали бы (ибо первая мотивировка не яв-

ляется чем-то специфическим для предпринимателей данного типа, а в

равной степени свойственна и "традиционалистски" настроенным деяте-

лям), что само дело с его неустанными требованиями стало для них "не-

обходимым условием существования". Надо сказать, что это действительно

единственная правильная мотивировка, выявляющая к тому же всю иррацио-

нальность подобного образа жизни с точки зрения личного счастья, обра-

за

89

жизни, при котором человек существует для дела, а не дело для челове-

ка. Конечно, известную роль играет и стремление к власти, к почету,

которые даются богатством, а там, где устремления всего народа направ-

лены на достижение чисто количественного идеала, как, например, в США,

там, разумеется, эта романтика цифр имеет неотразимое очарование для

"поэтов" коммерческих кругов. Однако ведущие предприниматели капита-

листического мира, достигающие прочного успеха, обычно не руководству-

ются в свой деятельности подобными соображениями. Что же касается

стремления пристать к тихой гавани в виде имения и жалованного дво-

рянства, видеть своих детей студентами университета или офицерами, чье

---

блестящее положение заставляет забыть об их плебейском происхождении,

стремления, характерного для выскочек из среды немецких капиталистов,

то это лишь продукт эпигонства и упадка. "Идеальный тип" капиталисти-

ческого предпринимателя49, к которому приближаются и отдельные выдаю-

щиеся предприниматели Германии, не имеет ничего общего с такого рода

чванством ни в его более грубом, ни в его более тонком выражении. Ему

чужды показная роскошь и расточительство, а также упоение властью и

внешнее выражение того почета, которым он пользуется в обществе. Его

образу жизни свойственна - на историческом значении этого важного для

нас явления мы еще остановимся - известная аскетическая направлен-

ность, отчетливо проступающая в цитированной выше "проповеди" Франкли-

на. В характере капиталистического предпринимателя часто обнаруживают-

ся известная сдержанность и скромность, значительно более искренние,

чем та умеренность, которую столь благоразумно рекомендует Бенджамин

Франклин. Самому предпринимателю такого типа богатство "ничего не да-

ет", разве что иррациональное ощущение хорошо "исполненного долга в

рамках своего призвания". Именно это и представляется, однако, челове-

ку докапиталистической эпохи столь непонятным и таинственным, столь

грязным и достойным презрения. Что кто-либо может сделать единственной

целью своей жизненной деядельности накопление материальных благ, может

стремиться к тому, чтобы сойти в могилу обремененным деньгами и иму-

ществом, люди иной эпохи способны были воспринимать лишь как результат

извращенных наклонностей, "auri sacra fames".

90

В наше время, при современных политических, частноправовых и комму-

никационных институтах, при нынешней хозяйственной структуре и формах

производства, "дух капитализма" можно было бы рассматривать как ре-

зультат приспособления. Хозяйственному строю капитализма необходима

эта преданность делу, это служение своему "призванию", сущность кото-

рого заключается в добывании денег: это своего рода установка по отно-

шению к внешним благам, столь адекватная данной структуре, столь неот-

делимая от условий борьбы за экономическое существование, что в насто-

ящее время действительно не может быть и речи о какой-либо обязатель-

ной связи между вышеназванным "хрематистическим"* образом жизни и ка-

ким-либо цельным мировоззрением.

---