Файл: Хин-Шун.doc

ветер внизу, только тогда его сила достаточна. Имея лишь синее небо

над собой и никаких препятствий [впереди], только тогда Пэн направля-

ется на юг.

Цикада и голубь, смеясь над Пэн, говорили: <Когда мы поднимаемся

[в воздух], то взлетаем на вяз или на сандаловое дерево. А иногда не

долетаем [даже до них] и садимся на землю, и все. Зачем взлетать на

девяносто тысяч ли и отправляться на юг?> Тот, кто отправляется в зе-

лень окрестностей, возвращается после трех приемов пищи, и живот его

все еще переполнен. Тот же, кто отправляется за сто ли, запасается

зерном на сутки; а тот, кто отправляется на расстояние тысячи ли, за-

пасается зерном на три месяца. Что же знают две эти птицы? Малому зна-

нию не сравниться с большим, а короткой жизни -- с долгой. Но как уз-

нать, что это так? Бабочка-однодневка"6 не знает ни начала, ни конца

лунного месяца; пятнистая цикада не знает ни весны, ни осени; это ко-

роткие жизни. На юге Чу растет дерево мин-лин"7. Пятьсот лет длится

его весна и пятьсот лет -- осень. В глубокой древности росла цедрела

да-чунь"8. Восемь тысяч лет длилась ее весна и восемь тысяч лет --

осень. А между тем Пэн-цзу"9 поныне славится своим долголетием, и все

люди [хотят] сравниться с ним, разве это не печально? Именно об этом

Тан"10 и спрашивал Цзи"11.

На бедном растительностью севере находится Темное море -- это Не-

бесный водоем. А в нем обитает рыба, ширина ее -- несколько тысяч ли,

а длина никому не известна. Имя ее -- Гунь. Обитает там птица, имя ее

-- Пэн, спина ее -- как гора Тай"12, ее крылья -- как тучи, нависшие в

небе. Опираясь о вихрь или смерч, Пэн взлетает на девяносто тысяч ли.

Поднявшись за облака, в синее небо, Пэн направляется затем на юг, что-

бы достичь Южного океана. Маленькая перепелка, смеясь над Пэн, говори-

ла: <Куда же она направляется? Когда я взлетаю, то поднимаюсь на нес-

колько жэней"13 и опускаюсь. Порхаю между кустами полыни, и это тоже

совершенство полета. А куда же направляется эта Пэн?> Это и есть раз-

личие между малым и великим.

Поэтому те, чьи знания приносят плоды [при исполнении лишь ка-

кой-то] одной должности, чье поведение [может быть] примером [лишь для

какого-то] одного округа, чья добродетель [может] понравиться [лишь

какому-то] одному правителю, чьи способности [могут] привлечь доверие

[лишь какой-то] одной страны, -- все они думают о себе так же, как и

эта [перепелка]. И Сунь Жун-цзы"14 высмеивал таких людей. Одобрение

---

всего мира не усилило бы его воодушевления, порицание всего мира не

усилило бы его уныния. Он прочно установил различие между внутренним и

внешним и ясно определил грань между славой и позором, и это все"15.

Да! Таких, как он, в мире найдется немного, но все же и он не все еще

установил.

Ле-цзы передвигался, управляя ветром, легко и искусно и возвра-

щался только через 15 дней. Да! Таких, как он, даже среди достигших

счастья найдется немного, и хотя он и освободился от [необходимости]

передвигаться [пешком], но все же еще в чем-то нуждался. Но тот, кто

овладеет [смыслом] постоянства неба и земли и сможет управлять измене-

ниями шести элементов природы"16, чтобы блуждать в бесконечности, раз-

ве будет он еще в чем-то нуждаться? Поэтому говорится: <Совершенный

человек не имеет [собственного] я; святой человек не имеет заслуг; со-

вершенномудрый не имеет славы...>

ГЛАВА ВТОРАЯ, <СГЛАЖИВАНИЕ ПРОТИВОПОЛОЖНОСТЕЙ>

Нань-го Цзы-ци сидел опираясь о стол. Смотрел в небо и медленно

дышал, сидел отрешенный, словно душа его покинула тело. Янь Чэн

Цзы-ю"17, стоявший перед ним и прислуживавший ему, сказал: <Как же это

так? Неужели действительно тело [человека] можно заставить [стать] по-

добным сухому дереву, а его сердце можно заставить [стать] подобным

остывшему пеплу?"18 Ведь Вы, опирающийся о стол, сегодня уже не тот,

что опирался о стол когда-то!> [В ответ] Цзы-ци сказал: <Янь, ты очень

хорошо спросил об этом! Знаешь ли ты, что только что я отрешился от

самого себя? [Может быть], ты слышал уже флейту человека, но не слышал

еще флейты земли; [может быть], ты слышал уже флейту земли, но не слы-

шал еще флейты неба!> -- <Позвольте спросить Вас об этом искусстве>,

-- сказал Цзы-ю. Цзы-ци ответил: <Земля выдыхает воздух, имя его --

ветер. [Иногда] он пребывает в покое, но если действует, тогда из тьмы

[земных] отверстий вырывается яростный рев. Ты никогда не слышал его

завывания? Лесистые горные утесы, дупла огромных деревьев в сто обхва-

тов похожи на нос, рот, уши; они как квадратная перекладина, как круг-

лая ограда, как вогнутая ступка; они подобны глубокому пруду, подобны

мелкой трясине. [Звук ветра, выходящего из этих отверстий, напоминает]

то нарастающий шум воды, то замирающий свист стрелы; то грубый храп,

то нежный вздох; то звучный крик, то сдавленное рыдание; то протяжный

[стон], то отрывистый [лай]. Сначала завывает [ветер], затем [ему гар-

---

монично] вторит шум [деревьев, раскачиваемых ветром]. При легком ветре

достигается малая гармония, при урагане -- великая. Когда стихает

сильный ветер, то все отверстия замолкают. Ты разве никогда не видел

качающихся [на ветру деревьев]?> <[В таком случае] флейта земли -- это

все ее отверстия, флейта человека -- это гармонично подобранные бамбу-

ковые трубки [с отверстиями], -- сказал Цзы-ю. -- Позвольте спросить о

флейте неба>. -- <Когда она звучит, [то производит] тьму различных

[звуков] и позволяет каждому из них замирать самому по себе. Все они и

звучат сами по себе, разве есть кто-нибудь, кто их возбуждает? > --

ответил Цзы-ци.

Большое знание -- обширное и всесторонее, малое знание -- узкое и

однобокое. Значительные слова -- страстные, малые слова -- пустые.

Когда люди спят, они воспринимают душой, когда они просыпаются, то

раскрываются [чувства] тела. [Люди] общаются, заключают союзы [и при

этом] весь день при помощи разума борются друг с другом. [Люди бывают]

великодушными, скрытными, осторожными. Малый страх [вызывает у них]

беспокойство, большой страх лишает их рассудка. Когда они высказывают

[свои суждения], то как бы [выпускают стрелу из] арбалета, стремясь

определить правду и ложь. Когда они оставляют [свои суждения при се-

бе], то как бы [соблюдают] клятву, [данную при заключении] союза, сох-

ранение ими [молчания] -- залог победы. Когда они увядают подобно

осенней и зимней природе, то слабеют день ото дня; а если они погрузи-

лись в свои деяния, то нет возможности заставить их освободиться от

этого. Если они погрязли [в своих страстях], то как бы опутали [самих

себя] и с возрастом все глубже в них утопают; сердца, близкие к смер-

ти, невозможно вернуть к жизни. Радость и гнев, грусть и веселье, тре-

вога и печаль, изменчивость и постоянство, легкомыслие и расточитель-

ность, страстность и распутство, [словно] музыка, рождающаяся из пус-

тоты [инструментов], как грибы, возникающие из испарений, ежедневно и

еженощно взаимно сменяются перед нами, и неизвестно откуда они берут-

ся. Однако довольно об этом, довольно! Когда-нибудь постигнем эту [ис-

тину]. Она является источником, рождающим их.

Если бы не было того, не было бы и этого; а если бы не было это-

го, то некому было бы воспринимать то; что уже близко [к истине], од-

нако не известно, кем [здесь] положено начало"19. Как будто бы сущест-

вует настоящий повелитель, однако невозможно найти его следов. Я уже

---

поверил, что он может действовать, но не видел его тела. У него есть

разум,но нет тела.

Сотня костей, девять отверстий и шесть внутренних органов"20 --

все они без исключения существуют [в человеческом теле]. Что из них

мне ближе всего? Нравятся ли они тебе все [одинаково], или чему-то из

них ты отдаешь предпочтение? Все ли они стали твоими слугами и служан-

ками? Достаточно ли этих слуг и служанок, чтобы управлять друг другом?

Сменяют ли они друг друга [в роли то] государя, [то] слуги? [Или же

между] ними существует истинный государь? Постигнем ли мы его существо

или не постигнем, это не принесет ни пользы, ни вреда его настоящей

[природе]. Однажды полученное [нами тело] обретает свою законченную

форму и сохраняется таким до своего конца. Во взаимной борьбе с внеш-

ним миром и в следовании ему оно мчит к концу, как стремительная ло-

шадь, и нет возможности его остановить -- разве это не печально? А до

изнеможения трудиться всю жизнь и не увидеть плодов своего труда, ус-

тавать, истощаться в труде и не знать конечной цели его -- разве это

не горестно? Люди называют это бессмертием, а какая от него польза?

Тело человеческое разлагается, а вслед за ним и его сердце -- разве

можно не назвать это великой скорбью? Жизнь человека! Действительно ли

она столь неразумна? Или это только я один неразумный, а среди людей

есть и не неразумные? Люди следуют своим укоренившимся взглядам, как

за наставником. Существует ли кто-то без такого наставника? Разве он

есть только у тех, кто непременно знает [чередование] перемен и серд-

цем сам его выбирает, у невежд ведь тоже есть [такой наставник]. Не

имея еще установившихся взглядов, определять правду и ложь равнозначно

[утверждению]: <Сегодня отправился в Юе, а вчера туда прибыл>"21. Это

[означает] несуществующее принимать за существующее: а как несуществу-

ющее сделать существующим, не мог знать даже великий Юй"22. Откуда же

мне это знать?

Речь -- это не выдыхание [воздуха]. Говорящему есть что сказать,

однако то, что он говорит, весьма неопределенно. Тогда действительно

ли существует речь? Или же речи никогда не было? Ее считают отличной

от щебета птенца -- действительно ли есть такая разница? Или же ее

нет? Почему так скрыто дао, что существуют истинное и ложное? Почему

речь так темна, что существуют правда и ложь? Куда же удалиться дао,

чтобы прекратилось его существование? Где же пребывать речи, чтобы

---

быть неуместной?"23 Дао затемняется [человеческой] односторонностью;

речь затемняется цветистостью. Поэтому существуют правда и неправда

последователей Кун-цзы и Мо-цзы, одни принимают за правду то, что дру-

гие считают неправдой ,и отрицают то, что те считают правдой. Для того

чтобы утверждать то, что они отрицают, и отрицать то, что они утверж-

дают, лучше всего использовать свет [разума]"24.

Нет [в мире] вещи, которая не была бы тем, и нет вещи, которая не

была бы зтим; через то невозможно познать, через это познаваемо все.

Поэтому говорится: <То возникает из этого, а это рождается на том>.

Таково учение о том, что то и это взаимно порождают друг друга. Во

всяком случае только тогда, когда существует жизнь, существует смерть;

только тогда, когда существует смерть, существует жизнь; только тогда,

когда существует возможное, существует невозможное; только тогда, ког-

да существует невозможное, существует возможное. Вследствие того что

существует правда, существует неправда; вследствие того что существует

неправда, существует правда. Поэтому совершенномудрый не следует [это-

му различию], а сообразуется с природой и следует естественному тече-

нию. Это есть также то, то есть также это; и то объединяет правду и

неправду, и это объединяет правду и неправду, так действительно ли су-

ществует [различие] того и этого, или же нет [различия] того и этого?

Пока то и это не стали парой, такое называется осью дао. Эта ось начи-

нается в центре круга [перемен], который соответствует бесконечности.

Правда также бесконечна, неправда также бесконечна. Поэтому и говорит-

ся: <Лучше всего использовать свет [разума]> "25.

Использовать палец, чтобы пояснить, что палец не является паль-

цем, хуже, чем использовать то, что не является пальцем, чтобы пояс-

нить, что палец не является пальцем. Использовать лошадь, чтобы пояс-

нить, что лошадь не является лошадью, хуже, чем использовать то, что

не является лошадью, чтобы пояснить, что лошадь не является ло-

шадью"26. Небо и земля не больше чем палец; все вещи не больше чем ло-

шадь. [Люди называют] возможным то , что для них возможно, невозможным

-- то, что для них невозможно. Дорога возникает, когда ее протопчут

[люди]; вещи становятся тем, что они есть, [когда люди] дадут им наз-

вания. Какие же они? Такие, какие есть"27. Какими они не являются ? Не

являются такими, каковы они не есть"28. [Любой] вещи изначально прису-

---